Осуди меня за выбор

Страницы милые опять персты раскрыли;
 Я снова умилен и трепетать готов, 
Чтоб ветер иль рука чужая не сронили
Засохших, одному мне ведомых цветов.

***

      Убрав осколки горшка, Антон решил больше не задерживаться. Он вспомнил, что Дима должен был быть в столовке, а судя по очередям на большой перемене, Позов до сих пор был там. Вариантов куда пойти было несколько, а друг один, поэтому Шастун направился к выходу, невольно вспоминая, как этой же ручки касалась такая тёплая рука…       Выйдя из кабинета, парень увидел встревоженную рожу, которая стояла с двумя пакетами, в каждом из которых была свежая булочка с корицей. Как он так быстро вернулся?       Позов, конечно, не обладал телепатическими способностями, но, во-первых заметил, что что-то не так, а во-вторых понял немой вопрос.        — Да просто тётя Миля меня вне очереди пропустила, — ответил Дима, светя перед глазами румяными булочками.       Шаст на это лишь кивнул, ещё раз выдавая своё заблуждение.       — Всё нормально?, — решил переспросить Позов, понимая, что точного ответа он не получит.       — Нет. Да. Ебу, короче, — подросток и вправду не сразу осознал всё произошедшее. — Идём курить, прямо сейчас, — произошло что-то страшное.       Такое поведение было ему свойственно, но не всегда же. Развернувшись, мальчик двинулся в сторону уборной.       — Ладно, перемена как раз долгая, минут пятнадцать в запасе ещё есть, — сказав про себя, друг бросился догонять.       — Закрой дверь то, а, — Антон уже успел залезть на подоконник. — Как же я заебался, это просто ужас. Арсений Сергеевич, весь из себя, павлин хренов. Я не понимаю, что с ним не так. Такое чувство, будто он с небес ёбнулся, весь идеальный такой, — бомбило старшеклассника.       Антон закурил, забывая открыть окно. А это могло быть фатальной ошибкой. Но ситуацию исправил Дима, который подошёл к разъярённому другу и дёрнул ручку окна на себя, тем самым впуская свежий воздух и гнетущий уличный шум.       — Что он сделал хоть?, — Позов правда казался обеспокоеным. Состояние Антона ему совсем не нравилось. Давно он не видел друга таким злым и затронутым.       — Как только все вышли, сразу доёбы. Домашка где? Конспект урока где? А мячик из твоей тетради? А вазон зачем разбил? Так ещё и…, — решив умолчать о последнем действие учителя, Шаст сделал первую затяжку. Он не лгал, просто недоговорил, — Ещё и на допы нужно. Пиздец, в общем, — клубки дыма рассеивались в щели окна.       — Мда, странный он, конечн…       Вдруг, ручка двери резко дёрнулась. Казалось, будто кто-то хотел незаметно её закрыть, но этому инкогнито афигеть, как не повезло, и в самый неподходящий момент рука соскользнула. Всё это выглядело до жути странно. Как будто кто-то решил подглядеть. Но зачем подглядывать как курят два одиннадцатиклассника? Будь это учитель, уже бы давно зашёл и начал выговор, хотя возможно, это был кто-то необычный. Кто-то, до боли на кончике носа знакомый.       — Блять, идём лучше, а то спалят, потом ещё с этим разбираться, — затушив почти докуренный бычок, Шаст слез и двинулся к двери. — У нас физика, да?       — Ага, — коротко и ясно, зачем ещё что-то?

***

      — Ну вы посмотрите, опять та же история. Никогда не научитесь вытирать доску. Губки у вас снова нет, да?, — объективно, всем было фиолетово.       Всё уже практически заучили эти вопросы, которые слышали каждый божий урок. Как только возле доски появлялся физик, она, скотина, становилась грязной, а Павел Алексеевич не упускал лишней возможности за это домахаться. Ну не вытерли, и что? Никто не умрёт от этого. Или умрёт?       — Но я своё слово держу. Как и обещал в прошлый раз, я принёс вам тряпочку, — физик поставил свою сумку на стол.       Весь 11-Б был в предвкушении увидеть, какова же она. Ведь судя по церемонии её доставания, это не тряпка, это — произведение искусства.       — Смотрите, какая хорошая, а главное, какая красивая!       Что сказать. Тряпка и тряпка, ничего необычного. Все надежды увидеть Монализу на клочке ткани испарились, вместо них приходилось лицезреть синюю ткань с какими-то убогими, пёстрыми цветочками.       — Лично вырезал её из халата своей жены. Так что прошу, дежурные. А пока расскажу о плане урока, — бросив ткань на первую парту, которая, как кабинка на третьем этаже, была свободной, учитель встал из-за стола, и оперевшись на край, хотел было продолжить, но увы, не повезло.       — Знаете, Павел Алексеевич, — вылезая из-за парты, Андрей решил немного поднять всем настроение. Ну а что, раз дежурный сегодня он, то без пары приколов обойтись не могло. — Вы вот лучше бы не говорили, откуда эта чудесная ткань. А то с каждым вашим словом, желание касаться тряпочки из халатика вашей жены, всё меньше и меньше. И кстати, я сожалею вашей супруге. Наденет она сегодня этот халат, а там оп и дыра. — не зря парень был чуть-ли не главным шутником класса, ведь смех раздался из всех уголков кабинета.       — Бородинский, ты тут не умничай, — физик даже немного засмущался. — Не можете сами себя обеспечить обычной тряпкой для доски, будете вытирать тем, что дают. Или же ты хочешь нам предложить свой вариант?, — молчание. Как всегда, собственно. — Вот и я так думаю. Так что быстренько вытирай, чтобы мы смогли со спокойной душой продолжить урок.       Физика Антону особо никогда не нравилась. Все эти тупые формулы, нелогичные законы и слишком сложные задачи вызывали панику и отвращение. Всё что нужно, парень списывал у Димки, тот никогда не отказывал в помощи, хоть иногда и скрипел зубами. Ну это ведь сложно, свой вариант писать и параллельно другу помогать с его вариантом, особенно когда этот друг под руку говорит.

***

      Вторая половина уроков подошла к концу. Дополнительные начинались ещё не скоро, поэтому Антон не парился на их счёт.       — Всё, давай, я домой уже, — Дима хотел обнять друга на прощание, но не тут-то было.       — Какое, блять, давай?, — накидывая лямки рюкзака, Антон рукой развернул друга в сторону выхода со школы. — Я с тобой, в магазин зайдём.       — Так ты же к Арсению Сергеевичу? Или ты не идёшь? Ты же понимаешь, чт…, — не успел Димка договорить, как его перебили.       — Да не парся ты, пойду сегодня, куда денусь, — крики детей во дворе немного глушилы диалог, поэтому нужно было говорить чуть громче, чем обычно. — Я оливки хочу, а тут ещё и ты в ту сторону. Потому и решил с тобой сгонять, покурим ещё, если не спешишь.       Спросил бы кто Шаста, без чего он не может обойтись? Клянусь, в ответ входили только три вещи. Первая, это сигареты, вторая, оливки, ну и третья, это Димка, куда без Димки. Хотя он не очень-то и вещь, но без него обойтись никак нельзя. Он умный, весёлый, в некоторых ситуациях красивый… Но только в некоторых!       Ученики помладше решили посмотреть на тот самый Жигули, и каково было их удивление и радость, когда двери автомобиля реально открылись. Не теряя ни минуты, они залезли внутрь. Видимо, им только поведали об этой чудо-машине.       — Куда мне спешить…? Только приду, эти опять ссориться будут. Нахуй мне это слушать?, — парень даже не изменился на лице. — А так, хоть с тобой больше времени проведу. Хорошо ведь, — жаль было Диму невероятно. Антон совсем забыл, что недавно, из-за этих тупорылых людей, его единственное солнышко провело пол ночи на качелях во дворе. Поубивал бы.       — Блин, прости. Не сообразил что-то.., — стало слишком неудобно.       Тот самый случай, когда хочется вернуть время назад и промолчать. Ты видишь, как человеку плохо, но не можешь помочь, как бы не пытался. Максимум, что ты можешь сделать, это отвлекать его от домашних проблем, давать развеятся, всякий раз веселить человека, не давая времени вспомнить скандалы и битую посуду. Но давайте говорить честно, это получается не всегда. Иногда, ты сам проёбываешься и заставляешь человека вспомнить ужасные моменты, но это ведь совсем случайно… правда.       — Всё хорошо, — улыбнувшись уголками губ, ответил Дима.       — Я угощаю, бери что-то, если захочешь, — Антон потянул лучшего друга за рукава в сторону двери магазина.       Парень пытался загладить собственный промах какой-то сладостью, либо, возможно, чипсами. Димка их тоже любил, особенно со вкусом краба.       Магазин был относительно узким и длинным. В конце находились молочные продукты, потом шла зелень и всякие фрукты с овощами, ещё ближе стояли хлебобулочные изделия, ну а возле кассы красовались напитки и дорогие батончики.       На чипсы сегодня акции не было, ну оно и не страшно. Тётя с утра опять всунула денюжку, не смотря на многочисленные отказы Антона.       Так бывает, если не можешь дать любовь, ты пытаешься её купить, хотя в случае тётушки, она просто делала это с добра, а не с намерениями подкупить парня.       Дойдя к стеллажу со всякими консервами, Антон начал глазами перебирать железные баночки, в попытке найти зелёные кружочки.       — Серьёзно, только чёрные? Дрянь, — Антон уже все сказал.       Надежда умирает последней, поэтому Шаст начал отодвигать не интересующие его банки в сторону. В самом дальнем углу, было припрятано сокровище. Эта жестянка отличалась от других, для Антона она сверкала. Зелёные оливки, счастье.       Доставая свою находку, мальчик увидел друга, который не мог определиться с чипсами.       — Бери с крабом, ты же их любишь, — посоветовал Антон, подходя к другу.       — Нет, они дороже…, — да как-то всё равно, если честно. Важно, чтобы ты улыбнулся, дурачина.       — И что с того? Мне эти пять рублей не станут поперёк горла. Бери и пойдём, — заверил друга Шаст.       — Ладно, — и таки да, Димка улыбнулся.       На кассе Антон ухватил ещё пачку мятных жвачек. Не хватало душе пива, но если парень явится на допы немножко под шафе, то, боюсь, он окажется немножко с двойками до конца семестра.       А может зефира ещё взять?,— вот куда к оливкам зефир, это интересно. Возможно, Шастуну не хватало каких-то витаминов, а возможно просто ёбнутый, никто не знает.       Выходя из магазина, мальчик споткнулся об одну из ступенек, но благо удержал равновесие. Он отдал пачку чипсов Диме, а сам кинул оливки в рюкзак. Друзья направились в сторону школьного двора.       Стоя в каком-то переулке, Антон без слов вытянул две сигареты, попутно забирая у Димы зажигалку, которую тот всегда носил в кармане.       — Не надоел ещё винстон?, — развеял обстановку и дым Позов.       — Мне скорее читать надоест, чем курить этот шедевр, — хорошее сравнение.       — Хах, а чё Сергеевич скажет на этот шедевр?, — эти сигареты и вправду оставляли после себя неприятный запах табака. Капсулы не спасали.       — А должен что-то говорить? Кто он вообще мне, чтобы доёбывать меня за сигареты?, — не был он зол на самом деле, мешало одно воспоминание.       — Да судя по нему, он может, — откуда у тебя такие убеждения, друг мой?       — С чего ты взял?, — начал, тогда и заканчивай.       — Да мне про него Серё… Сергей Борисович рассказывал, — чуть не спалил сам себя. Ладно, с кем не бывает, к тому же Шастун вроде не заметил, — Не любит, когда к нему на похуй относятся. Да и к предмету тоже. Короче говоря, собственник он.       — Кристаллически поебать, кто он. Мне только предмет нужен. А этот Арсений, мне глубоко гримел.       Да. Антон услышал сокращение имени биолога, но виду не подал. Но к чему сейчас эти глупые расспросы? Если захочет, сам расскажет. Тем более сам мальчик о своём новом приятеле тоже не рассказал, кроме как той пачки сигарет, да и об учителе литературы он недоговорил…       Время пролетело незаметно, они скурили ещё по одной, а потом ещё… Пачка чипсов опустела, хотя Антон к ним не притронулся, про оливки вообще забыли.       — Не хочу тебя расстраивать, но уже десять минут, как четыре часа, — спрятал телефон в карман, Дима бросил окурок под ноги и затушил его подошвой кроссовка.       — Блять, — эта интонация вообще не похожа на утренний мат. Здесь парень произнёс со страхом за свою жопу, — Вечером напишу, — бросил он Позу, бежа к воротам школы. Бычок полетел в след за словами, сказанными напоследок.       — Ладно, только не заб.., - не судьба вам сегодня заканчивать предложения, что поделаешь.

***

      Арсений перевёл взгляд на дверь, которая, кстати, открылась без стука. Ева же в свою очередь должна была сделать полуоборот.       — Здравствуйте, извините за опоздание, я могу зайти?, — произнес Антон с отдышкой, но зато вежливо. Чувствуя, что ему, возможно пиздец, он и не такое сможет.       — Проходи и быстро садись, мы как раз собирались начинать. Вижу, ты очень спешил к нам, — ох, Арсений.       — Немного не рассчитал время просто, — тетрадь, пенал, всё по очереди находило себе место на парте.       Взяв со стопки несколько листов, которые были скреплены, учитель бросил на мальчика краткий взгляд, и передал их.       — Держи, это конспект. А то опять забудешь, — проницательных глаз как и не бывало.       — Да, спасибо, — Шастун уже вынул всё необходимое, и протянул руку, чтобы забрать записи.       Пытаясь аккуратно засунуть бумагу в рюкзак, чтобы та не помялась, несколько страниц всё же случайно загнулись. Антон достал их обратно, чтобы поправить, но на последней странице была какая-то надпись. Весь материал был напечатан, но именно она была выведена от руки, ещё и таким красивым почерком.       «Ещё раз увижу с сигаретой, тебе мало не покажется, Тош.»       — Тош…?, — шёпотом произнёс мальчик, глядя в сапфировое глаза, но его не услышали.       К сожалению или же к счастью?