В оковах вечности.

***

— Давайте, все вперёд! Не отступать! Мы начинаем их оттеснять! — закричал один из командиров отряда, ведущих солдат на тяжёлый бой. И для многих он, к сожалению, здесь наверняка будет последним.       Устало, но всё также непрерывно и статично зажимая курок уже ставшего продолжением его руки автомата, мужчина был в состоянии какого-то транса. В голове Джека крутилась лишь одна мысль — выжить. Он должен сделать всё, чтобы выйти живым из этой кровавой вакханалии, происходившей вокруг него уже несколько часов. И пока ему всё удавалось. Он выживал.       Коротковолосый мужчина, несмотря на сильную усталость и утомлённость, постоянно передвигался, оставаясь на одном месте не больше секунды. Джек крутился волчком, оглядывался, сканировал и анализировал поле боя, изо всех сил стараясь не упустить ни одной важной детали, в том числе и незаметно подкравшегося к незащищённой спине врага. Эти ночные отродья, если есть такая возможность, никогда не будут сражаться со своим противником лицом к лицу, предпочитая атаковать из подтишка.       Но вместе с этим голову также занимало и непрошенное, мешающее выполнению операции, надоедливо зудящее в голове беспокойство о товарищах, сражавшихся где-то рядом с ним. Как они там? Все живы? Смогут ли они потом, после всего происходящего ужаса, вообще собраться вместе, как всегда делали после каждой удачной миссии, чтобы выпить?       И ведь солдат знал, что в этот момент такие мысли были не то что неуместны, но и крайне опасны. Он пару раз едва не проворонил врага, успевшего подобраться к нему, пока он тщетно пытался очистить мозги от всего лишнего. Благо, вбитые на подкорке сознания рефлексы тела вовремя спасли своего непутёвого хозяина, иначе быть бы ему уже без руки или того хуже, головы, уподобляясь тем несчастным смертникам, которые сломанными куклами валялись по всему полю сражения.       Мужчина про себя иронично хмыкнул, невольно вспоминая тот случай. Когда в штабе им внезапно сообщили, что в начале битвы, дабы сохранить основные силы, выпустят специальный отряд, созданный для задержки и истощения вампиров, солдаты фонда сразу поняли, о чём речь.       Как потом оказалось, фонд, используя многочисленные связи и влияние, смог договориться с правительственными тюрьмами, чтобы им отдали заключённых с особо тяжкими преступлениями и пожизненным заключением. Это было невероятно, но организация действительно смогла набрать почти целую роту самоубийц, чтобы сохранить как можно больше жизней своих солдат.       Насколько они все поняли, правительство предложило смертникам сделку, что выжившие в бою заключённые будут освобождены. Поэтому, несмотря на большую опасность и риск серьёзной инвалидности, многие преступники решили попытать удачу, желая выбить себе билет в лучшую жизнь. Ведь другой альтернативы у них всё равно не было.       Все собравшиеся в тот момент подчинённые фонда Спидвагона не могли поверить собственным ушам. Они много чего в жизни повидали, со своим-то опытом, но такого случая они ещё никогда не встречали. Ведь это были даже не солдаты, а самоубийцы-недоучки, пушечное мясо, которое толком и дать отпор не могло. Их единственной и посмертной задачей было только продержаться как можно дольше и достойно умереть во славу фонда, прокладывая своей жертвой путь для других товарищей. И всё… Больше от этих бедолаг ничего не требовали.       Когда солдаты осознали всю степень серьёзности, какая-то часть воспротивилась такому зверству. Да, эти смертники были преступниками и отбросами общества. Но всё равно, как так вообще можно было сделать? Отправить умирать кого-то более слабого, чтобы он измотал противника, а солдат фонда потом смог бы убить его без особого труда?!       Многие солдаты, подверженные излишней толерантности и идеологиями о ценности человеческой жизни, пытались отказаться и опровергнуть такой метод боя. Вот только… кто их станет слушать? Для командиров, да и вообще для всего фонда, приоритетом являются жизни их подчинённых, а не жизни этих отбросов и ничтожеств, единственная судьба которых — весь срок своего жалкого существования — отбыть за решёткой.       Война и установленные нормы общества — понятия малосовместимые, если вообще не противоположные. И наивные светлые правила и устои, которые мы вбиваем маленьким детям по типу: «Что такое хорошо и что такое плохо» здесь не работают. Война — отвратительное и грязное событие, где в человеке по большей степени умирает всё светлое и наивное. Так что последнее, что волновало верхушку фонда — это мораль.       Естественно, никто не смог ничего возразить, и всем недовольным и несогласным пришлось смириться. Джек, если честно, тоже был одним из недовольных. Вот только для него проблема была не в жалости и сострадании, как у некоторых его сослуживцев. Он знал, что все эти люди отбывали свой срок за решёткой не просто так, и он был даже рад, что большая часть этого отребья сдохнет от рук вампиров.       Джек, если честно, всегда недоумевал, почему нельзя было вернуть старые устои, когда человеку в назидание просто отрубали руку, если он попался на воровстве, а за более серьёзное правонарушение — отсекали голову. Так ведь было бы гораздо проще. И от всякой падали можно было легко избавиться, чтобы не засирать общество, и другим в назидание.       Излишняя толерантность, которая сейчас вошла в моду и постоянно ставилась в пример, его неимоверно бесила. А потом люди жалуются, почему в последнее время развелось полным полно всякого ворья и маньяков. Обрубить бы излишне длинные культяпки, и дело с концом. Сразу бы все стали шёлковыми, и государству с правоохранительными органами мороки меньше…       Так, похоже он немного отвлёкся от сути.       Так что, как уже было понятно, Джеку было плевать на жизни этих заключённых. Ему просто была противна сама мысль прятаться за спиной слабого и беспомощного. Джек всегда обладал достаточной силой для защиты себя и близких, а тут его задвигают за живой щит, который только и может, что умереть от первого же росчерка вампирских когтей. Это сильно задевало его мужскую гордость и гордыню, пусть он и понимал причину подобных мер.       Вот только его недовольство длилось ровно до тех пор, пока он своими глазами не увидел, как это бесполезное пушечное мясо принимает на себя яростный и стремительный удар вампиров, который мог вполне предназначаться ему или кому-то из его близких.       Наблюдая, как эти смертники с распоротыми животами, отрубленными конечностями и перерезанными глотками штабелями падают на почерневшую от крови землю, но всё же выполняют свою задачу, Джек ощутил смутное ощущение облегчения и благодарности. Первая волна самая сильная и свирепая, а эти заключённые приняли на себя этот смертоносный удар и дали им возможность действовать дальше. Мужчина, несмотря на своё презрение и даже отвращение к этим людям, сейчас действительно был благодарен им за отданный в их руки шанс выжить и одержать победу.       Так что сейчас, в очередной раз прикончив опрометчиво подошедшего к нему вампира, Джек аккуратно перешагнул изуродованный труп и внутренне просил всевышнего в их следующем перерождении дать лучшую жизнь этим несчастным запятнанным душам, пожертвовавшими своими жизнями. Пусть он и был закостенелым атеистом, но пожелать всего доброго умершим всё же надо.       Он не знал точно, сколько они так сражаются, но, казалось, прошла целая вечность. Воинственные и азартные вопли, непрекращающийся звук выстрелов, топот множества ног. Эта ранее невыносимо громкая и раздирающая сознание какофония криков, боли и предсмертных хрипов сейчас уже слилась в сплошной фоновый шум, на который Джек уже не обращал внимания. Сконцентрированный на битве разум просто отсекал всю ненужную информацию, способную прервать концентрацию и позволить ему погибнуть. Уставшее и истощённое тело ещё каким-то чудом находило силы двигаться и сражаться. Похоже, открылось долгожданное второе дыхание.       Но сейчас, внезапно получив какую-то секундную передышку, Джек внезапно понял, что они одерживают победу. Это можно понять только по тому, что он уже несколько секунд стоит на поле боя, а на него до сих пор никто не набросился. Вампиров уже убивали одновременно по несколько человек. Их теснили, загоняли в ловушки и западни, как неразумных животных. Ещё немного, и они одержат победу.       Слова Джека оказались пророческими. Не прошло и получаса, как автоматная очередь со специально разработанными пулями повалила последнего вампира на землю, оторвав ему конечности. Пока тварь не пришла в себя, ей быстро отсекли голову и ударом ноги раздавили мозг, тем самым поставив точку в текущем сражении.       Тыльной стороной перчатки вытерев пот со лба, Джек облегчённо выдохнул. Он смог выжить. По крайней мере, на первом этапе.       Во время небольшой передышки перед главным боем, быстро перезаряжая оружие и пихая во все карманы и щели одежды дополнительные патроны и предметы первой необходимости, рыжий мужчина обеспокоенно поглядывал по сторонам, выискивая в толпе знакомые лица. Он до сих пор не встретил своих товарищей, поэтому несколько переживал за них.       Но, к его сожалению, времени найти их у Джека не было. Едва все перевели дух и перегруппировались, один из командиров по рации дал команду на штурм поместья, где и находилась их главная цель. Вампиры по физическим параметрам во всём превосходят людей, поэтому в ход идёт только лобовая атака.       Группа живых мертвецов, поджидающая их у входа, тоже не стала чем-то неожиданным. Все в фонде понимали, что на улице они сражались с вампирами, чей уровень силы максимум не превышал выше среднего. В остальном это была зелень, не имеющая никакого опыта в бою и всякая шушера с отребьем, которых Дио держал в качестве прислуги и рабов.       Не имеющая ни боевого опыта, ни огромной силы и ума. Все эти недостатки подобное сборище компенсировало излишней свирепостью, яростью и безрассудностью, из-за чего она и была одновременно и самой опасной и самой лёгкой частью операции.       Бешеные животные непредсказуемы и неуправляемы, поэтому они представляли большую угрозу для людей. Но и избавиться от такой бестолковой своры дворняг всё же легче, чем от нескольких умных, наученных опытом и жизнью существ, знающих свои возможности и осознающих, как ими воспользоваться. Количество переросло в качество, поэтому им нужно быть настороже, если хотят добраться до Дио живыми.       Едва они пересекли какую-то невидимую черту, битва тут же началась, не давая ни мгновения опомниться. Спроси Джека, что в тот момент происходило, он бы ни за что не ответил. Всё сражение для него происходило в каком-то тумане. Крики товарищей, оглушающие выстрелы автоматной очереди и одиночные, глухие из-за заглушки, хлопки пистолетов с разрывными пулями, вопли агонии и до тошноты узнаваемый звук разрываемой плоти. Всё для него смешалось в одну сплошную мешанину, из которой было невозможно вычленить что-то одно.       Джек понимал только единственную истину в тот момент. Одна, даже самая незначительная ошибка, и ему не жить. Это были элитные бойцы, профессионально умеющие и безумно любящие убивать. И так просто отделаться от них, как это было раньше, не получиться. Ему оставалось только покрепче стиснуть нагретый от тепла его тела ствол и приготовиться к затяжному бою. Второго шанса ему не дадут.

***

      Сколько это продолжалось? Несколько минут или несколько часов? День или неделю? Джек не знал. Он тогда потерял счёт времени. Мозг отключился, будто не выдерживая нагрузки и переходя в режим ожидания. Лишь тело не подводило, механически продолжая двигаться и нажимать на курок изученного вдоль и поперёк оружия, разрывая тела врагов на большие окровавленные куски, пока его остальные товарищи приближались к тварям вплотную, чтобы не дать вовремя регенерировать и успеть размозжить череп, ставя конец на их существовании.       Прояснение разума наступило очень внезапно и неожиданно. Растерянно оглядываясь, Джек внимательно осматривал искореженные вампирские трупы, не смея расслабляться и опускать возведённый ствол автомата. Он всё время на подсознательном уровне ожидал, что кто-то из них сейчас внезапно поднимется и сражение продолжится. Но этого не произошло ни через минуту, ни через несколько. Тишина в помещении стояла просто гробовая. Только его выжившие сокомандники тихо ходили между переплетёнными между собой трупами врагов и их товарищей, пытаясь найти сумевших выжить в этом сражении солдат, чтобы им могли оказать первую помощь снаружи.       Пусть Джек и видел, что все враги были побеждены, пусть эта нелегкая битва подошла к концу, и ему снова удалось выжить, он не мог до конца в это поверить. Мозг всячески отрицал вариант, что после всего произошедшего он даже смог остаться при своих конечностях, хотя многие в отрядах теперь навсегда стали инвалидами.       Руки, держащие автомат, тряслись, будто у заправского алкоголика, а зубы отбивали ритмичную чечётку. Похоже, его накрыло отходняком. Хотя после такой концентрации и сосредоточенности во время боя ничего удивительного. Но сейчас организм после подобного пережитого стресса всё-таки брал своё. — Ты в порядке? — обратился к нему какой-то мужчина, стоящий неподалёку. Видимо, он заметил его состояние. — Нормально… Жить буду. — сквозь дрожащую челюсть смог ответить Джек. — На. Проглоти быстрей. Только не раскуси случайно. — мужская рука в перчатке протянула ему какую-то непонятную капсулу белого цвета. Он никогда таких не видел в резерве фонда. — Что это? — тихо спросил Джек, не решаясь глотать препарат, не зная о его свойствах. — Сильнодействующий транквилизатор. На какое-то время уберёт боль и усталость, а также очистит разум от всего ненужного в сражении. Крайне полезная штука на поле боя. Главное только не переборщить, иначе можешь крупно подсесть. — ответил собеседник, понимая тревогу товарища.       Подумав немного, Джек быстро взял и проглотил белый желатиновый шарик, не желая лишний раз колебаться. Побочные эффекты после окончания действия препарата наверняка будут. Он в этом не сомневается. Но сейчас его состояние очень далеко от идеального, и если эта штука позволит ему продержаться немного дольше его предела, он с готовностью согласится на это. Последствия сейчас не так важны, как выполнение их главной задачи.       Когда специальная бригада медиков забрала всех раненных, а бойцам была оказана необходимая помощь, благо всё это дело не заняло много времени, несколько командиров, находящихся вместе с ними, отдали приказ двигаться дальше. Это ту мелкую шушеру на улице они могли добить сами, а вот дальше помощь и руководство одних из сильнейших членов фонда им будут необходимы.       Благодаря отряду снабжения, отвечающему за поставку всего нужного на поле боя, солдаты снова смогли обновить все необходимые припасы, получить немного времени передохнуть и идти дальше.       Если честно, подобное затишье вводило их в недоумение. Они уже очень долго сражались, поэтому порядком устали и вымотались. Вампиры вполне могли их накрыть внезапно атакой, не давая времени на передышку. Солдаты бы, конечно, отбились, но потери бы понесли очень большие. Но нет… Им милостиво дают обновить припасы и перевести дух, терпеливо дожидаясь, когда они сами придут. Джеку такая тактика была совсем не понятна. И ладно бы те слабаки. Они не блещут ни умом, ни сообразительностью, а просто в лоб нападают. Но ведь те вампиры у входа в особняк имели все возможности устроить им удачную западню, пока они были уставшими после предыдущего сражения.       Они их недооценивали? Или просто хотели сразиться в полную силу? Впрочем, сейчас это было уже не таким важным. Вампиры легкомысленно дали им шанс на победу, а они не собирались упускать его. Вот и всё.       Убедившись, что все солдаты готовы к битве, а ресурсы более менее восполнены, командир обратился к стоявшими перед ним подчинённым. — Действуем по первоначальному плану. Если случится что-то непредвиденное, используем план дельта. Я не хочу повторять тоже самое, что вам всем неоднократно рассказывали и по полочкам разбирали ещё в штабе фонда. Вы и без моих наставлений все схемы и пути отхода давно вызубрили на зубок, — произнеся это, грузный мужчина коротко усмехнулся и вдруг устало выдохнул. — Вот только, даже зная весь план, помня всю стратегию до мельчайших подробностей и имея превосходные боевые навыки, я не могу со всей уверенностью утверждать, что хоть кто-то из нас сможет дожить до конца этой миссии.       Окинув собравшихся вокруг него солдат тяжёлым серьёзным взглядом, командир продолжил. — Вы прекрасно понимаете эту истину, знаете свои возможности и силы. Вы элита. Одни из сильнейших борцов фонда Спидвагона. Именно поэтому на вас сейчас лежит огромная ответственность. Ведь только в ваших силах справиться с врагом, пусть даже если ценой победы послужат ваши собственные жизни. Такова реальность, какой бы суровой она не была. Возможно, сейчас мы видим друг друга в последний раз, — губы мужчина искривились в горькой прощальной улыбке. — К сожалению, не в моих силах что-то изменить. Единственное, что я могу сделать для всех вас — это лишь пожелать удачи. Выполните своё предназначение любой ценой, но постарайтесь изо всех сил выжить. Поняли меня?.. — Давайте после всего этого дерьма вернёмся домой и устроим хорошую пьянку, чтобы отпраздновать наш успех?       Все собравшиеся здесь прекрасно понимали, что эту последнюю фразу командир сказал в приступе некоторого отчаяния и желания хоть как-то подбодрить своих людей. Члены фонда Спидвагона и так знали, что большая часть их отряда не сможет вернуться обратно. Повезёт, если вообще хоть кто-то выживет. Но, даже понимая это, в их душах всё равно зажёгся небольшой огонёк веры на лучший исход. Чтобы двигаться дальше, людям всегда нужна надежда, пусть даже если она и будет почти неосуществимой. — Да, командир! — прокричали солдаты, всё это время внимательно слушающие каждое слово стоящего перед ним командира.       На старых, зрелых, и даже совсем ещё юных лицах, скрытых под униформой, появились лёгкие ободряющие улыбки. Пусть это были лишь слова, пусть надежда была такой далёкой и призрачной, но они действительно смогли придать им сил. Они все были благодарны стоящему перед ними хмурому мужчине за проявленное беспокойство и заботу, пусть они и были такими маленькими незаметными для посторонних. — Тогда вперёд! За мной!       Громко и призывающе закричав, командир, возведя автомат в своих руках, начал стремительно подниматься по винтовой каменной лестнице, ведущей на второй этаж, где их уже дожидался главный босс этой непростой миссии.       Чувствуя, как по венам вместе с горячей кровью начал стремительно течь адреналин, а в груди яростно горел огонь веры и надежды, солдаты, ведомые азартом и внезапно заигравшей жаждой сражения, направились вслед за предводителем, внутри себя отсчитывая заветные секунды до начала финального боя.       На мгновение остановившись у большой резной двери, ведущей в покои древнего вампира, рота с замиранием сердца наблюдала, как командир стоящий ближе всех, медленно, будто в замедленной съёмке, поворачивал железную витую ручку, пока все не услышали заветный, слишком громкий щелчок. — Наконец-то. Я вас уже заждался.       Внезапно услышанный по ту сторону двери хриплый приятный на слух баритон стал неожиданным сигналом к действию.       На мгновение замерев от неожиданности, а потом, будто очнувшись от сна, мужчина буквально пинком раскрыл тяжеленные деревянные створки, которые обычный человек навряд ли бы даже сдвинул с места, создавая проход для остальных.       В ту же секунду, даже ещё не видя противника, люди всеми частями тела вдруг ощутили пробирающую до костей смертоносную, гнетущую, предсказывающую им мучительную гибель ауру вампира, заставившую их на мгновение испытать приступ инстинктивного животного ужаса. Им даже в первые секунды показалось, что они видели это мучительное давление собственными глазами. Наблюдая, как тёмный густой туман медленно и лениво стелился по каменному холодному полу, выплывая прямо из той комнаты, люди ощутили, как их тела пробил холодный пот.       С усилием подавив кричащие о смерти инстинкты, солдаты, сглотнув на последок от волнения и страха, поспешили за своим командиром, будто с головой ныряя в глубокий беспросветный омут. Пути назад уже не было. Все мосты сожжены.

***

      Оказавшись в огромной, размером со среднее спортивное поле, комнате, солдаты на мгновение растерянно застыли и напряглись, не обнаружив свою цель, которую буквально только что слышали в коридоре. Но всё же понимая, что сейчас вампир находился где-то здесь, солдаты быстро рассредоточились, давая друг другу немного пространства и направив стволы оружия во все стороны, готовясь при малейшей возможности атаковать.       Внимательным и сосредоточенным взглядом осматривая комнату, глаза людей невольно пробегали и по многочисленным, полностью закрывающих стены полкам, буквально ломящихся под тяжестью бесчисленных книг, свитков, рукописей, манускриптов и исписанных рукой листов немного смятой пожелтевшей бумаги. Даже страшно было представить, сколько времени, денег и сил заняло, чтобы собрать здесь подобное богатство. — Хо… Похоже, моя небольшая коллекция была оценена вами по достоинству. Рад видеть это.       Как бы они не готовились, но услышать чужой тихий голос прямо перед собой они всё равно не были готовы. Чуть ли не подскочив от неожиданности, солдаты разом направили всё своё оружие на резную каменную колонну, стоявшую в десяти метрах от них, готовясь атаковать.       Перед последним боем им выдали небольшое устройство, воспроизводящее ультрафиолетовый свет. Он подобен солнечному свету, поэтому запросто может сжечь вампира, будто он при свете дня вышел на улицу. Но, к сожалению, не в их случае. Обстановка и ситуация не позволяла взять с собой устройство слишком большого размера, которое было бы способно мгновенно убить Дио. Верхушка долго думала над этой проблемой, но придумать безопасного способа принести достаточно большой излучатель не удалось. Поэтому нескольким солдатам дали устройства гораздо меньше, которые можно было безопасно транспортировать и удобно использовать, не боясь что-то повредить или сломать. Такая вещь пусть и не способна сжечь вампира, но может очень сильно навредить, ведь раны от солнечных лучей заживали гораздо дольше обычных. Так что у них был вполне неплохой шанс выжить. — Я слышу стук ваших сердец. Они так быстро и отчаянно бьются, словно вот-вот проломят закрывающие их хрупкие рёбра. Как же забавно.       Чувствуя, как держащие автомат руки начинают крупно дрожать, люди с замиранием сердца смотрели, как из-за колонны медленно и демонстративно показывается мощная, пока ещё частично скрытая тенью внушительная фигура, внушая ещё больший животный ужас, заставляя их инстинкты трубить тревогу и требовать убегать. Солдаты видели только скрытый в полутьме силуэт, но даже этого им с лихвой хватало, чтобы оценить всю сложность и опасность противника.       Но в реальность их возвращала мысль, что у них всё же есть оружие, способное если не убить, то очень сильно навредить этой твари. Нужно только успеть включить его, и ультрафиолет прожжёт в нём несколько больших дыр, которые, кстати, очень не скоро затянутся. А уж потом им наверняка представится возможность добить ослабленного вампира.       Изо всех сил сдерживая заходящееся в истерике чувство самосохранения, солдаты заставляли себя стоять на месте, не желая показывать свой страх и слабость этому чудовищу, сейчас оскалившемуся в широкой издевательской ухмылке. Увидев, как в мимолётном блеске факелов сверкнули кончики острых как бритва клыков, члены фонда подавили механическое желание сглотнуть от волнения. — Хм, а вы не робкого десятка, если ещё можете стоять на месте. Значит, не умрёте от одного небрежного удара. Я доволен этим.       Они не совсем понимали, как в этот раз дружно не вздрогнули, снова услышав этот пробирающий до костей и нервов шипящий тембр. Наверное, им всё же удалось немного адаптироваться и привыкнуть к подобным условиям. Человек тварь такая, ко всему привыкает.       Но в то же время, они вдруг ощутили, как до этого практически придавливающее их к полу удушающее давление внезапно исчезло. Казалось, что с них резко сняли тяжеленную каменную плиту, которую они до этого держали на своих спинах. Всё это время вампир на них как-то воздействовал? — Вы проделали долгий путь, чтобы добраться сюда… Вам также удалось убить всех слуг и подчинённых, и даже от моей элиты вы избавились без критических потерь… Впечатляет.       Стоящая в тени фигура наконец сдвинулась. Люди, всё это время продолжая держать вампира на мушке, с каким-то оцепенением смотрели, как яркий свет факелов с каждым его шагом всё больше охватывает могучее внушительное тело, попадает на каждый дюйм мраморной холодной кожи, заставляя солдат невольно испытать кратковременный приступ восхищения, смешанного с ужасом.       Стоящий неподалёку от них золотоволосый мужчина был дьявольски красив.       Длинные и густые, напоминающее жидкое золото, волосы медленно и лениво колыхались из-за лёгкого ветерка, гуляющего по всему помещению благодаря большим открытым окнам. Небольшое количество одежды, скрывающее только ноги и мощный торс, во всей красе показывало и подчёркивало покрытое связками мышц и сухожилий тело. А крепкие, сплошь покрытые мышцами руки, даже без оружия внушали нешуточные опасения. Никто здесь не сомневался, что эти широкие, украшенные длинными ногтями ладони способны запросто сдавить человеческую голову, словно это был переспелый арбуз.       Но больше всего напрягало его лицо. Величественные, аристократично прекрасные черты, словно вылепленные каким-то великим скульптором, и правду напоминали солдатам холодный бездушный камень. Лишь взгляд прищуренных кроваво-красных глаз показывал хоть какую-то жизнь, отличая вампира от безжизненного булыжника. Видя, как в глубине кровавых омутов плескались эмоции веселья, усмешки и некоторой снисходительности к стоявшим напротив него людям, солдаты ощутили приступ сильного унижения и злости. Было прекрасно видно, что вампир даже не принимал их в серьёз и просто игрался, наслаждаясь эманациями оцепенения и страха перед совершенным существом.       Солдаты в тот момент так и не поняли, у кого из них первыми сдали нервы. Всего миг, и комнату наполняют звуки выстрелов автоматной очереди. Люди, не жалея патронов и сил, направили всё своё оружие в место, где стоял ухмыляющийся вампир. Они понимали, что пули навряд ли даже заденут его, но попытаться стоило. Нужно было хоть что-то сделать, пока он стоял на месте.       Выстрелы не замолкали ни на секунду, пока до солдат внезапно не дошло, что что-то не так. Все пули, казалось, достигали своей цели, но они не причиняли вреда Дио… Нет. Они просто не касались его. Из-за совместной пальбы они сразу не заметили, что пули останавливались где-то в метре от своей цели и резко изменяли траекторию полёта, попадая куда угодно, но только не в тело вампира, либо их просто что-то отбрасывало. Вокруг золотоволосого мужчины, казалось, стоял невидимый барьер, за пределами которого постепенно начали скапливаться искривлённые и сплющенные чем-то патроны, словно очерчивая границу. — Глупцы… Неужели вы думали, что это жалкое оружие сможет по мне попасть? — произнёс Дио, коротко рассмеявшись, будто увидел что-то забавное.       Внезапно появившееся мерцание за спиной вампира заставило большую часть отряда вздрогнуть от неожиданности и прекратить пальбу, а вместе с ними перестали стрелять и другие, следуя действиям своих товарищей. — Для The World ваши пули не представляют никакой угрозы, так что можете не тратить патроны напрасно.       В отряде было довольно много владельцев стендов, так что им не составило труда увидеть, как рядом с Дио появляется гуманоидное существо, всё это время защищающее своего хозяина от их пуль. Стенд вампира был поистине ужасающим, раз смог отразить такую атаку и не пропустить ни одной пули. Или Дио воспользовался способностью останавливать время? Они бы всё равно не смогли бы этого заметить.       Что ж, если автоматы не помогут, значит стоит попробовать собственные стенды.       Наблюдая, как за спинами всех этих людишек материализуются полупрозрачные фигуры, лицо Дио искривляется в усмешке, а когда все эти слабаки пытаются напасть, оскаливается в презрительной гримасе. — Бесполезно, бесполезно, бесполезно… — насмешливо тянет вампир, чувствуя, как кулаки The World наносят чужим стендам сокрушительные удары, мгновенно выводящих половину отряда из строя. Для этих слабаков даже Za Warudo не пришлось использовать.       Вот только людишки сдаваться не собирались. Пули, вражеские стенды, свето — шумовые и световые гранаты. В ход шёл весь арсенал, что у них был. В том числе и специально разработанные ультрафиолетовые лампы.       Вначале увидев, как солдаты судорожно достают какие-то устройства, он не принял это всёрьёз. До того момента, пока из них не полился яркий свет, имеющий те же способности, что и солнечный свет. Не ожидав что-то подобное, Дио едва успел уйти из-под нескольких лучей ультрафиолета, одновременно направленных на него. Такого размера луч бы его, конечно, не убил, но неприятностей бы точно доставил.       Вампир цыкнул. Это была неприятная неожиданность. Он слишком расслабился, вот и поплатился за это… Вот только эффект внезапности был упущен. К их сожалению, тот же фокус второй раз не пройдёт. Трюк с ультрафиолетом был для вампира сюрпризом, который ненадолго разжёг его интерес, так что он какое-то время ещё ждал чего-то подобного. Но, к его сожалению, новых интересных неожиданностей не предвиделось. Движения и схемы людей становились всё более предсказуемыми, военный арсенал тоже потихоньку истощался, а лампы он ещё при первой же возможности уничтожил своим стендом, на всякий случай. Он прожил на этом свете долгое время, и приобрёл какое-то подобие терпимости к солнцу, но это не уменьшило его смертоносности. Так что он решил как можно быстрее избавиться от источника опасности. Людишкам нужно было винить только себя, что грамотно не воспользовались этим оружием.       Презрительно смотря на истощённых, уставших солдат, половина которых уже с трудом на ногах стоит, а другая валяется в отключке от множества ран и переломов, Дио начал ощущать раздражение и скуку. Он хотел проверить их возможности и немного поиграть, прежде чем прикончить. Но они его разочаровали. Никакого веселья и азарта. Пора бы уже заканчивать этот спектакль. — Это, конечно, было вначале забавным, но сейчас меня начала одолевать скука, — лицо вампира приняло равнодушно-скучающее выражение. — Вы хорошо подготовились, но для меня вы всё равно не противники, и убить вас всех было бы делом пары мгновений. Но… это было бы слишком скучным концом. Я толком и не повеселился с вами. Тем более, что вы прикончили всех моих подчинённых, и теперь мне снова придётся начинать всё сначала. Стоит только об этом подумать, как я начинаю злиться… Так как же мне поступить?       Солдаты, не отрывая от лица Дио взгляда ни на мгновение, сразу заметили, как его бледные губы искривились в предвкушающем оскале. В сердце закралось нехорошее предчувствие. — Джотаро, Нориаки… Ваш выход…       Внезапное движение со стороны окна заставило солдат подскочить от неожиданности и направить в ту сторону стволы автоматов. Там всё это время кто-то был?!       Две фигуры, как оказалось, находящиеся в этой комнате с самого начала, медленно вышли из глубокой тени, которая падала в небольшой проём между окном и книжной полкой. Находясь рядом с двумя источниками света, эта ниша была практически непроглядной, запросто способной спрятать внутри себя двух вампиров.       С растущим отчаянием и смирённостью солдаты наблюдали, как двое молодых юношей, всего где-то лет девятнадцати на вид, вышли на свет факелов и встали позади ухмыляющегося вампира, будто верны слуги. Белоснежная мраморная кожа, отдающие красным блеском глаза… Как же они так просчитались? — Вы?.. — растерянно прошептал себе под нос Джек, сразу узнав этих двоих, едва они показались.       Они ни капли не изменились с их последней встречи. — Как оказалось, вы избавились не от всех моих подчинённых. — оскалившись, Дио не поворачиваясь, обратился к стоящим позади него юношам. — Вы уж развлеките меня как следует. Не разочаруйте, а то я порядком заскучал, пока возился с ними. Нужно было сразу отдать вам их. — Да, господин Дио. — одновременно ответили вампиры, по какой-то причине не поднимая глаз от пола.       Стоящий справа красноволосый парень вдруг вышел вперёд, материализуя рядом с собой гуманоидное существо изумрудно-зелёного цвета с длинным хвостом вместо ног. — Hierophant Green…       Ослабленные солдаты в тот момент даже не успели понять, что произошло. Внезапное ощущение хлёсткого росчерка воздуха у груди, кратковременное ощущение полёта и резкое столкновение со стеной, выбившее из лёгких остатки воздуха.       С громким шумом и вскриком упав на холодный камень, кашляющие кровью солдаты, преодолевая дикую боль в сломанных рёбрах и отбитых внутренних органах, старались как можно быстрее встать и поднять остальных дезориентированных товарищей, лежащих рядом. Пусть они сейчас и были практически беспомощными, но всё же не хотели умирать такой глупой и бессмысленной смертью. Нужно хоть что-то сделать. Необходимо дать отпор. Хоть какой-то…       С наслаждением наблюдая, как щупальца стенда Нориаки отбрасывает этих ничтожеств в стену, будто ничего не весящих пушинок, Дио громко рассмеялся, довольный началом представления. Слабые людишки истекали кровью, поднимались, шатались и снова падали, будто поломанные марионетки, у которых отрезали половину нитей. Это было крайне забавным зрелищем. — Молодец, продолжай! Переломай им ко всем чертям конечности, разотри в труху позвоночник, чтобы они могли лишь ползать и умолять меня о пощаде, выдави глаза, размозжи черепа. Сделай их гибель более развлекательной! — поглощённый азартом и триумфом, Дио, желая увидеть гораздо больше веселья, инстинктивно попытался сделать шаг вперёд… но не смог.       Недоумённо посмотрев себе под ноги, и увидев тонкое зелёное щупальце, обвивающее его ноги и не дающее сдвинуться с места, вампир на мгновение ощутил давно позабытую растерянность и непонимание. Что, чёрт возьми… — ДЖОТАРО! — вдруг громко закричал красноволосый юноша, затягивая петлю ещё сильнее, чуть ли не сбивая Дио с ног.       Находящиеся в состоянии шока солдаты ошеломлённо застыли, не совсем понимая, что происходит. Они не верили собственным глазам.       Черноволосый вампир, всё это время стоящий позади своего господина, в момент, когда тот пошатнулся из-за захвата стенда, резко подался вперёд и со всей силы вцепился острыми когтями в шею, где находится сонная артерия. Резко потянув на себя, парень вырывает из шеи вампира огромный шмат кровоточащего мяса, заставляя Дио громко закричать от неожиданности и огромной боли, остро прошившей шею и плечо. Видимо, желая закрепить результат, Джотаро направил покрытую черной артериальной кровью руку к виску древнего вампира, чтобы, если не убить, то сильно навредить. Вот только Дио хватило тех мгновений, чтобы прийти в себя и контратаковать. — THE WORLD! ZA WARUDO!       Ощутив, что время начинает останавливаться, Джотаро лишь ускорил своё движение, не особо беспокоясь по этому поводу. Раньше его предел в чужом тайм-стопе была лишь секунда, а собственная остановка времени равнялась трём мгновениям. Но за всё это время существования вампиром, Джотаро долго и упорно тренировал свой предел в чужом тайм-стопе, доведя его до заветных шести секунд, а собственную остановку времени до пятнадцати. Джотаро делал всё, чтобы сравняться с древним вампиром и не проиграть в будущей битве. Он развивал полученную им в том бою способность, в отличие от Дио, который довольствовался полученным благодаря крови его деда и неспешной раскачке. Насколько он помнил, сейчас тайм-стоп Дио не превышал тринадцати секунд. И сейчас они пожинали плоды собственных трудов.       Ощущая, как острые когти впиваются и пробивают кость черепа, Джотаро изо всех сил торопил собственное тело, так как чувствовал, что время его форы ускользает. Давай же… Ещё чуть-чуть… Он почти достал до мозга… — The World!       Досадно цыкнув, Куджо вытащил окровавленную руку и стремительно разорвал дистанцию, уходя из радиуса стенда Дио. Нужно дождаться конца тайм-стопа. — Ах ты гадёныш… — яростно прорычал Дио, изо всех сил зажимая никак не затянувшуюся рану на шее.       Ему разорвали сонную артерию, которая осуществляет кровоснабжение головы и головного мозга, а это одно из самых важных мест у вампира. Он потерял слишком много крови за раз и регенерация сильно снизилась. Организм пытается залечить прежде всего внутренние повреждения, не успевая затянуть рану снаружи, имея недостаточно ресурсов для этого. И при этом он продолжал терять кровь! — Целиться в голову я счёл не целесообразным, так как ты вовремя отреагируешь, и моя атака не пройдёт до конца. Поэтому я решил просто разорвать одну из главных артерий, чтобы ослабить. Ты вряд ли после этого так просто сдохнешь, но возможность убить тебя у меня существенно повыситься. — ухмыльнулся Джотаро, наблюдая за тщетными попытками Дио сдержать драгоценную жидкость в своём теле. — Как вы сумели разорвать оковы?! — в ярости закричал вампир, понимая, откуда источник проблемы. — Тебе это знать не обязательно. Важно то, что твои приказы на нас больше не действуют, а ментальные закладки порядком ослабли. Так что теперь мы имеем все шансы и возможности наконец прикончить тебя. — ответил Джотаро, продолжая кровожадно усмехаться.       Наконец-то… После стольких лет они могут освободиться! Они ни за что не упустят эту единственную возможность обрести свободу. Даже если они погибнут, плевать. Юноши не будут жалеть об этом, ведь смерть — это тоже в своём роде освобождение. — Щенок… Да как ты посмел! — взбешённо проревел Дио, разъярённый нынешней ситуацией.       Как?.. Как так вышло?! Когда они стали неподконтрольными? В какой момент он пропустил это? Что пошло не так?! " — Три, два, один…"       Джотаро отсчитывал про себя время окончания тайм-стопа, готовясь при первом же намёке на опасность защищать членов фонда, до сих пор находившихся в этой комнате. Не хотелось бы, чтобы элита организации погибла. Нужно сначала вывести людей подальше, иначе они могут пострадать во время сражения. А уж потом они с Нориаки могут волю разгуляться. Сейчас их уже ничего не будет и не сможет сдержать. Тем более, что его неожиданная атака прошла крайне удачно, и Дио сейчас очень ослаблен, так как потерял большую часть необходимой для жизни крови.       Ощущая, как время быстро возобновило свой ход, Джотаро рванул в сторону Нориаки, стоявшего недалеко от контуженных солдат. — Помоги им выйти из здания и прикажи быстро уходить с этой территории, если они хотят жить. Я задержу его. — обратился Джотаро к Какёину, призывая свой стенд. — Star Platinum!       Огромный фиолетовый гигант, появившийся за его спиной, ничуть не уступал по габаритам The World и внушал ощутимый трепет, стоило на него посмотреть. — Давай бегом! — закричал черноволосый растерянным людям, блокируя сильный удар стенда Дио. — Вы слышали его. Если хотите жить, уходите. Иначе попадёте под горячую руку. — произнёс Нориаки, щупальцами своего стенда подхватывая бессознательных солдат и быстро направляясь в сторону выхода, чтобы передать раненных организации и вернуться к Джотаро.       Видимо, до людей всё-таки дошло, что вокруг происходит. Не задавая лишних вопросов, солдаты подхватили товарищей и, прихрамывая, пошли вслед за красноволосым вампиром, неожиданно спасшего им жизнь.       Спустившись на первый этаж, Нориаки быстро вышел на улицу, краем уха слыша разрушительные звуки сражения, происходящего наверху. С усилием подавив беспокойство за Джотаро, Какёин прибавил ходу, направляясь прямо к ощетинившимся членам организации, которые состояли из полевых медиков, нескольких командиров и раненых солдат, оставшихся на лечении после предыдущих боёв. Ничуть не беспокоясь о наведённом на него оружии, Нориаки продолжал двигаться, держа бессознательных людей в щупальцах стенда, тем самым показывая их фонду. Но, похоже, он лишь добился обратного эффекта. Увидев своих товарищей в руках врага, солдаты пришли в ярость, вот-вот готовясь открыть огонь. — Подождите! Он не враг нам! Он спас нас! — закричал один из солдат, идущих вслед за красноволосым вампиром. — Не стреляйте! Всё в порядке! — подхватил другой.       Услышав это, фонд растерянно застыл, не понимая, как на такие слова реагировать. Вампир? Спас их? Всё в порядке?       Когда они услышали звуки сражения наверху, то предполагали, что уже и не увидятся со своими товарищами, как враг вдруг приводит их живых и относительно невредимых? А у мира с головой всё в порядке? Или это у них не все дома? — Забирайте своих и уходите. Скоро здесь станет опасно, и вы запросто можете попасть под горячую руку. — аккуратно положив людей на землю, Какёин быстро направился обратно в особняк. Джотаро нужна его помощь. — Подожди! — растолкав остальных, Джек вырвался из толпы и снял часть формы, скрывавшей его лицо. — Спасибо тебе, Нориаки-сан. Без вас мы бы точно погибли.       В глазах вампира промелькнуло узнавание и удивление. Губы сложились в мягкую ободряющую улыбку. — Благодарить ни меня, ни Джотаро пока не за что. Всё только начинается.       Глядя, как чужая спина удаляется всё дальше, пока вообще не пропадает из поля зрения, Джек впервые за всю свою жизнь искренне просил господа, чтобы он сохранил жизни этим двум юношам, которым была уготована столь жестокая и трудная судьба. — Ты знаешь его? — озадаченно спросил один из его сокомандников. — Да… Эти вампиры — наши союзники и шанс на победу. — ответил Джек, широко улыбаясь. — Нужно уходить. Как сказал тот парень, здесь совсем скоро станет жарко. — вдруг произнёс кто-то из толпы, воспроизводя цепную реакцию.       Будто очнувшись, люди принялись быстро собирать припасы и укладывать раненых по носилкам, чтобы потом положить в машины. Долгое время это не заняло, учитывая поджимающие сроки. Командующие нутром чувствовали, как отсчитывают последние минуты воображаемые часы над их головами. Когда все сборы были закончены, а люди рассажены по транспорту, выжившие члены фонда Спидвагона двинулись в путь. Нужно было срочно доложить об изменениях в операции начальству.       Утомлённым взглядом наблюдая за проносящимся мимо пейзажем, Джек, чувствуя, что он теперь наконец в безопасности, окончательно расслабился, позволяя сознанию уплыть в небытие.       Теперь он точно был уверен, что всё закончится хорошо…