Экскурсия
28 сентября 2022 г., 14:00
Небо затянуто тучами, и тусклый солнечный свет едва проникает в комнату через окно. Я быстро оделся и съел лёгкий завтрак. Мне не хочется опаздывать на встречу. Принцесса Луна ждёт от меня новостей о происходящем, и мои отчёты могут повлиять на решения, которые затронут всю Эквестрию.
Никакого давления.
Позавтракав, я вышел в коридор, чтобы проведать родителей. К счастью, они были недалеко от меня. Мама уже читала утреннюю газету. Она выглядела более уставшей, чем обычно, но при виде меня её лицо озарилось улыбкой.
— Ну, доброе утро! — она заключила меня в крепкие объятия. — Хорошо спалось?
— Да, — соврал я.
— Отлично! — она сонно заморгала. — Ты не хочешь позавтракать? Я как раз собиралась начать.
— Вообще-то, я уже поел. И, похоже, тебе не помешало бы еще немного поспать.
— Ничего страшного, — уверила меня мама. — Просто у нас была тяжелая ночь. Но у нас все в порядке.
— Хорошо. Из любопытства, какой пароль?
— Квиверквил.
Спасибо Селестии.
— Хорошо, — сказал я. — Я хотел вам сообщить, что сегодня весь день буду занят встречами с Глассайем. Вернусь только к ужину. Кстати, я хочу спросить у Бикбрейкер, не согласится ли она поужинать с нами. Я знаю, вы с папой были бы не против...
Мои часы зажужжали.
— Ну, мне пора, — сказал я. — Хорошего вам дня! И будьте осторожны. — не желая опаздывать, я быстро поцеловал маму в щёку и поспешил уйти.
***
Когда я вошёл в офис, секретарша Глассайя подняла взгляд от своих часов. — Доброе утро, мистер Сильверспик. Глассай ждёт вас, — сказала она и указала на богато украшенный лифт, который находился в задней части помещения. Я на секунду остановился, чтобы полюбоваться богато украшенными шестерёнками и дверцами лифта. Затем я вошёл внутрь и направился наверх. Я оказался в вестибюле, который был сделан из мрамора и нефрита. Его гладкая поверхность отражала тёплое сияние электронных ламп. В конце коридора меня ждёт большая пони, которая, кажется, не очень рада меня видеть. — Сильверспик хочет видеть мистера Глассайя, — сказал я. Она внимательно осмотрела меня. Её рог засветился, и на меня обрушилось заклинание против чейнджлингов. Убедившись, что я не самозванец, она жестом пригласила меня следовать за ней. Мы подошли к паре непрозрачных стеклянных дверей, и большая пони приложила глаза к сканеру. Двери бесшумно открылись, и мы вошли во внутреннее святилище Глассайя. Когда мы вошли, я ахнул от удивления. Мы оказались внутри гигантского купола, расположенного на вершине Монолита. Это место напоминало пребывание внутри кристалла: стены были сделаны из стекла, а по полу змеилась искусственная река, окружённая многочисленными растениями, папоротниками и статуями. На другом конце находились несколько комнат, расположенных друг над другом. Большая пони провела меня наверх, к тяжёлому деревянному столу. Отсюда Глассай находился буквально на вершине мира, откуда открывался прекрасный вид на небо за пределами Генезиса. Я мог только представить, как прекрасно это место, когда оно освещено тёплыми солнечными лучами. — Привет, Сильверспик. Я обернулся и увидел Глассая, который поднимался по лестнице. Он был одет в шёлковый халат, а в руках держал поднос с разнообразными блюдами для завтрака, которые парили в воздухе. — Прошу прощения за то, что заставил тебя ждать. Я не заметил, как пролетело время, пока работал над газетой. — он плавно поднёс поднос ко мне. — Ты уже ел? Может быть, выпьешь немного чая? Я не испытываю жажды, но было бы невежливо отказаться от угощения, которое мне предложил мой хозяин. — Чай будет в самый раз. Чайник упал с подноса и наполнил чашку, которая приплыла ко мне. — Похоже, судьба снова нас свела, — сказал Глассай. — Признаться, я не ожидал, что ты окажешься посланником Луны. Особенно после того, как ты... — Инцидента в Мэйнхэттене? — Такое же хорошее описание, как и любое другое, — сказал Глассай, наливая себе чашку чая. — Похоже, ты искупил свою вину и снова стал уважаемым пони. — он сделал глоток и продолжил: — Это действительно впечатляет. Менее чем за пять лет ты прошел путь от незаметного пони в местном продуктовом магазине до посланника самой принцессы. Рискну предположить, что немногие пони смогли так быстро подняться, упасть и снова подняться. — он улыбнулся. — TechInc всегда ищет целеустремлённых пони, Сильверспик. Если ты захочешь получить работу, как только твоя миссия будет завершена, мы будем рады предоставить тебе место в нашей компании. Я покачал головой. — Благодарю за предложение, но у меня уже есть предварительные договорённости о трудоустройстве на тот момент, когда это будет возможно. Он пожал плечами. — Справедливо, — согласился Глассай, допив свой чай и налив ещё одну чашку. — А теперь давай перейдём к делу. Ты здесь, чтобы совершить экскурсию по «Генезису» и увидеть наши удивительные творения, не так ли? Я кивнул. — Прекрасно! Обычно мы приглашаем одного из наших гидов, но, учитывая твою значимость и нашу общую историю, я с удовольствием сам покажу тебе окрестности. Разумеется, в сопровождении охраны и моего верного спутника, — он указал на крупного пони. — Думаю, вы уже встречались. Пони снова взглянула на меня. Её взгляд уже не был таким враждебным, как прежде, но я сомневался, что мы будем поздравлять друг друга с наступающим праздником. — Её зовут Стоунхуф, и она мой личный охранник. Пожалуйста, не обижайся на неё, если она была с тобой не очень любезна. Её работа – быть бдительной и подозрительной. — Есть разница между подозрительностью и паранойей. — Не тогда, когда нам угрожают чейнджлинги, — произнесла Стоунхуф. Её голос был хриплым, с акцентом, который я никогда раньше не слышал. — Стоунхуф была изгнанницей из дома на севере, — рассказал Глассай. — Я встретил её в Мэйнхэттене. Она не оправдывала своего имени, но была сильной и хотела работать. Поэтому я взял её к себе, и с тех пор она мой телохранитель. Сделав последний глоток, Глассай осушил свою чашку. — Итак, полагаю, нам пора отправляться. Стоунхуф, подготовь, пожалуйста, отряд охраны, который будет нас сопровождать. Я буду готов через десять минут. — он повернулся ко мне, в то время как Стоунхуф достала телефон, встроенный в её копыто. — Надеюсь, ты хорошо отдохнул ночью, Сильверспик. Тебе предстоит быть на ногах весь день.***
После того как он оделся, он вызвал отряд охраны, состоящий из шести вооружённых до зубов пони. Затем он провёл меня к своей частной посадочной платформе и личному дирижаблю. Из гигантских окон дирижабля открывался великолепный вид на Генезис. Во время полёта к ближайшему производственному заводу я узнал, что по всему городу есть несколько зданий, каждое из которых посвящено определённым проектам. Некоторые здания сосредоточены на конечностях, другие – на двигателях для различных транспортных средств, а третьи – на медицинском оборудовании. Медицинский корпус показался мне подходящим местом для начала, поэтому мы направились туда в первую очередь. После приземления Глассай провёл нас внутрь. Благодаря его присутствию охрана пропустила нас без проблем. Мы быстро переоделись в стерильные халаты и отправились в производственный цех. Здесь меня поразило огромное количество машин. Одна из них, самая близкая, извлекает глазные яблоки различных форм, размеров и цветов. — Мы создали глаза для пони, — сказал мне Глассай. — Но мы подумали, что и другие расы тоже захотят иметь свои собственные глаза. Поэтому мы сделали глаза для грифона, глаза для буйвола и даже глаза для дракона, чтобы они могли носить их, как наши чешуйчатые друзья. Однако создать глаза – это одно, а вот удержать их на месте – совсем другое. Мы прошли в меньшую часть завода, где специалисты работают над огромным количеством металлических рам. — Это каркасы из проволочной сетки, которые крепятся к голове для установки нового глаза, — пояснил Глассай. — Вчера вечером мы представили свои разработки широкой публике, но уже несколько месяцев сотрудничаем с больницами, чтобы собрать достаточно информации для общества. Я посмотрел в эти глаза. Это действительно невероятное техническое решение. Когда я заглянул внутрь наполовину построенного устройства, я был поражён тем, как удалось разместить столько крошечных деталей и механизмов в таком небольшом пространстве. Если TechInc может делать чудеса с такими небольшими вещами, какие ещё сюрпризы они приготовили? Мы спустились на нижний этаж, где изготавливают обувь. Я согласился с Глассаем, когда он рассказывал о логистике производства и многих других вещах. Однако меня удивило поведение охранников: вместо того чтобы находиться рядом с Глассаем, они держались возле меня. Это было необычно, ведь их задача – защищать своего босса, а не меня. Если только им не было дано каких-то указаний, о которых я не осведомлён. Когда экскурсия завершилась, Глассай вернулся в вестибюль. Я остановил его, прежде чем мы ушли, и напомнил, что как инспектор я имею право осмотреть любую часть фабрики, даже если она кажется незначительной. С этой целью я попросил его показать мне всё: от ванных комнат и кладовых до генераторной в подвале. Глассай согласился, хотя я не мог сказать, чем на самом деле занимаюсь – возможно, я пытался найти что-то, что он не хотел мне показывать. К счастью, мой поиск не выявил ничего подозрительного. Когда я убедился, что ничего гнусного или незаконного не происходит, мы ушли. Пока все идет хорошо. Экскурсия продолжилась на заводе, где производят двигатели, силовые установки и различные транспортные средства. Было интересно увидеть разнообразные экипажи, тележки и пожарные машины, которые могли передвигаться самостоятельно, без посторонней помощи. Но ещё более удивительно было наблюдать за транспортными средствами, которые могли парить над землёй и скользить без использования магии. Это стало возможным благодаря небольшим, но невероятно мощным двигателям, создающим поле зависания. Хотя я и не могу полностью понять принцип их работы, нельзя не испытывать благоговейного трепета при виде таких транспортных средств, парящих над полом. Не могу не удивиться, как им удалось создать такую технологию всего за два года. Пока мы продолжали путь, я снова обратил внимание на охранников. С каждым новым зданием, которое мы посещали, они, казалось, становились всё более внимательными ко мне. Но почему? Может быть, они просто ждут, когда Глассай, Стоунхуф и я отойдём от остальных? Нет, это маловероятно; они бы напали на нас ещё на дирижабле Глассайя, где побег был бы затруднён. Но если они не чейнджлинги, это значит, что они что-то замышляют. Но что? После того как я закончил обыскивать все помещения фабрики, Глассай предложил немного отдохнуть и отвёл меня в музей, посвящённый истории технологий. В залах музея собраны разнообразные артефакты и предметы, рассказывающие об истории Эквестрии. Здесь можно увидеть, как первые пони использовали дубинки и палки, а также современные транспортные средства и высокотехнологичные инструменты. Удивительно, насколько далеко мы продвинулись в своём развитии. Однако по мере того, как мы переходили из зала в зал, я заметил, что охранники стали держаться ближе ко мне. Это было необычно и не могло не вызывать беспокойства. Мы оказались в комнате, где находились всего несколько охранников, а в углу были установлены камеры наблюдения. Если бы охранники были чейнджлингами, то лучше было бы разместить их в таком месте, чтобы третья сторона могла видеть всё происходящее. — ...и это самые древние образцы технологий, которые мы обнаружили во время археологических раскопок по всей Эквестрии, — сказал Глассай, проходя мимо полок, заполненных всевозможными необычными артефактами. — Если ты посмотришь сюда... Я глубоко вдохнул. Если это не поможет, ситуация может быстро ухудшиться. — Глассай? — Да, мой дорогой мальчик? Что привлекло твое внимание? Я указал на охранников. — Я заметил, что во время экскурсии твои охранники, по-видимому, уделяли мне больше внимания, чем тебе. — Да, так и есть, — с улыбкой сказал Глассай. — В конце концов, ты же VIP-персона принцессы Луны. Мы должны быть уверены, что с тобой ничего не случится, пока ты здесь. — Я это понимаю. Если бы я не знал никаких подробностей, то могло бы показаться, что они не хотят, чтобы я вмешивался в это дело. — Правда? Это именно то, чего мы не хотим. А теперь, друзья, давайте дадим нашему гостю немного пространства. Охранники отошли от меня на несколько шагов. — Вот, так гораздо лучше, — сказал Глассай, повернувшись ко мне. — Сильверспик, прошу прощения. Я не хочу, чтобы ты чувствовал себя пленником. Ты мой гость и можешь свободно перемещаться по замку. — он жестом указал на комнату. — Если тебя не интересуют древние артефакты, может быть, тебя увлечёт что-нибудь другое? Есть ли у тебя какие-то места, куда ты хотел бы сходить? Я как раз думал об этом. Если эти охранники здесь, чтобы следить за тем, чтобы я не попал туда, куда не следует, то где бы они хотели меня видеть меньше всего? Подождите… Бикбрйкер говорила, что в Генезисе есть место, которого никто никогда не видел. — Вообще-то, да. Я бы хотел увидеть твои научно-исследовательские лаборатории. Глассайю потребовалось мгновение, чтобы обрести дар речи. — Ах... Да, это самый логичный выбор. — он попытался сдержать эмоции и вытер капельку пота со лба. — Мы отправляемся туда немедленно. Стоунхуф, покажи, пожалуйста, дорогу. И, джентльмены, прошу вас, уступите нашему гостю достаточно места в пути. Стоунхуф жестом предложила мне следовать за ней. Оглянувшись, я убедился, что Глассай ведёт себя нормально. Он улыбнулся мне, показывая, что идёт с нами, но я знал, что это улыбка пони, который что-то скрывает.***
Даже имея доступ к секретной информации, я ожидал, что научно-исследовательские лаборатории будут самым тщательно охраняемым и безопасным местом во всём Генезисе, быть может, даже более безопасным, чем квартира Глассайя. Однако, когда мы приблизились к зданию на дирижабле Глассайя, я с удивлением обнаружил, что оно выглядит как обычное офисное здание, похожее на сотни других, которые можно найти в деловом районе Мэйнхэттена. — Пусть тебя не вводит в заблуждение внешний вид, — сказал Глассай. — Внутри это совсем другое строение. Затем Глассай отправил сообщение в здание и попросил отключить защитное поле. Только тогда я заметил магический купол, окружавший здание. Он был почти незаметен и, вероятно, был установлен для того, чтобы не подпускать любопытных пони-пегасов. Глассай объяснил, что у любого, кто выйдет на поле, сразу же начнётся приступ тошноты, и ему придётся срочно уйти, чтобы стало легче. Когда действие заклинания прекратилось, дирижабль опустился на крышу. Мы поднялись в лифте в скромный вестибюль с минимальным оформлением. — Мы не можем допустить риска, когда речь идёт о защите наших исследований, — сказал Глассай, когда мы миновали контрольно-пропускной пункт и прошли проверку охранников, одетых в тяжёлую броню. — Поэтому это здание построено так, чтобы выглядеть непримечательно, а его окружает защитное заклинание. — мы направились к лифтам, расположенным в задней части здания. — Но если бы по случайности вор смог прокрасться мимо контрольно-пропускных пунктов, ему пришлось бы преодолеть ещё одну линию нашей защиты. — Какую? — спросил я. Мы зашли в один из лифтов. У него сложная панель управления со сканерами глаз. — Если ты захотчешь воспользоваться нашими лифтами, тебе нужно будет отсканировать и распознать рисунок твоей сетчатки, — пояснил Глассай. — Если тебя нет в нашей базе данных, ты не сможешь никуда пройти. После того как охранники вошли внутрь, Глассай поднёс глаза к сканеру. Когда они стали зелёными, он дал нам сигнал спускаться. — Большинство наших научно-исследовательских объектов расположены в основании Генезиса, — пояснил Гласай, пока мы спускались. — Это позволяет достичь двух целей: в случае чрезвычайной ситуации объекты со всех сторон защищены городскими фундаментами, а если кто-то проникнет внутрь и попытается бежать, выходы из объектов можно легко перекрыть. Лифт остановился с лёгким толчком. Двери открылись, и перед нами предстал коридор из нержавеющей стали, по которому туда-сюда сновали десятки учёных в лабораторных халатах и защитных костюмах. — Добро пожаловать, Сильверспик, в место, где происходит волшебство! Здесь есть несколько подразделений, и ты можешь выбрать, какое из них хочешь посетить первым. — Что это за подразделения? — Здравоохранение, технологии, транспорт, полезные ископаемые и управление, компьютерные науки и специальные проекты. Здесь нет отдела вооружений. Это хорошо. — Эти недавние нападения чейнджлингов, несомненно, заставят нас усилить меры безопасности, — сказал я. — У вас есть что-нибудь для их обнаружения? — Я рад, что ты спросил, — сказал Глассай и повёл нас по коридорам. Мы пришли в комнату, где стояли десятки прозрачных шкафов, заполненных всевозможными механизмами, трубками и деталями. — Это отдел специальных проектов. Здесь мы разрабатываем наши самые ценные проекты. Я изучил шкафы. В самом близком ничего нет. — Что обычно здесь находится? Глассай открыл дверцу шкафа и достал оттуда что-то, похожее на мерцающую змеиную кожу, но при этом эластичное, как спандекс. — Это прототип маскировочного костюма, который мы разработали для пони, желающих исследовать редкие дикие места. Я кивнул, оглядывая костюм. — Как он работает? — Этот материал преломляет свет и направляет его с помощью волокон, наполненных магией, — пояснил соседний техник. — Если вы наденете его и будете стоять неподвижно, вы станете абсолютно невидимым. Очаровательно... Ухмыляясь, Глассай протянул костюм мне. — Вот. Он твой. — Что? — Рассмотри это как подарок. Я думаю, принцессе Луне будет очень интересно увидеть его, когда ты вернёшься в Кантерлот... Но я был бы признателен, если бы ты не показывал его нашим конкурентам. Я не могу поверить своим глазам. Этот костюм – одно из самых технологичных изобретений, которые я когда-либо видел. Он должен быть редким, сложным в изготовлении и невероятно дорогим. Однако Глассай дал его мне так, словно у него есть ещё тысячи таких, спрятанных в шкафах. Я хотел отказаться, сказать, что это уже слишком… Но он прав. Луне было бы очень интересно увидеть этот костюм. Я улыбнулся и положил костюм в карман. Затем я заглянул в другие шкафы в надежде найти там другие интересные вещи. Большинство из них были мне незнакомы, но в одном из них я обнаружил медный скипетр с кроваво-красным драгоценным камнем на вершине. Вероятно, это был скипетр какого-то варварского правителя из далёкого прошлого Эквестрии, ведь ни один цивилизованный пони не стал бы прикреплять снизу острый шип. — Интересно, чем занимается персонал среди этого технического чуда? — спросил Глассай. — Это то, что наши археологи обнаружили на замерзшем севере: скипетр какого-то древнего короля или королевы, которому, возможно, тысячи лет. По словам археологов, драгоценный камень был магическим образом настроен на использование ауры единорога. Вероятно, владелец скипетра потерял свой рог, и поэтому он или она попросила местных заклинателей создать это, чтобы компенсировать потерю. — Глассай постучал по стеклу. — Мы надеемся воспроизвести этот эффект искусственно, чтобы другие несчастные единороги, потерявшие свои рога, всё ещё могли творить магию. Однако до этого ещё далеко... Вот почему мы работаем над этим. Я шёл за ним по пятам и… погоди-ка. Что это? Рога? Несколько встроенных в заднюю стенку шкафов были заполнены ими – рогами всех форм и размеров. Здесь были маленькие и коротенькие рога, а также те, что были длиной с аликорна, и все остальные промежуточные варианты. — Мы начинаем предварительные работы по созданию искусственных рогов, — сказал Глассай. — Не тех, что Medicomp пытается вырастить в лаборатории, а металлических и стальных рогов... сделанных так, чтобы выглядеть настоящими. Я с любопытством изучил рога... Подожди. Этот единственный рог, расположенный сзади... он выглядит знакомым... — О, я чуть не забыл! — сказал Глассай. — Мы пришли сюда, чтобы найти средство против Кризалис и её приспешников! Нехотя отведя взгляд от рогов, я заметил, как Глассай достаёт со стола небольшой сканер. Стол завален грудами металла, кабелями и проводниками. Устройство выглядит не очень привлекательно. Оно представляет собой грубо сваренную стальную коробку, в которой находится сложная система из кабелей и проводков. Сверху расположены две крошечные антенны. — Сканер для обнаружения чейнджлингов, который держится копытом. У нас есть заклинания, которые позволяют находить этих существ, но для их использования требуется многолетняя практика. Однако с этим сканером каждый может обнаружить чейнджлинга без использования магии. Просто возьми его в копыто и нажми на спусковой крючок. Сканер излучает волны, которые помогут тебе найти магию чейнджлингов. — с этими словами Глассай протянул мне сканер. — Попробуй. Я взял устройство. Оно было довольно тяжёлым, но его вес мог бы пригодиться, если бы мне понадобилось оглушить чейнджлинга, ударив его по голове. Я нажал на спусковой крючок, и крошечный экран засветился белым. — Зеленый для ясности, — объяснил техник, — и красный для маскировки. Я удерживал спусковой крючок и направил устройство на нескольких пони, которые были рядом. На короткое время экран стал зелёным у каждого из них. Затем я передал устройство охранникам, и они также загорелись зелёным. Я осмотрел последнего охранника, но на экране появились помехи, и он замерцал. — Боюсь, мы всё ещё работаем над ошибками, — сказал Глассай. — Понимаешь, изначально оно было… Повтори, пожалуйста, каким оно было? — Устройством для поиска залежей металла в породе, — сказал техник. — Точно, спасибо. Как только помощники Кризалис напали, Торакс быстро помог нам создать это устройство. Но всё ещё сложно его настраивать и улучшать. — взяв устройство, Глассай повёрнул его ко мне. Экран стал зелёным, замерцал, потом стал красным и снова зелёным. — Видишь? Это разочарование. Если бы TechInc смогла улучшить это устройство, оно было бы идеальным для повседневного использования. — Как скоро все будет готово? — спросил я. — Мы не знаем точного ответа. Мы также разрабатываем сканеры всего тела, похожие на те, что ты видел на Играх в Эквестрии, но это займёт ещё как минимум два года. А пока что мы можем полагаться только на заклинания обнаружения чейнджлингов. — Глассай положил сканер обратно на стол, который был завален различными предметами. — Ну что ж, давай продолжим. Нам ещё многое предстоит увидеть. — Глассай? — Да? — Эти рога... насколько далеко они продвинулись? Я почувствовал, как взгляды всех присутствующих в комнате упали на меня. — У тебя нет идей, не так ли, Сильверспик? — Глассай усмехнулся. — Принцесса Луна захочет знать. — К сожалению, я не могу ответить на ваш вопрос, — без колебаний ответил Глассай. — Мы работали над этими рогами несколько месяцев, но пока не достигли прорыва. А теперь пойдём, нам ещё многое предстоит увидеть. Глассай не шутил, ведь в этом подземном лабиринте есть множество других лабораторий и комнат. Хотя очень увлекательно видеть так много чертежей, зарисовок и концепт-артов будущих технических чудес, я, на самом деле, не могу воспринять всё сразу. Меня никогда не готовили к работе инспектора, и хотя я стараюсь следить за всем подозрительным, многого я могу не заметить. Глассай разрешил мне осматривать лаборатории по своему усмотрению. Однако среди всех этих различных устройств, лежащих вокруг, я мог бы даже не заметить оружие. Мы спустились на два этажа ниже и завершили нашу экскурсию осмотром защитной одежды, подходящей для экстремальных условий. Когда мы закончили, Глассай наконец-то проводил меня к лифту. — Ну вот и всё, что у нас есть здесь, Сильверспик. — он нажал на кнопку вызова. — Если ты не хочешь посмотреть ещё что-нибудь, предлагаю отправиться в авиационный центр. У нас есть несколько потрясающих прототипов, которые тебе стоит увидеть. Я уже собирался войти в лифт, но решил ещё раз осмотреть холл. Не то чтобы я думал найти что-то конкретное, но… Постой. В конце коридора есть небольшая дверь, выкрашенная в цвет стен. Она так хорошо замаскирована, что, если бы не тень, отбрасываемая охранником, танцующая над пазами, я бы ни за что её не заметил. — Что там? Глассай проследил за моим взглядом. — Ах, это? Здесь... мы проводим мозговые штурмы, планируем и создаём прототипы наших следующих изобретений. Если наша компания – это сердце Генезиса, то это место – его мозг и душа. Всё, что мы создали, начиналось здесь с идеи. — Я бы хотел это увидеть. — Я бы с радостью показал тебе, но, видишь ли, Сильверспик… Мне не совсем удобно делать это. — Почему? — Послушай, я знаю, что ты не любишь бизнес, но ты должен понимать: мы должны держать некоторые наши идеи в секрете как можно дольше. Мы не хотим, чтобы кто-то узнал, над чем мы работаем, потому что они могут это украсть. Представь, что было бы, если бы кто-нибудь другой узнал о конечностях, которые Бикбрейкер пыталась сделать ещё в Мэйнхэттене? Что если бы они украли их, продали и стали богатыми и знаменитыми? Бикбрейкер никогда бы не забрала «Медикомп», ты бы по-прежнему упаковывал продукты в супермаркете, а я бы по-прежнему тратил своё время на обучение крошечных умов в университете. — Я понимаю это, Глассай, но я хочу все увидеть. Я пошёл к двери, но остановился, поскольку путь мне преградили охранники. Глассай бросился вперед. — Всё хорошо, мальчики. Сильверспик нам не враг. В конце концов, он имеет право заходить сюда, если захочет. Я подошёл к двери. На ней открылась панель, и появились сканеры – для глаз, копыт и груди. — Что это такое? — Это сканеры для измерения группы крови, частоты сердечных сокращений и мозговых волн, — сказал Глассай. — Из-за секретности проектов, находящихся в этой комнате, это наша последняя линия обороны. Эти устройства помогут нам понять, насколько добровольно пони хотят войти сюда. Если мы заметим какие-либо аномалии в мозговой активности, повышенную частоту сердечных сокращений, потливость или другие признаки стресса или принуждения, то дверь заблокируется. Посмотри, — он прижался лицом к сканерам, а затем приложил грудь к другому сканеру. Всего через мгновение огни загорелись красным. — Как видишь, из-за моего уровня стресса попасть сюда невозможно. Боюсь, нам придётся вернуться позже, когда я успокоюсь. — Но я уполномочен входить внутрь, верно? — Ну, да, но... Я подошёл к сканеру и посмотрел в оптику. Короткая вспышка света на мгновение ослепила меня, а затем я приложил копыто и прижал грудь к сканеру. Огни стали красными. — Почему не сработало? — Предполагалось, что по прибытии у втебя будет доступ в любую часть города. Были ли твои данные о радужной оболочке глаз и мозговых волнах внесены в систему? — Нет. — Теперь всё ясно. Из-за сложностей с конвенцией и прочих причин служба безопасности, вероятно, просто забыла провести необходимые процедуры. — Глассай достал мобильный телефон и нажал кнопку вызова. — Оникс? Это Глассай. Пожалуйста, предоставь Сильверспику доступ в комнату для мозгового штурма как можно скорее. Да... Очень хорошо. Благодарю, — он завершил звонок. — Потребуется некоторое время, чтобы интегрировать тебя в систему. Тебе нужно будет отсканировать свою радужную оболочку и ввести другие личные данные. Но ты сможешь получить доступ к комнате уже завтра утром. Надеюсь, это тебя удовлетворит? В глазах Глассайя есть что-то тревожное. За его очаровательной улыбкой и ободряющим взглядом кроется чувство отчаяния. Кажется, он что-то скрывает. — Кто ещё имеет право входить в эту комнату? — поинтересовался я. — Мне бы хотелось, чтобы они спустились и открыли дверь. — К сожалению, это невозможно. Сотрудники, которые там работают, ушли в отпуск и не вернутся до окончания съезда. Глассайя отвлёкся и посмотрел на экран модных карманных часов, которые были подключены к звуковому сигналу. — О боже, уже так поздно? Уже почти время обеда. Я взглянул на часы и увидел, что до половины двенадцатого ещё полчаса. Я собирался войти в комнату, но меня ждала другая встреча, которая не могла ждать. — Мы вернёмся к этому вопросу позже, — сказал я. — Через полчаса у меня назначена встреча с Бикбрейкер. — Свидание, верно? — улыбнулся Глассай, радуясь смене темы. — Я позволил себе роскошь и заказал для нас превосходную еду в лучшем ресторане Генезиса. Сильверспик, почему бы не пригласить Бикбрейкер присоединиться к нам? — он достал свой телефон. — Дай мне минутку, я найду ей место за нашим столиком. — Мы планировали провести время за романтическим ужином. — Наш ресторан – один из лучших в Эквестрии! Каждый год пони и гости со всего света приезжают сюда, чтобы насладиться изысканными блюдами. Ведь у нас работают лучшие повара, которых только можно найти в Эквестрии. Не хотите ли вы пообедать в нашем ресторане? За мой счёт, разумеется. — он улыбнулся. — Вы даже можете сказать, что уговорили меня уступить вам место. Нет причин сомневаться в том, что Глассай хвастается. Это бы хорошо характеризовало его, если бы он был владельцем одной из лучших закусочных во всей Эквестрии. — Хорошо ... Я полагаю, мы можем попробовать. — Великолепно! Итак, где она остановилась? Я могу послать за ней такси. Я достал записку, которую мне дала Бикбрейкер. Пока Глассай осматривал отель и делал телефонные звонки, я посмотрел на дверь. Никто не подходил к нему близко, но охранники переговаривались между собой. В частности, Стоунхуф что-то шептала в маленькое коммуникационное устройство на своём копыте. Я подумал, что она просто информирует службу безопасности о том, куда направляется её работодатель. Моя циничная сторона спросила, не кроется ли за её сдержанностью что-то более подозрительное.***
Ресторан Four Corners находится на краю Генезиса, рядом с магическим барьером, отделяющим город от холодного открытого неба. Из окон заведения открывается захватывающий вид на небо, что делает его идеальным местом для проведения встреч с важными гостями. Когда Глассай пригласил меня посетить этот ресторан, я был впечатлён. В самом разгаре обеденный перерыв, официанты и официантки обслуживают гостей – представителей высшего общества. Каждый из них наслаждается изысканными блюдами, лучшим вином и шампанским, сидя на роскошных сиденьях и утопая в мягком толстом ковре. Однако мы не ужинаем с другими. Глассай провёл меня в отдельную комнату на самом верхнем этаже здания, уютно расположенную рядом с вершиной ротонды. Там уже был накрыт большой стол на троих. Глассай и его охрана, а также Стоунхуф, вышли наружу, когда мы с ним уселись за стол. — Не стесняйтесь и заказывайте всё, что вам по душе, — сказал он, заправляя салфетку за ворот рубашки. Я изучал меню, пытаясь понять сложные и труднопроизносимые названия блюд. Я не часто обедаю в модных ресторанах, обычно я выбираю простые места, где можно заказать бургеры, пиццу и другие привычные блюда. Говорят, даже принцесса Селестия предпочитает торт изысканным блюдам, которые готовят для неё каждый день. — Госпожа Бикбрейкер должна приехать с минуты на минуту, — сообщил Глассай. — Мой водитель заверил меня, что она прибудет сюда... А вот и она! Я посмотрел в сторону входа и увидел, как к нему подъезжает такси. Два официанта проводили крайне удивлённую Бикбрейкер внутрь. Не прошло и минуты, как она вошла в здание. — Бикбрейкер! — сказал Глассай. — Пожалуйста, входи! Бикбрейкер была удивлена, увидев своего старого профессора, особенно в моём присутствии. — Сильверспик? Я думала, мы пообедаем у тебя дома. — Он настоял, чтобы мы встретились именно здесь, — сказал Глассай. — Как только я заговорил об этом месте, он очень захотел произвести на тебя впечатление. Как я мог отказать? А теперь проходи, присаживайся и угощайся всем, что тебе нравится. Считайте это угощением от меня. Бикбрейкер опустилась на стул. — Я удивлена, что ты позволяешь сотруднику конкурирующей компании обедать с тобой. — Меня бы здесь не было, если бы не твои изобретения, дорогая. Это не бизнес, а развлечение. Надеюсь, твой работодатель не будет против? Взяв меню, Бикбрейкер просмотрела его. — Я в этом сомневаюсь... хотя, возможно, он хотел бы, чтобы я узнала некоторые из ваших самых важных деловых тайн. Глассай посмеялся. — Да, я думаю, он бы так и поступил. Ну что, Сильверспик, нашёл что-нибудь по душе? Нет. Я должен был что-то выбрать, чтобы успокоить свой урчащий желудок. Поэтому я наугад взял что-то из макаронных изделий. И Бикбрейкер, которая была так же растеряна, как и я, тоже сделала выбор. Официант принял наши заказы и ушёл. Теперь мы могли наслаждаться обществом друг друга. — Как много времени прошло с тех пор, когда мы виделись в последний раз! — сказал Глассай Бикбрейкер. — Расскажи, чем ты занималась после того случая в Мэйнхеттене? Я знаю, что ты была ведущим исследователем в Medicomp, но с тех пор я потерял представление о том, чем ты занималась. — Сейчас я уже не занимаю такую высокую должность, — поделилась Бикбрейкер. — Medicomp решил, что эффективнее будет нанять несколько выдающихся специалистов в этой области и создать из них команду, способную генерировать новые идеи. Хотя мне и нравится, что теперь не я одна принимаю все решения, в последнее время мы работаем в таком напряжённом режиме, что просто вынуждены идти в копыто со временем. Мы трудимся круглосуточно, семь дней в неделю, иногда даже в две смены. Это похоже на бег в колесе: я очень устаю, но не вижу результатов. — Никто не должен так себя чувствовать, — сказал я. — Совершенно верно, — ответил Глассай. — К сожалению, такова специфика нашей отрасли. Мы работаем круглосуточно, стараясь не отставать от спроса и выполнения квот. Попытки следовать установленному графику могут оказаться практически невыполнимыми. Бикбрейкер спрятала лицо в копытах. — И не говори. — Ты всегда можешь присоединиться к моей команде, — сказал Глассай. — Мои сотрудники трудятся усердно, как и ты, но даже у них есть право на отдых. — Я думала, что этот обед будет приятным времяпрепровождением, а не деловым. — О, моя ошибка. Этого больше не повторится, — сказал Глассай, сделав глоток из своего бокала. — В жизни есть нечто большее, чем работа. Например, семья и друзья. Ими нельзя пренебрегать, как это сделал я, — он на мгновение замолчал, а затем восторженно хлопнул копытами. — Подумать только, мне стоит ввести политику, согласно которой всем сотрудникам будет предоставляться больше свободного времени. Или даже отпуск. Да, отпуск – это отличная идея! И мы назовём его Днём благодарности семьи! — он сделал заметку. — Да, вот что я вижу: два дня в месяц каждый сотрудник должен проводить со своей семьёй, чтобы улучшить моральный дух! Мне придётся пригласить обе ваши семьи на первый ежегодный семейный день TechInc! — закончив делать заметки, ему пришла в голову ещё одна идея. — И если вы хотите предложить своему работодателю делать то же самое, не стесняйтесь! Наконец-то нам принесли еду, и официант расставил тарелки на столе. Я с предвкушением посмотрел на свою порцию, но мой аппетит сразу же пропал, когда официант снял крышки с блюд. Я поспешил сделать заказ и выбрал пасту с печенью и луком, как и моя спутница. Не замечая, как мы переглядываемся, Глассай с аппетитом ел салат. Он успел отпить только третий глоток, когда зазвонил телефон. Взволнованный, он достал телефон и стал слушать. — К сожалению, я не смогу разделить с вами ужин. Мне нужно заняться важным делом. Но, пожалуйста, не стесняйтесь, продолжайте есть, — сказал он, вставая. — Сильверспик, когда ты закончишь обедать, мой пилот отвезёт тебя ко мне, и мы продолжим экскурсию. — он кивнул Бикбрейкер. — Рад снова вас видеть, Бикбрейкер. Пусть и ненадолго, но я надеюсь, что скоро мы сможем повторить это. Не говоря больше ни слова, он выбежал. — Интересно, что это было? — удивилась Бикбрейкер. — Возможно, какая-то встреча, — предположил я. — Мне кажется, у тебя много дел... Ты когда-нибудь думала о том, чтобы немного сбавить темп? — Да, примерно через два дня после того, как я начала работать по новому расписанию. Но компании нужна любая помощь, которую она может получить, поэтому я не могу просто уйти, — она вздохнула. — Не могу поверить, что говорю это, но это самый спокойный момент за последние месяцы, который я провела в деловой поездке. — Как выглядит остальная часть вашего графика на съезде? — спросил я. — Надеюсь, ты не против, что я поинтересовался. — Мне нужно посетить другие стенды и сделать пометки о презентациях. После этого я сразу же вернусь в Мэйнхэттен, чтобы компания Medicomp ознакомилась с моими заметками и внесла необходимые изменения в свои продукты и расширения. Я попытался откусить немного макарон. Меня чуть не стошнило. — И когда ты планируешь вернуться? Легкая улыбка. — Ты пытаешься пригласить меня на свидание, не так ли? — Что, я...? — Признайся, ты, может быть, и умеешь красиво говорить, но, вероятно, у тебя не было большого опыта общения с кобылками. Я пожал плечами. — Ладно... Я хотел бы провести с тобой время. Бикбрейкер откусила от своей пасты. — Что-то большее, чем свидание за ужином? — Например? — Удиви меня. Я стал размышлять над тем, что можно было бы сделать более утончённым, чем вкусная еда, но при этом не настолько изысканным, чтобы это обошлось слишком дорого? Бикбрейкер вяло поковыряла еду в тарелке и с трудом проглотила кусочек. — На вкус... — Отвратительно? — Ага. Мы оба молча смотрели на нашу еду. В помещении воцарилась тишина. — Хочешь посмотреть, есть ли у них бургеры? — спросил я. — Черт возьми, да. Мы спустились вниз и увидели старшего официанта. Увидев мой значок, он сразу же вытянулся по стойке «смирно» и спросил, чем может быть полезен. Я спросил, есть ли у них бургеры. К моему удивлению, он сказал, что уточнит, смогут ли повара приготовить что-нибудь на скорую руку. Пока он это делал, мне в голову пришла мысль. — О, у меня есть идея! — Ты знаешь поблизости закусочную с бургерами? — спросила Бикбрейкер. — Нет, я тут подумал... почему бы не взять отпуск после сдачи твоего отчета в Medicomp? — Отпуск? — Да! И пусть это будет небольшой отпуск. Возможно, всего три дня, но в хорошем месте. Мы можем поехать на остров или в пустыню... Бикбрейкер хихикнула. — В пустыню? — Что? Вам не нравится пустыня? Тогда давайте забудем о ней. В пустыне слишком много песка. Может быть, мы сможем отправиться на горный курорт или в Кристальную Империю. В любом случае, мы могли бы осмотреть достопримечательности, попробовать местную кухню и... обсудить некоторые вопросы. — Что именно? Она игриво относится к этому. Это хорошо. — Хорошо, поговорим о том, о чём пони любят беседовать во время каникул: о будущем. О том, чего они хотят добиться, об их интересах и планах. Когда мы закончим, можно будет всё обдумать и решить, куда двигаться дальше. Например, если мы захотим чаще ходить на свидания, ездить в отпуск или что-то ещё... Брови Бикбрейкер удивлённо приподнялись. Трудно было понять, что именно удивило её больше: интерес или удивление. — Не спеши с ответом, — сказал я ей. — Если три дня тебя не подходят, мы можем встретиться на выходных или даже в какой-то определённый день. В Мэйнхэттене есть много интересных мест, куда мы могли бы сходить. Например, в шикарный отель или... Копыто Бикбрейкер коснулось моих губ. — Отпуск – это замечательно, — сказала она с улыбкой. — Но не знаю, разрешит ли мне Коин Каунтер взять его. — Он должен! — сказал я и мягко отвёл её копыто в сторону. — Ты же самый известный сотрудник, без тебя не обойтись. Значит, у тебя больше возможностей попросить отгул. Если хочешь, я могу даже написать тебе что-нибудь в поддержку. — Ты и вправду хочешь пойти со мной на свидание. Мои щеки приобрели слабый оттенок пунцового. — Ну, если ты так ставишь вопрос... да, хочу. Бикбрейкер улыбнулась. — К сожалению, после съезда получить отпуск будет непросто, но я постараюсь выкроить несколько часов завтра вечером. Как насчёт того, чтобы встретиться и вместе посмотреть церемонию закрытия? А потом поужинать и посмотреть ночную жизнь в Генезисе? Я слышала, что их парк развлечений – один из лучших во всём Эквусе. Я бы хотел провести весь день с Бикбрейкер, но буду рад тому, что удастся получить. — Разумеется, это не составит труда. Двери кухни распахнулись, и официант вынес две тарелки с изысканными гамбургерами, приготовленными специально для нас. Они выглядели довольно необычно, но мне это даже понравилось. Бикбрейкер, судя по всему, тоже была в восторге от своего гамбургера, когда мы вернулись в VIP-зал. Остальная часть нашего обеда прошла в приятной беседе и дружеском общении. Мы наслаждались обществом друг друга. Но вот разговоры подошли к концу, а еда закончилась. Мы вышли из-за стола с полными животами, где нас уже ждал небольшой отряд охранников Глассайя. — Ну, мне все понравилось, — сказал я. — Надеюсь тебе тоже. — Хэйбургеры, да. Изысканная еда? Не такая уж и. Мы хихикнули. — Ну, мне нужно идти, — сказала Бикбрейкер. — Увидимся завтра вечером у конференц-зала. — Я буду там. Бикбрейкер с улыбкой направилась к такси. Я должен был её отпустить, но мне казалось неправильным заканчивать обед вот так. — Бикбрейкер! — воскликнул я, догнав её и повернув к себе. — Я хочу поблагодарить тебя за то, что ты пришла. Я знаю, что всё вышло не так, как мы планировали, но, надеюсь, тебе понравилось не меньше, чем мне. — Не волнуйся, мне понравилось. Хотя, возможно, в следующий раз мы сможем сделать что-нибудь более простое. — Согласен. — Бургеры? Я улыбнулся. — Да, бургеры. Обещаю. Мы посмотрели друг на друга, и в этот короткий миг у нас появилась возможность. Сейчас, когда мы стараемся восстановить отношения с Бикбрейкер, я думаю, что могу проявить вежливость и использовать физический контакт, например, поцеловать ее в копыто. Но стоит ли мне попробовать? Может быть, это будет слишком поспешно. Может быть, мне стоит дождаться конца другого приёма пищи, прежде чем… Вторая заканчивается, и Бикбрейкер направилась к своему такси. — Увидимся завтра! — крикнула она через плечо, войдя внутрь. Такси отъехало, оставив меня одного перед рестораном. Расстроен ли я? Немного. Но сейчас, возможно, разумнее не торопиться. У меня ещё будет возможность получить этот поцелуй. Я надеюсь, что такая возможность появится как можно скорее.***
Когда я закончил с Бикбрейкер, охранники Глассайя проводили меня на дирижабль. Мы взлетели и приземлились в другой научно-исследовательской лаборатории. Судя по внутренним вывескам, здесь изучаются здания и строительные технологии. Как я и ожидал, Глассай и остальные члены его команды уже ждали меня. К моему облегчению, он не выглядел расстроенным из-за того, сколько времени мы провели с Бикбрейкер. — Надеюсь, обед был приятным? Я кивнул, горя желанием возобновить экскурсию. — Глассай, сколько ещё объектов нам предстоит увидеть? — Довольно много. В Генезисе существует множество подразделений. Кажется, у тебя нет конкретного места, куда нужно попасть, не так ли? — Нет, но, учитывая, сколько времени это займёт, мне придётся остаться в Генезисе после съезда, чтобы завершить инспекцию. — Правда? Но если мы пройдём тур завтра, то сможем завершить его. Я покачал головой. — К сожалению, завтра после обеда я буду занят и не смогу работать. Глассай самодовольно улыбнулся. — Что-то связанное с прекрасной Бикбрейкер, я полагаю? — При всем моем уважении, Глассай, я хотел бы возобновить тур. Глассай ухмыльнулся. — Конечно. Следуй за мной, пожалуйста. Экскурсия продолжилась, и я изо всех сил старался быть внимательным, пока Глассай указывал на различные строительные машины. Я пытался сосредоточиться, но мне было трудно проникнуться энтузиазмом по поводу высокотехнологичных бетономешалок. Они могут увеличить прочность бетона минимум на 25 процентов, но это кажется незначительным по сравнению с искусственными глазными яблоками и костюмами-невидимками. Остаток дня прошёл не намного лучше. Сложно было понять, может ли всё, что я вижу, стать оружием. Количество комнат в каждом здании, казалось, удваивалось, и хотя персонал не пытался помешать мне исследовать здание, они внимательно наблюдали за мной. Возможно, они боялись, что я раскрою тайное оружие, которое может привести к окончательной гибели, или же им было просто любопытно, почему посторонний пони так далеко зашёл в операциях Глассайя. Когда мы летели на следующую фабрику, меня осенило: это не сработает. Я один-единственный сотрудник в городе, который построен и управляется одной компанией с тысячами работников. Им могут приказать что-то сделать, а я не могу быть одновременно везде. Глассай мог бы воспользоваться этим и что-то спрятать. Я посмотрел в окно и подсчитал, сколько зданий мы посетили. Мой желудок сжался, когда я понял, что, возможно, мы осмотрели лишь треть из них. Если так пойдёт и дальше, то мне потребуются недели, чтобы проверить все шкафы и подвалы. — Сегодня мы можем посетить ещё четыре объекта, — сказал Глассай, пробегая глазами по списку. — Может быть, ты хочешь посетить какой-то конкретный? Возможно, сейчас самое время обойтись без лишних слов. Я не могу применить свой дар, но в этом расследовании я могу быть честным... конечно, соблюдая такт. — Глассай, твоя компания работает над каким-либо видом оружия? Не знаю, как Глассай отреагировал бы на мой вопрос. Вероятно, он бы попытался отшутиться и уйти от ответа, чтобы скрыть свой поступок. Но, к моему удивлению, мне показалось, что он испытал облегчение. — Знаешь, Сильверспик, я рад, что ты спросил. Это правда, и я хотел предложить нам в следующий раз посетить центр разработки. Подожди, это все? Он более откровенен, чем я думал. Мы вернулись к Монолиту и миновали несколько дверей безопасности и контрольно-пропускных пунктов, прежде чем попасть в хорошо защищённую комнату недалеко от центра башни. Чтобы открыть главные ворота и получить доступ в другую исследовательскую лабораторию, похожую на те, через которые мы уже прошли, нам нужно было отсканировать наши значки Глассайя и Стоунхуф. Но вместо деталей машин, медицинского оборудования и груд металла мы увидели несколько станций, заполненных компонентами оружия. — Учитывая деликатный характер нашего подразделения самообороны, мы решили разместить завод, где производятся наши устройства, прямо внутри башни, — сказал Глассай. — Прости, самообороны? — Да, мы разрабатываем только несмертельное огнестрельное оружие для самозащиты. Оно предназначено для правоохранительных органов и частных лиц. В этой комнате нет ничего опасного для жизни. Например, вот это. — Глассай подошёл к станции и взял небольшое ярко-жёлтое устройство. — Это электрошокер. — Что? — Это небольшое устройство стреляет потоком электричества в свою цель. В результате воздействия электрического напряжения нападающий временно теряет контроль над произвольными двигательными системами, то есть становится полностью недееспособным. Однако через десять минут он полностью восстанавливает свои функции и не испытывает никаких повреждений. — он поднял электрошокер. — Не хочешь ли увидеть демонстрацию его работы? — На себе? — О, боже правый, нет! У нас есть сотрудники, которые занимаются тем, что тестируют наши устройства. Конечно, они получают высокую зарплату и имеют доступ к отличному медицинскому обслуживанию. — Чем ещё можно в них стрелять? — Перцовым баллончиком, слезоточивым газом, усыпляющим газом, снотворными дротиками, расширяющейся пеной и химикатом, который вызывает рвоту и опорожнение кишечника. Нельзя нападать на кого-то, если у тебя болит живот. — И это все? — Да. — Ты уверен? Все в комнате повернулись ко мне. Глассай улыбнулся. — Да, я очень уверен, — сказал он, широко улыбнувшись. — А теперь, как насчёт того, чтобы мы продолжили демонстрации? Обещаю, они будут самыми искренними. Испытуемым следовало бы хорошо заплатить за то, через что они проходят в течение следующих пятнадцати минут: их бьют, распыляют какие-то вещества и забрасывают предметами, которые хотя и не смертельны, но явно причиняют боль. Тем не менее, каждый испытуемый встаёт после окончания демонстрации, и за ним сразу же ухаживают две медсестры. — Ну, мой мальчик, что ты думаешь по этому поводу? — спросил Глассай, когда последнему испытуемому помогли выйти из комнаты. — Это выглядело болезненно. — Есть такое. Но, как я уже говорил, всё это предназначено только для самообороны, как и всё остальное, что мы производим. — я прижал электрошокер к своим копытам. — Вот. Думаю, принцесса Луна захочет увидеть это, когда вы встретитесь. Я убрал электрошокер в карман и начал осматривать комнату. Я искал скрытые двери, секретные отделения или другие места, где могло быть спрятано неопасное оружие. Но ничего такого я не нашёл – место казалось чистым. Однако меня не покидало чувство тревоги. Что-то кажется мне неправильным. — Если у тебя больше нет вопросов, то давай продолжим путь, — предложил Глассай. – Нам предстоит посетить ещё несколько интересных мест до конца дня. Сегодня я хочу увидеть как можно больше мест, чтобы завтра сэкономить время. Однако эта дверь в главной исследовательской лаборатории не даёт мне покоя. — Честно говоря, я бы предпочёл, чтобы мы смогли сделать это завтра, — сказал я. — Правда? Мне показалось, что ты хотел увидеть сегодня как можно больше. — Я увидел всё, что хотел. К тому же, у меня есть личные дела, которыми мне нужно заняться. И если я не ошибаюсь, тебе предстоит выступление в конференц-зале через час? Улыбка Глассайя сменилась замешательством, и он достал свои карманные часы. — Ты прав, я совсем потерял счёт времени! Похоже, нам снова придётся вернуться к этому вопросу завтра. Предлагаю встретиться в моём офисе ровно в восемь часов утра. Если ты хочешь начать раньше, то, конечно, сообщи мне. — Нет, лучше к восьми. — это правда. Глассайю нужно подготовиться к презентации, и к моменту её окончания он будет очень уставшим. Он захочет как можно скорее уснуть, чтобы я мог заниматься своими делами всю ночь без его вмешательства. Есть только одна вещь, которую мне нужно сделать в первую очередь.***
После экскурсии я покинул исследовательский этаж и направился в свой пентхаус. Я закрыл за собой двери, задёрнул шторы и, заперев хозяйскую спальню, достал из-под кровати коробку Луны. Я лёг на пол, взял шар в копыта и потёр его три раза. Как и в прошлый раз, мир вокруг меня затуманился, и я оказался в мире грёз Луны. Хотя теперь мне было легче привыкнуть к этому, чем в прошлый раз, всё равно было неприятно видеть своё тело на полу. Я старался не обращать на это внимания, когда Луна появлялась из-за экрана. — Сильверспик, ты пришел раньше, чем я ожидала. Ты что-нибудь нашел? — Ваше высочество, дело обстоит не совсем так. Сегодня утром я приступил к изучению Генезиса с помощью Глассайя, но продвигаюсь гораздо медленнее, чем предполагал. — Не стоит рассчитывать, что ты сможешь изучить весь Генезис за один день, Сильверспик. — Я понимаю это, Ваше Высочество, — сказал я, и тут мне пришла в голову одна мысль. — Если вы не против, я задам вам вопрос, Ваше Высочество… — Ты можешь называть меня Луна, Сильверспик. Надеюсь, она не видит, как я дрожу от возбуждения. — ...Луна, позвольте узнать, почему вы отправили сюда только меня? Почему не нескольких помощников или даже целую армию инспекторов? Это ведь значительно облегчило бы проверку. — Потому что для решения этих вопросов нужна дипломатия. Глассай уже раздражён, потому что твое присутствие может быть воспринято как недоверие к нему с нашей стороны. Отправка армии инспекторов только дала бы ему повод ещё больше обижаться на нас и, возможно, помешала бы нашим усилиям. Один инспектор может сделать больше, чем когда-либо удавалось сотне. — Возможно, но у меня есть основания считать, что Глассай не так честен, как кажется. Хотя он сказал мне, что я могу увидеть каждую комнату в городе, он намеренно скрыл от меня одну из своих главных исследовательских лабораторий. Его поведение, когда я вошёл туда, было очень нервным. Луна не впечатлилась. — Его жизнь полностью посвящена бизнесу, включая защиту коммерческой тайны. — Я понимаю это. Хотя он и разрешил охране впустить меня, у меня такое чувство, что он скрывает от меня что-то. — я остановился, чтобы собраться с мыслями. Мне не терпится это сделать... но если бы у Селестии был шанс спасти жизни, она бы им воспользовалась. Я тоже так считаю. — Если TechInc и Глассай что-то скрывают, — сказал я, — то мой лучший шанс найти это – использовать свой талант, чтобы убедить его и остальных заговорить. Я прошу разрешения на это. Луна хранит бесстрастное выражение лица, и невозможно понять, что она думает по поводу моей просьбы. — Это не та просьба, которую можно воспринимать несерьёзно, Сильверспик. Ты уверен, что просто неправильно поняли слова и действия Глассая? — Я не думаю, что у него дурные намерения, — сказал я. — Однако, как вы отметили, он деловой пони. Если ему представится возможность получить прибыль, он может ею воспользоваться. У него уже есть компания, которая занимается разработкой детекторов для обнаружения чейнджлингов, и... — Подожди, детекторы чейнджлингов? Я кивнул. — Восхитительно! Пожалуйста, приобрети одно из этих устройств и отправь его в Кантерлот как можно скорее. Мне не терпится увидеть их. — Разумеется. Как я уже упоминал, если он видит смысл в создании детектора для чейнджлингов, то разработка оружия для борьбы с ними станет следующим логическим шагом. Он уже занят созданием нелетального оружия для правоохранительных органов и самообороны. Однако я сомневаюсь, что он не воспользуется возможностью создать что-то более опасное, особенно если кто-то ещё хочет защитить себя от чейнджлингов. — Луна обдумала мои слова. — Если он что-то скрывает, — добавил я, — у него есть целый город, чтобы это делать. Если я смогу убедить сотрудников раскрыть любые секреты, возможно, мне будет легче его найти. — Я знаю об этом, — сказала Луна. Я замолчал, не желая рисковать и раздражать ее. Через мгновение Луна кивнула. — Ладно. Ты можешь использовать свои способности в отношении Глассая и его сотрудников. Однако, — она прищурила глаза, — ты можешь делать это только в контексте изучения какого-либо оружия. Ты не должен убеждать их что-либо делать, пытаться изменить политику TechInc или использовать это для личной выгоды. Это ясно? Я кивнул. — Очень хорошо. Доложи мне о своих выводах, как только сможешь. Конец связи. Ее рог засветился, и мир вокруг меня исчез. Когда я открыл глаза, то снова оказался в физическом мире. Шар всё ещё был зажат между моими копытами. Теперь, когда Луна разрешила мне использовать свой талант, я должен отправиться и найти ему достойное применение, и чем скорее, тем лучше. Я не могу позволить себе упустить что-либо, что может угрожать Бикбрейкер и моим родителям. Подожди... О нет, я совсем забыл о маме и папе! Они ведь всё ещё ждут, что мы поужинаем вместе с Бикбрейкер. Я пошёл к ним в комнату. Сообщать такие новости будет непросто, но я не хочу заставлять их ждать напрасно. Когда я добрался до их комнаты, то постучал в дверь. Я подумал, что, возможно, смогу поужинать с ними. Я был уверен, что после такого долгого и насыщенного дня они не откажутся от компании. Дверь открылась. — Мама? Кажется, у меня плохие... — я замолчал. Мама выглядела очень уставшей. Её глаза были красными, и ей было трудно стоять на ногах. — Мама, что случилось? Она попыталась улыбнуться. — Прости, Сильверспик, мы с твоим отцом не сможем прийти на ужин. Кажется... мы заболели. Я искал любые признаки: точки, бугорки или покраснения, которые могли бы указывать на то, что она нездорова. — Когда это произошло? — Примерно в обеденное время. — Что? Почему ты не дала мне знать? — Мы... мы предположили, что это обычная простуда. И надеялись, что проблему решит визит к фармацевту. Что-то упало в гостиной. — О, боже! — мама вошла внутрь. Я последовал за ней. Папа пытался нести несколько чемоданов, но так устал, что не мог даже поднять один из них. — Пап?! Он удивился, увидев меня. — Привет, малыш. — Куда ты идешь? Вмешалась мама. — Сильверспик, я знаю, что это неожиданно, но мы с твоим отцом... Мы уже давно не были дома. Пожалуйста, пойми нас правильно... — Нам нравилось встречаться с тобой и приходить сюда, — сказал папа. — Но мы задержались в магазине дольше, чем планировали, — сказала мама. — Нам пора возвращаться домой. — Что? Уже? — Мы бы с удовольствием остались подольше, но... Мы решили, что пребывание дома поможет нам быстрее восстановиться. К тому же я не могу надолго оставлять магазин без присмотра. — К тому же, лучше уйти с вечеринки, пока вы не устали, — сказал папа, пытаясь втащить чемоданы обратно, но у него не получалось даже поднять их ручки. Любой, кто увидел бы его в этот момент, подумал бы, что ему нужен отдых и постельный режим, а не путешествия. — Возможно, вам обоим стоит хорошенько выспаться этой ночью, — предложил я. — Давайте посмотрим, как вы будете чувствовать себя утром, и тогда продолжим путь. Мама покачала головой. — Нет, Сильверспик. Нам нужно вернуться сегодня вечером. Боже мой, у нее такой усталый голос. — К тому же мы не можем рисковать и распространять это повсюду. Мы сойдём с ума, если останемся здесь взаперти. Я бы хотел, чтобы они остались у нас, но папа прав, когда говорит, что не хочет, чтобы они распространяли свой вирус. В таком маленьком городе, как Генезис, и особенно на самом конвенте, простуда или другая заразная болезнь распространилась бы очень быстро. — Хорошо... хорошо. Я позвоню Гасти, чтобы он отвёз вас домой. Как вы думаете, вы сможете собраться и отправиться в путь в течение часа? — Это значит "прямо сейчас"? — спросил папа.***
Нам потребовалось время, чтобы найти Гасти в баре. Он ворчал из-за того, что придётся лететь на Седловую Ланку и обратно за одну ночь, но всё же начал готовить свой корабль к полёту. Поскольку у моих родителей не было сил для такого путешествия, я нанял помощников, чтобы они помогли нам добраться до посадочной платформы, где стоял корабль Гасти. Когда все поднялись на борт, я сам проводил родителей по трапу. — Я приеду навестить вас, как только смогу, — сказал я. — Не торопись, — ответила мама. — Правда, не нужно. С нами всё будет хорошо. — Я не хочу, чтобы тебе пришлось заботиться о нас, когда ты будешь в гостях, — сказал папа. — Какими бы мы тогда были родителями? — он попытался улыбнуться, но закашлялся и перестал. — Когда ты всё-таки приедешь, — сказала мама, — загляни к нам и посмотри, не сможешь ли ты привести с собой Бикбрейкер. Тогда мы все вместе поужинаем. Я кивнул. — Так и сделаю, — сказал я, отступая назад, когда родители поднялись на борт корабля. Моё сердце бешено колотилось, и я пытался успокоить его. — Я позвоню вам через несколько дней, — добавил я. — Берегите себя. Они успели сделать несколько шагов, прежде чем пандус поднялся и дверь закрылась. Я вышел на дорожку и увидел, как Ворон взлетел, направляясь к массивному куполу Генезиса. Панель мгновенно открылась, чтобы пропустить его, и он улетел в ночное небо, скрывшись в облаках. Мои помощники ушли внутрь, и я последовал за ними. Мои мысли были заняты одним: возможно, все путешествия, которые совершили мои родители, ослабили их иммунную систему. А когда вместе собирается так много пони, то неизбежно, что кто-то подхватит какую-нибудь болезнь в этом рассаднике вирусов и микробов. Я вернулся в башню и должен был приступить к своим ночным интервью. Однако сейчас они кажутся мне незначительными. Я не уверен, что смогу заняться ими сейчас, потому что у меня появилась мысль, которая вытеснила всё остальное и заставила меня испытать леденящий ужас. Если мои родители заразились чем-то на съезде, почему я больше ни у кого не видел похожих симптомов?
