Раз-два-три-четыре-пять Солдат вышел погулять

Не будь Баки суперсолдатом, он бы точно умер от остановки сердца. Лицо просто горит, он жмется пылающим лбом к прохладной столешнице и жалеет, что в нее никак не вцепиться зубами. Хотя даже это бы точно не спасло его ни от ощущений, ни от звуков, которые предательски рвутся из него, низкие, протяжные и какие-то жалобные, и у него совершенно не выходит это контролировать. Руки соскальзывают с мокрой кожи, лежать на груди и дышать достаточно глубоко слишком, почти больно. Чтобы удержать его на месте, Гельмуту достаточно языка между ягодиц и руки на члене, и Баки все — Баки ломает до того, что он не способен больше думать связно, только тихонько умирать, искусывать губы и слегка дрожать от желания натурально заорать, но в горле каждый раз пережимает, как только он порывается, и остается только давиться воздухом. Иногда Гельмута очень хочется стукнуть. Он заставляет Баки чувствовать слишком много, так много, что собственная кожа становится слишком тесной и чувствительной. Ощущение прикосновения вдруг сначала пропадает, а потом губы едва ощутимо, щекотно, проходятся по ягодице и касаются металлических пальцев. — Положи руки на поясницу, Джеймс. Баки чувствует, как он встает, придвигаясь ближе, между ягодиц ложится член, и его пробирает дрожью. Колени слабеют, хочется упереться в стол руками, но Гельмут настойчиво повторяет: — Руки на поясницу. Это так похоже на прямой краткий рубленный приказ, и голос у альфы хриплый, низкий, и Баки жмурится, прижимаясь к столешнице щекой, и слушается. Плечи затекли, но еще потерпеть он может. Гельмут кладет руку поверх его запястий. Размера его ладони не хватает, чтобы обхватить оба и сжать, так что он просто давит, и Баки ловит себя на том, что стонет уже только от этого. Он кусает язык, но это не помогает перестать, а Гельмут оставляет мокрые поцелуи между лопаток и выше, по шее, зарывается второй ладонью в волосы, сжимает, держит. Он проскальзывает внутрь одним плавным движением, и Баки ахает, прогибаясь. Сразу же на бедро ложится легкий неболезненный шлепок.