Убийственный цветок

      Чёртову неделю КНДР провёл в этом подвале, свет от потрескивающей лампы уже совсем скоро заменит ему солнечный. Но не смотря на всё, он сейчас живёт во вполне хороших условиях, одет, согрет, сыт и всегда с лекарством под рукой, Китай даже принёс ему пару блокнотов, от издательства больницы в которой он работает, и несколько карандашей.       Что-то внутри всё равно не спокойно, что-то не так и это определённо. Хотя бы потому, что он живёт в подвале у какого то левого мужика, который его вообще сначала на органы для чёрного рынка хотел разобрать, или чего ему надо было? А действительно… Какие у него цели? Север взял на заметку спросить это потом, вопрос в принципе безобидный.       Немного волновала мысль о Южном, «неужели он серьёзно скоро окажется на этом столе?» Корея посмотрел на железный стол, стоящий рядом. Снизу вверх он казался немного жутким. Сглотнул.       А куда Китай тогда денет астматика? А если перёд его братом будет как раз он? Вполне вероятно. Об этом тоже надо спросить, может он хотя бы подготовиться как то. Фотографию для могилы сделает например. Демократическая Республика усмехнулся не улыбаясь. Его мысли зашли куда то не туда. Скоро он начнёт рассуждать о смысле жизни и философствовать. Ну, а что ещё делать, запертым в четырёх стенах?

***

      Наконец, где-то под ночь, уже можно сказать как обычно, вернулся Китай, тот, кто выполняет свою работу и дома, консультируя своего пленника в роли своеобразного психолога и отвечая на его вопросы.       Этот вечер КНР решил опять же уделить студенту, всё-таки, уход за ним это уже как его обязанность. Китайская Республика принёс в подвал ужин для Северного и пару чашек чая, стандарт. Он сел на стул напротив Корейской Республики и стал наблюдать за тем как он ест - жадно, почти не жуя, потребляя столь желанную пищу. За весь день он почти ничего так и не съел.       Психолог маленькими глотками пил горячий чай, в перерывах между глотками оставляя чашку у губ и ощущая лицом тёплый пар, наслаждаясь лёгким запахом трав. — Итак, как прошёл твой день? — спросил Народная Республика, когда Корея уже собирал палочками остатки овощей, размазанные по тарелке. — Как обычно, никаких отличий, всё стабильно — прожевав, ответил Демократическая Республика, и это было чистой правдой. Немного поковырявшись в тарелке, КНДР молвил — Лучше ты мне расскажи о своих планах следующих убийств. Хирург тихо рассмеялся — Зачем тебе эта информация? — Я хочу быть уверен, что буду в порядке, не хочу тратить лекарство против астмы из-за лишнего тупого стресса. — Это… Имеет смысл. В любом случае, убивать тебя пока не входит в мои интересы. — А что будет с моим братом? — Он тебе важен? — По большей части нет — Вот и чего о нём волноваться? Как раз это лишний стресс, который тебе, получается, противопоказан. — Верно — Северная Корея опустил голову, его "допрос" не привёл почти ни к чему. — Ты, кстати, довольно вовремя об этом спросил… — как бы невзначай бросил Китайская Республика. Студент поднял голову — Поподробнее — Я собираюсь кое-что провернуть, что именно, ты и так уже догадался — вертя кружку в руках, начал брюнет — И, мне, в какой то мере, понадобиться твоё сотрудничество. Ничего сложного в твоей задаче нет, просто сидеть наверху в спальне и заниматься любыми вещами, но без особых правил я не обойдусь, это быть настолько тихим, будто тебя в принципе не существует, и никуда не уходить. Это в априори основные правила нахождения тебя у меня. Взамен, ты остаёшься в живых, в полной целости и сохранности. — Он поставил кружку на стол и провёл по Корейской Республике взглядом, спрашивая. — Ааагаа — выдавил астматик, спустя пару секунд молчания — И всё? Больше от меня ничего не требуется? — Понимание того, что если попытаешься сделать хоть что-то не так, я вырву тебе сердце голыми руками — КНР всё так же мило улыбался Корее, как и до этого. — Оно у меня... Присутствует. И я бы назвал это больше страхом, или инстинктом самосохранения. — Как скажешь — Извини, если уже достал тебя, но можно ещё один вопрос? — Давай, мне же всё равно делать нечего — вздохнул Китай. — Ради чего ты этим занимаешься? Тоже от делать нечего? — Смотря про что ты — Про убийства людей, или то, что ты изначально хотел со мной сделать. — Твоё первичное суждение не верно, у тебя нет инстинкта самосохранения       Корея потупил взгляд на пол, теребя рукава кофты. — А ещё, твоя способность к мышлению как-то снизилась, у тебя алергия ещё и на подвальные помещения? — продолжил Китайская Республика. — Я всё понимаю, хоть некоторые вещи и не до конца, не надо делать из меня инвалида. — Я и не делаю, а в полне мог бы. — И на этом спасибо — фыркнул астматик, его вопросы как всегда остались только вопросами. — Спокойной ночи, и, пожалуйста, не забывай о том, где ты, когда ты и кто ты. — хирург встал из-за стола и, забрав посуду, пошёл к выходу из подвала. — Особенно, когда завтра будешь сидеть наверху. — затем он оставил Корейскую Республику на едине со своими мыслями.       В тихой, пустой комнате, в стенах которой давно и навсегда отпечатался запах гнили и чужой плоти, душераздирающие крики, которые не были услышанны.

И не будут.

Никогда.

***

— Да ладно тебе, я каждые выходные к нему хожу, если не чаще, что сейчас не так? — возразил крашеный блондин на просьбу никуда не идти сегодня своей сестры Японии, красноглазой девушке с чёрными волосами, отдавающими синим оттенком. — Я понимаю, но у меня плохое предчувствие, ты хоть позвони мне когда дойдёшь — она коснулась плеча Южной Кореи, когда проводила его до двери их общего дома, идея о котором зародилась, когда оба поняли что этот вариант выйдет дешевле. — Как скажешь, я наберу — кудрявый одарил Японию лёгкой улыбкой — Главное, не волнуйся. — Постараюсь, давай, удачи — Спасибо — Республика Корея вышел на улицу и, помахав на прощание, направился к пешеходному переходу на другую сторону улицы, освещаемой одним тусклым светом от лампочек ночных фонарей. — Позвонить не забудь — девушка вздохнула и закрыла дверь за братом, последним родным человеком который у неё остался, кроме приёмного отца, к которому она так и не смогла привязаться так же сильно как Юк. США всё же до сих пор не вызывал у неё особого доверия.       Южная Корея тем временем завернул в переулок, чтобы сократить дорогу, и оказался в кромешной тьме. Даже не смотря на пропажу брата, он почему то так и не начал беспокоиться за свою жизнь. Наверное это одна из самых больших ошибок в его жизни, более неудачной можно считать только желание связаться с Китаем. Но не нам его судить, у никого во всём городе даже и мысли не было о том, что может скрывать обычный врач.       Блондин остановился, чтобы достать мобильный и осветить его фонариком свой путь, предстояло протиснуться между домами. Неожиданно, сделать это ему помешал плотно прижатый к рту и носу платок, щедро обработанный эфиром. Телефон выскользнул из резко ставших влажными рук и чудом отделался треснутым экраном.       Корею охватила паника, дыхание сбилось и он стал вдыхать всё больше этой дряни с куска материи. Сначала пытался дёргаться, что-то кричать, но все звуки были заблокированы тканью. Постепенно руки ослабли, тот отпустил рукав куртки нападавшего, ноги подкосились и кудрявый был пойман медработником, который явно злоупотреблял своим статусом и возможностью брать из больницы препараты.

***

❌акт жестокости❌

      Он открыл глаза и яркий свет сразу ударил по ним. Хотел что-то сказать, но слова превращались в нечленораздельные звуки из-за кляпа во рту. Руки связаны за спиной, ноги плотно стягивает точно такая же тугая верёвка. — Посмотрите, кто проснулся — раздался голос из края комнаты.       Около стола с медицинскими инструментами, соседнего с железной "койкой" Кореи, стоял Китай, выбирающий особый путь разделки для его особого куска мяса.       Южный издал какой то шокированно-непонимающий выдох с использованием голосовых связок. — Ты хочешь мне что-то сказать, сахарная булочка? — сюсюкающимся тоном произнес КНР, издеваясь — Это подождёт, я уверен, ведь сейчас уже 19:07 — посмотрев на наручные часы — Ты должен был прийти ещё 7 минут назад. Моё время для того, чтобы начать беспокоится. Я же не знаю, где ты. С тобой могло случиться всё, что угодно, жаль, что меня не оказалось рядом.       Республика Корея нервно сглотнул, взглядом метаясь по жуткой комнате.       Психолог, достав из кармана в халате телефон, набрал номер Японии и прокашлялся. Когда девушка подняла турбку и они обменялись какими-никакими словами приветствия, Китайская Республика спросил взволнованным тоном — Слушай, а Юки не с тобой? Я ему уже звонил, но тот не отвечает, что то случилось? Студентка помолчала пару секунд, затем дрожжащим голосом ответила — О-он ушёл пол часа назад — Что? Как это возможно? Может он где-то заблудился? — Не думаю, Боже, Китай, что мне делать?! — слёзы невольно стали стекать по её бледным щекам. — Тише, успокойся, послушай, я не думаю, что всё так плохо, но заявление о пропаже можно подать только через 3 дня. Может он действительно где-то просто задержался, всё же бывает. Тише, если он заявится, я обязательно сообшу. — Ты прав, извини, я попробую ему позвонить — Япония вытерла слезинки рукавом домашнего худи. — Удачи, береги себя — звонок был сброшен — Слышал как волнуется? Любит ведь — он усмехнулся.       Кудрявый тихо взвыл, всё ещё надеясь на то, что это какая то тупая шутка. Ну как человек, которого он полюбил может так поступить?! Довести его сестру до слёз одним предложением.       Корея дёргался и рычал, не оставляя попыток выбраться. В то время как хирург молча стоял и улыбался, почти не моргая, смотрел за тем как тот до крови стерает свои запястья верёвкой. Затем Народная Республика подошёл и наклонился к Южному, смотря ему в глаза. — Всё ещё хочешь мне что-то сказать? — он продолжил говорить в таком же язвительном тоне — А никак, да? Ну, тебе же нравилось ощущать в своём рту мой член, а сейчас? Такое уже не нравится?       Из под кляпа сочилась слюна, которую студент не в состоянии сглотнуть. Он зло смотрел на лицо своего похитителя, по которому растягивалась широкая улыбка акульих зубов, изнемогая от желания в него плюнуть. — А мне даже интересно, что ты можешь выдать. Может сжалиться? — КНР наигранно задумался и, пару секунд подумав над всеми возможными рисками, снял с блондина кляп.       Плевок в лицо не заставил себя ждать. — КАКОГО ХУЯ ТЫ ТВОРИШЬ, УЁБОК?! — кудрявый был крайне агрессивно настроен. Китай вытер лицо рукавом халата — Ты настолько наивен, что не воспользоваться этим было бы огромным упущением. — Я щас ебало твоё так опущу! — Как неуважительно, по отношению к старшим, допускать такие идиотские орфографические ошибки в своей речи — Иди на хуй, гандон, сука, только попробуй со мной что-то сделать, я. Мой батя вообще-то лейтенант полиции! Тебе такая пизда, если ты меня не отпустишь. Тебя найдут и, сука, кишки наружу повытаскивают, уёбище. — хотел пнуть его ногой, но ноги были связаны.       Психолог молча выслушивал эти и последующие оскорбления и угрозы в свою сторону, улыбаясь, кивая головой, и смотря на него как на идиота. Он уже даже не сдерживал свой тихий смех — Кишки наружу буду вытаскивать сегодня только я, так что прикрой свою хлеборезку, пока я не передумал вкалалывать тебе обезболивающее. Юк замолк на пару секунд, затем жалобно выдавил — Да ты же мне ничего не сделаешь. Это же просто шутка, да? Кит, ты же любишь меня. Китайская Республика прикусил губу, чтобы не засмеяться ещё громче, но во время взял себя в руки — Я же сказал тебе, закрой рот. Или может мне на каким то другим языком с тобой общаться? — Д-да ты. Издеваешься надо мной?! Я блять думал, что у нас сука адекватные отношения, а это что нахуй такое? Как это понимать, Китай? Хирург немного нахмурился, следовало бы побыстрее начать это, а то он раздражает — Ну, хорошо, если ты настаиваешь, я воспользуюсь другим методом.       Народная Республика поднял Корею с железного стола, взяв за ворот, и поцеловал в губы. Затем укусил его за губу и заставил открыть рот, стал целовать его по-французски. От такого Республика Корея был в шоке, но не сильно против, он до сих пор был в полном смятении, не понимая до конца всего что происходит. Пока брюнет глубже проникал в его рот, прижимаясь своими губами к его.       Вдруг, КНР резко отвернул голову, меж его клыками медленно начала стекать кровь, а наслаждением в ушах отдался вскрик Южного. И пока из рта последнего хлестала кровь, а он сам кроваво кашлял, не в состоянии сказать что либо, врач смаковал на языке свежее мясо. Затем он выплюнул на пол серьгу, пирсинг, который раньше был на языке блондина. Он откусил его. — Думал, ты окажешься с более гнилым привкусом, а я ведь предупреждал) — облизнув кровь первой положительной с уголков рта, молвил Китай.       Южная Корея его уже попусту не слышал, его мысли были забиты одним «как же, мать твою, это больно». Теперь он наконец это почувствовал, не только психологическую боль, а настоящую, физическую, и понял, что это ему на самом деле не нравится. Познавательно, но страшно. Ведь этот псих не остановится. — Ты сразу так затих, всё-таки хочешь обезболивающее? — психолог взял шприц и постучал по пластику пальцем. Кудрявый неуверенно кивнул, опустив голову.       Китайская Республика поднёс шприц к руке своего "пациента" и наигранно выронил его — Упс) — затем с силой наступил на прибор ботинком, размазав кусочки пластика по полу — А надо было думать раньше, сахарная булочка — последнее словосочетание он выделил с особой усмешкой, за горло прижав Корею к столу, немного наклонив его голову, чтобы тот не задохнулся в собственной крови. Хотя, это было бы забавно. — На самом деле, сегодня мне надо сделать это быстрее, чем обычно — хирург отпустил студента и отошёл к столу с медицинскими приборами — Тебе повезло больше, чем остальным.       А до Южной Кореи только сейчас дошло, что он голый. Полностью. Абсолютно. В порыве истерики он даже не заметил отсутствия на нём одежды. Это указывало на то, что всё ещё хуже, чем он думал.       Народная Республика натянул перчатки на руки и прошёл пальцами по железным ручкам различных скальпелей. Его выбор пал на ампутационный тип, по другому называется нож, ведь он по форме своей очень похож на него. КНР провёл по режущей кромке до кончика лезвия, проверив, в ходу ли пока инструмент. Затем, получив положительный результат, он обработал лезвие ножа платком, который был пропитан медицинским спиртом.       Корея сплюнул кровь на пол, капля разбилась о плитку, немного попало на штаны Китая, тот нахмурился и опять одел кляп на студента, всё равно его голова ему пока не понадобится. За исключением.       Брюнет взял Республику за кончик его белого пушистого уха и поднял его, поставив поудобнее, приложил скальпель к его основанию, аккуратно провёл по низу, надавливая. Кровь начала сочиться из-под бледной кожи, оставляя ало-красные следы на кудрявых локонах. Их обладатель болезненно мычал в кляп. Китайская Республика крепко сжал в руке ухо и, убедившись в том, насколько хорошо он сделал надрез, выдернул его. — Шшшш, это ещё пока мелочь — в ответ на особо громкий возглас своего куска мяса сообщил психолог — Дальше будет намного больнее)       Блондин скрёб ногами по столу, извиваясь и дрожжа. Хирург отрезал и локон его волос, положил на стол, рядом с ещё немного кровоточащим ухом. Это ему ещё пригодиться. — На самом деле, ты всегда раздражал меня. Ну, просто если ты ещё не возненавидел меня полностью, хочу чтобы ты знал, что я никогда не любил тебя, ещё больше ты становился мне противен своей тупостью. Это же кем надо быть, чтобы не понять таких очевидных вещей — дискутировал Народная Республика, вертя окровавленный прибор в руках и протирая спиртом остальные.       Корея продолжал почти безмолвно истерить. Хирург повернулся к нему лицом и взял за челюсть, осматривая его лицо и заостряя внимание на слегка пухлых щеках. Он наклонился и провёл языком по одной — Хотя, твоё сердце может и подождать. Я хочу проложить в него путь через желудок. — провёл пальцем по животу блондина и вычертил контур желудка в соответствующем месте, немного надавливая.       Врач прокусил клыками верёвку, которая не давала блондину развести ноги, затем провёл руками по бёдрам последнего, остановив ладони на коленях, и развернул его так, чтобы пах Южного оказался в полную к паху Китая. — Если быть точнее, кишечник — КНР усмехнулся и склонился к Республике Корее, стал целовать его шею, часто кусая и слизывая потёки первой положительной. Пленник дёргался и извивался всем телом, невольно издавая тихие стоны.       Брюнет губами ниже спускался по стройному телу студента и остановился у его лобка. Ему не стоило бы воплощать одну мысль, что зародилась в глубинах разума, но когда такое желание, почти ничему не противоречащее, можно ему и поддаться.       Он провёл языком по члену кудрявого, коснулся губами головки и скользнул головой вниз, взяв весь. Кто же знал, что от полного отсутствия человеческого мяса в течении нескольких месяцев, Китайская Республика будет есть даже сырое. Он резко сомкнул челюсти и, полностью перекусив любые кусочки кожи и каналы, отодвинул голову. Кровь стала покрапывать на пол, просачиваясь меж клыков.       Корея стал кричать в кляп, напрягая свои голосовые связки по максимуму. А ведь психолог ещё сдержал себя от того чтобы начать вгрызаться в его плоть, разрывая его кожу зубами, отрывая её куски, подбирая их языком, жадно перемалывая клыками и глотая свежее мясо, наслаждаясь металическим вкусом крови.       Народная Республика кашлянул и открыл рот, вытащив из него кусок крайней плоти, к которому был прицеплен ещё один пирсинг. Всё таки, каннибала привлекает только тот металлический привкус, который имеет кровь. И он всё равно остаётся таким же привередливым в плане того, что он ест. Кусок железа вместе с кожей отправился на дно мусорного мешка. — Я надеюсь, что ты хотя бы принимал душ после моего приглашения с подтекстом о сексе. Прожужжала ширинка штанов хирурга и кудрявый вздрогнул — Тише, я обещаю, будет больно, тебе же нравится, когда больно.       Врач спустил свои штаны с боксерами и достал из выдвижного ящика в столе презерватив. Как никак тут важна стерильность. Он слизнул всю натёкшую кровь с тела своего "пациента" и надел на свой вставший член презерватив, предварительно вскрыв его обёртку.       Следующим действием Китая было... Нет, не начать секс с блондином, а взять другой свой скальпель, на этот раз брюшного типа, и приставить кончик его лезвия к животу Южного, надавить сильнее, проткнув кожный покров, и, осторожно водя им, чтобы не зацепить органы, вскрыть пространство на его животе. Затем он убрал лишнюю кожу и стал любоваться всем этим открытым шведским столом. Юк чуть не отключался, давно запачкав железный стол солёными слезами. Он ещё не умер от болевого шока, только потому что КНР вколол ему местную анестезию ещё до этого театра с поддельным обезболивающим, вместо которого в шприце была вода, её не жалко.       Вот теперь, вдоволь насладившись происходящим, брюнет вошёл в свой полу-живой кусок мяса, шире раздвинув его ноги. Он был настолько большим для блондина, что его член было видно выпирающим в кишечнике. Этот кровавый секс продолжался довольно долго и сопровождался ювелирной работой над органами Республики Корея и его частями тела. Даже после его смерти. Тут уже Китайская Республика не брезговал.

✅можно продолжать читать✅

      Однако, закон подлости работает и на вершителе человеческих жизней. В тот момент, когда он уже был близок к концу, раздался звонок. Психолог нехотя остановился и посмотрел на экран разрывающегося от вибрации устройства, в момент побледнев. Это не Япония, как он предполагал, а одна из медсестёр его больницы. — Слушаю — глубоко вздохнув, Народная Республика взял трубку. — Китай, ты срочно нужен, тут нам парня привезли с пулевым! — нервно протороторила девушка. — Что? Так, сегодня же не моя смена, где Швейцария? — мысленно он наперёд уже продумывал как быстрее всего собраться. — Ты сейчас единственный, кто свободен, вот очень срочно нужен, давай быстрее! — Вот дерьмо — повесил трубку — И именно, блять, сейчас — зло воткнул нож в остывающую ногу.       Пришлось быстро взять себя в руки и переместить всё мясо в морозильную камеру, а органы в специальные контейнеры, которые находилась там же в подвале. Затем, ничего другого так и не убрав, быстро переодеться в чистую от крови одежду наверху. — КНДР, спускайся вниз! — крикнул хирург, уже одевая обувь. Северная Корея быстренько подошёл к нему и был немного удивлён такому стремительному побегу — Вы. Ты куда? — Это не важно, просто предупреждаю, чтобы помнил о правилах и не выходил и не впускал никого домой. В подвал, желательно, не суйся, если не хочешь случайно получить психологическую травму, чёрт тебя знает. Я ушёл. — уже как то не задумываясь, врач поцеловал студента в макушку на прощание и быстро оставил его одного дома.       Для Корейской Республики это вроде и привычно, но как то не по себе. Ещё и этот поцелуй, заставивший слегка покраснеть, который и поцелуем назвать нельзя, простое прикосновение губ, и то, на милисекунду. Он шмыгнул носом и решил не задумываться о всём этом, всё равно, Китай потом расскажет сам, если захочет. А в подвал решил всё-таки заглянуть.       И увиденное Северного немного разочаровало. Он уже напридумывал себе страшных картин, а тут, страшно было только для человека, помешанного на чистоте. Пол и два стола в крови, моментами уже засохшей, всё разбросано и как то грязно, не аккуратно.       Кажется, настало время исследовать дом своего похитителя.

***

      КНР вернулся уже в ночь, эта операция стоила большого количества сил, времени и нервов. Не каждый день в твоих руках жизнь молодого полицейского. Хороший парень. Как потом брюнету рассказали, тот закрыл собой человека во время проведения какой-то вооружённой операции. Вышел героем и выжил, не каждому так везёт.       Но сейчас Китайскую Республику это не волновало вообще никак, единственное чего ему хотелось - наконец прикоснуться головой к подушке. Он закрыл дверь дома и устало вздохнул. Свет ещё горел. — Северный? Демократическая Республика выглянул из кухни — Я ждал тебя. Где ты был? — он подошёл к психологу. — Вызвали на срочную операцию, он выжил. — устало посмотрел на кудрявого, наклонившись и немного облакачиваясь на тумбу, которая так и стоит там, оставляя дверь подвала открытой — Мне осталось только убраться внизу — Народная Республика открыл крышку и спустился — И ты сможешь спокойно пойти спа… — он осмотрел помещение и замолчал, пребывая в шоке.       Вся комната сияла чистотой, от крови не осталось и следа, железный стол блестел как новый, а его скальпели были красиво разложены по возрастанию размера лезвия на подкладочке, на которой и должны были лежать. Хирург просто молча бегал глазами по подвалу, то открывая, то закрывая рот, всё ещё удивляясь. — Это... — наконец смог выдавить врач — Это всё ты сделал? — он посмотрел на спустившегося за ним Корею.       Последний кивнул головой и немного смутился. А Китай сделал такое лицо, которое сочетало в себе так много различных фраз, но выражало одно - чистую благодарность. Он просто подошёл и обнял астматика, сильно наклонившись и положив голову на его плечо. И лишних слов не надо. — Спасибо — всё-таки тихо сказал брюнет — Если бы не ты, я бы ещё час тут провозился.       Север смутился ещё больше, но в ответ осторожно обнял КНР, он до сих пор не сильно ему доверяет, но может это и станет отправной точкой — Не за что Психолог отстранился, вздохнул и посмотрел на КНДР сверху — Ладно, я пойду, спокойной ночи. Но Северная Корея взял его за рукав халата, краснея от собственных мыслей — Подожди, я знаю, что о таком очень не корректно просить, но мне тут очень холодно спать, не мог бы ты освободить мне буквально немного места на своей кровати, пожалуйста? Народная Республика посмотрел на студента, в пол, вздохнул и покивал — Хорошо, чёрт с тобой, я всё ещё благодарен за то, что ты освободил меня от уборки. — он стал подниматься наверх.       Корейская Республика слабо улыбнулся и пошёл за ним. Оба поднялись наверх, хирург лениво разделся до рубашки и боксеров, лёг и сразу же отключился. А Северный посидел немного, смотря на него, затем тоже устроился под одеялом и постарался не сильно сближаться с врачом, но сильный холод заставил придвинуться к человеку, который уже не казался таким чужим и незнакомым.       На счастье, или не совсем, Демократической Республики, Китай во сне положил на него свою тяжёлую руку и прижал к себе. Стало неловко, но так тепло, что сон быстро окутал всего Корею и затащил в своё сладко манящее царство.       А ведь никто из них даже не подозревал, что будет дальше. И как распорядится судьба с их жизнями.

Она не редко бывает жестока. Очень Жестока