Надежда, осевшая в лёгких

      Миа сидела подле Лии и увлеченно разглядывала свои худые коленки. Ей было страшно. Впервые в жизни она испытывает такой животный ужас. Даже не находит силы поднять взгляда.       — Откуда порез? — голос Брайана звучит непривычно холодно. Лия всё же посмотрела на него. — Кто его оставил?       — Ой, кажется, я знаю! — Тоби тут же оторвался от обезглавливания мармеладных мишек. — Это был Джефф. Они с Тимом обсуждали, что Лия должна деньги!       Брайан разозлился. Это было понятно, когда кружка чая треснула прямо у него в руках, ошпарив мозолистые ладони кипятком. Миа сжалась, а Тоби никак не изменился внешне. Вернулся к истезаниям мармелада.       — Это правда, — Лия опустила голову. Сама удивляется, как ей хватает смелости. Просто было время поразмыслить над ситуацией, и вот к каким выводам она пришла: Брайан относиться к ней максимально благосклонно, не проявляет агрессии, старается наладить контакт. То есть, ведёт себя как парень, проявляющий симпатию. И его вполне можно использовать. По крайней мере, оградить себя от этого Джеффа. Лия собирается их стравить. По крайней мере, попытаться. Кто может защитить тебя от съехавшего крышей маньяка? Только такой же съехваший маньяк.       Худи прикусил губу. Чёрт знает, что твориться в его голове. Лия боиться поднять глаза. Кровь прилила к ногам. Наркоманка готова броситься к выходу в любую секунду. Сейчас всё зависит от одного человека — Брайан мог отнестись со свойственной ему опекой, а мог разозлиться, что Лия так затянула с долгом.       — Я разберусь, — сказал на выдохе. Миа под столом осторожно ткнула подругу в коленку. Поднимает на неё взгляд, встречаясь с мертвым болотом глаз. Лия понимает, что всё это время не дышала от страха. Художница кивнула в сторону ножа, так соблазнительно лежавшего прямо в центре стола.       — А он это умеет! — Тоби вновь оторвался от своего увлекательного занятия, словно наверняка знал какие мысли ползают в голове у Мии. — Господин его очень любит, а все остальные бояться. Даже я иногда.

«Господин?»

      Вот теперь стало по-настоящему страшно. Лия втянула шею в плечи, а Миа заёрзала на стуле. Организованная преступная группировка. С кем же они связались?       Неожиданно, руки Лии накрыло что-то теплое. Вздрагивает, обращая внимание на то, что Брайан начал переплетать их пальцы. Взгляд его неожиданно потеплел. Сейчас он казался обычным, до потери пульса влюбленным парнем, отчаянно пытавшимся добиться взаимности. Но Лия отвела глаза в сторону. Страшно. Это единственное, что она испытывает рядом с ним.       — Я здесь не для того, чтобы навредить. Просто соскучился, — улыбается так нежно, что Лия невольно залюбовалась, несмотря на то, что ситуация явно к этому не располагала. Даже Тоби обратил на это внимание. Должно быть, ему ещё не доводилось видеть эту сторону друга. — Можешь достать меня из черного списка?       — Конечно, — Лия пыталась улыбнуться. Боковым зрением замечает косой взгляд Мии. — Могу прямо сейчас, но телефон остался в коридоре. Сходить за ним?       Рассчитывает на то, что Брайан отпустит её в коридор. Наверное, глупо. Но это единственный шанс вызвать полицию. Миа, кажется, поняла в чем дело, поэтому заметно напряглась.       — Я схожу! — Тоби резко подпрыгнул, заставив девушек вздрогнуть. Только Худи и бровью не повёл, привыкший к неожиданным действиям со стороны Тикки. У Мии от злости где-то глубоко в голове возникает мысль о том, чтобы сзади чем-нибудь пригреть Тоби. Но от одного удара он явно не ляжет. А учитывая его род деятельности — тут же развернется и ответит тем же.       Тоби вернулся почти моментально, протянув Лие телефон. Довольно прищурился, когда его поблагодарили. Миа, сидевшая рядом, косо наблюдала за убийцей. Его образ никак не мог сложиться в единую картинку и это пугало даже сильнее, чем Джефф с Тимом и Брайаном вместе взятые. Сейчас он выглядел непозволительно дружелюбно и даже по-детски. Его очень увлёк мармелад. Тоби иногда стрёмно хихикал или дёргался. Должно быть, синдром Туретта. Но у всего этого была и обратная сторона. Та, с которой Миа успела мельком познакомиться в ванной. Хотелось избежать любого контакта с этим психом. Иногда Тоби кидал на художницу задорные взгляды, словно насмехаясь. Это никак не вязалось с тем образом, который парень отыгрывал в данный момент.       В очередной раз Миа сталкивается с ним взглядом. Пробирает до мурашек. От страха такое чувство, будто позвоночник вытащили одним рывком и точно таким же образом вставили назад. Невольно подмечат, как приподнимаются яблочки на щеках. Тоби улыбается. Да ещё так насмешливо и жутко, что любой маньяк обзавидуется. Все внимание ушло к нему — наблюдать ещё и за Лией не оставалось сил, словно этот ублюдок гипнотизировал.       — Почему от тебя пахнет жженым пластиком? — Тоби заявляет это с нескрываемым любопытством. Брови слегка нахмурены.       — Что? — В голове пустота. «Он, блядь, решил таким образом тишину развеять?» — мысль проносится резко, поднимая приступ неожиданного раздражения. Впрочем, тишины и не было. Разве что в том тесном мирке карих глаз убийцы и самой художницы, подневольно прикованной к ним.       Тоби только пожал плечами и угрожающе покосился на два тапора, всё ещё находившихся при нём. Мию снова сцепило страхом. Бунт подавлен и Тикки этим вполне удовлетворён. Под маской криво усмехнулся.

***

      В привычной для себя маске Брайан чувствовал себя спокойнее. Речь о футболке с грустной физиономией, которую он всегда натягивал на лицо. Поток мыслей, обычно уносящий парня своей силой, резко затихал, давая перевести дыхание. Худи мог на холодную голову обдумать ситуацию.       Лия должна Маски не малые деньги, которые лежали сейчас у неё на комоде. Вряд-ли она их нашла. А если и нашла — не скажет. Сейчас им с Мией надо перевести дух. После того, как девушки узнали о том, чем Брайан занимается и кто он такой на самом деле, всё стало значительно сложнее.       Лия с самого начала привлекла его внимание. Такая потерянная, болезненно-худая и очень печальная, хоть и пыталась казаться колючей. Худи узнавал в ней себя. Того самого парнишку двадцатилетнего возраста, который угодил в лапы к монстру из темного леса с тощими деревьями. Лие нужна была защита, крепкое плечо рядом, как и самому Брайану когда-то.       Наладить с ней минимальный контакт было непросто. Наркоманка проявляла осторожность, принюхивплась, словно маленький зверёк. А потом все пошло по пизде. В тот самый момент, когда Худи уже было собирался пригласить её на какое-либо свидание, Тим влез со своим ебучим долгом. Брайан множество раз порывался отдать деньги сам, но Маски только щетинился.

***

      — Что это, блядь, было?       Миа сверкнула глазами. Не понимаю что это значит. Она грустит или злиться, а может всё вместе. Мне сейчас не до этого. Тошнит. По всей квартире ещё витает запах гнили. Или чего-то сладковатого с нотами аммиака. Не могу подобрать слов, чтобы описать это. Просто ужасно воротит.       Эту вонь принесли с собой два ублюдка, с чьих рук уже никогда не смыть крови. Брайан Томас и Тоби Эрни Роджерс. Я была уверена, что Худи убил Майка. Осознание пришло неожиданно, когда тот взял меня за руку.       Желудок скрутило судорогой. Вырвало прямо на пол. На четвереньках ползу к туалету, Миа лишь открыла мне дверь. Краем глаза замечаю, что она облокотилась о стену, вымученно прикрыв глаза.       Блевала я до того момента пока не почувствовала холодок, играющий на спине. Должно быть, Миа открыла окно. Стало чуть легче, но немного морозит. Шарю рукой в кармане. Антидепрессанты и обезболивающие. То, что нужно. Проглотила сразу три таблетки. Морально стало немного спокойнее. Хотелось привести в порядок мысли и я знала всего одно место, где могу это сделать.       Когда выбегала из дома, то не могла не заметить крупные купюры, лажавшие на комоде. Сразу догадалась чьих рук дело. Стоило бы раньше догадаться, что Брайан с тем стремным парнем заявились сюда не просто так. В любой другой ситуации я бы сказала, что это мило.       Таксист странно на меня покосился, когда я назвала адрес. Должно быть, немного жутко, когда зарёванная девушка с выпученными глазами и с тошнотворной смесью запахов гнили и блевоты просит ночью отвезти на кладбище.       Поездка превратилась для меня в настоящий ад. Беспокойный водитель то и дело старался разглядеть меня в зеркало заднего вида, пару раз кидал взгляд и на свой телефон с включенным навигатором, словно размышляя стоит ли вызвать полицию. Когда ехать оставалось меньше пяти минут и впереди показался оранжевый указатель, я облегчённо вздохнула, попросив таксиста остановиться.       — Чёрт, — шумно ругаюсь. В кармане куртки была только пяти-десятидолларовая купюра. Вряд-ли у водителя, который, судя по всему, только вышел на смену, будет размен. — Без сдачи.       Дверца машины едва не оторвалась, когда я с силой её толкнула. Выпрыгиваю наружу и тут же срываюсь на бег. Уши закладывает от странной смеси адреналина, тошноты и животного страха. Сухие ветки, отломленные от деревьев сильным прорывом ветра, цеплялись за штаны, наверняка местами разрывая. Кроссовки скользили по мокрой траве, но затуманенный мозг не давал замедлить темпа. По памяти сворачиваю в сторону дороги, ведущий на кладбище.       Остановиться и восстановить дыхание я смогла только у железных ворот, отделяющих меня от Майка. «Всё в порядке, я одна, я в безопасности», — повторяю, словно мантру, однако сердце продолжает бешено колотиться. Ещё чуть-чуть — и грудная клетка треснет. Страх не отступает. Чувствую, что за массивным забором меня что-то поджидает.       Тяжёлые ворота поддаются не с первого раза. Пальцами обхватываю холодные прутья, лоб прижимаю к озябщим ладоням. Дышать, дышать, дышать. Главное — не забывать дышать. С усилием отталкиваюсь от забора, вынуждая себя посмотреть вперёд. Лабиринты мёртвого мрамора встречают меня звенящей тишиной. Пустые глазницы редких надгробных памятников провожают меня до нужной могилы ледяным взглядом. Где-то вдалеке у трассы кричит ворон, заставляя кожу покрыться мурашками.       — Тут спокойно, не находишь? — ответом на его вопрос служит молчание. Тим оборачивается всем телом. На его лице белая театральная маска с высоко поднятыми бровями-полосками. Не видеть его глаз и поджатых губ — плохой знак, шепчет подсознание. Его голос теряется на фоне неожиданного спокойствия, накотившего с неистовой силой. Ноги едва не подкосились. — Майк был хорошим человеком, правда. Он мне нравится, даже дышать на его могиле легче. Я ждал тебя, Лия.       — Для чего? — сухо срывается с губ. Голос ровный и не дрожит. — Ты хочешь меня убить?       — Откуда такие мысли? — притворно вздыхает. Я почти уверенна, что под маской его брови взметнулись. — С трупа денег не возьмёшь.       Ничего не отвечаю. Сейчас я чувствую себя так умиротворенно, словно напротив меня стоит не опасный маньяк, а простой барыга Тим. Знаю, что не убьёт. Сейчас он абсолютно откровенен. Понимаю, что чувство безопасности слишком эфимерное, чтобы я могла ему доверять. Лишь временное наваждение, навеянное уставшим мозгом. Тим подходит ближе. Между нами расстояние буквально в два шага. Осколок страха кольнул сознание.       — Пустая могила, — задумчиво пробормотал Маски, не отрывая от меня взгляда. — Там ведь должен кто-то находится, верно? Так ложись.       — Что? — едва успели зашевелиться губы. Тим схватил меня за плечо, ловко вывернушись и опрокинув моё тело вниз. Холодная земля, едва начавшая зарастать травой, соприкоснулась с моей щекой, ничуть не умалив жёсткого падения. Руки мужчина больно заломал, коленом надавливая на позвоночник. Больно и унизительно. Изо рта непрекращающе лились рваные хрипы.       Я словно очнулась ото сна. Дикий страх побуждал вырываться. Резкий выброс адреналина в кровь заставил приподняться, больно сдирая кожу на подбородке и подтягивая собственные колени ближе к животу. Ответом на мои потуги послужил единственный смешок. Тим навалился сверху всем весом, вновь пригвоздив к земле. Ноги разъехались в стороны, сухожилия болезненно натянулись.       — Ты, блядь, осознаешь вообще в какой ситуации оказалась? — голос, больше походивший на глухое рычание, послышался рядом с ухом. Горячее дыхание волной растеклось по щеке. — Думаешь, тебя защитит Брайан? Единственная причина, по которой ты жива — деньги, которые следовало бы уже отдать.       Меня пробирает дрожь до самых костей. От страха я так и не смогла ответить ему ничего вразумительного. Сейчас я как никогда прежде ощутила, что Тим — не просто наркодилер. В первую очередь он убийца. Не просто убийца, а чёртов маньяк.       — Если я отрежу твой грёбаный язык, — Райт говорил медленно, словно убеждаясь, что я ещё не настолько напугана, чтобы перестать его понимать. — То мне больше не придется слушать глупые отмазки, да и это более привычный способ донести информацию. Долг не ждёт.       Напоследок сильнее вдавил моё тело во влажную землю и одним движением поднялся на ноги. Я так и осталась лежать, жадно хватая ртом воздух, что свинцом обжигал лёгкие. Глаза защипало от слёз. Сил или хотя бы желания вставать не было. Помогая себе рукой, перекатываюсь на спину.       Тёмный лес, окольцевавший кладбище, всё так-же молчит. Такое ощущение, что замолк целый мир. Слёзы катятся по лицу, сталкиваются с налипшеми комками могильной земли, оставляют после себя грязные разводы, прячутся среди волос. Одинокая склонившаяся статуя ангела, стоявшая сбоку от могилы Майка, глядела на меня с щемящим сочувствием, словно убаюкивая и моля остаться у неё под покровительством на долгие годы. Её протянутые руки обещали мне долгожданное спокойствие и умиротворение. Надгробная плита Майка сзади отрезала от реальности, защищая и ограждая от невзгод.       — Да будь проклят тот день, когда я с тобой познакомилась, — срываюсь на крик. Знаю, что гулкое лесное эхо обязательно донесёт мои слова до Тима. — Это я должна была умереть, не Майк — я! За что, чёрт возьми? За что ты его убил?       Глаза каменного ангела полыхнули слепым гневом, отражая мои собственные. Капли-слезинки от начинавшегося дождя скатывались по его холодным щекам. Он плакал за себя, за Майка, за меня. За всех нас.