The Monster Below: Nightfall (Монстр: Сумерки)

Грохот становится громче и быстрее, когда мы трое убегаем из операционной, коридор сотрясается, а я с трудом стараюсь не отставать от Оникса и Бикбрейкер. Я едва научился ходить; бежать почти невозможно. Оникс поспешно взбирается по лестнице. — Силверспик, поторопись! Я карабкаюсь следом за ним и Бикбрейкер. — Да я пытаюсь! — святая Селестия, я словно новорожденный жираф, которому нужно выучиться бегу в день своего рождения. Но вместо дня или даже часов у меня остаются считанные минуты. — Удалось что-нибудь сделать с блокировкой? — спросила Бикбрейкер, когда мы поднялись на этаж выше. Оникс покачал головой. — Я подключился к радиосистеме, чтобы вызвать помощь, но все каналы вышли из строя. В Кантерлоте что-то происходит… единственное, что удалось разобрать: вся армия направляется туда. Я резко остановился. Оникс обернулся. — Силверспик? — О нет… — Силверспик, что случилось?! Всё складывается в ясную, ужасающую картину. — Если армия идет в Кантерлот, значит, Кризалис уже использует главный управляющий кристалл! — Подожди, что? — Она забрала кристалл! Должно быть, она призывает армию в столицу Эквестрии, чтобы атаковать принцессу Луну! Сирена ревет, пронзительная и раздражающая, заглушающая всё вокруг. — Отлично, что еще?! — закричала Бикбрейкер. Оникс побежал к ближайшей контрольной панели, выдернул крышку и прочитал текст на экране. — Черт! Бикбрейкер подбежала. — Что там? — Системы безопасности реактора уничтожены! — Что?! Оникс судорожно нажимал на кнопки и переключатели, но сигнализация продолжала мигать, а экран из жёлтого стал тёмно-оранжевым. — Реактор выходит из-под контроля! Если мы не остановим это, Генезис рухнет с небес! Я подбежал. — Сможешь это остановить?! Копыто с силой врезалось в клавиатуру. — Не смогу! Все удаленные панели отключены. Единственный способ восстановить безопасность — главная контрольная панель в отсеке двигателя! За мной! Оникс рванул вперед, оставив нас с Бикбрейкер на несколько ступеней позади. Мы спускались все глубже в сердце Генезиса. Я едва поспевал, стараясь не споткнуться, чтобы не упасть. Воздух нагрелся, когда мы покинули лестницу и прошли через контрольные пункты, заваленные телами охранников и магически разрушенными панелями. Грохот усиливался, земля дрожала с каждым нашим шагом. Оникс свернул за угол и остановился перед бронированными дверями. Он снова и снова произносил заклинания, пытаясь взломать замки. Металл раскалился, обжигая кожу. Волна жара чуть не сбила нас с ног. Продвигаясь вперед, я последовал за Ониксом и Бикбрейкер в огромное помещение с теряющимся во тьме потолком. Над нами возвышались машины и двигатели. Мы побежали по узкому мостику над бездонной пропастью. От стен отражалось эхо тысяч сигналов тревоги. Оникс не обращал на них внимания, стремительно направивишись к огромному стальному и бетонному шару с толстыми трубами, похожими на дирижабли. Эти трубы перенаправляли энергию к окружающим механизмам. Камера сотряслась. Мы упали на перила, едва не переваливаясь через край. — Быстрее! — закричал Оникс. Наконец добравшись до шара, он снова обрушил на запертую дверь поток заклинаний, пока она не взорвалась. Мы протискнулись мимо раскаленных краев и побежали по коридору, где так жарко, что кажется, будто мы внутри печи. Оникс и Бикбрейкер уже мокры от пота, когда мы ворвались в контрольный зал, заполненный консолями и панелями, управляющими скрытым реактором, поддерживающим Генезис в воздухе. Это бьющееся сердце великого города Глассая. Именно здесь можно остановить плавление… если бы консоли и панели не были разрушены. — Черт! — Оникс бросился к ближайшей консоли, затем к следующей. — Черт, черт, черт! Дисплей на стене замерцал темно-оранжевым. Бикбрейкер подбежала к Ониксу. — Оникс, что делать?! Оникс не обращал внимания на её слова, продолжая ругаться сквозь зубы и переходя от одной панели управления к другой. Бикбрейкер схватила Оникса и шлёпнула его. — Оникс, сосредоточься! Что мы можем сделать, чтобы вернуть системы безопасности в строй?! Оникс глубоко вздохнул, вернув самообладание. — Хорошо… есть аварийная процедура перезапуска, которую мы можем попробовать. Бикбрейкер, беги к тому красному выключателю! Я возьму этот, а Силверспик — тот в дальнем конце комнаты! Я направился к противоположной стороне зала, цепляясь за поручни, пока Оникс и Бикбрейкер занимают позиции. — На счёт три! — закричал Оникс. — Один… два… три! Я дернул рычаг; искры взвиваются, как только он защёлкивается на месте. Дисплей замигал. — Давайте! — взывыл Оникс. — Давайте же! Экран дергается, мерцает… и вдруг тревога обостряется, превращаясь в ярко-красный свет. — Нет! — заорал Оникс. — Нет, нет, нет! — Предупреждение. Реактор выходит из-под контроля, — объявил голос через громкоговоритель. — Повторяю, реактор выходит из-под контроля. Реактор… Экран взрывается в фонтане искр и осколков от заклинания. Второе попало в него... — Подожди. Подожди, эта магия не от Оникса. Но если не от него, тогда кто… — Чейнджлинги! — закричала Бикбрейкер. Они вломились в помещение и набросились на Бикбрейкер и Оникса, которые отчаянно сопротивлялись. Оникс был в ярости и обрушивал одно заклинание за другим. Но Бикбрейкер не смогла устоять под натиском, и монстры буквально погребли её под собой. Я побежал в самую гущу. Святая Селестия, в этом теле я могу лишь трусить, но я должен помочь... — Кто у нас тут? Этот голос… это она! Я пригнулся за консолью и осторожно выглянул из-за угла. В зал вошла королева Кризалис, сопровождаемая двумя элитными гвардейцами. Отвлечённые её появлением, Оникс и Бикбрейкер оказались окружены чейнджлингами и прижаты к стенам. — Пара героев, пытающихся спасти город, — сказала Кризалис. — Как мило… глава городской безопасности и подруга моего бывшего слуги, ничего себе. Думай, Силверспик! Думай! Прятаться нельзя, не сейчас. Я не могу позволить Кризалис причинить вред Бикбрейкер, и у меня есть преимущество — ни один чейнджлинг или королева не знает, что я здесь. Если это тело хоть немного похоже на прототип, который показывал Глассай на выставке, один удар в шею мгновенно вывел бы Кризалис из строя. Пригнувшись, я пробрался через лабиринт консолей, стараясь не шуметь и не выдать своё присутствие. — Храбрая, но безрезультатная попытка. Не волнуйтесь. Когда реактор рванёт, вы будете первыми, кто умрёт. Практически на месте… Кризалис подошла к бронированной двери и магией открыла её. — Солдаты! Затащите наших гостей внутрь и опутайте стену паутиной. Пусть хорошо видят реактор, когда… Я выскочил из-за консоли, закричав изо всех сил, чтобы выбить королеву из равновесия. Кризалис обернулась, и я врезался в неё, сбив вниз по лестнице за дверями. Она упала с грохотом, отбросив меня ударом ног. Я тут же бросился на неё снова, прорываясь через служебный проход. Мы врезались в стены, затем в контрольный пункт, который разлетелся вдребезги. Наконец, мы оказались в зале с сотнями труб и шлангов, бьющих горячим паром. Справа не было стены — только гигантская камера обнажала нас перед реактором Генезиса. Поршни и шестерни медленно раскалялись от красного до белого. Рыча, Кризалис расправила крылья и взлетела, сжимая мою шею. Я вырвался без боли, пнув её в потолок. Мы врезались с грохотом, едва удерживаясь на ногах, прежде чем я бросился к королеве чейнджлингов. Я позабочусь о том, чтобы это существо не вышло из этой комнаты живым. Кризалис выпустила заклинание. Я увернулся. Второе попало в трубу, выплеснув поток огня. Третий выстрел чуть не задел меня. Броском на пол я избежал попадания. Пуля разнесла центральную колонну. Огонь охватил потолок и сработал противопожарная система. Потоки воды с шипением обрушились на раскалённые трубы. Кризалис поднялась, вода смыла кровь с её кожи. Я бросился вперёд, копыта скользят по мокрому полу. Кризалис выпустила новый залп. Я бросился за колонну. Она взорвалась через мгновение, потолок рухнул вокруг неё. Последний прыжок спас меня от обрушившихся труб. Я полетел. Я врезался в трубу и упал в груду. Тело покалывает, зелёные искры танцуют по металлу. Кризалис побежала ко мне, её рог зарядился новым ударом. Два года прошло с тех пор, как я в последний раз колдовал, но всё возвращается: нужно представить, что хочу, увидеть это, сконцентрировать энергию и выпустить. Рог над моей головой вспыхнул зелёным, когда я сфокусировался на смертельном залпе, который вырубит Кризалис. Почувствовав заряд, я выпустил его. Зелёная волна помчалась к Кризалис, но она прыгнула в сторону и увернулась. Я нанес удар ногами по её голове, стремясь закончить битву одним решающим ударом. Один точный выпад — и чейнджлинги лишатся своей королевы… но Кризалис оказалась проворнее, чем я ожидал, отбивая все мои атаки. Я атаковал её, но она отбила мою атаку мощным заклинанием. Удар был похож на столкновение с гигантской боксёрской перчаткой. Я отлетел и врезался в трубу с такой силой, что металл деформировался. Боли не было, но я почувствовал, что моё тело повредилось. Магия подняла меня в воздух и швырнула через комнату. Я расправил крылья, замедлил падение и с глухим стуком приземлился. Я выпустил заклинание за заклинанием, пытаясь ранить Кризалис. О Селестия, голова! Я сгибаюсь, хватаясь за череп; кажется, он сейчас лопнет! Кризалис ухмыляется, подходя ближе, дыша тяжело, но без серьёзных повреждений. Святая Селестия, я вообще причиняю ей боль?! — И кто же этот защитник города? — зарычала она. — Солдат? Охранник, которого я упустила? Или… Она замерла. На секунду она была в замешательстве, а затем её охватило изумление. — Ты… Я сверлю её взглядом, голова всё ещё болит, чтобы колдовать. Должно быть, я использовал слишком много заклинаний за раз. — Ну… такого я не ожидала. Реактор застонал. — Не думала, что тело, о котором говорил Глассай, действительно заработает… но это неважно. Её рог зарядился. — Оно тебе не поможет. Я выпустил заклинание, как только смог. Кризалис поверила в это, а я бросился вглубь комнаты, спрятался за консолью и прицелился в лампы на потолке. Лёгкий удар разбил их одну за другой, погрузив зал во тьму, которую теперь освещал лишь мерцающий свет реактора. Кризалис вышла из дыма. Её зубы оскалены в рычании, она ступает по воде. Свет аварийных огней окрашивает её глаза и пасть в красный цвет. Она двигается медленно, уши настороженно подняты, взгляд беспокойно мечется. Она не видит меня. Пока не стреляй… жди, пока не подойдёт ближе… Заклинание врезалось в стену в двух шагах от меня. Я замер. Шипя, Кризалис обернулась и продолжила поиск. Она не заметила меня. Поднимаюсь тише, магически хватаю упавшую трубу. Один удар, чтобы оглушить, второй — чтобы добить… Кризалис остановилась. Я ударил. Она обернулась, но слишком поздно — труба настигла её, швыряя в колонну. Я бросился, прыгнул, нанес сильнейший удар… но нога застрла в стали, когда Кризалис увернулась. Нет! Кризалис била меня снова и снова, вкладывая в удары всю силу, которую только могла. Реактор сотрясался. Трубы почти вырвались из креплений. Пар смешивался с водой от спринклеров, вырываясь из треснувших труб. Кризалис взмахнула крыльями и взлетела, израненная, но живая. — Ты провалился, пони! — закричала она, перекрывая грохот реактора. — Оставайся здесь и подыхай вместе с остальными! — она выпустила заклинание в потолок, пробив в нём дыру, и пролетела сквозь неё. Секундой позже ещё один залп заделал пролом за ней. Реактор взревел. Комната накренилась, швыряя трубы на пол и через перила в реакторную камеру. Времени на погоню за Кризалис не оставалось. Даже если бы я попытался, не уверен, что мое тело выдержит такие повреждения. Оно с трудом справлялось с нагрузкой, едва выдерживая удары. Гул реактора перерос в вой, шестерни раскалились до белого. Вырвав ногу из металла, я бросился к контрольной комнате. Там не было звуков боя; зарядив рог, я ворвался внутрь, но никто из чейнджлингов не бросился навстречу. Они лежали на полу, завалившись на консоли. — Силверспик! Бикбрейкер подбежала ко мне, и я обернулся. На ней были ссадины и синяки, но она жива! Я подбежал и обхватил её копытами. — Бикбрейкер! Ты в порядке?! Она кивнула, поправляя треснувшие очки. — Несколько царапин, но я справлюсь… а ты? Я посмотрел на свои раны. — Тоже ничего серьезного. — я огляделся. — Что здесь произошло? — Оникс и я смогли отбить чейнджлингов после того, как ты сбил Кризалис с лестницы. — она замялась. — Она…? Я покачал головой. — Ускользнула. Где Оникс? — Здесь! Обернувшись, я увидел Оникса в дальнем конце комнаты. Он яростно колотил по панели, которую пришлось временно восстановить с помощью клубка перепутанных кабелей и проводов. Я подбежал, когда он переключал тумблер. — Скажи, что Кризалис мертва, — произнес Оникс. Я покачал головой. Оникс выругался. — А что насчёт реактора? — Мне удалось восстановить часть систем безопасности, но это лишь замедлит процесс. — Оникс закрыл глаза. — Реактор достиг точки невозврата. Неважно, что мы сделаем, он разорвёт себя на куски. Сирены продолжали орать. — Сколько у нас времени? — спросил я. — Не больше пятнадцати минут. Святая Селестия… — А блокировка города? — Я отключил часть защитных щитов. Отправил сигнал всем, кто мог услышать — срочно покидать Генезис. Что-то взорвалось в камере реактора. Контрольный зал дрогнул. — Внимание: сбой реактора. Эвакуация Генезиса обязательна. Оценочное время до падения: пятнадцать минут. — Нужно уходить! — крикнул Оникс. — Сейчас же! — он бросился к выходу, следом за ним Бикбрейкер. С потолка сыпались светильники, разбиваясь на части. Я бросился за ними. Пламя вырывалось из контрольной комнаты, когда мы возвращались в отсек двигателя. Гигантские машины скрипели и стонали, а мы с трудом пробирались по узкому мостику. Осколки невидимого потолка падали вокруг нас. — Внимание: сбой реактора. Эвакуация Генезиса обязательна. Оценочное время до падения: четырнадцать минут.

***

      Генезис умирал. Я чувствовал, как он разваливается вокруг нас, пока мы бежали по коридорам. Трубы взрывались, пар заливал холлы, а всё усиливающиеся толчки делали пол под нашими копытами нестабильным. Город падал под нами — не настолько быстро, чтобы сорвать нас с ног, но достаточно, чтобы я ощущал странную лёгкость, поднимаясь к поверхности. Мы ворвались в лестничный пролёт и начали подниматься, в то время как бетонные полы и стены рвались на части. Стальные балки ломались пополам, когда мы карабкались вверх, гонимые бесстрастным голосом компьютера. — Внимание: сбой реактора. Эвакуация Генезиса обязательна. Оценочное время до падения: восемь минут. Добравшись до верхней площадки, мы ввалились в служебную дверь, которую Оникс с трудом распахнул. Внутри — пустой холл «Монолита». Люстра дико раскачивалась, мебель скользила по полу. Нужно было идти дальше, но Бикбрейкер и Оникс еле держались на ногах, тяжело дыша. — Внимание: сбой реактора. Эвакуация Генезиса обязательна. Оценочное время до падения: шесть минут. Останавливаться нельзя. Мы пробежали почти пятьдесят этажей — от самого дна Генезиса до главного уровня. Бикбрейкер и Оникс едва стояли, не говоря уже о беге, но я не чувствовал усталости. Я бросился к ним, расправив крылья: — Забирайтесь! Когда они взобрались мне на спину, люстра сорвалась с потолка и упала вниз. Я направился к выходу, но и там не нашёл спасения: город за пределами «Монолита» был разрушен. Здания качались и падали, окна разбивались о землю. Десятки маленьких кораблей и сотни пони спешили к защитному щиту. На дальнем аэродроме дирижабли обстреливали защитное поле, пытаясь прорваться в небо, где облака поднимались с невероятной скоростью. Некогда гадать, выдержат ли мои крылья вес двух пони. С силой взмахивая, я подпрыгнул, кристаллы активировались, поднимая нас выше с каждым взмахом. Мы пролетели мимо кренящихся стен «Монолита», направляясь к потоку пони и транспорта, летящих к щиту. Но вдруг они замерли: открыта была лишь одна панель в щите, слишком узкая — одна ошибка, и нас раздавят в давке тел и стали. — Оникс! — закричал я сквозь рёв рушащихся зданий. — Щит можно… — Он зачарован, чтобы выдержать всё! Его способна разрушить только магия аликорнов! Я рванул вверх, собрав самое сильное заклинание, какое только мог. Головная боль вернулась, но я игнорировал её. Это наш единственный шанс! Боль становилась острой, будто ножи в черепе, но я всё равно выпустил залп. Он врезался в щит, тот прогнулся, начал поддаваться… и вернулся в прежнее состояние. Бикбрейкер выдала самое сильное ругательство, которое знала. Рядом рухнул небоскрёб. Думай, Силверспик, думай! Щит не сломить, не пролететь с другими… Должен быть выход! Что-то есть! Я резко обернулся: — Оникс! Ты можешь подключиться к системе обороны Генезиса через комнату безопасности? Оникс понял мгновенно: — Да! Снова взмахнув крыльями, я направился к вершине «Монолита». Подлетев близко, Оникс зарядил рог и пробил дыру в стенах, выпустив облако стали, бетона и бронзы. Мы влетели внутрь, приземлившись в холле под пентхаусом Глассая. Наклон был таким сильным, что едва удавалось удержаться на ногах. — Внимание: сбой реактора. Эвакуация Генезиса обязательна. Оценочное время до падения: пять минут. — Оникс, действуй! Оникс спрыгнул с моей спины и побежал к станции безопасности. — Бикбрейкер, держись! — Что ты задумал?! Я пнул ближайшую дверь, врываясь в лестничный пролёт, Бикбрейкер цеплялась за мою спину. Мы выскочили на этаж, ведущий к моему пентхаусу. Роскошные стены трещали, мебель кренилась и скользила. Я ворвался внутрь, мебель летела во все стороны, тяжелые шкафы и столы сокрушали стулья и тумбы. — Силверспик, что ты делаешь?! Там! Я набросился на самый большой шкаф, врезал в него ногами, разнося в щепки. Рывком раскидал обломки, отыскивая… прошу, пусть они ещё здесь! — Внимание: сбой реактора. Эвакуация Генезиса обязательна. Оценочное время до падения: три минуты. — Силверспик! Нашёл! Я вырвал из обломков комбинезон невидимости — слава Селестии, Кризалис не нашла его! Внезапный толчок швырнул нас на пол, когда комната накренилась в другую сторону. Стены стонали, мебель скользила в нашу сторону. Бикбрейкер закричала. Я схватил её и, не раздумывая, ударил по мебели, разнёся её в щепки. Мы врезались в стену под окном. Подожди… это же… да! Я вытянул магию и схватил свои седельные сумки, скользящие по полу. Рывком притянув их к себе, я запихнул комбинезон внутрь и застегнул молнии. Стена треснула, и часть её обрушилась, когда плита проломилась сквозь пол. Бикбрейкер закричала. Закинув сумки на спину, я прижал Бикбрейкер к груди и перекатился из комнаты, упав вниз вместе с обломками и осколками стекла, расправив крылья и устремившись ввысь. Бикбрейкер продолжила визжать, вцепившись в меня так сильно, что её копыта побелели. Я развернулся и стрелой понесся к верхнему этажу «Монолита». Нужно успеть туда и помочь Ониксу отключить щит. Святая Селестия, надеюсь, он ещё жив… если его нет, мы пропали… Щит вокруг нас замерцал, задрожал и исчез. Я крепче сжал Бикбрейкер, боясь её задушить, и начал пробиваться к верхнему этажу Монолита. Дирижабли и пони выскакивали из Генезиса, пытаясь спастись, пока город продолжал падать. Я ворвался внутрь, но приземлиться было негде — наклон стал слишком крутым. — Оникс?! — Силверспик! Я здесь! Я полетел к двери контрольного зала, где Оникс выполз наружу. — Внимание: сбой реактора. Эвакуация Генезиса обязательна. Оценочное время до падения: одна минута. Оникс прыгнул мне на спину. Я рванул к пробоине в стене, вылетел наружу и взмыл вверх. Массивный каркас купола Генезиса мелькнул вокруг, и вот мы уже в холодном соленом воздухе. Бикбрейкер и Оникс вцепились в меня, пока я боролся с турбулентностью от десятков судов и сотен летящих рядом пони. — Теперь что?! — закричала Бикбрейкер сквозь ветер. — Нам нужно в Кантерлот! — ответил я. Но как? Лететь слишком долго… Подожди! — Ворон! — чисто по везению я заметил его в углу зрения, но мне всё равно. Я понесся к нему, схватился за дверь гондолы, взломал её и ввалился внутрь. Гасти вбежал, держа старинное ружьё. — Эй! Что за чертовщина… Босс? Это ты?! Бикбрейкер и Оникс сползли с моей спины, пока я бегу к краю двери. Генезис всё ещё падает, стремительно приближаясь к океану под нами. Город почти неподвижен в падении, но иллюзия разрушилась, когда он врезался в воду, подняв волны высотой с «Монолит». Гасти, Оникс и Бикбрейкер подошли ко мне. Никто не говорил, пока Генезис покачивался на воде, вздыбленный волнами. Удивительно… после такого падения он не казался разрушенным. Может, он действительно выживет? Похоже на целое сооружение; возможно, спасатели успеют спасти его от погружения на дно океана. Когда вода начала литься через край купола, я понял — это тщетная надежда. Каждая волна, проникающая в город, заставляла Генезис погружаться чуть глубже, пока не наступал предел. Город кренился слишком далеко, и я мог лишь наблюдать, как океан безжалостно вливает миллионы тонн воды в улицы, Колизей, парки, исследовательские центры, развлекательные районы… всё смывалось, словно песочный замок перед приливом. Вскоре только Монолит оставался над водой, его бронзовые стены блестели, будто самое технологичное сооружение, созданное пони, боролось с неизбежностью, поглощаемое морем. Монолит исчезал. Остались лишь покои Глассая. Купол держался мгновение против ударов волн… и затем погрузился под воду. С высоты я увидел тёмный силуэт города, погружённый в глубины океана. А потом он исчезал. Генезис исчез. Внутри Ворона царила тишина, пока мы смотрели на океан. Но, как бы жестоко это ни звучало, некогда скорбеть — ни за городом, ни за душами, которые могли быть пойманы внутри… ни за Глассаем или… или за моим старым телом. — Гасти… Доставь нас в Кантерлот как можно быстрее. Выжги двигатели, если надо, только довези нас. Гасти спорить не стал. Он захлопнул дверь и побежал в кабину. Через мгновение «Ворон» сорвался в небо, оставлив за собой бурлящий океан и могилу Генезиса позади.