Не теряй себя.

Невыносимая боль спазмами разливалась по всему телу. Разум плавился от действия сыворотки, которую организм переносит тяжело и несоизмеримо долго. Темнеющий взгляд накрыло густой пеленой, окружение плыло и старалось дезориентировать акробата. Он застонал от ломки, а его светлые глаза засверкали золотистым пламенем. Так он превращался в защитника совиного суда.

***

Связь с Бэтмэном прервалась семь дней тому назад, когда он предотвратил убийство мэра. До этого Найтвинг, работая под прикрытием, стащил подозрительные колбы в одном из совиных «гнëзд», и передал их Брюсу. Уэйн изучил содержимое стеклянных сосудов — в них оказалась сыворотка на основе Ямы Лазаря, которой Совы пичкают своих ассасинов. Так же, из информации, которую успел передать Альфреду Брюс перед тем, как исчезнуть, стало известно, что это именно Суд подослал Джо Чилла убить его родителей. С головной болью Джейсон разыскивал сведения об обществе Сов, затянувшись сигаретой. Возле сооружённой из консервной банки пепельницы, наполненной окурками, завибрировал телефон. Он сразу ответил на звонок. — Возвращайтесь, мистер Тодд! — послышался взволнованный голос монахини. — Сестра? Что случилось? — Нет времени объяснять, здесь… — Алло?! Связь прервалась. Парень был вынужден вернуться в церковь.

***

Невыносимая жажда. Саднящая боль. Безумная усталость. Не смотря на критическое состояние, Бэтмэн не сдавался и изучал мраморные коридоры, держась за стены в попытках устоять. Но выхода не было. Только кошмарные видения и запутанные пути нескончаемого лабиринта. Вот он заходит за угол, а там мужчина направляет дуло пистолета на него. Брюс оборачивается и видит своих родителей: испуганную мать и пытавшегося разрешить ситуацию отца. Он закрывает глаза и щипает себя за руку, в надежде избавиться от травмирующей галлюцинации, но слышит оглушительные выстрелы и опустившись на колени, снова видит погибших Томаса и Марту. Уэйн заставляет себя подняться и добирается до следующего поворота. Здесь он видит больничную койку. Подходя к ней, он содрогается, увидев рыжеволосую девушку. — Барбара! Он накрывает её руку своей ладонью. Гордон открывает глаза и Брюс выдыхает, веруя, что девушка скоро поправится. — Врачи сказали, что я больше не смогу ходить, Брюс. Уэйн качает головой и уходит прочь. Далее он бредёт по длинному коридору. И там, далеко в конце он узнаёт две фигуры. Одна из них, держащая окровавленный лом, возвышается над другой. Слышится звонкий смех и, когда Брюс приближается к ним, Джокер исчезает, оставляя тело. Бэтмэн склоняется над юношей и дёргает его за плечо, но чуда не происходит. Он приподнимает Робина и вглядывается в умиротворëнное лицо. — Джейсон, мальчик мой… Внутри всё разрывается и Брюс не узнаёт свой надломившийся голос. Он прижимает к себе холодного Робина и его пробирает дрожь скорби. Позади слышатся тихие шаги. — Это ты виноват. Ты сеешь страдания и смерть. Это всё из-за тебя! Тёмный силуэт оказывается перед ним. Мужчина всё ещё не находит сил оторвать взгляда от бледного мальчонки на руках. Он ведёт пальцем по раненной щеке Джейсона и Робин растворяется в воздухе. — Я хотел как лучше, старался спасти как можно больше жизней. — Ценой своих любимых? Он сжал руку в кулак. Затем, поднявшись, Уэйн уставился на Когтя. — Да кто ты такой? — Тот, кто прекратит твои муки. Ты приговорëн к смерти, Брюс Уэйн.

***

С настороженностью, Джейсон медленно направился к фигуре в чёрном, что притаилась на одной из скамей. Его охватило чувство дежавю и парень ухмыльнулся снова встречая Когтя. — Снова ты, пернатый. Не думаю, что могу опустить твои грехи. С колючих перчаток стекала кровь. Совиные линзы посмотрели на Джейсона. — Я убил человека, Падре. — Джейсон узнал знакомый голос. Только звучал он иначе — сухо и подавленно. Ëкнуло в груди и Тодд подорвался к Грэйсону. Избавив от совиной маски, он удостоверился в том, что не сошёл с ума. Это и правда он — исчезнувший. Белый, с голубыми выделяющимися венами и синими губами — Дик был похож на ходящего мертвеца. От него почти не веяло теплом, поэтому Тодду хотелось прижать его к себе, согреть и как не странно… целовать… Целовать от радости, что он живой, пускай и не в лучшем состоянии, но это же поправимо. Верно? Но всё, что Тодд мог делать, когда Дик обмяк и чуть не свалился с места — звать его по имени, гладить его лицо и легонько бить по щекам, не позволяя Грейсону потерять сознание. — Я…я убил Бэтмэна, — хрипло заявляет новообращённый Коготь перед тем, как отключиться.