Выше статуса

За тот самый час до будильника Ирине легко удалось отвлечь внимание Олега от пьяных слов Алисы. Когда пришло время идти в душ, Ирина первая выскочила из постели, быстро ликвидировала все следы пребывания сестры в ванной комнате. Осторожно заглянув в комнату Алисы, убедилась, что та уже видит сны, и спокойно отправилась готовить завтрак. Уроков во второй смене в этот день у Ирины не было, и она твёрдо собралась пойти домой, чтобы поговорить с Алисой. Выглянув из класса, она убедилась, что дверь кабинета завуча закрыта — должность должностью, но сейчас на кону судьба ребёнка! — и осторожно, предварительно сняв туфли, чтобы не стучать каблуками, на цыпочках проследовала к выходу на лестницу. Быстро сбежала по ступенькам, по пути кинув удивленно посмотревшему на туфли в её руках физруку, «каблук сломался», завела с ключа машину (вдруг завуч услышит пиликание сигналки) и, спустя десять минут заходила в квартиру. Алиса уже проснулась. Ирина нашла её на балконе с большой кружкой кофе в одной руке и сигаретой в другой. Рядом на подоконнике лежала наполовину пустая пачка разноцветных «Sobranie». Демонстративно сделав очередную затяжку, Алиса устремила на сестру мутный взгляд. Ирина молча взяла у Алисы сигарету, прикурила от неё свою, и подобрав под себя ноги устроилась в подвесном ротанговом кресле. Пока обе сигареты не были докурены до фильтра девушки не произнесли ни слова. Алиса потянулась к пачке. Но Ирина успела схватить её раньше. — Тебе достаточно. А то блевать побежишь. — И что? — с вызовом выдохнула Алиса. — Тебе в школу завтра, — спокойно ответила Ирина. — В школу? Нееет, — Алиса не собиралась отступать, — я ещё не совсем здорова! Мне нужно принять дополнительное лекарство. И сегодня… — Состояние твоего здоровья в школу ходить позволяет, — Ирина перебила, голос её звучал тихо, но жёстко, — долечиваться будешь по выходным. — Но… — Алиса снова попыталась возразить уже без прежней дерзости. — Без «но», — снова жестко, с явно засквозившими металлическими нотками, — напоминаю, тебе 16. Ты же не хочешь, чтобы твои лекарства, — на этом слове Ирина пальцами показала кавычки, — превратились в запрещённые вещества? Или если прекратить этот словесный цирк — чтобы у твоих, — Ирина задумалась, подбирая слово, — ебар… партнерш по сексу, которые наверняка старше 18, появились проблемы с законом. А у меня есть возможность их устроить. Поэтому ты, как обычно, ходишь в школу, а лекарства принимаешь по выходным. И да — подробности своего лечения при Олеге (как вчера) не озвучиваешь. Пытаясь сдерживаться, Алиса закусила губу, но несколько слезинок предательской дорожкой успели скатиться по щекам. Ирина тоже с трудом подавляла эмоции. Больше всего сейчас ей хотелось обнять Алису, прижать своего ребёнка к себе и разреветься вместе с ней, шепча ей на ушко, как она её любит. Но она понимала, что меньше всего сейчас Алисе помогут сопливые объятия, и поэтому продолжала жёстко сыпать словами, словно гвозди вбивая их в мозг, чётко обозначая рамки, выход за которые запрещён: — Дальше: ни к моим сигаретам, ни к алкоголю, который находится дома, ты не прикасаешься. У тебя достаточно карманных денег, чтобы обеспечивать свои вредные привычки самой. И предупредительным жестом останавливая попытку возразить: — Твои проблемы, как ты будешь всё это добывать в твои 16. Может тебе удастся обмануть продавцов своим внешним видом, либо уболтать кого-нибудь из одиннадцатиклассников, кому уже исполнилось 18 (но это вряд ли — вся школа знает, чья ты сестра) ну либо твои ебар… партнёрши будут тебя обеспечивать. Единственное, что я могу обещать — это бокал вина по праздникам. Во время этого вдалбливающего гвоздями слов монолога Ирина ни разу не отвела от сестры взгляда, от которого Алису трясло как в лихорадке. Алиса сделала глоток уже остывшего кофе и часто-часто заморгала, стараясь не выпустить из глаз вновь скопившиеся в них слёзы. Когда она снова решилась заговорить, её голос стал похож на звук, издаваемый музыкальной игрушкой, в которой садится батарейка: то заикающийся, то неестественно растянутый, а то и вовсе пропадающий. Какая-то неведомая сила приковала Алису так, что она не в состоянии была отвести глаза от леденящих омутов, извлекая из горла лишь хаотичный набор звуков и слов, среди которого Ирина вдруг отчётливо услышала: — А может это ты… из-за тебя она уехала… — Чего? — Ирина замешкалась всего на секунду, отводя взгляд, будто скомандовав тем самым Алисе: «отомри!». — Ангелина, мой Ангел, она часто говорила мне, что боится, боится тебя… но я убедила её, а теперь … эти твои слова о проблемах моим… девушкам… Ирина усмехнулась, она успела зацепить ситуацию, не выводя её из-под контроля, голос её вновь стал мягким и наполнился нежностью, пусть немного и укоризненной: — Ты похоже ещё не протрезвела, Лисик, или это никотин на старые дрожжи так влияет, тебе явно нельзя больше курить сегодня… Включи, пожалуйста, логику, ребёнок. Ангелина уехала с мужем. Его назначили на вышестоящую должность в другой регион. Как я могла на это повлиять? Я всего лишь обычная математичка в школе. А что касается проблем… так чтобы их создать особо ничего и делать не нужно — просто скриншот твоих переписок с ними, заявление в полицию и обращение в прессу, а там уж дело пойдёт, тема-то модная сейчас… да и как тебе вообще в голову такое могло придти? Алиса, не успевая за секунду изменившейся сестрой, действительно скорее из-за проникшего в мозг никотина, наложившегося на похмельное состояние от впервые выпитого в таком количестве и весьма не слабого алкоголя, неожиданно выдала: — Как могло! Да о тебе такие слухи в школе ходят — будто ты ведьма! — и выпучила глаза. — Ведьма?! Ха! Это по каким же признакам? — Ирина вскинула брови. Алиса воодушевленно продолжала: — Твои уроки пропускают в исключительных случаях, к твоим урокам всегда все готовятся, и дисциплина у тебя железная, хотя ты в школе всего четвёртый год работаешь! А класс твой первый — тот самый легендарный 11-в — самый отбитый за всю историю школы класс. А ты их с первого же урока приручила! Как? — Так разговаривать надо с людьми! Слова нужные подбирать. Только это я и делаю! — А говорят — ты их приворожила! Они же за тобой, как за дудочкой крысолова ходили. И ещё говорят, да мне и самой иногда так кажется — ты мысли читать умеешь! Услышав эти слова, Ирина уже совсем не скрывая вырывающихся из глаз искорок смеха, прислонила губы к уху сестры и таинственно прошептала: — Ну да, и в кабинете за шкафом я храню… складную метлу! Чем тут же разрядила обстановку. — Ахахах! Ирка, я тебя люблю! — настроение сестры моментально передалось Алисе. — И я тебя ребёнок! Очень сильно люблю! Ирина раскинула руки в стороны, приглашая Алису в объятия, куда девушка незамедлительно проследовала. Снова резко сменив тон на серьезность, Ирина продолжила: — И поэтому очень волнуюсь за тебя. И не могу позволить тебе сломаться, уступив жизненным обстоятельствам. Прости, если была слишком жесткой сегодня. — Риш, — Алиса уткнулась сестре в шею, втягивая носом такой родной и привычный запах, — Риш, я понимаю всё. И про себя, и про Ангелину, и про учёбу, и про Олега. Но мои чувства — они пока сильнее разума. Поэтому я пытаюсь их побороть таким… лекарством. И мне помогает, правда. — Я верю, Лисик, поэтому не запрещаю, а только обозначаю пределы, которые тебе необходимы, но которые сама ты установить не в состоянии. — Риш, я обещаю соблюдать твои условия. Но давай начнём с завтрашнего дня. Завтра хоть и не понедельник, с которого положено начинать, но зато число красивое — 11. А сегодня… Ирина слегка нахмурилась. — А сегодня — дай мне ещё одну твою сигаретку. Сиреневую. И я пойду узнавать у одноклов, чего там на завтра задали в школе… И уже делая затяжку: — Зато этой ночью я окончательно убедилась в своих сексуальных предпочтениях! Прошёл месяц. Алиса быстро нагнала пропущенные в школе темы, и учителя перестали на неё жаловаться. Из дома она иногда исчезала на ночь, обычно в пятницу или субботу, но возвращалась всегда в адекватном состоянии, ей удавалось никого не разбудив, добраться до своей комнаты. Напитки из домашнего бара и сигареты, припрятанные Ириной на балконе, не трогала. «Пора выдыхать, ведьма — твои заклятия сработали» — усмехаясь, подумала Ирина, расхаживая между рядов, пристально высматривая бессмертных, кто всё ещё решался использовать на её уроках шпаргалки. Когда на столе завибрировал телефон. Какое-то время Ирина в недоумении смотрела на экран, где высветилось «муж». Олег три дня назад уехал в соседний регион и должен был вернуться только завтра к вечеру. Обычно он был слишком занят в бизнес поездках, поэтому никогда не звонил, тем более в такое время — когда шёл урок Ирина всегда сбрасывала звонки, не отвечая. Она все же взяла телефон и выйдя из кабинета, приняла вызов. — Какого хера ты так долго не отвечаешь! — раздался разъярённый голос. Олег никогда раньше не разговаривал с ней подобным тоном. Опешив, Ирина оторвала смартфон от уха и поднесла к глазам, там по-прежнему светилось «муж». — Олеж, любимый, ты знаешь, я же на работе… — Я прекрасно знаю, где ты! Чтоб через десять минут дома была! — орали на том конце так, что Ирина невольно поморщилась и отодвинула телефон от уха. — Олеж… ну у меня ещё два урока и педсовет потом… — Мне похуй на твои уроки и педсоветы, — грубо перебили её, — повторяю — через десять минут! Я сказал — чтоб через десять минут дома была! Что непонятного в выражении 10 минут?! Скажу иначе — если через десять минут тебя не будет дома, труп своей сестры можешь искать на дне моря с водолазами! Теперь понятно?! На этих словах Олег отключился. Ирина почувствовала как горло перехватило спазмом, стало трудно дышать. Не возвращаясь в класс, она рванулась по коридору и без стука влетела в кабинет завуча. — Ирина Сергеевна? — Пппожалуйста … мне … надо … уйти срочно, — с хрипом выдавила Ирина. — Ирина Сергеевна? Ирочка, что случилось? На вас лица нет! — завуч взволнованно вскочила с кресла. — Пожалуйста… там Алиса… я боюсь… отпустите, пожалуйста, — умоляюще повторяла Ирина. — Конечно, идите, Ирочка, я вас заменю и предупрежу директора… и можете звонить мне в любое время! — услышала Ирина, уже сбегая вниз по лестнице. За полчаса до звонка Олега. Олег успешно провёл переговоры с производителем молочных продуктов о прямых поставках с завода и собирался, как обычно, завершить удачную сделку в ресторане под бутылочку коньяка и неофициальные беседы, когда ему позвонил его зам и сообщил о проблемах с крупной партией алкоголя на таможне. Извинившись перед партнёрами, Олег сразу же сорвался домой на пару часов, чтобы переодеться, запастись на всякий случай наличкой из сейфа, и направиться разруливать проблемы с алкоголем. Он швырнул сумку в угол прихожей и, на ходу скидывая с себя верхнюю одежду, направился принять душ. И тут из ванной комнаты, покачивая бёдрами, выплыла мадам лет тридцати, на которой Олег без труда узнал своё полотенце. Как ни в чем не бывало она кивнула Олегу в знак приветствия и направилась к Алисиной комнате. Руки Олега непроизвольно сжались в кулаки, лицо и шея от гнева покрылись красными пятнами. — Алиса! Блять! — заорал он. Из Алисиной комнаты высунулась ещё одна мадам в одном нижнем белье, как две капли воды похожая на ту, что бесцеремонно воспользовалась чужим полотенцем. — Алиса! Сссука! Дверь Алисиной комнаты распахнулась, в дверях появилась Алиса, едва держась на ногах, завернутая в покрывало, под которым, похоже, ничего не было. Из комнаты волнами выкатывался запах алкоголя вперемешку с сигаретным дымом. — Это что за хуйня, блять, в моём доме!!! — крик Олега эхом разносился по всей квартире. Алиса же, бросив мимолетный взгляд на Олега, который до этого успел снять рубашку и стоял перед ней с обнаженным торсом, скривилась и абсолютно спокойно произнесла: — И не зачем так орать. И никакая это ни хуйня. Её просто не может быть. Потому что у нас этих самых на букву х… ни у кого нет. А это мы сегодня с близняшками тройничок замутили. Познакомься — это — Лина, — кивнула Алиса на ту, что в полотенце, а это, — на ту, которая в нижнем белье — Инна… ой наоборот, кажется, простите девчонки, вы так похожи и обе такие суперские, поэтому я и напутала. — А ну съеблись отсюда, шалавы! — продолжал орать Олег, обращаясь к близняшкам. Но те то ли пребывая под хорошим градусом, то ли сами по себе отмороженные, торопиться никуда не собирались. — Алииис! Это твой парень, да? А чё он такой злооой? Может к нам хочет присоединиться. Так давай, мы не против, — то ли Инна, то ли Лина, почти вплотную подойдя к Олегу, бесцеремонно провела пальцем по его губам. — Блять! — глаза Олега начали наливаться кровью. — Я сказал — нахуй отсюда! — он оттолкнул девушку так, что она не смогла устоять на ногах и рухнула бы на пол, но вторая успела подхватить её сзади. — Иннусик, здесь становится неинтересно, дядька — грубый какой! Пошли отсюда! — обратилась одна из близняшек к другой. Та только кивнула, после чего они двумя змейками, прихватив Алису, проскользнули в её комнату. Спустя несколько минут все трое — близняшки и Алиса — при полном параде прошествовали ко входной двери. — А ты куда собралась! Пошла в свою комнату! И только попробуй куда-нибудь выйти до прихода сестры! — рявкнул Олег, больно сжимая Алисину руку. — Да пошёл ты, — огрызнулась Алиса, — девчонки, я с вами. — Я сказал — пошла к себе! А вам, если сейчас не поймете, через десять минут объяснять будет полиция, — Олег кивнул на Алису, — она не сообщила вам, что ей 16?! Произнесённая Олегом цифра магически подействовала на девушек, и те мгновенно растворились в темноте подъезда. Олег уже набирал номер Ирины. Резко затормозив, Ирина выскочила из машины и бросилась к подъезду. Несмотря на спешку, она не могла не обратить внимания на стоящую у входа весьма колоритную парочку — двух длинноногих блондинок - близняшек лет тридцати, среди бела дня разодетых как для похода в клуб, с дымящимися сигаретами в руках. Они постоянно подглядывали на экран мобильника, видимо в ожидании такси и, отчаянно матерясь, обсуждали «чёртову малолетку и её папика-мудака», которые «испортили день». «Алиса… Олег…» — сомнений, о ком шла речь, у Ирины не возникло. Не дожидаясь лифта, она взлетела на пятый этаж. Они находились в одной комнате — в гостиной. Алиса сидела на диване, поджав под себя ноги, и листала ленту в одной из соцсетей. Олег устроился в кресле с ноутбуком, с кем-то переписывался, рядом стояла дорожная сумка. Он уже переоделся, готовый в любую минуту сорваться с места. Как только Ирина вошла в комнату, Олег сразу же свернул переписку и без каких-либо предварительных объяснений начал холодно и жестко, обращаясь только к Ирине: — Значит так. Я сейчас уезжаю. Меня не будет три дня. Когда я вернусь, чтоб её здесь не было. И впредь, когда я дома, чтобы даже духа её не ощущалось! — Но Олег… — попыталась возразить Ирина. — Ты мне хочешь сказать, что она — твоя сестра и она несовершеннолетняя? Я это прекрасно знаю. И именно поэтому я не придушил её и этих двух шлюх сразу же! И именно поэтому я продолжу её содержать. Но видеть я её больше не хочу, и жить в моём доме она не будет. Снимешь ей квартиру, за три дня, думаю найдёте. Пусть там занимается со своими извращенками пиздолизством. Последнее слово заставило Ирину вздрогнуть и покраснеть, услужливо пригнав вспоминание, как в ту, обещанную ночь, первый же куннилингус, сделанный Анатолием, всего за несколько минут вознёс её на небеса. Олег, обращаясь к Ирине, не мог не заметить её реакцию: — А что ты дёргаешься? Я всего лишь называю вещи своими именами! — Между прочим, — подала голос Алиса, — такие ласки при правильной технике доставляют куда больше удовольствия, чем ваше это сунул — высунул! Могу дать мастер-класс. Девчонки от моего куни сегодня так стонали сладко. Пока, конечно, ты не явился и весь кайф не сломал. И да! Лесбийский секс этим не ограничивается! — Блять! Ира! — Олег, всё-таки не выдержав, сорвался на крик, — или ты сейчас же заткнёшь её, или я сам это сделаю, но уже навсегда — придушу эту извращенку собственными руками, а её поганое тело расчленю по кусочкам и скормлю рыбам, чтоб совсем следов не осталось! — Алис, пожалуйста… — Ирина умоляюще посмотрела на сестру. Та усмехнувшись, картинным жестом «сдаюсь» подняла руки. Мобильный Олега вспыхнул входящим. — Да. Выхожу, — коротко бросил он в трубку и, уже покидая квартиру, крикнул: — Я предупредил! У вас три дня! Когда дверь за Олегом захлопнулась, Ирина подошла к сестре. Сил кричать, читать нотации у неё уже не было. Она только тихо и как-то устало спросила: — Ну как же так, Алис? Мы же договаривались… а теперь я ничего не смогу сделать. Алиса молча открыла переписку в Вотсапе и протянула Ирине смартфон. На экране Ирина прочитала сообщение, полученное от контакта «мой Ангел» сегодня в 10-40: «Девочка МОЯ. Буду любить тебя всегда. Прости». — Ты не удалила номер. Не бросила в ЧС? — Я не смогла… не могу… — Дай! — Ира, нет! — Да! Несколько манипуляций пальцами. — Всё. — Всё, — эхом отозвалась Алиса. Несколько секунд её взгляд не отрывался от списка контактов, где уже больше никогда не высветится «мой Ангел». — Надеюсь, у тебя хватило самолюбия не ответить на сообщение. — Лекарство помогло, — усмехнулась Алиса. — Только, смотрю, тебе пришлось увеличить дозу, — поддержала Ирина. — Ага! В два раза! Ладно, пойду… собирать вещи. Поднимаясь по лестнице, Алиса обернулась. — И в виде исключения — может угостишь сигаретой? Девчонки свои забрали… Ирина чуть приподняла уголки губ в улыбке: — В награду за сохранённое самолюбие! Сиреневую? — А давай розовую в этот раз! Чтоб символично — в честь официального каминг аута! — улыбнулась в ответ Алиса. Ирина покачала головой и, сделав Алисе приглашающий жест, направилась на балкон. «Какой ты ещё ребёнок, Лисик мой! Но эта сука! Пусть благодарит Бога за то, что далеко — убила бы! И пусть бы потом села — ни секунды не колеблясь, нож бы всадила, провернув ещё пару раз, чтоб наверняка!»