Афтершок

Рыбацкая пристань СБ: 16:30 – Малдер, это я. – Где ты, Скалли? – Я на углу Тейлор и Джефферсон смотрю как бездомный, переодетый под куст, пугает прохожих — сказала она озадаченным тоном, держа в руках свой мобильный и наблюдая за парой визжащих подростков. – Это называется уличное представление, Скалли, дай бедолаге доллар. – Я думала, что должна следить за нашим подозреваемым? – И что же? – Ну, мимо меня прошло полсотни странно одетых личностей, в плохо подобранных футболках, кепках и с кучей видеоаппаратуры. – Они называются туристами. Когда все закончится, я куплю тебе мороженое, и мы постараемся смешаться с толпой. – Это вряд ли, Малдер, мне кажется, мы никуда не вписываемся. – Ты пробовала пробраться на съезд страховщиков?       Она чуть улыбнулась его слабой попытке пошутить над протоколом ФБР. – Что видно у тебя? – То же самое, за исключением того, что периодически слышен леденящий душу крик, исходящий из Дома средневековых пыток позади меня.       Уверена, что не хочешь позже осмотреть местные достопримечательности? – Без меня. Но тебе наверняка придётся по вкусу бондаж шестнадцатого века. – Я открыт для предложений, Скалли. – Остальные офицеры уже на позициях? – Да, все на местах. Пирелли не очень преуспел с доставщиком пончиков, думаю, он скоро появится, держи ухо востро, чтобы не пропустить. – Я тогда отойду чуть дальше от местной достопримечательности. – Хорошо, но оставайся на связи, не выключай телефон.       Скалли продвигалась дальше по Джефферсону, пробираясь сквозь толпу прохожих на Рыбацкой пристани (самой большой достопримечательности Сан-Франциско), пропитанной запахом кипящих морепродуктов и свежеиспеченного хлеба. Улицы самой северной оконечности полуострова Сан-Франциско были заполнены множеством туристических мест от музея Рипли «Хотите верьте, хотите нет» и аквариума «Подводный мир» до фотомагазинов, фаст-фуда, мороженого и крабовых коктейлей, выстроившихся вдоль захламленной улицы.       Остановившись у навеса магазина, торгующего какой-то ерундой, она прищурилась, наблюдая за человеческим потоком, проходящим мимо нее. Было трудно сосредоточиться на отличительных чертах, мешанина из рюкзаков, толстовок с капюшонами, детских колясок, велосипедов и шапок-баллонов затрудняла поиск конкретных примет.       Через несколько минут подъехал большой автобус, временно затормозивший поток людей. Когда обзор прояснился, Скалли смогла увидеть параллельную улицу. В шеренге людей она едва различала цвет серо-голубого комбинезона. Она поднесла трубку к уху, произнося. – Я вижу Пирелли. Он стоит в очереди у Музея восковых фигур на Эмбаркадеро. Я иду на восток, чтобы рассмотреть его поближе.       В трубке моментально раздался голос напарника. – Скалли, послушай меня. Я иду к тебе навстречу, просто наблюдай за ним. Я вешаю трубку на секунду, чтобы предупредить Мейра. Я тебе перезвоню.       Малдер быстро перезвонил детективу, направляясь к Ливенворт для перехвата. Он свернул за угол, пробрался сквозь волну японских бизнесменов с фотоаппаратами, вываливающихся из туристического автобуса и нажал автонабор. – Скалли, ты все еще видишь его? – Да, он движется на восток. Я перехожу на Эмбаркадеро… – Скалли, оставайся в Джефферсоне, пока я не доберусь до тебя.       Она не ответила. – Скалли? – посмотрел на свой телефон, линия все еще была открыта. – Скалли? – телефон не отвечал. Он сбросил вызов и набрал повторно. Гудок есть, но ответа не было. – Проклятие…       Малдер повернулся и быстро свернул направо, пробежав два квартала по Бич, прежде чем повернуть налево в конце улицы, чтобы через несколько минут добраться до Джефферсона. Оттуда ему был хорошо виден вход в музей восковых фигур. Ее там не было. Он перешел улицу и повернул на восток, расталкивая прохожих, загораживала ему обзор, тщетно пытаясь найти ее. Агент выкрикнул ее имя, пробираясь по узкому тротуару мимо безвкусных сувенирных лавок канатной дороги, сквозь дымящуюся вонь тротуарных крабовых ошметков, сбив при этом одного или двух раздраженных туристов. – Скалли!!!       Он остановился на углу Джонс и резко обернулся, пытаясь угадать ее маршрут. Затем он заметил прядь рыжих волос на тротуаре через дорогу от него, наполовину скрытую тенью прилавка с едой. – Скалли! – кричал он, пробираясь через непрекращающиеся заторы на дорогах – Кто-нибудь, помогите ей!       Пока он не крикнул, никто не удосужился обратить внимание на упавшую фигуру. Прохожие и туристы проходили мимо нее, неся свои пакеты и камеры. «Свидетельская апатия» - отметился в нем психолог. Как только он добрался до нее, безразличная ранее толпа внезапно остановилась, чтобы зависнуть вокруг с живым интересом, окружая ее как ястребы над добычей.       Расталкивая людей, он встал на колени и осторожно поднял ее и перевернул. Ее глаза закатились и почти закрылись. Он ощупал ее шею, ее пульс был сильным, она издала слабый стон. – Скалли? — позвал он ее, убирая волосы с ее щеки – Скалли, ты меня слышишь?       Ее веки затрепетали, и со вздохом она пришла в себя, она раскинула руки в поиске равновесия. Скалли моргнула, глядя на напарника, когда он перекинул ее через колени и прижал к своей руке. – Малдер? Что? Что происходит? – она посмотрела мимо него, щурясь на странные лица, окружавшие их. Поняв, что она оказалась в непосредственной близости от земли – Я упала?       Ее напарник явно запыхался, капли пота выступили у него на лбу. – Малдер? Где мы? Почему я на тротуаре? – Что последнее ты помнишь, Скалли? – тихо спросил он с явным беспокойством и страхом.       Она покачала головой. Она чувствовала себя нелепо, пальцы на руках и ногах покалывали. Она с трудом приняла сидячее положение и коснулась лба. Она действительно чувствовала себя очень странно. – Я помню… морских львов… я наблюдала за морскими львами… – по его взгляду она поняла, что это был неправильный ответ.       Она задумалась… Морские львы. Почему она сказала морские львы? Воспоминание покидало ее, и она чувствовала, что расплывчатое видение сменилось чем-то более знакомым. – Мы были… мы разговаривали с детективом Мейером — они заметили подозреваемого возле пристани… – Это было больше часа назад… – тихо сказал Малдер. – Да? – Этот ублюдок добрался до тебя, Скалли. Он забрался к тебе в голову, украл у тебя час. Он мог бы взять гораздо больше. – Но как… Малдер, я даже не помню… – ее слабая попытка научно обосновать этот момент была смешна даже для нее. У нее отсутствовала память, и она чувствовала это. Вместо этого она оттолкнулась от него и встала на ноги. – Осторожно… – начал он, выпрямляясь, чтобы поддержать ее. – Я в порядке, Малдер – напряженный взгляд ореховых глаз сказал ей, что её бравада бесполезна.       Зазвонил мобильный, ее, лежавший прямо под столом с похлебкой. Малдер поднял его и принял вызов. – Алло? – секунду или две в трубке стояла тишина, а затем раздался пронзительный электронный визг. Он вздрогнул и оторвал телефон от уха. Телефон визжал еще несколько секунд, а затем линия оборвалась частыми короткими гудками. – Должно быть, он упал на землю… – начала она…       Малдер смотрел на нее, качая головой с серьезным выражением лица. – У него есть твой номер. — сказал он ровно.

***

Медицинский центр Дэвиса СБ: 22:00       Скалли послушно сидела на краю каталки в отделении неотложной помощи Медицинского центра Дэвиса. Через окно она могла видеть Малдера, расхаживающего по коридору, как разъяренный хищник. Они спорили всю дорогу от Пристани до больницы, он настаивал на том, что ее состояние серьезнее, чем она могла себе представить. Она вздохнула, пытаясь успокоиться. Это должно уже было прекратиться. Она больше не была больна, он должен поверить в это, поверить ей, что она не развалится на части. Обморок на тротуаре мог бы легко объяснить отсутствие ее краткосрочной памяти. Судя по тому, что он ей рассказал, она мало что потеряла.       Пирелли исчез из этого района, и, как ни странно, никаких тел обнаружено не было. Доставщик пончиков сообщил, что чувствует себя немного туманно, но не более того. Он ясно помнил, как Пирелли подошел к нему сзади, спрашивая дорогу, а затем, взяв его за шею, начал толкать его в подворотню. Он ударил мужчину коленом в живот и побежал искать ближайшего полицейского.       Медсестра инструктировала ее, перечисляя то, что она и так уже знала: успокойся, отдохни, позвони, если ее тошнит…       Она была в порядке, черт возьми. И она хотела выбраться отсюда, они потратили на нее достаточно времени. Медсестра отпустила ее и глубоко вздохнув, Скалли соскользнула с кровати, схватила свое пальто и направилась к двери.       Малдер стоял стиснув челюсти, глядя на нее, пока она шла к нему. – Мы меняем отель — сказал он не терпящим возражений тоном. – Малдер, не говори глупостей… – она начала терять терпение – я устала и голодна, я возвращаюсь в отель, делаю заказ и сразу ложусь спать.       Она отвернулась от него и быстро пошла к двери. Он следовал за ней вплотную и, открывая перед ней дверь, не слишком деликатно подтолкнул ее за поясницу к выходу. Он каким-то образом умудрялся держать себя в руках, пока они не дошли до машины, но потом дал чувствам волю. – Черт возьми, Скалли, почему ты мне не доверяешь? — сказал он раздраженно. – Малдер, я тут закончила, поехали. – Разве ты не понимаешь, на что способен этот парень? Разве ты не видишь, чего он добивается? – Я думаю, ты слишком остро реагируешь. – Он забрал у тебя память. Он знает… бог знает что насчет тебя. У него есть номер твоего мобильного телефона, может быть, даже номер твоей комнаты… – Как? Откуда у него вся эта информация? Ты не можешь просто вытащить мысли из головы, Малдер! – Хорошо, тогда объясни мне кое-что. Почему ты вспомнила морских львов, когда только пришла в себя?       «Морские львы… да, это было странно…» – пронеслись в ее голове мысли. Малдер наклонился ближе к ней, коснувшись ее плеча, успокаиваясь. Скалли немного подалась ему навстречу. – Не знаю… – ответила она без особой убежденности. – Ты вспомнила о морских львах, потому что стала свидетелем воспоминаний другого человека. — осторожно сказал он, его голос внезапно понизился почти до шепота, поймав взгляд ее больших голубых глаз – Случайное воспоминание одной из его жертв, внезапно вселившееся в тебя, как разрядившийся аккумулятор. – Но как… – Ты спрашивала себя, Скалли, почему из всех людей на пристани сегодня он выбрал именно тебя? Когда я нашел тебя, ты была в нескольких кварталах от своего последнего местонахождения. Я сказал тебе оставаться и ждать меня. – Может быть, я решила преследовать его в одиночку. – Может быть, а может быть, он позвал тебя к себе.       Она недоверчиво посмотрела на него в ответ. – Каждое место преступления имеет одну общую черту… манипулируемое электронное устройство.       Она слегка опустила голову, задумавшись. Да, она начала понимать. – Этот проклятый чип у тебя в шее. Вспомни, Стрелки его описывали как микропроцессор для приема и хранения электрических импульсов вдоль позвоночника… для хранения воспоминаний.       Она закусила верхнюю губу и снова посмотрела на него. Он отстранился, выдыхая, и почувствовал, как напряжение в плечах начинает отступать. Теперь она ему поверила. – Хорошо, Малдер – сказала она с тихой решимостью — Что нам по-твоему нужно сделать, чтобы остановить его?