Фиктивный брак. Ребёнок (не)прилагается.

** ГАРРИ ПОТТЕР ** Вернувшись из Калифорнии, мне из свадебного агентства «Инферно» пришлось уйти, так как Драко меня ни в какую не хотел отпускать одного туда. Я артачился, ругался, но Малфой умеет убеждать жёстко, доходчиво и всю ночь так — втолковывая. Я не смог сопротивляться и уступил. Да и все эти два месяца беременности меня постоянно тошнило по утрам, а днем я чувствовал себя достаточно вяло. Первый триместр ещё не закончился, поэтому я не спешил к особо бурной деятельности. В конце августа Малфой уехал по делам в Австралию, а я остался дома. Лили переехала ко мне домой на неделю, пока Драко останется в отъезде. Как-то днем, когда мама поехала в супермаркет за продуктами, я решил испечь себе тонкие блины и зафаршировать их нежным творогом. Приготовил тесто для блинов и включил на кухне телевизор. Ведущий радостно вещал в программе «Гламурные новости магического мира», что сейчас в эфире покажут сенсацию века. Эльф Добби как раз принёс мне перед едой зелье для беременных омег, я выпил и перевернул на сковороде блин. По всей кухне раздавался прекрасный аромат печеных блинов. Около меня терся пес, которого мой альфа купил мне на день рождения ещё в Калифорнии. Полугодовалый золотистый ретривер оказался мальчиком очень добрым и преданным мне. Тутти обожает играть с эльфами, иногда гоняется за ними по комнатам нашего трехэтажного дома, который таки нам купили родители Драко. Они после своей свадьбы во Вриндаване вернулись в Англию вместе с моими родителями, а мы с мужем укатили из Индии в не менее жаркую Калифорнию. Тутти просто обожает нас с мужем, а особенно — меня. Драко занимается с собакой по утрам, пока бегает. Он тренирует его командам, а также тому, чтобы пес защищал меня. Он даже сделал Тутти моим фамильяром, чтобы в случае опасности ретривер спас бы мне жизнь. Собаке было пять месяцев, когда она появилась у меня. Пес любит бегать, прыгать, воровать со стола. Ахах, да, он — тот ещё воришка. Вот и сейчас Тутти трется о мои ноги, пляшет вовсю на задних лапах — выпрашивает так блинчик. — Сейчас, малыш! — произнёс я и стал дуть на тонкий блинчик, чтобы собака не обожглась. А в этот момент ведущий программы произнёс: — Внимание на экран! Загородный дом лондонского миллиардера перед нами. Это — Сидней. Особняк стоит рядом с берегом океана. Вы, наверное, все узнали и этот особняк, и британского богача. Конечно! Этот дом принадлежит Драко Малфою. Итак, вот фото внутреннего убранства дома от анонима, который предоставил нам на рассвете эти колдофото. А вот и сам хозяин особняка… Я увидел спальню, разобранную постель в состоянии, когда на ней долго и упорно занимались всю ночь сексом: смятые простыни, подушки две разорваны, кругом перья… Полностью обнаженный Малфой спал на этой кровати, а рядом с ним лежала юная и красивая омежка со смайликом на все лицо. Тонкая талия, явно силиконовая грудь пятого размера, длинные ноги, блондинистые волосы, изящные руки и красивые пальцы с ногтями бордового цвета. Драко обнимал эту су*ку. На глаза сначала навернулись слезы и затошнило. Ну, конечно! Я в положении, а альфе ведь нужен регулярный секс — особенности природы, тут уж против не попрешь. А ведущий вещал дальше: — Посмотрите, это ведь явный скандал! Здесь ночью было горячо, убранство спальни просто кричит об этом. Ах, что же скажет юный муж, который ждёт альфу Малфоя в Лондоне? Как переживет измену Гарри Джеймс Поттер-Малфой? Все мы знаем, какая любовь у них была в Индии, когда они поженились. Мы все наблюдали за каждым обрядом, что связывал этих двоих навечно. Мы созерцали на видео и на колдофото наших журналов и газет, как Драко Малфой ухаживал за юным супругом в парках Дели и Вриндавана, в Агре, куда они заехали на день, чтобы посетить мавзолей «Великой Любви»… А как наша парочка отдыхала в Лос-Анджелесе? Город Ангелов очень понравился омеге, а младший лорд Малфой так красиво ухаживал за Гарри Поттером… Он не стеснялся на людях поднимать мужа на руки и кружил, пока омега смеялся и обнимал Драко. А как блондин устраивал специальные концерты для Поттер-Малфоя прямо на улицах? Обычно Драко не выставлял свои пассии на показ: мелькали иногда лишь в прессе фото с моделями и актрисами, но теперь он открыл для всех свои отношения с мужем - то, как Малфой-младший умеет любить. Все мы помним, как еще неделю назад супруги купались в океане… Казалось, что волны ласкали их тела, шептали песни любви и сами Ангелы благословляли этот союз... Да, они казались всем нам двумя русалами, которые выплыли из подводного царства в мир людей… Такая любовь… Драко с Гарри были идеальной парой. Что же теперь будет с кумирами Британии? Простит ли измену альфе его любимый омега? Но и это ещё не всё, дорогие друзья… О. Мой. Бог! Посмотрите!!! В студию только что принесли контракт… Брачный договор, друзья, где говорится о фиктивном браке между Драко Малфоем и Гарри Поттером. Как такое возможно? Неужели их брак оказался показным, а любовь не настоящей? Хитрый пиар? Фикция? Ловкий обман очередного миллиардера?.. Но что будет после развода с Гарри Поттером? Сколько миллионов омега получит... Я сел за стол и закрыл руками лицо. Моё тело задрожало, сердце заныло, забилось часто, в горле появился ком. Горечь поднялась к зубам. Возле меня вертелся золотой ретривер Тутти, он преданно смотрел на меня, облизывал мои пальцы и лаял на экран телевизора, зло рычал на него. Наконец, я произнес, обняв собаку: — Нет, Тутти, я не верю, что Драко изменил мне — ни на грамм не верю! Он не мог. Мой муж стал другим после венчания и заключения магического брака… Магический брак… А если это произошло? А если он все-таки изменил мне? Тутти, Малфой, должно быть, умирает из-за нарушения «Непреложного обета?» О, боги Вселенной!.. Малыш, принеси мне телефон из гостиной. Мой фамильяр мгновенно помчался в гостиную и принёс мне мобильный. Я набрал номер телефона Малфоя, но он был занят. Я дал отбой, но мне позвонила мама. — Гарри? Ты уже проснулся? Как ты себя чувствуешь? Не включай пока телевизор, милый. Не смотри. Я сейчас… — Мама, я все видел, — стараясь говорить спокойно, ответил я Лили, — но все это — враньё, нет и доли правды в «сенсации» желтой прессы. Драко верен мне, а это — подстава Малфоя. Я не верю ни одному их слову, поэтому остаюсь спокоен. — Вот и хорошо, сынок, — выдохнула облегчённо мать, — вот и прекрасно!.. Я тоже так считаю, Гарри. Я отвечал Лили спокойно и уверенность вернулась ко мне. Нельзя сейчас паниковать или, не приведи Мерлин, истерить. Я рядом с Драко, а значит, клевету и грязь эту на него мы выдержим вместе. Я снова позвонил мужу, но телефон вновь был занят. Мне позвонил Блэк. Он зарычал в трубку. — Я уничтожу его! Малфой не достоин тебя! — рычащим шёпотом произнёс Сириус. — Нет, крестный! — закричал я. — Драко достоин меня!  Это все ложь! Это все происки врагов Драко. Пойми это, пожалуйста! Я не верю тому, что сейчас говорят в новостях по всем каналам ТВ. Я не верю и ты не верь, Сириус! Умоляю тебя!.. Малфой поклялся «Непреложным обетом» в верности и любви мне. Такими клятвами не пренебрегают. Успокойся, крестный, остынь. Прошу тебя… — Я еду к тебе, Гарри! — произнёс снова Блэк. — Мы с Джеймсом едем, а за нами — Малфои-старшие. — Господи, я не истерю, хотя Драко является моим альфой, а вы все — что дети малые! Успокойтесь немедленно! Сириус, передай всем, что я в полном порядке. Если вы приедете нагнетать истерику, то тогда лучше не приезжайте. Мне нужен покой, моим малышам нужен покой. — Всё, Гарри, — ответил крестный, — я уже успокоился, сейчас всех тоже успокою. Малыш, ты главное не переживай, мы все рядом. — Сириус, купите пару тортов, пирожные, мороженое и фруктов. Отпразднуем наше спокойствие чаепитием. Крестный, слышишь меня? — поинтересовался я. — Гарри, мы все сделаем, не переживай! — уже спокойным голосом ответил Блэк. Уф… Самую взрывоопасную бомбу мне удалось успокоить — Сириуса. Все будет хорошо. Только я выключил телефон, как мне позвонил Малфой-младший. Наконец-то... — Гарри? Слышишь меня, Поттер? Ответь же! — закричал он в трубку. — Любовь моя! Жизнь моя! Не включай телевизор, детка! — Ты жив, родной мой, — ответил я радостно, — значит, все это — дешёвая ложь. Я все видел. Успокаивал сейчас всех наших, они едут ко мне. Хм, у нас тут небольшая паника на корабле. Послушай, я верю тебе, Драко, твоим обетам мне верю. Я не сомневаюсь ни на грамм в твоей верности и любви. — Слава богам! — воскликнул блондин. — Самое главное — твоё доверие и твердость духа. Весь этот репортаж… Им уже занимаются Забини, Паркинсон и Кассиопея Фарлоу. Они найдут того, кто это сделал. Лучшие авроры Сиднея занимаются сейчас нашим домом здесь. Я уничтожу тех, кто посмел это сделать. Отец поднял на уши весь этот маготелецентр в Лондоне, он разорвет всех этих негодяев. — Драко, милый… Успокойся. У тебя голос дрожит. Выдохни. Сядь сейчас и помедитируй. Все хорошо. Ты жив, ты не изменил мне, не нарушил обет, а все прочее — ерунда. Прорвемся. Мы вместе все переживем. Я рядом с тобой сейчас, рядом с твоей душой, в твоём сердце, Драко, а ты — во мне. Я люблю тебя, мой хороший. Давай, сядь и помедитируй. Я услышал, как зазвучала мантра-песня в телефоне у меня — в комнате Малфоя, в Австралии, вернее! — «Джей, мата Кали, Джей, мата Дурге…Кали, Дурге, намо, намах...» — моя любимая мантра, убирающая с пути все препятствия, злобу людей и негатив. Обращение к богиням Дурге и Кали. Конечно, это все одна богиня Парвати — супруга Шивы, но в разных проявлениях. Я сам очень почитаю Кали и Дургу — воительницы и защитницы. Парвати — мирное проявление супруги Шивы, благостное и вечное. Минут десять мы вместе с мужем слушали мантру, я периодически пропевал в конце тихо: «Я люблю тебя, Драко! Я рядом, жизнь моя!» Мантра Дурге с Кали вполне успокоили моего альфу. — Вчера была вечеринка по поводу окончания строительства нашего торгового центра «Пегас» в Сиднее. Я был с гостями. Мы выпили. Возле меня ошивались модели и актрисы. Ну, как всегда… Как я оказался дома, да ещё в кровати с кем-то — не помню вообще. Я был на вечеринке, а проснулся сегодня утром… один. Через час мне позвонил Забини и все завертелось. Гарри, мы разберёмся во всем, а ты отдыхай, — посоветовал муж. — Ко мне едет целая группа поддержки: твои родители, мои и Сириус. Я его уже успокоил, а то он все порывался к тебе в Сидней, на разборки. Бомбу мне удалось утихомирить, иначе у папарацци появятся новые сплетни семейных разборок миллиардера Драко Малфоя. — Я вылетаю из Австралии завтра утром, а сегодня ещё есть дела. Я люблю тебя, малыш! Спасибо тебе за то, что ты у меня очень мудрый омега. После разговора с Драко мне стало совсем прекрасно, нехороший ком боли растаял в груди, сотканный из подозрений, убийственной печали и желания уничтожить ту омегу, которую на экране обнимал Малфой, прижимая к себе руками и ногами во сне. Я положил руки на живот, который за эти два с половиной месяца стал немного заметен из-за двойни, которая поселилась во мне 12 июня. — Всё хорошо, мои сладкие! — произнёс я. — Мы с вами в полном порядке, а завтра ещё папа ваш приедет. Ну, а через несколько минут приехали все наши родные. Нарцисса первым делом обняла меня. — Не верь всей этой грязи, Гарри, — тихо сказала леди Малфой, — Драко очень любит тебя, он не стал бы… — Я знаю, мама Цисси! — ответил я. — Драко в порядке, мы только что поговорили по телефону, вместе помедитировали и вполне оба на позитиве. М, мама! Я чую, что ваш запах изменился… Я прав? Можно вас поздравить? — Прав, милый! — кивнула омега. — В свои, почти пятьдесят лет, я снова познаю счастье материнства. Альфа будет, мальчик — так магия показала. Люциус на седьмом небе от счастья. У нас все так, словно после нашей первой свадьбы — медовый месяц затянулся на все лето, и муж такой горячий, как в свои семнадцать лет, когда он посватался ко мне и провел мою первую течку со мной. У Малфоя совпал гон с моими омежьими днями. Спустя две недели мы покинули виллу в Греции, куда мой ухажер меня пригласил сразу после окончания Хогвартса, и я понесла Драко. Спустя три дня провели помолвку, а в конце лета сыграли свадьбу. И вот сейчас у Люциуса после исцеления начался новый период желания, ему снова будто семнадцать лет. Мы расстаемся на короткий промежуток времени, а потом муж снова ведёт меня в спальню. Мой ненасытный василиск… После венчания во Вриндаване, мы провели гон и мою течку там, на нашей вилле, которую вы с Драко подарили нам. Я за эти годы, пока Люциус был в состоянии агрессии и какого-то помутнения рассудка сатанинской гордыней, уже и забыла как это бывает, когда альфа постоянно хочет тебя и зажимает везде, даже на глазах у слуг и домовиков. Я улыбнулся и обнял счастливую Нарциссу, понимая её прекрасно, ведь и мой Драко берет меня в любой части дома, не взирая на эльфов (хорошо, что хоть слуг-людей нет). Я знаю, что завтра мой альфа прилетит из Сиднея и я сразу окажусь в его власти. По телу прошла судорога желания и предвкушения. Я хочу моего слизеринского змея, который пропитал меня насквозь своим сладким ядом. Он будет просить прощение за то, что мне довелось увидеть в новостях программы «Гламурные новости магического мира», и конечно же, вышибет все мои мысли своей огненной страстью и горячей любовью. А я буду кричать от восторга (всегда кричу, когда Драко во мне выписывает слова любви!), буду выть на весь дом, принимая в себя раз за разом страсть мужа. — Я очень рад, что лорд Малфой изменился в лучшую сторону, что боги вернули ему здоровье и проклятье рассыпалось в прах, — сказал я, наконец женщине. К нам подошёл объект нашего с леди Малфой разговора — Люциус. — Гарри, ты не знаешь, в доме ли контракт ваш с Драко? Первичный брачный договор, я имею в виду? — спросил блондин. — Милый, спроси у Драко, а не у мальчика, — возразила Нарцисса. — Всё хорошо, мама Цисси, — ответил я. — Лорд Люциус, оригинал контракта в доме, он лежит в сейфе мужа, а копия его — на работе, в банке. Хотите посмотреть на оригинал? — Если можно, дорогой… — улыбнулся лорд Малфой. — Добби? — позвал я домовика и тот моментально явился. — Добби, принеси из сейфа Драко белую папку. Поскорее, пожалуйста. Эльф мигом исчез, чтобы через минуту вернуться. — Вы доверяете какому-то домовику код от сейфа? — удивился альфа. — Добби у нас -- не просто свободный эльф в доме, он для нас с Драко — друг и очень верный друг, Papa! — ответил я по-французски, словно эльфы не знают этого языка. Они знают, конечно же. Люциус не ответил мне, он взял в руки папку и вынул файл с договором — титульный лист, где все написано. — Так я и знал! — возмутился мужчина. — Это — чистой воды ложь! Во-первых, ваши с сыном подписи — явная подделка, да и слова контракта не такие. В телевизионной версии: «… стороны Малфоя и Поттера обязуются…» У вас же идёт следующее: «… стороны младшего лорда Малфоя и Гарри Поттера обязуются…» Тот, кто этот документ подделывал — дилетант и глупец, мало знающий адвокатов моего сына, их манеру составлять подобные документы. Ты не против, милый, если я возьму на время документ с собой? И ещё, Цисси, побудьте пока с Гарри, а мы, альфы, смотаемся кое-куда. На полчаса, дорогая, — улыбнулся мой свёкор и притянул Нарциссу к себе. — Не скучай без меня, сладкая… Я рассмеялся, когда Люциус отошёл от нас. Таким Малфой-старший мне нравился больше. Он отправился к альфам, чтобы забрать их с собой. «Куй железо, — как говорится, — пока оно горячо». По горячим следам трое альф точно в пух и прах всю эту гадость раздавят, а телеканал с передачей «Гламурные новости магического мира» разнесут, что и следов не останется. Семья. Моя большая семья. Это звучит радостно, тепло и гордо. А в семье, как в «Трех мушкетерах» — один за всех и все за одного! Мои мамы пошли накрывать на стол: купили по дороге салатов, закусок готовых в магазинах готовой еды, жареных кур, запеченных кроликов, несколько видов натуральных колбас и буженину; открыли бутылку водки, нарезали свежих овощей и выложили в огромную вазу фрукты. Два торта, конечно же. Лили решила пожарить картофель, Нарцисса же сварила молочную кашу для меня и для себя, приготовила пышный омлет для Лили и Сириуса, которые обожали его. Наших альф не было час. Зато потом начался бум — опровержение новости, была найдена та омега, ей не удалось покинуть Австралию, ею сейчас занималась полиция и мой Драко. Он уже выступил по ТВ, показывая всему миру омегу Розу Ванессу Армингольдс — модель Сиднея, которой заплатил конкурент Драко — некий Роберт Холлиард — бывший однокурсник-когтевранец с Хогвартса. Он не смог тягаться в гостиничном бизнесе с Малфоем и проиграл землю под строительство гостиничного комплекса, который развернул в Сиднее Драко. Вот и решил напакостить, чтобы жизнь Малфою мёдом не казалась. Ну, заодно и мне, вероятно. Сейчас этот чертов бизнесмен уже бросился в бега, скорей всего, когда полиция Австралии поймала модельку Армингольдс. Та раскололась, как гнилой орех и выдала бывшего студента-когтевранца. Я был рад, что гневом моего свёкора был закрыт противный и разражающий канал «Гламурные новости магического мира». Ведущий теперь хрен устроится где, хотя он — ведущий всего лишь, ему велели — он сделал. Руководителя этой программы и главу всего телецентра ждут большие неприятности. Малфои такое не прощают. За мной все ухаживали за столом, словно я — Принц Датский. Прикольно. Даже Люциус сам отрезал мне кусок нежнейшего в мире торта «Язык мудрого еврея». Без шоколадного языка, конечно, он достался леди Нарциссе. Я рассмеялся. — «Тещин язык», мама Цисси? — подмигнул я ей. — Есть растение такое, а у нас — тортик. — А давайте мы его Драко от Лили передадим? — рассмеялся подленько Блэк. — Тонкий намёк племяннику… — Не надо, Сириус! — миролюбиво ответила миссис Поттер. — Я тебе такой торт подарю, Блэк, в день свадьбы. Тебе и твоей омеге с тонким намеком. Все рассмеялись. Я придвинулся к крестному ближе и спросил: — Уже есть омега на примете? Кто она? Или он? — Кузина близнецов Патил, которые сейчас являются женами Фреда и Джорджа Уизли… — задумчиво произнёс Блэк. — Королева красоты настоящая. — Так назови её имя, Сириус, — улыбнулся я и положил голову на плечо крестного. — Никто об этом пока не знает, малыш, но тебе я скажу… — Я — могила, Блэк, ты же знаешь, если что! — ответил я и подставил ухо. — Рекха Радхарани Лейла Патил. Вот так… И девушка не против, красивая очень. Её назвали в честь королевы Болливуда — актрисы Рекхи, которой сейчас уже почти шестьдесят лет, но она все также красива и энергична. Рекха Патил очень на неё похожа. — Актрису Рекху я знаю по фильмам. Красавица. Бери мисс Патил скорее. Мы все купим вам в Лондоне особняк, а также в любой части Индии. Думаю, вы ведь и там захотите жить? А из какого она рода? — Её отец — Верховный Чародей Мумбая, мать — Директор Школы Чародейства и Волшебства, она находится в Бомбее (прошлое название Мумбая). Орденом «Феникса» у нас останется руководить Джеймс и я, когда буду в Британии. А дом я и сам могу… — Хочешь обидеть нас с Драко? — остановил я Блэка. — Мы сами купим вам особняк в Лондоне, ты только выбери его сам. Да и Джеймс с Лили с удовольствием поедут в Мумбай свататься к Рекхе на правах почти что родных. — Рекха рассказала родителям о нас, я уже получил приглашение от Рама Санджая и Субхадры Амриши Патил. Родители Рекхи прислали приглашение в Индию 25 сентября — на день рождение дочери. После помолвки мы приедем в наш особняк в магическом Лондоне, поэтому особняк должен быть… — … по типу Малфой-мэнора? — догадался я. — И даже круче! — вздохнул Блэк. — Лошади должны быть, площадь для игры в гольф, гараж и все такое. — Видел я особняк такой в Уилтшире — соседи моего Драко. Стивенсоны. Они как раз хотят продать его, так как решили уехать в Америку насовсем. Добби? — позвал я эльфа и тот явился. — Принеси, пожалуйста, мой ноутбук из кабинета. А ты не хочешь сегодня всем рассказать о девушке? — это уже к крестному. — Пожалуй… — кивнул альфа и стал рассказывать всем за столом о том, что решил остепениться и жениться. Наша проблема с ТВ прошла и теперь всей семьёй мы принялись за устройство личной жизни Блэка. — Чур, мы с Драко дарим крестному особняк Стивенсонов в Уилтшире. Papa, на вас переговоры с ними, чтобы особняк они продали именно нам. — Мы моему брату, — произнесла Нарцисса, — подарим особняк в Индии… — Нет уж, дорогая сваха! — возразил мой отец. — Я давно другу обещал. В Индии мы с Лили купим особняк молодоженам. — Ну, тогда мы с Люциусом подарим двухэтажную квартиру в Лондоне для моего кузена… И машину! — отчеканила леди Малфой. — До двадцатого числа ещё есть время, — улыбнулся я и все согласно кивнули. — Начнём с завтрашнего дня. — Пожалуй, я позвоню уже сегодня Борису Стивенсону насчёт особняка. Поттер, у тебя хорошая чуйка, — кивнул мне лорд Малфой. — Я — Поттер-Малфой, сэр, если вы не забыли? — приподняв бровь, покачал я головой. — Поттер — прикольнее звучит! — ответил мужчина. — Что? Я и такие слова знаю, хоть и состою в Палате Лордов. Прекратите смотреть на меня так. Поттеры, вам не идёт так на меня пялиться. Сириус, прекрати ржать! А на следующий день приехал Драко. Он был уставший, но довольный: работа удалась, вывел всех на чистую воду. Узнав о скорой помолвке двоюродного дяди, Малфой с Добби отправил свою платиновую банковскую карточку Нарциссе, велев ей расплатиться за особняк Стивенсонов, обновить там все из мебели по желанию Сириуса. — Милый, а почему не мы сами? — нахмурился я. — Малыш, — выдохнул горячо и жадно мне в губы муж, когда Добби отправился в Малфой-мэнор, — дело в том, что мне подлили в стакан с вином на приёме зелье, вызывающее гон. Враги хотели заснять гон на видео, чтобы выложить в интернет. Так бы я и опозорился, и изменил тебе, а главное — умер из-за нарушения «Непреложного обета» верности. Они одним махом хотели многое сделать, но зелье не подействовало на мой организм почему-то. Я верю, что это милость богов и святость твоей любви и преданности мне помогли. Чудо — одним словом. Зато сейчас я еле долетел, чувствую, что кровь во мне все сильнее закипает, сводит челюсти, член стал больше и жестче, клыки удлинились. Не совсем, но почти, как при гоне. Я хочу тебя, Поттер. Сейчас хочу раза два-три, чтобы не сорваться ночью или на рассвете, когда начнётся. Пять дней, родной мой. Но поверь мне, я смогу контролировать силу, чтобы не навредить нашим малышам. — Хорошо, — ответил я, понимая всю серьёзность ситуации, — идём же. А поесть ты хочешь? — Я поел в самолёте, там же и душ принял, пока летел в Лондон. Сейчас я хочу тебя. Только одного тебя, до одури хочу, мой Гарри. Идём, не отвлекайся. Альфа поднял меня на руки, посадив попой на свои ладони. Он рычал, пока мы поднимались в спальню, целовал меня жадно и напористо, его глаза сделались темнее и окантовка зрачка стала красной. Господи, выдержать бы гон моего Драко. Я был чист уже с обеда. Я был готов к приезду моего альфы. Но гон?.. Пережить бы нам с детками. Я буду их защищать, если что. — Сладкий мой… — рычал Малфой, когда сдирал с себя одежду, положив меня на кровать. Он каждую секунду целовал меня, снимая с себя одежду. — Я могу первые раза три быть жёстким, но это так надо… Так произойдёт из-за моей природы альфы. Ты же понимаешь? Но я клянусь, что не наврежу деткам в тебе. — Иди же ко мне, жизнь моя! — ответил я. — Я верю тебе и знаю, что ты не навредишь нам. Но если посмеешь — не взыщи, когда получишь в лоб «Петрификус» или «Инкарцеро». Я хочу тебя, но я на страже наших детей, Драко. Иди ко мне, любимый. Малфой обнял меня, когда лёг рядом. Он, как огромный тигр, принялся вылизывать моё тело. Потом устроился между ног и продолжил процесс. Мой внутренний омега ликовал, чувствуя острую страсть желания истинного альфы, его бешено-закипающую кровь в венах. Глаза блондина почти стали красными. — Детка, ты так пахнешь остро… — сквозь зубы процедил Малфой, зарычав громче. — Вкус твоих сосков и пота на шее, на подмышках сводит меня с ума. Хочу тебя, схожу с ума, мальчик мой сладкий. —  Драко, возьми же меня, любовь моя! — простонал я из-за поцелуев, покусываний набухших сосков из-за беременности, и от пальцев Малфоя, которые подготавливали моё тело к слиянию с альфой. Ох уж эти пальцы супруга, я готов был кончить только от них. Они играли внутри меня, как играет музыкант на арфе, перебирая струны. Я стонал на все лады и просил взять меня, а Драко все играл и растягивал мой вход — стенки жаждующего ануса. Альфа целовал мой едва заметный животик, вылизывал его, покрывал поцелуями орнаменты цветов — знак зачатия вокруг пупка. Потом Малфой поднялся выше ко мне и поцеловал меня в губы. — Гарри, солнышко моё нежное, не могу я больше терпеть. Ты ещё достаточно узкий для меня, но я не в силах больше сопротивляться желанию. Прости, будет больно даже с обезболивающими чарами. Альфы во время гона ненасытные и член у нас набухает, нас распирает. Прости… Он положил мои ноги на свои плечи и принялся целовать, облизывать колени. Я почувствовал большую и горячую головку пениса альфы. Ох, и правда — огромный, жёсткий. Да он таким поршнем… — Не бойся, я не достану до твоей святая святых, Потти, где зреют наши детки,  — как бы прочитав мои мысли, произнёс блондин. — Потерпи, я вхожу… Едва головка члена Драко прижалась к моему трепещущему анусу, как альфа задрожал и весь вошёл внутрь меня. Я закричал. Ох, как же больно. Слезы полились из глаз, но Малфой уже закрыл глаза и принялся скользить во мне, давая мне минуты на привыкание. Он рычал, жадно целуя рот и шею. — Малыш, я контролирую себя… М… и я не порвал тебя, не переживай… — прошептал он, без сил поднять свои веки на меня. Сущность альфы все сильнее захватывала его. — Всё хорошо… — всхлипнул я, понимая, что больно мне, но ещё тяжелее и больнее Малфою контролировать и сдерживать себя сейчас, когда сущность зверя-альфы показала в крови свой оскал и свою власть над Драко-человеком. — Я твой, любовь моя, все нормально. Мне терпимо, возьми меня так, как ты хочешь, но не забывай про мой живот. Осторожней… — Я в разуме, Потти, буду осторожен с твоим пузиком, — через силу ответил Малфой, а потом у нас начался настоящий секс. Первые три раза он очень жёстко оттрахал меня, но был либо сзади меня, а я держался за изголовье кровати, либо садил меня на себя сверху, чтобы не раздавить мой животик. А глубокой ночью начался его настоящий гон. Глаза у Драко стали алые, как у вампира, но среди этого безумия жажды секса, я увидел в глубине алого желания, в глазах блондина бескрайний океан любви ко мне и... осторожность. Да, он драл меня все первые сутки, не давая мне ни спать, ни есть практически, потому что постоянно был во мне и только трахал. Я успевал совсем немного перекусить курочкой и выпить насыщенный бульон из супа, пока его узел во мне был набухший и Малфой не мог двигаться. Сам же Драко только мог пить воду в эти двадцать четыре часа, которую приносили эльфы. Дремал он не более двадцати минут, но продолжал то пульсировать во мне, пока его узел не спал, то скользил во мне даже в момент лёгкой дрёмы. Так прошли вторые сутки, узел альфы стал мягче и не так долго оставался во мне, как это было несколько часов назад. На третьи сутки гона я смог достаточно поспать и нормально поесть, принять душ. Я не узнал себя в отражении зеркала — зомби, как и в свою течку в июне. Чёрные круги под глазами от недосыпа и набор красочный от укусов-поцелуев-меток и засосов по всему телу, кроме живота. Значит, Малфой полностью контролировал себя в процессе. Пока муж спал, я решил спуститься, чтобы написать смс-ки родителям нашим, что у нас с Драко продолжается гон. Малфой спустился в поисках меня и тоже решил поесть нормально. Он успел съесть пару бутербродов с колбасой и пару ложек картофельного пюре с подливой из свинины (говядину мы не ели, решив навсегда от неё отказаться, так как корова — животное, олицетворяющее богиню Лакшми!), как альфу снова накрыло. Далеко мы не ушли из кухни. Драко уложил меня на пол (на персидский ковёр) в гостиной, и снова вошёл в моё уставшее тело. Мой горячий и ненасытный муж. Я люблю его таким. Не подумайте, что в дни гона Малфоя я был безучастен. Нет, я и сам терял контроль над собой во время огненных ласк супруга — меня ведь тоже накрывал цунами желания и страсти, хоть и течки не было! — но я ощущал, пока Драко колдовал надо мной, что он периодически останавливает меня, укладывает на себя. Я уплывал часто в процессе в дальние страны оргазма и дикого желания секса, переставая контролировать ситуацию, а вот Малфой — нет, он все держал под своим жестким контролем, как оказалось… На четвёртые сутки гона мы с мужем уже смогли поспать восемь часов. Не сразу, но за сутки, нормально помылись оба и поели спокойно. Я не мог сидеть на стуле, так Драко посадил меня на подушку и на свои колени, чтобы задница не так болела. Вечером, на пятый день, гон у моего альфы прекратился, но это не помешало нам закончить начатое и продолжить перед сном, но уже нежно, ласково и сладко. Малфой умеет нежно не только любить, но и благодарить. Так вот, сейчас, на сон грядущий, Драко благодарил меня за проведенный с ним альфячий гон. Его губы и руки, слова и тягуче сладкая любовь благодарили меня за эти нелегкие дни и дикие ночи, во время которых инстинкт альфы удваивался, как и его страсть. Я был в этот поздний вечер сладко обласкан, зацелован и занежен, а также мы залечили друг другу раны: оставленные мной царапины на теле мужа, и его укусы, глубокие поцелуи и сотни засосов — а-ля леопард. Также магией, зельем, кремами, мазями и чарами были залечены мои анус и поясница. — Я люблю тебя, мой Потти, мне было так с тобой хорошо в эти дни, — произнёс супруг, когда мы провели все наши оздоровительные процедуры перед сном. — Хм… — улыбнулся я. — Только в эти дни, милый? — Всегда, мой родной! — кивнул альфа и поцеловал нежно. — Мне всегда с тобой хорошо, безумно прекрасно, но в эти дни было особенно рядом с тобой. Я не забывал об ответственности перед тобой и нашими малышами, что сладко зреют в твоём лоне под сердцем. Я держал всю ситуацию под контролем. Даже когда ты терял самоконтроль и в порыве страсти выделывал на мне волны — танец свой, ласкась очень близко, вжимаясь в меня всем своим телом, и тогда я был осторожен с твоим животиком, оберегая малышей от жёсткого трения, хотя и обожаю твою секс-волну телом. — Ты у меня такой заботливый, Драко, — всхлипнул я. Опять эти омежьи слезы в период беременности — по любому поводу и без, — а я… Я так люблю тебя, Малфой. Я успокоился минут через десять, когда блондин снова зацеловал меня, что я забыл не только о слезах, но и о своём имени. Да, мы выдержали гон, не пострадали во мне наши малыши, мы сделали это. Драко сыт, доволен и сейчас засыпает, обнимая меня. И я доволен тоже. Альфа ведь остался мне верен, честен. Он — только мой. И осознание этого факта наполнило моё сердце радостью, любовью и гордостью. — Драко? — тихо позвал я мужа и он открыл глаза, склонился ко мне. — Малыш, болит что-то? Голоден? — спросил он, целуя меня в кончик носа. — Нет, есть я пока не очень хочу. Я просто хотел сказать, что люблю тебя, — улыбнулся я. — Так скажи, детка! — подмигнул он мне. — Так ведь я сказал. Нет? — удивился я. — Ты сказал, что хотел сказать, но не сказал… Давай, Гарри, твой альфа хочет услышать эти замечательные слова, — усмехнулся блондин. Я обнял супруга и прилег сверху, оберегая животик. — Я люблю тебя! — ответил я, целуя веки Малфоя. — Я люблю тебя! — снова произнёс я, целуя его щеки, шею, кадык и такие родные губы. — Люблю тебя! Люблю! — шептал я, лаская ртом его соски. Драко перевернул меня на спину и навис сверху. — Это предложение, Потти? — спросил блондин, целуя уже сам мои соски. Я застонал. Соски. Я так люблю, когда Малфой ласкает их. Я выгнулся и ахнул — спину прострелила маленькая, но жгучая стрела боли, анус заныл, намекая — харе уже вам, ребята! Неуемные. — Я хочу тебя, Драко, — ответил я, — но моё тело устало. Хм, кажется, я снова есть захотел. Маринованных, но не в уксусе осьминогов хочу, горячую картошку с квашеной капустой. За эти дни я проголодался. Малфой хотел встать, но я остановил альфу: — Попроси эльфа, Драко. Давай же, ляг ближе ко мне сейчас, хочу почувствовать тебя собой. Коснись членом меня. Наклонись ниже… Ах, вот так… Да… Ласкайся об меня… Ах… Блондин позвал домовика и попросил приготовить нам поздний ужин — альфа же тоже за эти дни проголодался. А потом он переплёл наши пальцы рук, склонился ко мне и стал тереться своим членом о мой. Малфой целовал меня нежно, легко, дразняще. При этом, он ласкал меня собой, не ложась на живот. Я кончил с криком, прогибась в родных руках. Альфа кончил на меня со свистящим стоном. — Горячий мой мальчик! — загнанно произнёс он. — Любимый… Сладкий… Божественный… Только мой! Идём в душ, мы с тобой грязные, Потти. Муж поднял меня на руки и понес в ванную комнату. Я обожал и такой вид секса — ласки, и это доставляло мне не меньшее удовольствие, чем член Драко в заднице.