Дети - цветы жизни

      Себастьян сел на пол, сложив ноги бабочкой и выпрямил спину. Он продолжал рисовать пальцами. Вглядываясь в лицо Астре, он пытался изобразить хотя бы набросок. Ему сложно рисовать людей красками. Лучше, взять простой карандаш и листок. Обратив внимание на птицу, мальчик улыбнулся, но ничего не сказав, продолжил рисовать.       Маленький Астре продолжал украшать стену своими рисунками. Это может показаться криво, но ему нравилось это. Добавляя узоры кисточкой, ребенок и не заметил, как его брат уже прекратил это занятие. Синеволосый пытался все нарисовать красиво, чтобы не расстроить брата. — У тебя получается целая картина. Может быть, тебя художником сделаем? — Не-а, я не подхожу на эту роль. У меня совсем другие планы, — улыбнулся Астре, обратив свое внимание на старшего. — Ах да, я уже совсем забыл, что у тебя есть мечта, — медленно кивнул юноша. Он верил братику, но ему казалось, что эта мечта была сложной. — Ты хорошо потрудился, что успел испачкаться краской. После того, как ты дорисуешь, то придется идти и отмывать тебя. — Я уже большой и сам могу! — гордо воскликнул мальчик. — Хорошо, я просто подготовлю тебе ванну, — усмехнулся брюнет. — Можно помочь спуститься по лестнице? М, взрослый братик? — Можно, — посмеялся малыш.       Как только он закончил, то взял Себастьяна за руку, и они спустились с высокой лестницы. — Пойдём. Отмываться от краски будешь. Самостоятельно, — шутил Михаэлис.       Он не возмущался о том, что его испачкали какой-то краской. Воды и мыла на всех хватит. Проходя в маленькую ванную комнатку, Себастьян подошёл к ванне. Она была тоже не большой, но места хватало.Набрав из вёдер горячую воду, а потом добавляя холодную, мальчик проверил температуру уцелевшей рукой: — Тёплая. Тебе точно помощь не нужна? — Точно! Я ведь большой! — улыбался широкой улыбкой мальчик. — Хорошо. Я принесу тебе полотенце. Будь аккуратнее.       Себастьян доверял брату.       Зайдя на кухню, он вымыл руки, а потом ушел за полотенцем, но вдруг услышал грохот, который заставил его подскочить. Михаэлис перепугался за малыша, и побежал к нему: — Астре! Сильно больно? Давай помогу встать, — он приподнял голубоглазого. — Терпимо, — малыш даже не плакал. Ударился, но ничего страшного. Заживет. — Маленький засранец, — прошипел брюнет. Он никогда не ругал младшего и не рычал на него. Подняв, старший посадил малыша в ванную. — Лучше, я помогу тебе. Никто об этом не узнает. Тем более, взрослым людям тоже иногда нужна помощь.       Синеволосый не стал спорить. Раз взрослым тоже помогают, то он был согласен.