Осуди меня за выбор

Так что ж? напрасно сожаленье! Знать, он был создан для того, Чтобы побыть одно мгновенье В соседстве сердца твоего.

***

      Пусть явится прекрасное ужасным.       — О-ша-леть, — только что и смог выдавить Дима, когда лицезрел своего лучшего друга в столь изысканном наряде. Все остальные же просто пооткрывали рты, Макс — пасть.       Антон нервно улыбнулся, после чего начал теребить кольца на руках. Неприятно ему внимание такого количества глаз, он привык к скромности и серому образу жизни.       — Ну… тебе идёт, однозначно, — первой отмерла Ира.       — Спасибо, — розовые щёки.       По комнате раздался звук щелчка, потом ещё, и ещё… Как оказалось, это две бессовестные подружки включили свои камеры и начали беспардонно фотографировать звезду сиего вечера, забыв спросить разрешения.       — Это на память, — отозвалась Света, а Катька просто закивала.       — Шлюховато, однако, — скривился Макс, после лёгкого ступора.       Он был раздражён ещё с самого начала вечера. Что посодействовало такому настроению никто не знал. Возможно парню не нравилось такое общество, а возможно он не нравился обществу. Хотя между этим есть некая перпендикулярность.       — Спасибо, — съязвил Антон. Его душа и так была достаточно изранена, он начал плеваться кровью из-за острого отношения в свою сторону.       Внезапно Макс поднялся на ноги, немного пошатнувшись, после чего подошёл к Антону и с силой сжал его за локоть. У мальчика выступили слёзы, едва не скатившиеся по щекам.       — Вы нас извините, мы на пару минут отойдём, — оповестил Макс и сжал свой телефон, который успел прихватить, когда вставал.       Ира метнула слегка обеспокоенный взгляд на лису, но та в ответ только улыбнулась и кивнула, заверив девушку, что всё будет хорошо.       В тот же момент раздался резкий, глубокий, немного отдававший эхом щёлк. Дима, видимо, решил, что лучшим решением разрядить напряжёнку станет алкоголь. Парень стащил со стола последнюю бутылку шампанского, ещё перед началом игры, а сейчас она послужила неплохим отвлекающим манёвром. Все дамы развернули головы в сторону звука, а за это время Макс успел утащить Антона в комнату, где тот переодевался.       Старший закрыл за собой дверь, прокрутив заводской замок, после чего развернулся к мальчику и снял все маски лживого добряка.       — Ты какого хуя согласился это на себя надеть?!, — оскалился парень. Глаза его начинали темнеть, а зрачки становиться уже. — Что, так сильно хочешь меня разозлить? Или же ты просто решил сейчас выбрать себе будущую профессию? Отвечай!, — он небрежно оттолкнул Антона, да так, что тот чуть не упал на чужой комод. Голова могла пострадать, хотя… она уже пострадала.       — Ты придурок? Это задание. Я не хотел отказывать, — в виски стучала грядущая истерика. — Какого чёрта ты вообще взвёлся на меня? Всё же было нормально.       — Какого чёрта взвёлся? М, дорогой, во первых меня ещё не отпустило после твоего проёба с учителем, с которым, вероятно, вы после этого ещё что-то имели, — Антона это повергло в шок. Как его парень мог вообще допустить, что он ему изменяет…? — Во вторых ты всё ещё должен мне минет, не забыл?       — Я не буду сейчас это делать, — мотнул головой юноша, заметив, что силуэт напротив приблизился. — Ты… ты вообще… Я думал, ты меня любишь, а ты даже этого вслух произнести не смог!, — перевели стрелки на часах.       — Да какое это имеет значение!, — какое-то, просто, блять, какое-то.       Всё таки слёзы не удержались. Антон нервно усмехнулся, после чего водопадом глянул на своего, скорее всего уже бывшего, парня.       — Ты даже сейчас этого произнести не можешь, — с досадой, с обидой, без права на прощение.       — Ёбаный ты романтик, блять. Тебе действительно к лицу эта юбка, отображает твою бабскую сущность, — добило, и причём непонятно кого.       Макс придвинулся к Антону, одним лёгким движением ставя его на колени. Парень особо не сопротивлялся, он немощен, он убит.       — А теперь, будь добр, прекрати свои детские истерики и сделай мне приятно, — убого, нет, мерзко.       На удивление, Антон безмолвно положил руки на ширинку чёрных джинс и расстегнул её.       Да, ему больно, да, обидно, а какая, к чёртовой матери, разница? Он человек, а значит, он чем-то это заслужил. Если будет сопротивляться, пострадает намного больше, а лёгкое першение в горле никогда никого не убивало. Никогда, никого…       Макс удивился, но действия ему явно пришлись по душе. Младший начал медленно надрачивать ему, иногда наклоняясь, чтобы провести шершавым языком по гладкой ткани белья.       Спустя несколько минут результат был достигнут. Член начал вставать, а изо рта его владельца несколько раз вылетели полустоны, полухрипы.       Антон медленно приспустил трусы Макса, а сам проделал языком те же манипуляции, что и через тонкую преграду. Размашисто, мокро, кому-то приятно, кому-то всё равно.       Парень делал это без какого-либо удовольствия, без желания, без отдачи. Ему сказали «отсоси», он сосёт. Как робот, как бездушная машина, лишённая права на собственный выбор. Даст сбой — отстранят.       Своими припухшими, солёными губами он вобрал головку, без особой аккуратности начиная её посасывать и обводить языком. Он иногда помогал себе рукой, проводя по члену механическими движениями.       Чем быстрее кончит, тем быстрее я уйду, — на удивление, мысли чётки, ровные. В коем то веке они не менялись, не убегали, а просто устаканились и осели.       Член уже упирался в горло. Воздуха порой не хватало, но утопленникам его тоже не хватает, ничего, они ведь не жалуются, вот и он не станет.       Время от времени парень ускорялся, а потом делал всё медленно и пофигистично. Макс почему-то решил ему не помогать, так даже лучше.       Собственный член даже не подал признаков жизни под юбкой. Он — часть Антона, а Антон это всё ненавидит.       В последние минуты, когда орган уже начал пульсировать, Макс всё таки схватил парня за волосы и несколько раз смачно вдолбился ему по самые гланды.       Кончил. Слава всему божественному, хотя это всё божественное, видимо, не сильно за него печётся.       — Ну, вот можешь же быть нормальным, когда захочешь. Всегда бы так, — прохлопал младшего по щеке студент. Сволочь он, а не студент. — Давай немного полежим?       Антон кивнул. Ему ничего не хотелось. Если этот урод хочет так — пусть будет так. Не важно, ему сейчас не важно. Он потом будет биться головой об стену, потом будет выть от недостатка любви, потом убьётся, но не сегодня, не этой ночью, у людей ведь праздник.       Макс сбросил свои штаны, а потом умостился на Ириной кровати, хлопая возле себя, чтоб младший тоже прилёг.       Антон оставил свой телефон на тумбочке, когда надевал весь этот маскарад, по тому подошёл, забрал, а потом уже камнем упал на перины.       Макс прижал его ближе к себе, обнимая, а парень, словно вольная кукла, не двинул даже мизинцем.       Спустя какое-то время послышалось тихое сопение. Видимо, плотские утехи не хило так выматывают, если этот олень отрубился чуть-ли не мгновенно.       У Антона появилось резкое желание написать Оксане. А кому ещё? Пойти Диме жаловаться? Он пьян. Арсению Сергеевичу набрать? Ну…       Да не буду я тревожить человека среди ночи, — какая забота, о себе бы так.       Парень разблокировал телефон и открыл чат с девушкой.

02:33 Антон Привет

      По комнате раздался жужжащий звук.

02:33 Антон Прости, что так поздно

      Ещё раз.

02:34 Антон У меня больше нет парня

      И ещё.       Шаста это начало цеплять. Ровно в тот момент, когда он отправлял СМС-ку, она приходила на… на телефон Макса?

02:35 Антон Подожди

      Контрольный. И таки да, новое уведомление пришло на телефон сопящего пидора.       Антон, очень осторожно выпутавшись, встал на цыпочки и подошёл к источнику звука.       На экране высветились три новых уведомления, от, кто бы мог подумать, него же самого.       Ох, какая удивительная история, а кульминация то какая, а развязка, мм, закачаешься.       У юноши в голове перевернулось всё, абсолютно всё. Все пазлы сошлись. Вот откуда он знал про объятия с Арсом, вот почему был так зол сегодня, но вот почему он такая тварь, Антон так и не понял.       Парень вновь открыл переписку с «Оксаной» и закончил её одним предложением.

02:46 Антон Ебланка, хотя нет, постойте, еблан)

      «Заблокировать этого пользователя»       «Заблокировать этого пользователя», но это специально для Максимки.       Антон стянул с себя юбку, хвост, надел собственные вещи, которые благополучно остались в этой проклятой комнате, после чего тихо вышел из неё.       Он слышал голоса друзей, они смеялись, болтали, где-то на фоне играл тихий рок или поп, Антон не соображал.       Парень двинулся к выходу, забрал свою куртку, кеды просто прихватил в руки. Что стукнуло ему в голову, да кто ж его знает, этот городской сумасшедший решил пойти без обуви, вот так вот просто в разноцветных носках.       Никого не оповестив, даже самого себя, он вышел из квартиры, нечаянно громко хлопнув дверью.       Мир помутнел. Лестничная клетка удлинилась, а перила и вовсе напоминали змею. Всё рушилось. Всё, чёрт его подери, в его жизни, рушилось. Он хотел друзей — получил, поплатился. Он хотел любви — получил, поплатился. Чего же он хочет на сей раз? Бежать, вот так вот просто, дико, сломя голову, бежать. Он заебался ублажать людей, не получая ничего взамен, он не виноват, что родился двуногим гением, по меркам учёных, он не виноват, что нуждается в тепле чужих касаний. Он хочет жить, не выживать, не существовать, жить…       Парень выбежал на улицу, всё так же в своих дурацких носках и ринулся, куда глаза не видят, куда сердце не тянет. Он не знал, куда бежит, не знал, какая конечная, он задыхался, вдыхая и выдыхая одинаковый диоксид углерода.       Бежит по улице клоун, с кедами в руках и ушами на голове, снять ведь забыл.       Когда силы были исчерпаны, по крайней мере так считало тело, Антон нашёл какую-то скамейку и улёгся на неё, обнимая свои башмачки руками.       Где он находился, он сам не понимал, да ему и всё равно.       Пошёл дождь. Жаль нет ненужной вещицы, под названием зонт.

***

      — Эй, вы слышали?, — шикнул Дима.       — Что?, — пьяно смеясь, спросила Катя.       — Дверь хлопнула, — слышали, мы вот с Антоном слышали.       — Тебе показалось, — покреститесь.       Диму что-то сжало изнутри. Неприятное чувство тревоги, колющей где-то в области прокуренных лёгких.       — Я пойду проверю, — и не зря, Поз, не зря.       Нетвёрдо встав, парень пошёл в коридор, сразу замечая отсутсвие чьих-то ботинок. В глубине души он надеялся, что ушёл Макс, но за Макса тревога не тревожила.       В какой-то момент Дима осознал, что дверь незаперта, комната Иры — открыта.       Да что твориться то, блять?, — насупился друг.       Зайдя в комнату парень увидел спящего, полуголого ублюдка и почему-то сразу в голову закралось неладное.       — Телефон, телефон, — ища по карманам, приговаривал Позов.       Первый звонок Антону, не берёт, второй — аналогично, третий…       — Давай же, сука, возьми, — кусая губы, стуча ногой по паркету.       Не взял.       Звонок Серёже, два гудка, бинго!       — Алло, что такое? Вы как?, — он чё, до сих пор не спит?       — Серёжа, по моему это пиздец, — выдохнул Дима и закрыл глаза.       — Что случилось?, — ухх, а тон какой.       — Антон убежал, трубки не берёт, ничего не сказал, — набор фактов, ни одного хорошего.       В телефоне послышались какие-то голоса. Что-то отдалённо напоминало крик, но динамик был прикрыт, поэтому доносились лишь отрывки матов.       — Алло, Дима?, — да ну, в смысле?       — Арсений Сергеевич?       — Он самый. Что вы натворили, где Антон?, — он, бедный, видимо, Серёжу не дослушал.       — Мы ничего, немного выпили, а потом… Потом Макс утащил куда-то Антона и… и после этого мы его не видели, — а внятно как…       — Макс тоже ушёл?, — а это вы спрашиваете, чтоб в морду дать?       — Нет, он лежит тут пьяный, почти голый, — без подробностей, попрошу.       — Блять, — опять какие-то вопли.       — Димочка, ты только никуда не уходи, я щас приеду, — и всем нам пизда от биолога. Счастье то какое.       — Ладно, жду.       Бывают же ужасные вечера? Вот это один из них. Он запомнится всем, как «Пьяный ужас». Хорошее название для какого-нибудь корабля пиратов-алкоголиков, но только не для обычных смертных.