Взаперти

— Даже не надейся уйти. Ты вещь и принадлежишь только мне. Чимин просыпается медленно, но сознание понимает всё быстрее, когда ощущения становятся слишком реальными для обычного сна. Руки закреплены над головой железными наручниками, на глазах повязка, а рот завязан тряпкой сквозь стиснутые зубы. Ещё сильнее охватывает страх, когда чувствует, что без одежды и только в нижнем белье. Паника забирает в свои цепкие пальцы, захватывает в темноту и не даёт разумно думать. Мозг подаёт сигнал просить о помощи, так как это единственный вариант, даже если рядом никого нет. Пак пытается кричать, хотя это больше похоже на мычания, бьёт руками об стену, но немного затихает, слыша чей-то шёпот. — Чимин, прошу, успокойся, — судя по звуку этот «кто-то» находится напротив. — Нельзя шуметь, они услышат. Пожалуйста. Это Юнги. Это определённо он. Значит Чимин не единственный, кто попал в эту ситуацию. Доля облегчения всё же есть, но как бы Пак не осознавал, внутри страх побеждает и единственное, что он может, так это плакать. Поджимает дрожащие ноги под себя, сжимает кулаки и даёт волю эмоциям, так как сдерживать себя просто не может. Думает о своей наивности, ведь так просто согласился куда-то поехать с незнакомым человеком. За любую ошибку надо платить и это, видимо, то, что предстоит ему сделать. — Чимин- Дверь резко открывается, впуская яркий свет внутрь маленькой комнатки без окон, яркого освещения и любой другой мебели. Есть только два матраца, на которых сидят практически голые парни. Мужчина с татуировкой на плече, довольно ухмыляясь, подходит к Чимину и садится на корточки, пробегая глазами по сжавшемуся телу. — Лисёнок разбушевался? — приподнимает голову за подбородок и вертит по сторонам. — Прекрасный. Не зря босс выбрал тебя для вип-комнаты. Стоит Паку это услышать, как слёзы накатывают второй волной. Они стекают по щекам, а противная шершавая рука проводит и вытирает. — Очень советую тебе его успокоить, — мужчина отходит от парня и подходит к Юнги, начиная снимать наручники. — Господин Ким придёт через десять минут, и если он продолжит вести себя так же, вам обоим дорога в канаву. Понял? Страх, гнев, ненависть – все чувства смешались в единое целое, стоило услышать последние слова. Да что за хрень здесь происходит? И почему их похитили определённо пятьдесят человек, если судить по той папке? И неужели теперь смерть заберёт в абсолютно любой момент... — Слышал меня, малыш? Веди себя хорошо или ждёт наказание, — с довольной улыбкой протягивает мужчина и выходит из комнаты, закрывая дверь. Тусклое освещение помогает видеть хоть немного, и Юнги медленно подползает к парню, который до сих пор рыдает и даже не планирует пытаться успокаиваться. Мин уже знает, что будет за непослушание и боится за друга, поэтому постарается помочь ему чем сможет. Он аккуратно кладёт руку на плечо, но тот резко дёргается и сильнее прижимается к стене, будто только в ней найдёт спасение и успокоение. — Пожалуйста, Чимин. Я знаю, это тяжело, но тебе надо прийти в себя. Я не хочу, чтобы они сделали тебе больно, — просит Мин, а сам дрожит не меньше. Он уже понял, что эти люди не шутят. Юнги никогда не умел успокаивать, просто потому что было некого. В институте всегда весело, тусовки, хорошее настроение после пар. Но эта ситуация практически сломала его самого. Нужно помочь хотя бы Чимину, даже если тот не считает его другом, сейчас взаимопомощь нужна как никогда раньше. — Я развяжу глаза, только пожалуйста, не пугайся и не кричи, хорошо? Чимин никак не реагирует. Он напуган, практически парализован. Все сны стали воплощаться в реальность, но тогда можно было проснуться на самых страшных моментах, а сейчас можно не проснуться вообще. Пак понимает, что истерикой ситуацию не спасти и всё же немного успокаивается. Юнги рядом, он не один, вместе они справятся. Он коротко кивает и поворачивает голову вслед за руками парня, которые придерживают его лицо. Мин задевает пальцами узел на затылке и снимает повязку с глаз, но всё идёт не так гладко как ожидалось. Стоит только увидеть у Юнги повязку на правом глазу пропитанную кровью, Чимин не может сдержаться. — Нет, нет! Чимин, — он затыкает ему рот руками, а сам молится, чтобы никто не слышал. Если придёт Тэхён, его ждёт то же самое. — Не кричи! За дверью слышатся медленные хлопки и только тогда, она с отвратительным до дрожи в коленях звуком, открывается, представляя вниманию Тэхёна с безумно счастливой улыбкой на лице. Всё тот же чёрный костюм, кольца с красным гранатом переливаются на пальцах, а волосы без единого намёка на беспорядок уложены назад. — Только посмотрите, — заходит внутрь, перешагивая через ржавый порог в проёме. — Разве мой помощник не сказал тебе заткнуть его? Мои приказы ты должен выполнять любым способом. — П-простите Господин, я- Звонкая пощёчина раздаётся по всей комнате с громким эхом. Юнги не поднимает глаз, чтобы опять смотреть в это отвратительно красивое лицо и сильнее зажимает парню рот, пока тот опять пытается закричать. — Выруби. Или хочешь, чтобы я сделал с ним то же самое? Хорошо, раз так- — Нет! — Юнги сжимает челюсть, а внутри хочется всё разорвать и уничтожить. Его вынуждают, заставляют, не дают право на выбор. — Чёрт! Мин чувствует себя отвратительно. Чимина можно понять, сейчас им владеет страх и просто остановить себя он не может. И как бы старший не хотел этого делать, единственный способ один. Он прижимает парня к стене и давит на шею, пока тот хрипит сквозь слёзы и начинает постепенно закрывать глаза. — Прошу, прости, я не хотел этого, — слеза из собственного глаза скатывается по щеке, а смотреть на страдания друга мучительнее для себя же. — Про это я и говорил, — любуется Ким картиной, покручивая кольцо на пальце. — Ты называл монстром меня, — приближается к его уху и смотрит на Чимина, который закатывает глаза, — а сам стал таким же. — Нет! Юнги убирает руки с шеи и падает на пол, начиная рыдать, пока слышит попытки друга отдышаться. — Я не такой... — шепчет в пол и всхлипывает, не поднимая голову с земли. — Действительно, — Тэхён хватает его за волосы и заставляет смотреть на красное лицо Чимина, который до сих пор не может прийти в себя. — Это же не ты только что чуть не задушил его. Смотри! Не ты?! — бьёт Мина по лицу, заставляя упасть на пол. — А теперь ты, — поворачивается к Чимину. — Из-за тебя, пострадает он. Товар, на который у меня появился спрос я не трогаю, поэтому наслаждайся зрелищем своих проделок. Я буду бить его, пока не заткнёшься. Только тогда ты поймёшь, что ослушаться меня стоит дорого. Тэхён бьёт Мина с размаху по рёбрам, а кончики его туфель настолько острые, что кажется проткнут парня насквозь. Каждый удар смешивается с болезненными стонами, а Чимин пытается подавить в себе каждый звук. Зажмуривается и дёргается при каждом ударе, но молчит. Наконец, выполняет то условие и не издаёт ни единого звука. — Отлично, — выдыхает Ким, зачёсывая слегка растрёпанные волосы назад и останавливает избиение, довольно ухмыляясь в сторону младшего. — Этот урок, надеюсь, ты усвоишь до конца. Поправляет воротник пиджака и покидает комнату, оставляя их в прежнем положении. Слёзы подступают вновь, но Чимину страшно повторить этот реалистичный кошмар настолько, что теперь даже не позволяет себе заплакать. Мин держится за рёбра, но кое-как подползает к трясущемуся парню. Он не злится, ведь в первый день вёл себя почти так же. Ту боль и страх, которые он испытал не пожелает никому. Не стоило дерзить Тэхёну. Глаз – это малость. Юнги доползает до Чимина и облокачивается об стену спиной, дыша так, будто пробежал марафон. Чимин не смотрит на него, он просто отвернулся и зажмурился. Сейчас думает, что парень его ненавидит. — Тут нет твоей вины, — Юнги развязывает повязку со рта и подсаживается ближе. Чимин всё равно молчит. — Прости меня. Пак поджимает губы в тонкую полосу и поворачивается, смотря прямо в сочувствующие глаза. Ему тоже страшно. Парень просто падает головой на чужую грудь и беззвучно продолжает плакать. — Тшш, всё будет хорошо. Мы выберемся отсюда, — Мин поглаживает по голове, а сам так хочет, чтобы собственные слова были правдой. — Кстати, тебе идёт рыжий. Чимин застывает и отстраняется, смотря заплаканными и непонимающими глазами. Только сейчас он способен заметить, что цвет волос парня тоже поменялся – теперь он блондин. Это не столь важно. Сейчас до дрожи страшно только от тех людей, которые за дверью и от их главного ублюдка – Ким Тэхёна.

***

Юнги не спал всю ночь. Он не мог позволить себе сомкнуть глаз, пока не будет уверен в их безопасности, — особенно Чимина. Тот спит уже долго, уютно устроившись на плече старшего. Руки в таком положении уже давно онемели, но просить снять наручники смелости нет. Каждая минута нахождения здесь кажется сущим кошмаром. Их просто забрали, лишили личной жизни и возможного будущего, отнеслись как к вещам, а всё ради чего? Конечно же денег. — Доброе утро, мои голубки, — Тэхён распахивает дверь в явно приподнятом настроении и сразу улыбается, стоит только увидеть как блондин прижимает Чимина к себе, словно наседка оберегающая своих цыплят. — Смотрю вы сблизились. Разбуди его. Юнги прожигает того взглядом, но послушно потряхивает за плечо, только вот Чимин не просыпается. Под пристальным взглядом толкает его сильнее, но Пак даже не шевелится. — Ты настолько бесполезен, что не можешь справиться с простой задачей? — Тэхён приближается к ним и присаживается на корточки, хватая Чимина за волосы и поднимая голову на себя. — Может мне от тебя избавиться? Юнги вздрагивает, но молча опускает голову. Чимин до сих пор не проснулся и в этом нет ничего хорошего. Невозможно спать настолько крепко. Хотя он не спал нормально почти неделю, но откуда Киму это знать. — Мда, видимо бессоница показала своё, — Ким смотрит на ничуть не изменившиеся лицо рыжего и достаёт из кармана ключик, отстёгивая наручники. Он берёт его на руки и начинает выносить из комнаты, напоследок приказав охраннику принести еды блондину. Неся Пака, Ким наслаждается тишиной, ведь ещё парочке парней пришлось преподать неплохой урок. Все двери в коридоре, а их около двадцати, были тише травы. Он любит подчинять и морально уничтожать. Но это пока действует эффект таблеток. Когда прекращается, он становится самым безжалостным садистом, и это многие люди могли бы подтвердить, если бы были сейчас в живых. За Чимином следить было тяжело до невозможности. Не потому что его маршрут, график, да и повседневные дни были сами по себе сложными, нет. Всё из-за выдержки и долгих ожиданий. Сделать это можно было в любой момент, но Тэхён решил отнестись именно к его похищению ответственней. Захотел поиграть. Увидеть его реакцию на своё имя в списке пропавших. Хотел видеть его страх каждый чёртов день. Это так возбуждало, будоражило кровь, что следовать, когда он так рядом, практически на расстоянии руки, было невыносимо сложно. И как же он гордится тем, что практически смог сломать его. Бессоница и паранойя – первый этап. Дальше будет лучше. Его тело, милое личико, такие желанные пухлые губы и чертовски сексуальная задница, на которую он пялился чуть ли не каждый раз, когда следил. А делал он это почти всегда и везде. Впервые увидел в магазине, когда тот присматривал себе новые рубашки. Удалось заглянуть в раздевалку и увидеть тело, так в голове сразу возникла мысль, что этот паренёк будет только для вип гостей. Обычные ублюдки не посмеют прикоснуться к этому телу, а смотреть, тем более. Чимин – самый эксклюзивный наркотик в этом месте, и Тэхён хочет опробовать его первым. Он заходит в свою огромную и тёмную комнату, в которой не хуже, чем в любом президентском номере. Но пока Чимин без сознания, то бесполезен. Надо, чтобы он кричал, пытался вырваться, умолял. Только представляя это, Тэхён уже закусил губу, чувствуя приближающееся наслаждение. А самая любимая часть – унижать девственников, пуская грязные словечки и вперемешку с тем, заставлять смотреть как их трахает сам Ким Тэхён. Чёрт. Чимину стоит побыстрее прийти в себя, ведь теснота в штанах заставляет не на шутку разозлиться. Тэхён смотрит на лежащего парня и садится на край кровати, проводя рукой по слегка суховатым волосам. Его недавно покрасили просто потому, что Тэхёну захотелось. Да и нравится называть его лисёнком, с такими хитрыми красивыми глазками. Ладонью проводит по телу и спускается к низу живота, подцепляя резинку боксёров. Слегка ухмыляется, когда замечает как Чимин сглатывает. — Актёр из тебя плохой, — поднимается рукой к шее и залезает, усаживаясь сверху. Но Чимин до сих пор не открывает глаза. — Можешь не притворяться, это не спасёт. — П-прошу... не н-надо, — шепчет Пак не открывая глаз, а по щекам уже текут слёзы. Тэхён наклоняется к лицу настолько близко, что горячее дыхание попадает прямо на губы. — Лисёнок, открой глазки, — говорит настолько притворно по-доброму, что если бы Чимин не знал кто этот человек, поверил. Ким стирает пальцами слезы и ждёт пока выполнят его, пока что, просьбу, потому что будь это приказ, парню бы не поздоровилось. Он всё ещё ждёт, терпение начинает заканчиваться. На Чимина уже положил глаз один старый извращенец и занёс круглую сумму, чтобы повеселиться с ним как следует, но первый раз Ким хочет забрать у него сам. Жирно тому будет. — Чимин-и, я считаю до трёх, иначе будет очень плохо, — всё так же не отодвигается и рассматривает каждую черту лица. — Один, — тянет и хитро улыбается, а руку запускает в рыжие волосы. — Два, — сжимает в кулак, что Пак морщится от боли на голове. — Три- Наручные часы начинают противно пиликать, и Ким ослабевает хватку, почему-то пуская смешок. Просто Чимину очень повезло. Пока что. Счёт подошёл к концу, а указанное он не выполнил. Тэхён очень любит наказывать, это просто рай для садиста. Именно поэтому, практический счастливый, он быстро слезает с парня, который начинает часто дышать, пытаясь привести дыхание в норму и успокоиться. Тэхён берёт со стола таблетки и закидывает сразу три, запивая стоящим на тумбочке открытым коньяком. Так не терпится приступить к самому главному. Поворачивается, расплываясь в довольной улыбке, но она спадает, когда не замечает парня на кровати. — Хитрый лисёнок хочет поиграть в прятки? — дверь он запирал, поэтому сейчас Чимин делает себе только хуже. Но это возбуждает ещё сильнее. Здесь прятаться негде. — Хорошо, если найду, ты об этом пожалеешь. Ким подходит к кровати и ложится на пол, чтобы посмотреть под ней, ведь это единственное место, которое может скрыть, но не спасти точно. Только он замечает парня, как его нога ударяет в нос с такой силой, что Ким падает на пол. — Мелкая сучка, ты меня вывел! Тэхён быстро поднимается и хватает его за ногу, вытягивая из-под кровати. Тот брыкается и старается ударить всем, чем только можно, но когда Ким оказывается прямо перед ним, то очередная истерика берёт вверх. Чимин опять заливается слезами, его хватают за шею и поднимают на ноги. Куда Тэхён ведёт не знает, но точно ни к чему хорошему. А он грубо толкает к висящему на стене во весь рост зеркалу и прижимает к нему грудью, пока обхватывает руки сзади своей, а пальцы второй суёт в рот, держа голову так, чтобы Пак смотрел на себя. — Смотри! — глубже заталкивает в глотку и прижимает его щекой к стеклу. — Ты теперь ёбанная шлюха и будешь слушать только меня, всё ясно? Слёзы текут безостановочно, а вместе с ними теперь и слюни, размазывающееся по стеклу. Чимин быстро кивает, сейчас ему главное, чтобы всё это быстрее закончилось. Но он не знает, что это было только начало. — Я рад, что ты понял, — вынимает пальцы, и пока Пак откашливается, резким движением спускает трусы. — Но наказание это не отменяет. Подставляет смоченные пальцы к сжавшиеся дырочке и проникает внутрь сначала одним под громкий вскрик, который так ласкает уши. Как же он такое любит. Немедля вводит второй, и они до чёртиков длинные, чтобы уже нащупать простату. Чимин кричит от каждого толчка, чуть не теряя голос. В зеркало смотреть противно, поэтому закрывает глаза, а руками пошевелить не может, так как крепкие мужские держат сзади чуть ли не до синяков. — Х-хватит! Умоляю! Чимин чуть ли не срывает голос, но попытки остановить делают только хуже для него. Просто он не знает, что Тэхён от этого будет делать в два раза больнее. Он быстро начинает трахать и растягивать его пальцами около десяти минут, пока собственный член от такой картины ноет в ожидании быстрее проникнуть в эту шикарную задницу. Ким резко нагибает его раком, отпускает руки и хватает за волосы, заставляя смотреть на себя. Настолько отвратительный вид Чимин ещё не видел. Он упирается руками во вспотевшее зеркало и пытается подняться, но Ким вынимает пальцы и давит на спину, заставляя держать прежнее положение. — Стой как надо, сучка, — рычит, а сам звонко шлёпает по ягодице, оставляя там красный след большой ладони под болезненный вскрик. Продолжая держать его за волосы, начинает расстёгивать ремень брюк, и только этот звук уже готов просто остановить сердце парня. Он начинает мотать головой в стороны и продолжать просить, даже умолять остановиться, но Ким уже спускает боксёры, предварительно положив телефон рядом на тумбу и не слушает пустые слова. — Заткнись, — резко дёргает за волосы и задирает его голову, а руку переносит на шею начиная сжимать. — Или ты хочешь, чтобы я заставил тебя мне отсосать? Глаза у него похотливые, как у демона, что даже в отражении страшно смотреть. От слёз уже всё равно всё размыто, поэтому Чимин не закрывает глаза. Это не поможет. Тэхён подносит головку к анусу, но вводит медленно и даже аккуратно, что совсем не похоже на него. Просто знает, что с девственником если переборщить, потом будет плохо, а этот уже продан на час и портить нельзя. Заходит на половину и тогда вводит полностью до основания, а то как болезненно кричит Пак, для него самая лучшая эйфория из всех. Начинает медленно двигаться внутри, но с каждым ударом яиц о ягодицы, наращивает темп. Слышны уже не крики, слёзы или мольбы, а просто болезненные хрипы, так как голос давно пропал. Горло горит, а всё тело трясётся, готовое свалиться прямо сейчас. Тэхён кладёт руки на его бёдра и насаживает глубже, пока не слышит что-то похожее на стон и вовсе не болезненный. — Нашёл, — ухмыляется и начинает ускоряться, чтобы попадать членом точно по этой точке. Зеркало уже настолько запотело, что не видно даже силуэтов. Чимин дышит слишком часто, а ноги уже и не держат. Он начинает сползать, оставляя потные от ладоней следы, но Ким подхватывает его под грудь и удерживает, продолжая вытрахивать всю душу. Это то, что он хотел сделать с ним с самого начала. Телефон на тумбе начинает светиться и проигрывать мелодию, что заставляет Тэхёна матернуться. Он бы сбросил даже не думая, но когда видит имя на дисплее, сразу берёт телефон и затыкает парню рот ладонью, продолжая вбиваться. — Добрый день, Господин Ким, — хриплый голос по ту сторону трубки так выбешивает, но этот человек заплатил хорошие деньги, поэтому Ким терпит. — Надеюсь мой лисёнок готов к нашим играм? Я приеду через три часа. — О, — Тэхён с ухмылкой смотрит на Чимина: потные волосы, красное лицо, полуприкрытые глаза и дрожащие колени. Боже, этот вид он хочет сделать картиной и повесить на стену. — Он определённо готов к встрече с Вами, Господин Хантер. — Отлично. За тело девственника я заплатил большие деньги. Постарайтесь, чтобы он им и остался. — Обязательно, — смотрит на Чимина и делает резкий толчок, заставляя того промычать. — Такое тело только для Вас. Ким сразу сбрасывает трубку и кидает телефон на тумбу, перенося руки ему на плечи и, делая последний толчок, с глубоким стоном кончает внутрь. Чимин сразу падает на пол и теряет сознание. Сегодня он испытал слишком много страха, боли и унижений. С этого дня, его жизнь превратилась в реальный кошмар. Тэхён застегнул ремень, натянул тому бельё обратно и подхватив на руки, понёс назад в комнату. Больше всего хочется посмотреть на реакцию Юнги, который за своего друга точно что-нибудь выбросит, и это послужит причиной сделать ему очередную боль. В комнате, как обычно, темно и тихо. Юнги сидит на своём матраце и смотрит в пол, но когда дверь открывается, то вскакивает и становится посередине комнаты, боясь узнать, что сейчас предстоит увидеть. Как заносят Чимина, он сразу смотрит на глаз. Слава Богу на месте. Но лучше бы Чимин лишился глаза, чем прошёл через этот ужасный кошмар. Тэхён кладёт его на матрац и, окидывая гневного Юнги взглядом, ухмыляется, засовывая руки в карманы слегка помятых брюк. — У тебя три часа, чтобы привести его в порядок, — кидает на последок и выходит. Юнги сразу бросается к Чимину и начинает осматривать на наличие ран, но когда замечает синяки на бёдрах, красное и потное лицо, то сразу всё понимает. — Блядский псих, — шокировано выдыхает Мин и прикладывает руку ко лбу младшего. Он горячий. Юнги даже не хочет думать, что с ним там делали, но понимает, что настрадался он больше, чем сам блондин. Он даже не может представить через что им ещё придётся пройти. Страх пожирает настолько, что мысли о суициде начали появляться сами почти всегда. Но умирать Юнги не хочет. Он хочет жить как раньше. Гулять с друзьями, ходить в кино, ужинать с родителями, сидеть на долбанных скучных парах и писать лекции, но не ощущать постоянный страх и боязнь за каждую секунду своей и чиминовой жизни. Он берет его за небольшую ладонь и сжимает в своих руках, не отрывая обеспокоенного взгляда с лица. Такого обращения не заслужил никто, а Чимин тем более. За месяц обучения с ним, Мин понял, что жизнь у него не сахар. Что родители, что нормальный дом, что друзья. Всего этого нет. Именно поэтому он старался стать его другом, чтобы поддерживать, помогать и просто проводить время вместе. Юнги был так рад небольшому прогрессу, когда Чимин начал разговаривать с ним, садиться в столовой и даже иногда смеяться над шутками. Мин правда думал, что поможет наладить ему жизнь, но сделал только хуже. Как точно Чимина похитили он не знает, но почему-то уверен, что это связано с ним самим. — Хватит, — Чимин шепчет во сне и вертит головой по сторонам. — Пожалуйста, не надо. А Юнги в сердце ощущает такое неспокойствие и страх, что застывает на месте и просто смотрит на кошмар младшего. — Отпусти меня! Чимин резко вскакивает с криком и вырывает руку у старшего. Он прижимается к стене и начинает рыдать, даже забывая о том, что шуметь здесь нельзя. Юнги сразу обнимает его, но Пак отталкивает и сжимается как маленький ёжик в комочек, обнимая руками колени и плача уже туда. — Чимин, он- — Оставь меня в покое! — опять кричит младший и продолжает плакать. Всё чертовски болит, а внутри ещё сильнее. Перед глазами те ужасные моменты: собственное лицо, которое может только смотреть на эти унижения и осквернения тела. Это настолько отвратительно, что парню становится противно от самого себя. Юнги решает не лезть и садится обратно на своё место. Так больно смотреть как Чимин страдает. Больно осознавать, что помочь он не может ничем. Остаётся только сидеть и смотреть, потому что попытки сделать хоть что-то в этой ситуации бесполезны.

Два часа спустя

Чимин так и просидел в одной позе всё это время. Он даже не двинулся, будто совсем неживой, а просто кукла без эмоций. Даже плакать уже не может, видимо, настал момент, когда слёзы закончились. Юнги снова пытался к нему подползти, но как только двигался с места, Чимин сжимался ещё сильнее. Описать ту боль через которую он прошёл не может, но понимает, что теперь, даже если они сбегут, Пак уже не будет прежним. Сердце застывает, когда эта чёртова дверь раскрывается. Юнги уже сжал кулаки и готовился посмотреть в эту грёбаную рожу, которую так мечтает уничтожить, но там обычный охранник. Он подходит к Чимину, который забивается в угол, и ставит поднос с едой, сразу покидая комнату. — Чимин, тебе надо поесть, — прерывает десятиминутную тишину Мин. — Пожалуйста. — Почему? — Пак поднимает голову и смотрит на него красными глазами. — Почему ты заботишься обо мне, как о ребёнке? Я просто хочу побыть один, пожалуйста, можешь в это не лезть? — Потому что ты мой друг, Чимин! — Юнги уже не боится, поэтому повышает голос и встаёт с пола. — Ты думаешь мне всё равно на то, что с тобой произошло? Считаешь, я не думал о том как тебе помочь? Поддержать? Я делаю это не потому что он сказал мне следить за тобой, а потому что ты мне важен! Чимин сразу замолкает и отворачивает голову, потому что опять винит себя. Юнги ведь ничего плохого не сделал и правда пытается помочь, тогда почему он его боится? Хотя боится сейчас он абсолютно всех. Ненавидит себя, эту ситуацию, ёбанного психопата и эту надоедливую комнату. Правда страшно думать, что спасти их никто не сможет, и это будет повторяться изо дня в день. — Я не причиню тебе вред, Чимин. Я правда хочу помочь, прошу, поверь мне, — просит Мин и медленными шагами начинает к нему подходить. В этот раз Пак не дёргается, а кивает рядом и берёт палочки, начиная подносить кусочек мяса к губам. Руки настолько сильно трясутся, что засунуть еду в рот получается только с третьего раза. Мясо правда вкусное, но тошнит настолько, что проглотить даётся с трудом. Когда подносит второй кусок, быстро кладёт всё в тарелку и, зажимая рот, отворачивается к стене. Вспоминает как Тэхён совал свои противные пальцы в глотку и хочется вывернуть всё наружу прямо сейчас. — Тебе плохо? — беспокоится Юнги и кладёт руку ему на плечо. Теперь Чимин не отталкивает, а наоборот успокаивается, подавляя тошноту и, отрицательно кивая, вновь берёт палочки. Юнги тут же их забирает и подносит еду к его губам сам. Он видел как Чимину тяжело даётся есть из-за трясущихся рук, поэтому решает помочь. — Позволь помочь, — Мин улыбается, когда рыжий принимает еду и благодарно кивает. За дверью они слышат много голосов и звуки открывающихся дверей. Юнги кладёт еще один кусочек парню в рот и, положив палочки, медленно поднимается и подходит к двери, прислоняя ухо и начиная слушать. — Господи, в жизни он ещё красивее. Определённо стоит тех денег. — Ваша комната наверху, приятного отдыха. Голоса затихают и удаляющиеся шаги тоже. Юнги осознаёт куда они попали и медленно поворачивает голову к сидящему Чимину. Он правда думал, что их держат здесь для продажи родителям или на органы, даже подумывал что какими-нибудь стриптизёрами, но чтобы в сексуальное рабство и что они тут не одни, даже не имел понятия. — Что там? — спрашивает Пак, кое-как доедая последний кусок. — Мы... Они... — Юнги заминается и чешет затылок, не зная как всё объяснить парню. — Они продадут нас на время, как шлюх, — прямо говорит Чимин и облокачивается на стену, прикрывая глаза. — И меня уже купили. Он придёт сегодня. Юнги застывает, округляя глаза и даже не знает, что ответить. Столько эмоций смешивается разом, а он не может ухватиться ни за одну из них. Только больше всех выделяется гнев. Продали. Продают вещи. Они – вещи. Представить страшно кому и что будут делать с бедным парнем. Он, итак, натерпелся пару часов назад и неужели придётся терпеть снова? Нет. Юнги не позволит. Голоса опять возвращаются и в этот раз слышны намного лучше, так как их обладатели остановились возле двери. — Рыжик, к тебе гости, — сразу ухмыляется Тэхён, как только дверь открывается. Юнги мигом подбегает к прилипшему к стене парню и закрывает собой, как ограда, не позволяя вошедшему Киму нормально того рассмотреть. — Возьмите меня! — Юнги повышает голос и не отступает ни на шаг, даже когда стоит практически впритык к Киму. — Он настрадался, возьми меня, — твёрдо говорит, смотря прямо в ненавистные глаза. — Ты хочешь поставить мне условие? — Тэхён грубо хватает его за подбородок и приближается к лицу. — Готов ради него отдаться троим мужикам? Быть с ними послушным? Сосать и принимать в себя три члена, чтобы просто отсрочить ему день? На него огромный спрос и терять такой мешок с баблом я не намерен. Любой бы подумал, что это слишком или же обычный блеф, но точно не Юнги. Может, он уже сошёл с ума раз думает, что способен на такое, но соглашается. — Да, я готов. — Юнги, нет! — Чимин появляется за его спиной и хватает за руку. — Не надо, я смогу- — Лисёнок, когда старшие решают важные дела, ты должен закрыть рот и не лезть, — Тэхён отпускает блондина и заводит руки за спину, по-странному посмеиваясь. — Интересно, чем ты думал когда соглашался на подобное, — разворачивается и поворачивая голову, продолжает. — Хорошо, я устрою ему перерыв. У тебя десять минут на моральную и, — хмыкает, — физическую, если это поможет, подготовку. Дверь захлопывается, и Чимин сразу набрасывается на старшего, прижимаясь в объятиях и получая поглаживания по спине. — Ты дурак! Зачем, зачем?! — Чимин бьёт его кулаком по груди, а сам опять чувствует слёзы на глазах. — Они тебя разорвут! Ты совсем с ума- — Минни, — ласково говорит старший и перехватывает его руки, чтобы остановить удары. — Я постараюсь справиться. Мне нужно выиграть время, я вытащу тебя нас отсюда. Чимин лишь всхлипывает и кладёт голову ему на плечо, крепко обнимая. Настолько, насколько хватает сил. Парень не понимает почему блондин это делает: рискует собственной жизнью ради него – чёртового эгоиста, который за всё время общения даже не считал его другом. Не слушал и ни разу не благодарил за помощь с домашками и лекциями. Сейчас это звучит как прошлая жизнь. Будто это было настолько давно, и они здесь уже вечность. Но для кошмара хватит и одного дня, чтобы запутаться во времени. Они отстраняются когда дверь отворяется, и охранник с автоматом останавливается в проёме. Он наводит прицел на Мина, но хватает за локоть Чимина. — Эй! Какого хрена! — кричит Юнги, когда парня ведут к выходу. — Он меня взял, придурок! Меня! Юнги срывается с места, но мужчина бьёт его прикладом в живот, и тот падает на колени, начиная откашливаться. Поднимает голову и видит как Чимин пытается подойти к нему, но его грубо прижимают к стене и давят оружием на шею, пока тот не начинает задыхаться и хрипеть. Собирая все силы, Юнги поднимается и, хватая охранника за плечо, ударяет в челюсть, пока Чимин падает, пытаясь откашляться. И сейчас блондин пожалел, что пустил в ход кулаки. Это может очень плохо обернуться в будущем. Разгневанный охранник со всей силы бьёт его прикладом по голове, и Юнги падает на пол, смотря раздвоенным зрением на то, как Чимина за волосы уводят из комнаты. — Блефовал, уёбок, — последнее, что говорит Мин перед тем как провалиться в тьму.