Вечность разлуки

Чайльд устал. Тело ломило и кое-где все ещё оставались порезы от стрел хиличурлов. Этот безумный тренировочный полигон, хоть и был отличным местом для отточки своих навыков и утоления бесконечной жажды крови на бумажных фантомах дарил совсем не фантомные травмы. Путешественница давно ушла из Подземелья, вместе со своей шумной подругой, которая так напоминала Предвестнику его младшую сестру. Чайльд готов признать, что с ними бесконечная резня стала приятнее, хоть и бросать его на три дня было очень нетактично с их стороны, пусть даже эти моменты одиночества придавали ему немного спокойствия в этой далекой стране. Выйдя из странной голубой двери и убедившись, что слежки и комиссии Тенре рядом нет, Чайльд огляделся и понял, что отдыха ему не видать в скором времени уж точно. Вздохнув и оглядевшись он заметил скопление странных лепестков, что кружились в одном им известном мотиве, но стоило провести по ним рукой, как это чудо, будто испугавшись, рассыпалось в ярких, розовых искрах. «Они ведь тоже, любили эти лепестки.» — пронеслось в голове Предвестника, как вдруг осознание настигло его, как будто он только что пришел на земли Вечности. Он был здесь. Он был здесь не один. У него тут была, хоть и недолгая, но беззаботная жизнь… «Ты правда хочешь потратить наше время на это? На лепесточки?» — Аякс недоумевал, глядя на своего друга, что не пойми откуда достал очередной стакан с чаем. «Да. Аяка будет очень рада, если мы их принесем и возможно не расскажет родителям, что мы упали и сломали их любимый сад камней» — Аято хитро усмехнулся — «Плюс. Ты не сможешь их взять без моей помощи» «А спорим, смогу?! Вот смогу!» — Аякс закипал, а Камисато старший еле сдерживал смех. Его Снежного друга было так легко завести и заставить делать то, что ему нужно. Полезный, полезный дар. Рыжий мальчишка подскочил с камней и подбежал к лепесткам, что мирно порхали над землей, надеясь как можно быстрее собрать их, доказывая свое превосходство перед старшим другом. Они знали друг друга от силы 2 недели, но это не помешало им сблизится. Сын влиятельного торговца из Снежной, как представился Аякс и наследник клана Камисато. Этот тандем должен быть скучным и крайне правильным. Наследники должны соблюдать нормы этикета, вести правильные беседы, под правильные речи и заниматься правильными делами. Быть правильными подростками, но это было явно не про этих двоих. «Да что за черт!» — спустя пять минут безуспешных попыток, а попыток было много, начиная от момента неожиданности, заканчивая закидывания камнями, Чайльд наконец сдался, упав на землю и заорав, используя явно не высокопарные слова из своего лексикона. «Устал? Помочь тебе, кицуне?» — ухмылка Аято, что присел на него, была даже пугающей. Он явно наслаждался вкусом победы и возможностью изничтожить честь и гордость своего иностранного товарища. Прозвище кицуне, как он его назвал, тоже было одной из его пыток, учитывая, как блондин ненавидел этих животных (хотя Аяксу казалось, что больше дело в таинственной Гудзи, что доводила молодого лорда до дрожи) «Перестать издеваться надо мной, ты… ты!» — парень снизу изрядно покраснел от такой дерзости своего друга, что продолжал вальяжно на нём сидеть, попивая чай и смотря прямо тому в глаза. С каждым новой гневной фразой и новым выплюнутом Аяксом словом Аято получал невероятное удовольствие, начав еле заметно елозить, ища удобное место: «Кто? Не понимаю о ком ты? Может о том цветке или веточке» «Мальвина ты бездная, вот ты кто!» — выкрикнул рыжик, спихивая друга с себя. Аякс должен отдать Камисато должное. Так элегантно упасть, не пролив ни одной капли… Это был действительно невероятный манёвр. «Маль-кто?» — моргнул Аято, потирая ушибленные места. — «Мог бы хоть что-то интересное придумать, а не… не обзывать меня непонятным словом» «Ничего оно не непонятное. Это ты не знаешь наш снежнянский фольклор! Стыдно тебе должно быть, как будущему главе комиссии, что отвечает за праздники и ритуалы!» — оба тут же рассмеялись, заминая ставшим дурацким с первых фраз спор. «Так что. Показать тебе, как их собирать, то? Тут как раз поблизости…» — Аято осмотрелся и увидел на той стороне водопада энергокристалл. «Вот. Дай мне минутку» Схватив лежащую рядом палку и пройдя мимо все ещё лежавшего на земле Аякса (не забыв наступить на его достоинство, конечно) Камисато уверенной походкой пошёл в сторону нужного ему предмета. — Ты с ума сошел?! Если ты расшибешься, как я твое тело господам Камисато принесу? — Все со мной будет хорошо — Ага. А сестра твоя увидит пышной не твою свадьбу, а похороны! — Хорош нудить, кицуне. Я уже почти все! И Аято был прав. На удивление ловко перепрыгнув через водопад и оказавшись на другой стороне, он достал из своих рукавов-карманов припасенную палочку и… Аякс не был бы Аяксом, не принеси он в этот идеальный план немного хаоса. И под хаосом, этот наглый рыжий паренёк имел в виду большую каплю воды, что создал своим гидро глазом бога и уронил на голову Аято ровно в тот момент, когда тот дотронулся до кристалла. Следом же последовали громкий крик и дергающийся Камисато. — Аякс! Ну какого черта?! — А я что? — хитрая улыбка теперь не сходила с лица рыжика — Это ты сам, своими рукавчиками задел воду и мокрым дотронулся до электричества. — Врешь ты все! Я же видел тень от капли! — Тогда чего не увернулся, умник? Под звонкий смех Аякса, Аято все-таки дошёл до так нужных ему лепестков сакуры, все ещё находясь под электричеством, о чем свидетельствовали его пушащиеся волосы. Когда Камисато прикоснулся к ним, они тут же собрались в ровный красивый клубочек и легли на платок, который Аято достал из все тех же рукавов. «Стоит лепесткам соприкоснуться с электричеством, как они тут же становятся послушными и спокойно лежат в руке» — Сказал он, кладя сверток в рукав и посмотрев на Аякса, что находился в состоянии, граничащим от отчаянья до шока. — «Как и многое другое в Инадзуме. Все робеют перед могуществом Сегуна Райден. Надеюсь Аяка будет рада такому подарку» Достав глаз Порчи и создав с помощью него маленький заряд, Чайльд собрал лепестки и сложил их в карман брюк. Это уже были не те лепестки, что из его воспоминаний, но пусть хоть они согреют его душу в этой чужой стране и ставшими чужими людьми. Задумавшись, Тарталья вспомнил слова Путешественницы, когда они в очередной раз зачищали комнату от монстров: «Была бы тут Саю, было бы проще» «Саю?» — Тарталья усмехнулся, разрезая водяными клинками очередного слайма — «Как много друзей ты смогла тут завести. Поражаюсь твоему обаянию» «Просто Путешественница в отличие от тебя хорошая и с Сюмацубан предпочитает дружить! Ой…» — Влезшая в разговор Паймон, что до этого пряталась за коробками, пискнула и вернулась в свое укрытие, когда мимо её головы пролетел топор митачурла. — Тише, Паймон. Что непонятного в словах «тайная организация»? — Точно… Аяка и её брат точно не обрадуются. — Паймон! Удивительно, но именно таким глупым, но явно действенным способом Тарталья узнал три важные вещи: Аято жив, он все ещё глава комиссии и он возглавляет организацию ниндзя, что явно знают о поисках пропавших преступников в Инадзуме побольше него самого. Осталось лишь немногое. Прийти к нему домой, договориться о помощи и выйти оттуда живым. Просто. Это будет… Просто.

***

Стук ногтей по красному, лакированному дереву ещё никогда не выводил Сару из себя настолько. Подумать только, оторвать от последней, пятой молитвы и привести её сюда для личной беседы. Да что Гудзи себе позволяет! Разве у неё не должно быть дел хоть немного поважнее, чем мучить генерала армии Всемогущего Сегуна?! Вздохнув и переведя взгляд с ушек жрицы на руины Ауромару, тенгу спросила: «Зачем я вам понадобилась, госпожа Гудзи?» «О, Сара.» — игриво вильнув ушками, Яэ Мико устремила на неё хитрый взгляд — «Ты так редко приходишь молиться в храм, что заставляешь меня волноваться о твоем здоровье». Очередное притворство и лесть. Ей явно что-то было нужно. «Я прихожу ровно столько раз, сколько считаю нужным, мадам» — Сара, и без того не обладающая железным терпением, стала выходить из себя «Успокойтесь, генерал» — со стороны кицуне послышался легкий смешок — «Я лишь хочу удостовериться, что все в полном порядке после отмены указа об Охоте на Глаза Бога в нашей любимой Инадзуме». Тянет время. Точно тянет. Но ведь невежливо так открыто уходить от разговора. — Вы же близкая подруга госпожи Сегун, почему не спросите её? — Ох, я бы спросила, навещай она побольше. Как жаль. Похоже снова ушла в свой мирок и не хочет выходить хотя бы разочек — При всем уважении, Госпожа Гудзи, но выбирайте слова. Я не позволю Вам порочить имя Всемогущего Сегуна в моем присутствии, какими бы ни были ваши отношения. В ответ на это Яэ лишь хитро улыбнулась, обращая внимание на еле заметную точку, что активно двигалась в сторону имения Камисато. «Даже не обращает внимания на собеседника!» — подумала Сара, еле сдерживая эмоции. Злость кипела в генерале Кудзе, а воздух немного потрескивал от молний, которых становилось все больше и больше. Ближайшее к ним скопление цветов сакуры сжалось, словно в испуге. Обстановка была крайне напряженной, но Гудзи делала вид, что не замечает такой опасной ауры от собеседника. — Мико. — знакомый голос прервал их молчаливую схватку, и обе девушки повернулись в сторону подошедшей Райден. — Госпожа Сегун!» — Сара быстро поклонилась, зло смотря на усмехнувшуюся от такого жеста Яэ, тогда как сама жрица лишь облокотилась на перила. — Не стоит, генерал Кудзе. Встань — Голос Сегун был мягче, чем его обычно слышала Сара. Значит она в хорошем настроении и слова госпожи Гудзи её не задели. Хорошо. — Я тогда не буду мешать вам, леди. У меня… много дел Сара быстро встала, поклонилась ещё раз и прежде, чем Сегун успела хоть что-то сказать, удалилась в сторону выхода. — Я помешала вашей беседе, Мико? — Райден была чуть растеряна. Общение с людьми после почти четыреста лет медитации все ещё дается ей с трудом. — Нет, Эи. Ты появилась как раз… вовремя — Яэ вновь посмотрела вниз, когда еле заметная простым взглядом фигура ловко перепрыгивала дыру в мостике. — Опять твои планы. — Эи посмотрела в сторону взгляда Мико, пытаясь увидеть то, что заинтересовало кицуне — Я должна спросить, опасно ли это? — Не должно. Как раз вопросом безопасности этого… нечто, занимаюсь я. Так сказать вопрос контракта. — Ты же не планируешь использовать это… нечто, чтобы изгнать клан Камисато из Инадзумы? В ответ на это со стороны Гудзи послышался зловещий смешок и усталый вздох Электро архонта.

***

С каждым шагом в душе Чайльда возникало странное ощущение. Перед глазами возникали образы прошлых, беззаботных дней, а в голове звучали знакомые, но такие далекие голоса. Чем дольше он шел, тем явственнее становились эти отголоски. Каждое место тут отдавало ностальгией. У того кривенького дерева они впервые решили попробовать сунуть в рот оникабуто, а с помощью тех камней они закидывали чаек и крабов. Улыбнувшись и стерев с лица остатки крови (явно не своей. Комиссия Ясиро должна поблагодарить его за зачистку территории от врагов) он посмотрел в сторону поместья. Оно почти такое же, как он его помнит. Максимум, чуть подросли деревья, да кусты стали несколько опрятнее. Надо отдать должное их слугам, работают на славу. Решив не особо сильно подрывать доверие с первой встречи Чайльд убрал маску под плащ и подошёл к входным воротам. Стража, что стояла у входа смерила его напряженным взглядом и хотели уже начать задавать вопросы подозрительному гостю, как тут их прервал знакомый голос. «Я сам с ним разберусь, парни. Займитесь пока другими делами.» — Тома посмотрел на каждого и те быстро ретировались, бурча что-то про нагловатых иностранцев. «А ты, я погляжу, тут местный авторитет» — Чайльд закинул руки за голову, улыбнувшись одной из своих добрых, фальшивых улыбок. Да, без маски это делать было явно проще. Собеседник сквозь зубы кривовато улыбнулся, но все заставил себя сделать вежливый смешок: «Тома. Управляющий комиссией Ясиро. А ты…?» — О, — Чайльд подмигнул ему, улыбка в один момент превратилась в оскал — Путешественник из Мондштадта. -Мондштадта значит? — Тома уже не скрывал подозрительный взгляд — И какое у тебя дело, что господа Камисато должны отвлекаться на тебя? — Неужели за то время, пока меня тут не было в Инадзуме изменились правила этикета или это я столь особенный гость, что заслужил такое отношение. — Ты прав. — Тома медленно подошел к Тарталье. В глазах его плясали огоньки чистой ярости и задетой гордости, а предвестник дрожал от нетерпения ввязаться в драку и пронзить ему живот своими клинками. — Такое отношение у нас только к особым гостям. — Блондин резко припечатал его телом к стене и с раздражением выплюнул — фатуйская крыса.

***

Этот день явно предвещал нечто необычное. Море, на которое комиссар так любил смотреть сегодня бушевало сильнее обычного, живность и бандиты возле поместья, что обычно не вызывали ничего кроме раздражения и отвлекали занятого Аято от его работы куда-то пропали. И самое странное, что и заставило Камисато сложить «два плюс два» — Итто вошёл в поместье через дверь и бедному Томе не придется в очередной раз очищать оконную раму от грязи. Говоря про этого óни, он сидел перед ним и максимально сосредоточено (Аято готов поклясться, что он высунул язык, скрывая это картами) что-то обдумывал. Странно.- Что же тебя так беспокоит, мой дорогой друг — начал буднично диалог Аято, походив первой картой. — Меня? Беспокоит? — глава банды Аратаки не умел врать, но усердно пытался делать вид, что это не так — Да ничего. Я просто думаю над тем, как ты будешь молить меня о пощаде, когда я выиграю, братишка, хаха! — А ты действительно думаешь, что выиграешь? — Камисато наклонил голову и хитро усмехнулся. — У тебя это не получалось последние 400 раз. — Ничего не 400, а 397! Я вообще-то веду подсчет! — возмутился они, но едва заметно занервничал. — Но если выиграю я? — Да, либо одна правда, либо одно желание. На твой выбор. Чего только дети не придумают. Игра не затянулась так долго, как предполагал глава комиссии, после нескольких раундов его удивленное лицо сигнализировало Итто о его удивильной победе. Сначала, не поверив в свое счастье он глянул на Аято, ожидая возможной хитрости или козыря, но тот лишь поднял руки смиренном жесте и отдал ему заслуженную победу. «Выиграл! Выиграл! Я выиграл! — Аратаки резко поднялся и начал прыгать от радости, целуя карту. — Я знал, знал, что ты счастливая! Аято не смог сдержать смешка, глядя на эту картину, но все же заставил óни обратить на себя внимание. — Будешь принимать свою заслуженную награду? — Хах, почти забыл на радостях. Так… — Итто задумался — Правда или желание? Аято задумался, все же держать желание перед Óни может быть опасным, а сидящий в тюремной камере комиссии Тенре Камисато явно бы подрывал весь авторитет Ясиро. Тогда и выбор остается лишь одним «Я выбираю правду.» Улыбка Итто превратилась в задумчивость. Очевидно, у него было много вопросов к его другу, так что Аято терпеливо ждал, достав любимый чай и рукава. «Есть такой!» — резкий вскрик Аратаки слегка напугал Камисато и он чудом не разлил свой чай. — «Слышал я от старичков Ханамидзаки, что лет 10 назад у тебя был лучший друг, иностранец. Был тут и потом резко испарился, никогда больше не возвращаясь. И вот мой вопрос: кто он такой был и действительно он повлиял на тебя, как говорят?» «Так вот оно что» — Аято глубоко вздохнул. Итто заметил старательно скрываемую боль в глазах, которую его братишка пытался скрыть. Аратаки уже жалел, что задал этот вопрос. — «Хоть это и твоя награда, но сказать эту правду я не имею правду» — А? — óни моргнул глазами, пытаясь понять смысл этих слов — Эта часть истории принадлежит не только мне и я не могу так. — Аято пытался найти слова. Очень непохоже на него. — Если бы этот человек был бы сейчас с нами, то я бы с радостью все рассказал, но… Внезапный шум, доносившийся из окна резко прервал их разговор. Аято и Итто подскочили с мест и принялись искать источник шума. — Мне нужно встретиться с этим, так глубоко уважаемым тобой, придурком. Вопрос государственной важности! — Как ты смеешь, рыжий ублюдок! — Тома! Что, во имя Всемогущего сегуна, тут происходит?! Аято словно поразило током. Он обернулся к ничего не понимающему Итто: «Тебе надо уйти. Сейчас. Но не через дверь» Ошарашенный Итто, ничего не сказав, быстро вылез из окна и побежал в сторону храма Наруками, пытаясь остаться незамеченным для троицы, что ругалась у главных ворот. Аято же, тем временем, поправив свой фрак и надев на лицо самую беспристрастную маску вышел навстречу тому, с кем ему меньше всего хотелось видеться ближайшую вечность.

***

Время во внутреннем дворе резко остановилось. Были слышны лишь удивленные вздохи, а за декоративным деревом витали черные перья, одно из которых упало на игральную карту.