Стеклянный мост

Royalty — Egzod, Maestro Chives&Neoni

И тогда солнце не взошло, а луна погасла. Конец истории таков... Золотоглазый юноша и сероглазая девушка больше не видели друг друга. Тьма разделила их навсегда. Настала вечная темная ночь. Иногда плата за любовь бывает слишком высока. Настолько, что луна может погаснуть, а солнце больше не взойти.

За всю сознательную жизнь Юджина, он впервые так спокойно спал. Его не мучали мысли, он не просыпался во время ночи, с приступом беспричинной паники. И впервые за всю свою жизнь он спит не один. Ещё никогда. Никогда! Он не делил свою постель с девушкой. Все те грязные ночи в клубах и борделях, он никогда не спал, не смыкал глаза ни на секунду. Ведь он бы стал таким уязвимым. Все эти шкуры видели бы его слабость. И лишь этой ночью, он не боялся утонуть во сне. Вовсе нет. Руки обвивали ее тело, а кожа ощущала тепло ее кожи. И этого было более чем достаточно, чтобы в душе, сердце и мыслях Юджина, впервые утихли все демоны. Пусть на одну ночь, пусть только во сне. Но Арон наконец-то был самим собой. И ему было тихо. Ему было так спокойно, как не было никогда в жизни. Впервые, тишина ночи показалась ему чем-то потрясающем. Его единственным желанием была Селин. Чтобы только она была в его постели. Чтобы уснула рядом, а проснувшись она была бы рядом. Просто увидеть, то как она беззаботно спит, прижавшись к его плечу носом и тихо сопит. Чтобы просто проснуться и еле касаясь, чтобы не нарушить её сна, гладить упавшие ей на лицо волосы. Пропускать их сквозь пальцы, иногда касаясь её лица. Чувствуя, эту почти детскую нежность. « Неужели, мечты могут сбываться? » — Подумал, Юджин, с замирание сердца, смотря на всё ещё спящую Селин. Её бледное голое тело, было едва прикрыто тонким шёлковым одеялом, изумрудного цвета. Голова развернута к нему, прижимаясь своим вздернутым носом к его голой груди. Кожа покрывалась мурашками всякий раз, когда на ее умиротворенном лице появлялась какая-то мимолетная эмоция. « О чем твои сны? О чем, Селин? » — думает про себя, Юджин, проведя двумя пальцами по ее скуле. Из девушки, готовой убить Юджина, она стала той единственной, что спит рядом в его постели. Беззаветно, доверяя ему. « Я так сильно люблю тебя.» — Отбиваясь от холодных стен разума, так страшно для него прозвучала эта фраза. Потому что, любовь - убивает, а не делает сильнее или счастливее. Был уверен всю жизнь Юджин, вспоминая свою мать. Которая до конца своих дней души не чаяла в отце, который в итоге и погубил ее. Пожалуй, еще тогда Юджин поклялся себе, что никогда и никого не полюбит. А вся его последующая жизнь, весь тот ужас, что происходил в ней, только укрепляли его клятву. Вдруг, уголки губ Юджина немного растянулись в почти смущенной улыбке. « Что ты наделала Энуир? Из-за тебя мне пришлось нарушит собственную клятву. » — и притянув Селин к себе вплотную, он обхватил её руками, и с нежностью, неизвестной ему до этого, целует в макушку. Впервые Юджин так счастлив. А в памяти всплывает тот самый диалог: « — Братан, однажды ты найдешь ту самую. Клянусь тебе! — Не будет этого. Я не создан для этой херни. — Это ты сейчас так думаешь. — Дэвид приобнимает друга за плечо. — Знаешь, что я хочу тебе сказать? Ты, чертовски, хороший парень, даже несмотря на твою болезнь. — Дэвид заулыбался, увидев скептицизм в глазах Арона. — Просто нужно рассмотреть твою душу, потому что она у тебя, блять, золотая. И я не вру. Может ты и не видишь этого, но я вижу. — отойдя к окну и закурив сигарету продолжает он уже серьезнее. Юджин усмехается: — В этом мире нет ни одной, которую я захотел бы подпустить к себе. — Значит найдем ее в другом. » Вдруг, легкая улыбка появляется на лице Юджина: — А ты не шутил, по поводу параллельного мира, не так ли, брат? — шепчет он вслух. И Боже, как же некстати, телефон звонок выбрасывает их двоих из этой мягкой постели, где они оба на всю ночь забыли обо всём. Юджин резко разжимая объятья тянется к телефону и только посмотрев на экран, его лицо уже нахмурилось. — Что-то... — приоткрывая глаза, спросони хотела спросить Селин, но Юджин приставил палец к её губам, как бы прося, сейчас молчать. Он довольно быстро встал с постели и держа телефон плечом, начал натягивать на себя одежду. — Хорошо, я понял. — сдержанно и властно ответил Юджин кому-то в трубку. И оглянулся на привставшую на локтях Селин, которая, как маленький птенчик сейчас хлопала своими заспанными глазами, не понимая, что все-таки происходит. — Селин, послушай. Мне нужно будет срочно уехать, останешься здесь одна, — Значит, что-то всё-таки случилось. — перебивая Арона сказала девушка, томно выдохнув. — Я прошу тебя, Селин. Из дома ни на шаг. — Дотронувшись до щеки Селин, почти с умоляющей и такой не свойственной ему интонации произнес он. —  Я выставлю возле дома охрану, и это лишь мера предосторожности. Я не запираю тебя здесь. Только прошу, послушай меня хоть раз в жизни. — уже почти шепотом. — Умоляю. — Юджин быстро, почти не касаясь, поцеловал Селин в лоб, и тут же ушёл. Что это? Что только что произошло? Его интонация, его лицо, жесты. Селин, на самом деле, испугалась. Её напугало, то как он почти умоляюще просил её, как нервно смотрел. Что случилось с этим человеком за одну ночь, кто сейчас звонил и что сказал, что он вскочил с постели, как ошпаренный. Зачем опять нужна охрана, когда мы вдали от города и его работы?

***

Все ещё не понимая, что произошло утром, я варила себе кофе, пытаясь рассмотреть лица новой охраны через окно. Босые ноги чувствовали приятный тёплый ветер, который тянулся по кафельному полу. Тёмная струйка эспрессо вливалась в прозрачную чашку, от чего её стекло запотевало и покрывалось маленькими капельками. Терпкий аромат сразу-же разлетелся по всему первому этажу дома. Вливая молоко в тёмный напиток, я вдруг поймала себя на мысли: « А ведь Юджин никогда не пьёт кофе с молоком. И откуда я это знаю? » — Подумала я, удивившись внезапной мысли. День тянулся безумно медленно, и как обычно скучно. Все как год назад, когда я была заперта в квартире. Ничего нового, помимо того, что из окна теперь было видно море, а не город. Правильно же говориться: « Самая страшная мука для узника - это показать ему окно. » Я расплылась на диване, как умирающая амеба, не подающая не единых признаков жизни. Я начинала уже считать минуты и секунды, Как вдруг, я почувствовала странный резкий запах. Привстав с дивана, я сделала несколько шумных вдохов носом. — Что это? — морща нос, от запаха, который только усиливался с каждой секундой. Я с ужасом подумала, что что-то могло загореться или я просто не выключила плиту. Но вбежав на кухню я не смогла найти ничего, что могло бы вызывать этот ужасающий, гадкий запах, который как мне уже казалось начал проникать прямо мне в мозг. С каждым новым вздохом в голове появлялся всё больший туман, а меня начало довольно сильно мутить. Я кинула быстрый взгляд на окна, постаравшись разглядеть на улице охрану, чтобы попросить их о помощи. — Извините, — сильно закашлявшись выкрикнула я. И уже на ватных ногах подбежала к входной двери. Как мое лицо моментально скривилось в жуткой гримасе, поняв, что запах исходит прямо от нее. Кислорода резко перестало хватать, я делала рваные вдохи, пытаясь поймать хоть грам воздуха открытым ртом. И начав оседать на колени, мои глаза начали слезиться, а конечности почти онемели. — по-мммм-огите... — делая последние усилия, я хрипло прошипела в дверь, пытаясь дёрнуть за ручку. Но всё было тщетно. Мои веки, будто свинцовые, так и наровили закрыться. Я выдавливала из себя последние силы, с единственной мыслью, которая отбивалась гулким эхом от стен моего разума: « Только не засыпать! Только не засыпать! » — стараясь открыть глаза. Сосредотачиваться было всё сложнее, и я медленно начала заваливаться на пол, всё ещё пытаясь приподняться на уже, еле шевелящийся, руках. В горле жутко пересохло и чувствовалась сильная горечь. Моё дыхание уже начало напоминать еле слышимый хрип. Я не могла сделать больше ни вдоха, ни даже выдоха, моё горло так отекло, что глаза начали закатываться. Я перестала существовать, оставляя лишь незаметные удары сердца, которые я всё ещё ощущала несколько секунд, пока полностью не провалилась в эту бездонную тьму.

***

Мне три года. Я помню этот день рождения очень чётко. Хоть все и твердили мне, что это просто детская фантазия, ведь такого просто не могло быть. Но я помню всё, будто это было вчера. Помню много лиц, которые постоянно подходили ко мне с улыбками и что-то невнятно говорили. Я помню запах того дня, весь дом был пропитан ванильным запахом сахарной пудры, которую мама рассыпала на кухонном полу прошлым вечером, когда хотела украсить верхушку торта. Я до сих пор помню эти мелкие кристаллики белой пыли, что летали в воздухе. Ещё помню голоса, их было очень много, очень. Солнце такое яркое и по-настоящему летнее. И помню, как один его лучик просочился сквозь белый тюль комнаты и упал прямо на новое зеркало в гостинной. Миллион солнечных зайчиков наполняли комнату сверху до низу. И тогда я первый раз увидела своё отражение, увидела и осознала, что это я. Я смотрела на себя так по-взрослому и мне казалось, что тот луч света, что падал на зеркало, был как будто внутри, будто прошел сквозь стекло, как настоящая дорожка, ведущая куда-то в глубину, в неизвестность. Я помню, как дотронулась до луча и поняла, что мне ничего не мешает, помню как протянула руку куда-то туда в даль. Я по-детски  улыбнулась, засунув туда и нос, который начало щекотать от летающей в зазеркалье искринок.

***

Холодная вода, быстро привела меня в чувства. Встрепенувшись, как напуганная кошка, я в ужасе открыла рот, пытаясь жадно вдохнуть. Меня сильно мутило от яркости снов, которые я видела, пока была в этом старом состоянии. А тот омерзительный запах все еще стоял у меня в носу. Мои руки были туго связанны у меня за спиной, так же как и ноги были привязаны к ножкам стула, на котором я сидела. Верчу головой в стороны. Слишком темно. Темно и холодно, будто в подвале. Сощурив глаза от единственной люминесцентной лампы прямо над моей головой, я вглядываясь в темноту помещения, пытаясь рассмотреть стоящих вокруг меня людей. — Оу, ну зачем же вы так! Наша гостья не заслужила к себе такого обращения. — раздался до боли знакомый голос. — И снова здравствуйте, миледи. Мне безумно неловко, что нам с Вами пришлось встретиться в такой обстановке. — этот голос писклявый, хриплый и такой до боли знакомый. Этот голос. Голос. Голос. Мою голову переполняли догадки до тех пор, пока я не начала туго осознавать все происходящее. Сначала вспоминаются слова Юджина, чтобы я не выходила из дома. Его нервное поведение с утра. Странный запах. Потом пропасть, пустота, ничего не помню. А теперь я здесь. « Господи! Где я? Почему я привязана к стулу? Чей это голос? » — в голове роились вопросы. И от них меня ещё сильнее затошнило, а сердце в страхе начало так сильно биться, что порой просто пропускало удары. — Надеюсь Вы ещё помните меня Мисс Селин, — худощавая мужская фигура начала выходить на свет. — Мы с Вами уже виделись, разве не помните? Я... — Уилльямс! — перебива мужчину выплюнула я, скривив лицо. — Урод! Что тебе нужно!? Кто-то из толпы что-то невнятно прокричал и замахнулся над моей головой, ударив с неимоверной силой по лицу. Вкус крови сразу проступил на языке. А перед глазами залетали э звёздочки. И без того, было сложно, что-либо осознать, но вот после этого удара, я почти потеряла навык «думать здраво». — Нет, нет. Не стоит так грубо, Мисс Селин моя давняя знакомая. Можете пока идти. — слащаво обращаясь к людям в темноте. — Селин, искренне прошу прощения. Они не всегда понимают, как нужно вести себя с дамой... — Что. Тебе. Нужно? — прошипела я с презренным взглядом исподлобья. — Мне? — Уилльямс наигранно рассмеялся. — Да ровнын счётом ничего. — разведя руками. — Но это от Вас, миледи - ничего. А вот Юджин должен наконец-то начать платить за свои ошибки. — Юджин тебе ничего не должен! — выкрикнула я, как горло моментально свело до хрипа. — Уф, какая огненная ярость в глазах. Да, Вы не ровно дышите к Юджину, Мисс. — Сэм подошёл на пару шажков ближе, демонстрируя своё гадкое, изуродованнное рытвинами лицо. — Как это трагично. Такая красивая девушка и такой успешный мужчина. Но против судьбы не попрёшь. — Зачем тебе я? И чего ты хочешь от Юджина!? — Я же говорю, Вы играете в этом спектакле маленькую, но очень важную роль. — Уилльямс подходит почти в плотную, наклонившись у меня над ухом. — Вы приманка, вот и всё. — выпрямляться в полный рост. — А Юджин, клюнет на это, потому что Вы не безразличны ему, так же как и он Вам. Я же говорю, это так трагично. — Ты ненормальный! — шиплю я. — Думаешь, вот так поиграешь с ним в кошки мышки, а он тебя отпустит живым? — Сэм начал уходить во тьму помещения, а я повышала голос, чтобы докричаться до него. — Ты уже проиграл, раз связался с ним! И лишь на отделение я услышала, как он не громко сказал кому-то: « — Заткинете ей рот чем-нибудь, чтобы не орала. И раскрасте ей личико, для красочности.» И вальяжно махнул рукой в мою сторону.

***

Нойса не было уже несколько часов. От отсутсвия своей правой руки, Юджин почти сходил с ума в этой суматошной обстановке. И все это после утреннего звонка, из которого Арон узнал, что каким то образом, 93% акций пытались украсть. А такого хаоса и паники в его офисе не было ещё никогда, точнее не было с тех пор, как умер его отец. Каждый пытался разобраться с этой проблемой, теряя контроль над остальными сферами работы. Юджина это выводило из себя, когда что-то не хотело подчиняться его воле. И сейчас он не мог сделать с этим хаосом ровным счётом - ничего! — Мистер Арон, с сервером до сих пор работают, а Мистер Нойс недоступен уже несколько часов. Какие будут наши дальнейшие действия? — в кабинет вошла невысокая женщина, с короткой стрижкой. Юджин сжал кулаки, еле сдерживая свой бьющий через край гнев, чтобы не вылить его, на бедную секретаршу. — Где, мать его, Сью!? Где тогда она!? — сдерживая крик. — Сью Джой не появлялась в компании еще со вчерашнего дня. Мы неоднократно пытались связаться с ней, но она недоступна. По адресу ее жительства, ответили, что там уже больше трех лет никто не жил. Юджин сощурил глаза: — Какого черта?! — почти с рыком отвечает он. — Сообщи мне, если будет еще информация. И девушка поспешила выйти, закрывая за собой дверь кабинета. Арон нервно открывает ноутбук, как на столе, дребезжа зазвонил телефон, а надпись «Нойс», не могла не радовать. — Какого хера, Нойс!? — не успев перевести дух, прокричал Юджин. — Почему ты не был на связи, мать твою? Парень начинает кричать что-то в ответ. Но разобрать слова почти невозможно, только прерывистые выкрики, и обрывки предложений. — Люди Сэма глушат сеть...— пытается произнести Нойс. — С... сь... — пытается кричать сквозь помехи он. — Сью... — как связь обрыватся. — Блять! — выкрикнув, Юджин кидает телефон на стол. — Что Сью!? Что!? А в дверь снова входит секретарша, держа в руках белый конверт. — Мистер Арон, просили передать лично Вам в руки. — судорожно произносить девушка. — Давай сюда. Руки с жадностью разорвали конверт, достав оттуда письмо. Глаза Юджина напряглись и быстро забегали по строчкам. И с каждым новым словом на бумаге, лицо Арона становилось бледнее и бледнее. Здравствуй, милый Юджин! Это Сью. За столько лет, я так и не смогла найти ответы на два своих вопроса. Первый - почему же ты, сукин сын, все еще живешь на этом свете, когда должен был сгнить в тюрьме еще много лет назад! И второй - как за все это время ты ни о чем так и не догадался? Пожалуй, ты уже в замешательстве. Я уже вижу эти твои стеклянные глаза, что в недоумении бегают по строчкам. Не стану больше изводить тебя. Дам тебе подсказку: что если, Сью Джой не мое настоящее имя? Я знаю, как запутаны сейчас твои мысли. Знаю, что твои глаза багровеют сейчас так же, как это было в тот день, на нашем выпускном, в университете. Так же, как в тот год, 28 мая. Скажи, милый Юджин, помнишь ли ты меня!? Нет? Вспомнишь ли ты меня, если мое настоящее имя — Áнра? Так вот, милый Юджин, я заставлю тебя испытать тоже самое, что и ты заставил испытать меня. Здесь адрес места, приезжай. Я буду более милосердной, чем был ты! Я дам тебе попрощаться с твоей возлюбленной, прежде чем она покинет этот мир навсегда. С любовью, Áнра - Сью. Юджин просто оцепенел, не шевелясь он стоял посреди кабинета, сжимая в пальцах белый листок бумаги. С поистине испуганным, до побеления кожи, лицом. Он, пропуская один за другим удары сердца, пытался собрать все мысли в кучу. Туман в глазах, в голове. Он исчезает и лишь волнами адской злости и страха, как приливами волн, возвращался к жизни. Херас два! Кончик языка Юджина немного онемел, от безумия, от этой гадкой беспомощности, которую он не мог перенести. Он здесь и ничего не может сделать, он не может помочь Селин. И даже одна маленькая мысль, что с ней может, что-то случится, выбивала почву у него из подног. До боли страшно, до гребанной боли в висках. Давит, колит, где-то в глубине и душит, прижимая к стенке за горло. Кажется на этот раз глаза Юджина и вправду остекленели.

***

Густая кровь скопилась во рту. Я сплёвываю её на пол, пачкая и без того окровавленный подбородок. Голова трещит по швам после удара. Ещё чуть-чуть и расколется надвое. Тупая, ноющая боль в правом боку. Возможно одно ребро дало трещену. А может и вовсе сломано. С каждым новым осторожным вдохом, эта боль набирает свои обороты. Пульсируя, отдавая куда-то вверх к ключицам. А руки, крепко перевязанные сзади, стерлись в кровь на запястьях, от моих многочисленных попыток порвать верёвку. Два человека прислонившись к стене неподалёку, о чём-то разговаривали. То и дело кидая гадкие взгяды в мою сторону, и изредка посмеиваясь. Один из тех, что был повыше, что-то пробормотал и потушив сигарету о стену, подошёл ко мне. Присел на корточки и уставился на меня снизу вверх, с гадкой улыбкой: — Красивая крошка.— сказал он, весело оглянувшись на того, что остался стоять в стороне. — поиграешь с дядей? — положа руки мне на колени, с омерзительной интонацией спросил он. Это гадкое, отвратительное чувство пронизало все мое существо. Дрожь пробежала по всему телу. Это омерзительное чувство беспомощности и дикого страха. А мысли о том, что в любую секунду меня могут убить сводило с ума. Я, что есть силы, дёрнулась телом назад, отодвинувшись от него, вместе со стулом. И плюнула этому уроду прямо в лицо: — Тронешь меня ещё раз и я оторву твои руки! А в следующую секунду звонкий звук пощёчины раздался эхом в подвальном помещении. Я широко раскрыла глаза, переставая чувствовать левую часть лица. Он схватили меня за волосы сзади и затряс мою голову, поворачивая мое окровавленное лицом к себе: — Сучка! Тебе кто давал право так разговаривать?! — делая ещё несколько маленьких ударов другой рукой, по обеим щекам. Перед глазами всё поплыло, и я постаравшись сосредоточиться резко и сильно укусила его за руку. Тот, что стоял до этого у стены громко засмеялся и выпалил: — Эта сучка укусила тебя, Блей! — И подойдя ближе, уставился на меня с гадкой ухмылкой. — Уфф, а ты с перчинкой. А таких нужно грубо наказывать, милая! — Я её убью, блять! — громко крикнул мужчина и уже замахнулся вновь. Как вдруг падает на пол, разжимая мои волосы. А в моих ушах звенит от звука выстрела. Глаза закатываются. Я начинаю теряться в пространстве. Слышу, как второй начал что-то кричать, пока его напарник истекал кровью валяясь у моих ног. Этот парень быстро вытащил пистолет и сделал несколько выстрелов куда-то, а затем схватил меня за шею и прокричал в темноту: — Ещё шаг, и я прострелю ей бошку! А сзади раздались тихие шаги. А парень сильнее сжал мою шею и нервно произнес: — Мисс, мисс, Блейа застрелили! Здесь есть кто-то еще! Тишина.  А я напрягаюсь. Кто же там сзади? — Заткнись идиот! — женская фигура, держа перед собой пистолет встала рядом. Еще несколько шагов и вот она напротив. А мои глаза не могут поверить в увиденное. — Сью!? Это ты!? Та молчит лишь изредка поглядывает назад, не убирая пистолет. — Ты здесь не для того, чтобы помочь мне. Я ведь права? — шепчу я, сплевывая кровь на бетонный пол. — Какая ты догадливая! — схватив меня за подбородок и потрепав мое лицо в стороны, саркастично ответила Сью. — Почему? Юджин доверял тебе... — Зайчик, ты и понятия не имеешь, кто такой на самом деле Юджин Арон. — Зачем тебе это нужно? — приоткрыв рот в шоке, тихо спрашиваю я. — Это называется месть. — девушка, вновь выставляет руки с пистолетом вперед, когда слышит шорохи впереди. — Однажды, он сломал мою жизнь, настала моя очередь ломать его. И вновь раздался выстрел. Грубые руки парня разжали мою шею, а его тело упало мертвым грузом, рядом с его напарником, возле моих ног. Я разворачиваю голову на место, где стояла Сью, но той уже и след простыл. Голова также медленно разворачивается обратно, в ушах звенит. Мне это кажется? Или я на самом деле вижу Нойса бегущего ко мне? Его силуэт все четче и я слышу его голос. И сквозь боль, я наконец-то сделала вдох полной грудью. И то-ли от этой боли во всём теле, то-ли от счастья на глаза проступили слезы. — Нойс. — одними губами, произнесла его имя. — Ходить можешь?! — пытаясь развязать мои руки, задыхаясь спросил он. — Могу, — быстро моргая, чтобы убрать слезы с глаз. — наверное. — Твою мать! — Нойс, отчаянно пытался развязать тугие узлы на моих руках, но всё было в пустую. — Селин, разведи кисти, как можно сильнее друг от друга, чтобы верёвка натянулась. Попробую перерезать. — Хорошо, хорошо. — сильно прикусив губу, сказала я, чувствуя, как корявые верёвки впиваются в мясо, как выжимают кровь из кожи, сильно натягивая её под собой. Из глубины здания послышались отчётливые быстрые шаги. И мужской бас, который с каждой секундой приближался к нам. — Нойс, они близко. — нервно прошептала я, всматриваясь вперед, хоть перед глазами всё и плыло. — Уходи, их много,Нойс! Они убьют тебя! — выпалила я, заматав головой, пытаясь увидеть его лицо. — Ещё немного, слишком много верёвок! — усерднее заработав руками, сказал он, как вдруг резко остановился, победно крикнув. — Есть! Селин, послушай, — парень обхватил мои плечи, подойдя ко мне уже лицом к лицу. — как только скажу «беги», ты побежишь, что есть мочи, даже через боль, не оглядываясь. Поняла?! — прошептал он, вцепившись в моё лицо, испуганным взглядом. — Нойс, — я оцепенев, смотрела на его лицо, на котором были различимы лишь голубые глаза. Всё было в ярко-красной крови. Она стекала по его горлу и пачкала одежду. Её было так много, что я даже не могла понять, откуда она берётся, где эта рана. — лицо. Твоё лицо! — Селин, ты поняла меня?! — сильнее затреся меня за плечи, и ещё громче спросил он. — Тут была Сью! — кричу я. — Я знаю, я все знаю. Нойс успевает поднять меня на ноги и спрятать за собой, когда первый выстрел просвистел где-то рядом с нами. — Сам Нойс Алан-Роджерс! — зааплодировал Сэм. — Нам ведь не довелось познакомиться лично. Вам всё больше нравилось посещать нас, как крыса. Расставляя жучки в наших офисах, под видом курьера. — Из-за спины Сэма вышел и Рейнольд. Оба были окружены толпой с пистолетами в руках. Как будто один мужчина с пистолетом и еле живая девушка - это смертельная угроза. Смешной цирк! — Рейнольд, он же твой племянник! Ради чего все это!? — кричит Нойс. Но мужчина лишь помялся на месте и промолчал, как мелкая шавка, пресмыкающаяся перед Сэмом. Из толпы вышла и Сью, на лице которой была почти победная улыбка. — Господи Сью! — произносит Нойс. — Почему ты?! Почему? Столько лет... — вновь повышает тон. — Одумайся! Пожалей хотя бы Селин, она ни в чем не виновата! Девушка моментально срывается на крик, сделав несколько шагов вперед: — А в чем был виноват Дэвид? Почему его никто не пожалел? Мы собирались пожениться! А он! — ей так противно его имя, что она обходится лишь одним местоимением. — Он! — крик раздирающий душу. Сэм положил руку ей на плечо, успокоив тем самым. — Как жаль Нойс, но Вас в этой игре быть и не должно было. — Сэм дал отмашку одному из охранников. — Заберите девчонку, она ещё нужна. А с ним заканчивайте. Мужчина в маске уже сорвался места, как новый выстрел откуда-то сбоку пробил ему голову. А ряды охраны Сэма мигом будто ожили, скучковавшись рядом, выставляя оружие вперёд. — Тихо, тихо. Отпустите оружие. — почти радостно говорит Уилльямс. Глаза Нойса напряжённо метались, а его руки так крепко держали единственный пистол, что мышцы напрягаясь подрагивали под кожей. А я уцепившись ногтями от страха в его чёрную кожаную куртку, увидела знакомый силуэт. Этот разворот плечь и эта уверенная, властная походка. И внутри все вдруг оборвалось « Юджин...» Я так яростно подавляла в себе желание, просто выбежать и кинуться к нему на шею, надеясь проснуться с ним в обнимку. Всё в том же доме, под шум прибоя. Понимая, что это лишь кошмар и ничего больше. Закрывая глаза и тяжело сглатывая слюну мечтала я, чувствуя, как от страха сердце билось на пределе. И этот страх был не за свою жизнь. Совершенно нет. Это был страх за нас троих. Просто звериный ужас, который пронизал воздух холодного подвального помещения. Кто-то из толпы начал медленно аплодировать: — Как жаль, что Вероника не смогла. — улыбаясь, как ненормальная вновь говорит Сью. — Я ведь предельно описала ей: как, где и что. Если бы только тем вечером ты не вернулся домой... — зашипев будто от досады. — Проблема была уже давно решена. Лежала бы твоя ненаглядная, Селин! — выплюнув мое имя как яд. — С дыркой во лбу! А Юджин будто не слышит, не обращает на ее слова ни малейшего внимания: — Пусть опустят оружие или я и отсюда прострелю твою, ебанную башку, Сэм! — сделав предупреждающий выстрел, буквально в миллиметрах от головы Уильямса, сказал Юджин. — Селин, Нойс, идите. Сейчас же. — Минутку, минутку. Мы ещё не закончили. — ответил Сэм. А я в ту же минуту почувствовала, как к моей голове сзади, кто-то приставил холодный метал пистолета. Моё тело напряглось, как струна. Человек сзади, толкая нас с Нойсом вперёд, прямо к Сэму, держал наши затылки на прицеле. Моя челюсть так и хотела затрястись, отбивая чечётку. Но я что было сил, сжала руки в кулаки до боли, чтобы не потерять гордости. — Сэм, отпусти их! — крикнул Юджин направляя пистолет на человека позади нас. — Тебе нужен я! Я! Блять! Ради чего, ради денег, власти?! Зачем? Столько сложностей! Зачем? — Юджин, Юджин. — шипит Уилльямс своей картинной интонациен, как из фильмов. Сделав несколько шагов навстречу и схватив меня за руку. Достав из кармана наручники, он пристегнул мое запястье к своёму. — Это моя гарантия на жизнь. — приподняв наши скрепленные руки. — Ты же не выстрелишь в свою возлюбленную. — засмеялся он своей кривой улыбкой. А я чувствую, что с каждой секундой, почва из под ног просто улетучивается, продолжала держать гордое лицо. Хоть мои глаза и наливались слезами. Нойс, резко дёрнулся, пытаясь выстрелить в голову Сэму, но охрана мигом же заломила его руки и прострелила ему левую голень. — Нойс! — почти охрипшим голосом, что было силы крикнула я. А упавший на колени Нойс, корчась от боли, начал зажимать рану. — Сэм! Хочешь компанию? Хорошо. Давай обсудим. Без оружия! Отпусти их и поговорим. — продолжает Юджин, подходя все ближе. — Нет, мой мальчик! Это будет слишком скучно. — Что тебе надо, что? Сэм будто не в силах сдерживать себя срывается на крик: — Мне нужно чтобы ты мучался! Сдох в ужасе! Как и мой сын. Вот что мне нужно. — его голос эхом отразился от стен. И на лицах всех, даже Рейнольда, появилось недоумение. И лишь Юджин будто понимал о чем он.— Вспомнил?Конечно, вспомнил. Юджин смотрит на Уилльямса и будто не верит глазам: — Все это время... — Ты вспомнил молодец. — Ни Селин, ни Нойс не виноваты в том, что произошло. Хочешь мести? Убей меня, а не их. — Мне плевать! — хрипло кричит Уилльямс. — Ты убил моего сына! Как собаку! Или уже забыл, как своими руками изрезал его, на лоскуты? — его крик был настолько сильным, что его глаза местами покраснели. А я просто слышала в этом крике ту же беспомощность. Беспомощность отца потерявшего своего сына, захлебываясь в собственной боли и ярости. — Зачем весь этот цирк, Юджин? Ты не умеешь чувствовать. Ты не умеешь сопереживать! Ты не знаешь эмоций! Ты не человек, ты чудовище. — прошептал Сэм. — Зачем ты просишь отпустить их, тебе же всё равно, что будет с ними двумя. Ты не умеешь любить, дружить, чувствовать, ты камень, ты ничто! — Заткнись. — шипит ядом Юджин. — Ты и капли не знаешь! — Я знаю, я всё знаю, Юджин! Я знаю тебя уже так давно. — его крик становится тише. — 28 мая, семь лет назад, ты убил Дэвида! Семь лет назад, Юджин Арон убил моего сына. — почти шепотом. — А он души в тебе не чаял, считал тебя своим братом! Глупый, глупый, глупый. Откуда ему было знать, что связался с дьяволом. Как ты мог? Юджин, как ты мог? С того самого дня, я пытался понять, как ты смог убить своего лучшего друга. Как? — Сэм вдруг резко побелел и тяжело дыша замолчал.

***

Университет Уэлл Этот май был очень тёплым. Дни напролёт светило солнце, а предстоящие летние каникулы только разжигали искры счастья внутри. Последний день учёбы, окончание универстита и целая жизнь впереди. Что может быть лучше этого чувствова. — Юджин, идешь сегодня?! — Так они решились на это?! — Давай, не дрейф, братан. Нужно же отметить наш выпуск, лучший выпуск за всю историю этого заведения, прошу заметить! — Дэвид широко развел руками, смотря, как Юджин склонив голову над тетрадью, прятал свою улыбку. — Братан, я не верю! Клянусь не верю. Это свобода, наконец-то, Боже! Мы свободны! — громко крикнул он в огромный хол университета. И все находящиеся там студенты, мигом подхватили это и радостно закричали и заопладировали. Ведь все эти сотни человек, были выпускниками разных факультетов. Все готовили сейчас свои прощальные речи и с предвкушением ждали ночной пьянки. Дэвид всегда был заводилой среди всех учащихся. Он, как зажигалка, постоянно подбивал всех на безумства и дебильные приключения себе на задницу. И все обожали его, за этот энтузиазм в нём, который никогда не угасал. — Я рад. Правда. — чиркнув, что-то ещё раз в тетради ручкой, ответил Юджин. А затем наступил заветный вечер. Яркий свет слепил в лицо, весёлые крики и оглушающая музыка. Огромная толпа народу, которая так и наровит задавить тебя своей массой, конвульсивно прыгая на одном месте и выкрикивая что-то, подражая музыке. И море алкоголя, который уже здорово ударил по мозгам. — Ты чего такой кислый? — не переставая улыбаться, спросил Дэвид, подбежав к столу за которым сидел Юджин. — Ааа, или ты уже в стельку, друг? — громко рассмеялся, пьяный парень. — В точку. — запрокинув голову, ответил Арон закатив глаза. — Я не собирался сюда идти, ты же знаешь, как я отношусь к таким мероприятиям... — заплетающимся языком пробубнил он и вылил в себя последние капли алкоголя. — Как у них удалось всё-таки устроить такую пьянку? Дэвид молча заулыбался, смотря прямо в глаза Юджину. — Рад, что ты оценин, братишка. Всё мы тут не сидим! И не киснем, как молоко на солнце. Идём, там Лоралин целый вечер от тебя глаз не отводила. — хлопнув друга по спине, сказал Дэвид. — Нет, нет, это точно без меня. — заунывно сказал Юджин и подлил себе в стакан ещё виски. — Не верный ответ. Ты идешь со мной. —крикнул Дэвид прямо на ухо парню, поднимая его под руки и таща за собой в толпу. — Потом допьешь! Несколько часов, уже почти в беспамятстве, отдаваясь ритму музыки. Закрывая глаза, и ощущая на своей коже уже руки пьяной Лоралин и её поцелуи на своей шее. Ничего не осознавая, просто наслаждаясь происходящим, даже пусть и пьяным и с не любимой девушкой. Пусть. Алкоголь слишком сильно пронизал всё его тело, чтобы думать о чём-то ещё. — Дорогие дамы и господа! — кто-то из толпы взял микрофон в свои руки и шатаясь заговорил. — Чтобы наш праздник стал немного веселее, — прерываясь на неодерживаемые смешки. — вообщем, пейте до дна! И просто отджигайте!!! Руки, непонятно откуда взявшегося Дэвида, протянули уже новый стакан с алкоголем. — Давай, как и сказали до дна! За наше АХУЕННОЕ! блять, будущее, Юджин! — сказал он, задрав свой напиток над головой. Это было последним, что видел Юджин. Это был последний раз, когда он видел Дэвида живым. Потом, только собственные окровавленные руки и тело Давида лежащее рядом. Он видел, как бездыханное тело друга лижит в гигантской луже крови, вся его одежда, волосы, всё было окрашено в этот ужасный ало-красный цвет густой крови. Именно это увидел Юджин, начиная отходить от той наркоты, которой напичкали его в тот вечер. Его лицо покрылось ледяной испариной, а кончики пальцев начали леденеть. — Я... я.. Что... — еле шевеля губами говорил, Юджин, со стеклянными глазами, смотря сначала на Девида, а затем на свои  руки в которых был нож. — Я не мог, я не мог, я не мог! — адский крик вырвался из его груди, когда осознание дошло до самого мозга. А картинки вечера стали всплывать в воспаленнлм мозгу. Как они оба в компании каких-то парней, в отключку, уже не имеея, казалось бы сил даже для того, чтобы сидеть, медленно потягивали вино, в которое неустанно подсыпали белый порошок. А затем когда, музыка усилилась, а красный свет залил огромное помещение университета, постоянно мигая. Юджин почувствовал дикий прилив ненависти ко всему живому, его нервы будто за секунду раскалились до предела, что могли тотчас загореться. — Юджин, — произносит Дэвид. — что будешь деееелать, когда придётся верррнуться ддддомой к отцу?! Ммм. — почти невнятно произнёс он. — Блять, дажеее Я! Я! Егооо боюсь. Твоего папашу. Юджин помнит только этот вопрос, а что ответил уже нет. Потом, лишь бездыханное тело. Кровь и крики. Помнит девушку, которая первая подбежала к уже бледному телу Дэвида. Он помнит ее душераздирающий крик. Юджин помнит ее слова: — Это я, Áнра! Милый, открой глаза, прошу открой глаза. Я люблю тебя. Дэвид, это я Áнра! Прошу не оставляй меня! — кричала она, захлебываясь в слезах. Юджин даже не присутсвовал на похоронах, потому что был под следствием. Да, и как бы он смотрел в глаза его семье. Как? Зная, что его отец уже заплатил за него, чтобы это дело замяли. И он не сядет в тюрьму. А делу не дадут огласку. Как? Зная, что мать Дэвида скончалась от сердечного приступа через трое суток, после того как узнала о смерти сына. Как? Как бы он смотрел в глаза отца Дэвида, зная, что он разрушил всю его семью и жизнь?

***

— Как? — почти умоляюще переспросил Сэм. Я видела, как лицо Юджина резко побелело, а всё тело напряглось, как струна. — Ты даже, не раскаялся в этом. — Ты ничего не знаешь. Ничего! Ты, блять, не знаешь, как я жил после этого! И это не я вытащил себя самого из тюрьмы. Не я! Мне самому тогда хотелось сдохнуть! Ты ничего не знаешь обо мне, ясно! — и отчаянный крик вырвался из груди Юджина, выставив до предела напряжённую руку с пистолетом вперёд, направляя на Сэма. — Хотел сдохнуть? — кивая головой. — Так, а чего не убил себя? Я почувствовала, такую душащую боль внутри себя, будто ощущая всё, что чувствовал Юджин все эти годы. Моё сердце забилось в бешеном ритме, понимая, как жестока была с ним его судьба.  Слезы навернулись новой волной на глаза и перекрывающий кислород комок образовался в горле. И не в силах сдерживать всё это - слезы покатились по щекам, оставляя мокрые дорожки. Думая: « Неужели всё вот так и закончится? И я больше не смогу увидеть твоего лица, Юджин? Не успев даже попросить прощения за всё, что сделала тебе, за эти два года. » Я взглянула на Юджина жалким взглядом, как он моментально считал все эмоции на моём лице. — Это наши с тобой проблемы, Сэм. Отпусти невинных людей. — тяжело сглотнув слюну. — Пожалуйста. — сказал Юджин подавляя гордость внутри себя. « Потому что, сейчас ничего не было важным кроме жизни Селин. » Я слышала, как Рейнольд несколько раз пытался, что-то возразить Сэму, но почти сразу же замолкал, когда тот хоть немного поворачивал к нему лицо. — Зачем так просто? Так будет не интересно. — Сэм, отстегнул мое запястье от своего и сжав моё предплечье до боли, а следом достал пистолет. — Я хочу видеть, как ты высохнешь в муках, Юджин. И почему-то именно в этот момент мне стало так спокойно, как не было ещё никогда прежде. Будто весь мир остановился. Я безотрывно смотрела на Юджина и видела в его глазах страх, но мне почему-то было больше не страшно. Его глаза смотрят в мои. И я улыбаюсь, потому что знаю, что он тоже слышит это диалог:

— Я люблю тебя. — думает он.

— Как солнце луну? — мысленно спрашиваю я.

— Как солнце луну...

И в следующую секунду руки Сэма толкнули меня вперед. Я быстро делаю шаг навстречу Юджину. Представляя, как вот-вот дотронусь до него. Пустота. Ничего. Как будто наблюдая за всем через стеклянный купол. Я слышала громкий крик Юджина и Нойса. А потом... Потом. Стало тихо. Слишком тихо. Наверное, это был выстрел. Да, пожалуй да. Выстрел. В спину. А до рук Юджина оставался всего сантиметр. Всего один жалкий сантиметр. Но я так и не коснулась его. Теперь я где-то в темноте. Снова. Та самая пустота. Которая с каждой секундой всё больше и больше затягивала меня в свою глубь. И уже через пару минут я не слышу голосов и не чувствую эту адскую боль в теле и холод подвала. Теперь яркий больничный свет, пытается пробиться через мои плотно закрытые веки. Звук медицинского оборудования. Тошнота. И... я слышу голос мамы. И мне не кажется - он настоящий. На этот раз самый настоящий. Слышу прямо у себя над ухом. Туман в голове рассеивается. Веки тяжело приоткрываются. Это мой мир. Я вернулась. Больничная палата, папа, мама. Врач, что стоит поодаль. Дрожь пробегает по коже, а затем... каждый новый вздох, каждый удар моего сердца выносит все мои воспоминания будто волной. Все эти два года там. Стираются, как бы я не жмурилась сейчас пытаясь удержать их. Утекает как песок сквозь пальцы, будто это все было сном, и с каждой секундой я помню все меньше и меньше. Юджина. Нойса. Дафну и Картера. Квартиру, запах жасмина в ней. Я забываю все, что произошло. Забываю, пока не задаюсь вопросом: Что это было минуту назад? Сон? Мне кажется? Нет. Я просто больше ничего не помню.