Behind Blue Eyes

      Уже наступило позднее утро, когда студенты вышли из тайной комнаты. Взявшись за руки, они спустились в Большой зал, надеясь, что там еще хоть что-то осталось от завтрака. Несколько студентов приветливо улыбались им, когда проходили мимо. Поскольку уже наступила суббота, сегодня не было никаких лекций и других занятий, поэтому Чжун Ли предложил младшему прогуляться после завтрака.              Но как только они вошли в Большой зал, Чайльд глубоко вздохнул — его радостное настроение испарилось в мгновение ока. Он заметил Скарамуччу за слизеринским столом. И как только тот заметил рыжеволосого, тут же вскочил на ноги и бросился к нему. Инстинктивно защищая, Тарталья завел Когтевранца немного за спину, заметив, что Скара (не)много не в своем уме.              — Чайльд! — прошипел он, как только добрался до них. Выражение его лица было полно ненависти и ярости, поэтому к горлу Аякса подступил ком. — Ты пойдешь со мной. Сейчас же.              — Никуда я с тобой не пойду, — резко возразил он и вытянул шею.              — У тебя нет выбора, — предостерегающе проворчал шляпник.              Чайльд все же решил проигнорировать его требование и приготовился отойти, но Скара схватил его за воротник и притянул так близко, что их носы почти соприкоснулись. Но Тарталью это лишь позабавило: бывший друг был намного ниже, поэтому в этом совсем не было ни капли угрозы.              — Я больше не буду повторяться, Чайльд. Она уже ждет тебя.              Ком в горле стал еще больше. Рыжеволосый совсем не ожидал, что она так быстро устроит встречу.              — Он сказал «нет», — вмешался Чжун Ли, на что Скарамучча испепеляюще взглянул на него.              — Это не твое дело, любитель долбиться в задницу!              — Даже не смей оскорблять его! — прошипел Аякс и стиснул зубы. — Это касается только нас.              Поскольку Чайльд прекрасно понимал, что другого выхода не существовало, кроме как встречи с Царицей, он кивнул Чжун Ли, давая знать, что скоро вернется. Сначала старший ни в какую не хотел отпускать его, но Слизеринец пообещал, что с ним все будет хорошо, после чего последовал за Скарой на первый этаж.              — Никогда не думал, что ты настолько неудачник, Чайльд, — пытался хоть как-то задеть младшего Скара. — Ты гей? Только без шуток! Я ожидал от тебя чего-то получше. И, что самое главное, ты вместе с этим чертовым Чжун Ли!              Хоть Тарталье и хотелось сильно ударить шляпника, он лишь промолчал, сжимая кулаки в карманах. Аяксу было нечего сказать. Это его жизнь и его решения, Скарамучча не имеет права вмешиваться и сомневаться.              — Что на тебя нашло? Забудь о нашей дружбе, Чайльд, я больше не хочу тебя знать.              — А я тебя, Скара! — сердито закричал рыжеволосый. — Мне действительно нравилось чувствовать себя твоим другом, но в последнее время ты обращался со мной как с дерьмом, командовал мной и угрожал мне. Я не думаю, что это можно считать дружбой, — Снежнович удивился, увидев на лице старшего едва заметные нотки раскаяния.              — У меня не было выбора! Ты не сделал того, что я хотел.              — Если бы ты сказал мне сразу, что это поручение тебе дала Царица…              — Тогда ты бы точно не согласился на это! — перебил Мучча. — Я всего лишь хотел, чтобы ты узнал хоть что-то о Чжун Ли. И что из этого вышло? Ты влюбился в него! Это совсем не то, чего я ожидал.              — Не всегда все идет так, как ты планируешь, — возразил Чайльд, стиснув зубы и закончив их разговор. — Почему мы стоим перед кабинетом директора? Я думал, мы встретимся с Царицей, — раздраженно спросил Слизеринец, поднимая брови.              — Так и есть, — ответил Скара.              Шляпник сообщил горгулье пароль, после чего она позволила взойти на волшебную лестницу. Как только они прибыли в кабинет и Тарталья увидел, кто их уже ждал, все его тело напряглось. Царица и Фэн Моракс стояли рядом со столом и смотрели в сторону студентов, наблюдая, как они приближаются. Это означало лишь одно — неприятности. Большие неприятности.              — Чайльд, — поприветствовала Царица радостно, но все же спокойным голосом, останавливая на нем свой пронзительный взгляд. — Рада видеть тебя снова. Мы давно не разговаривали.              — Ваше Королевское Высочество, — поприветствовал Снежнович ее, все еще про себя усмехаясь титулу, по которому она хотела, чтобы к ней обращались. Когда он впервые услышал это несколько лет назад, то чуть не рассмеялся. — Вы хотели видеть меня, — она кивнула и указала сесть перед столом.              — Сказитель сказал мне, что ты не выполнил мой последний приказ, — медленно произнесла женщина. Сказитель — титул Скарамуччи как Предвестника. — Ты как-нибудь можешь это оправдать, Чайльд?              — Сказитель не сказал мне, что это Ваше поручение, — медленно скрестил руки перед грудью Аякс и заметил, что глаза Царицы слегка сузились, будто она не одобряла этот жест. — Я лишь подумал, что он просит меня об одолжении.              — Это правда? — обратилась она уже к Скаре, на что он кивнул.              — Да, Ваше Королевское Высочество, — на его лице не было и следа страха или беспокойства. — Я предполагал, что станет проще, если Чайльд будет думать, что это просто проверка нашей дружбы. Обычно он не отказывает мне в помощи.              — И что же пошло не так в этот раз? — ее взгляд снова остановился на рыжеволосом, поэтому он понял, что соврать будет просто невозможно, тем более здесь присутствовал Фэн Моракс, который прекрасно знал об их отношениях с Чжун Ли. Чайльд до сих пор не понимал, что здесь делает их директор. И что еще его беспокоило, так это то, что Царицу совершенно устраивало то, что Скара изменил ее поручение в нечто, чего она не требовала. Шляпник определенно был одним из ее любимых Фатуев.              — Я нашел нечто более ценное, чем обычные сведения, — решительно ответил Тарталья, но Царица не была в восторге от этого ответа.              — И что же? — либо Ее Величество еще не знала об отношениях Аякса и Чжун Ли, либо просто притворялась, что ничего не знает.              — Любовь, — просто ответил Слизеринец. Царица начала заливисто смеяться.              — Чайльд, дорогуша, ты же не думаешь, что то, что ты сейчас чувствуешь, и есть любовь? Ты просто почувствовал что-то новое для тебя, еще не понятое. Половое созревание действительно сложно, но ты не можешь позволить чему-либо или кому-либо помешать твоим целям, тому, к чему ты стремишься. Ты ведь понимаешь это?              С каждым словом, которое Царица произносила, в Тарталье все больше рос гнев. Но, несмотря на это, он пытался подавить его всеми силами, чтобы не усложнять ситуацию еще больше, чем она уже была.              — Я нашел то, что искал, — как можно спокойнее возразил Аякс.              Царица очень неодобрительно вздохнула, медленно подходя к студентам, и посмотрела на младшего сверху вниз. В ее глазах читалось чистое недовольство.              — В твоей семье сейчас все отлично, но останется ли это так? Я не могу гарантировать их безопасность, если ты не будешь следовать моим приказам, — вместо того чтобы возразить или защититься, Слизеринец посмотрел на Фэна Моракса.              — Могу я спросить, что он делает здесь с нами? Он не член Фатуи, и это вообще никак его не касается.              — Мистер Моракс сегодня наш гость, он может послушать весь наш разговор, — объяснила она. Фэн не выглядел возмущенным, но в комнате внезапно возникло накаляющее напряжение. Что здесь произошло?              — Чайльд, — Царица снова сосредоточилась на нем. — Обещаешь ли ты мне с этого момента без колебаний выполнять все мои приказы? В противном случае я больше не могу гарантировать безопасность твоей семьи.              Пока она все это говорила, все внимание Снежновича было приковано к отцу Чжун Ли, поэтому он заметил, как мышцы лица директора подергивались, но лишь слегка. Здесь точно что-то произошло, да и предчувствие, что присутствие Фэна здесь сегодня было чем-то большим, чем Царица обозначила. Но так как она спросила Чайльда о чем-то, то он повернулся к ней и на мгновение задумался над своим ответом.              Хоть Тарталья и хотел бунтовать, хотел вырваться из ловушки, в которую его завела Царица, он прекрасно понимал, что не может. У него нет и возможности победить Царицу в одиночку, а Скарамучча определенно не помог бы своему уже бывшему другу. Но как только Слизеринец открыл рот, чтобы дать ответ, кто-то ворвался в комнату, из-за чего все обернулись. Пальцы Аякса вцепились в подлокотник, когда его взгляд и взгляд вошедшего встретились.              — Отец! — крикнул Чжун Ли, переводя дыхание. Он запыхался, как будто пытаясь пробежать весь путь за максимально короткое время. Все смотрели сейчас на него, поэтому Чайльд мог почувствовать страх и стеснение Когтевранца, ведь он находился в центре внимания.              — Чего тебе? Разве ты не видишь, что прерываешь собрание? — выплюнул это Фэн Моракс, и на мгновение Чжун Ли пожалел, что пришел, но затем расправил плечи и направился к взрослым. Царица только с интересом наблюдала, что он сейчас собирается делать, будто думала о том, как превратить внезапное присутствие Чжун Ли в выгоду для себя.              Сердце Тартальи забилось быстрее с присутствием Чжун Ли, но не по привычным для него причинам: он боялся, что сейчас произойдет что-то очень и очень плохое, что Моракс может пострадать. Тем не менее, Аякс молчал, чтобы не ухудшить ситуацию.              — Отец, — Чжун Ли остановился перед столом всего в трех шагах от Снежновича. — Я все знаю.              Сначала Фэн, казалось, не понял, о чем говорит его сын, но затем его глаза расширились, и он выглядел так, будто был в шоке.              — Нет! Этого не может быть! — прохрипел он и схватился за стол, чтобы не потерять равновесие.              — Я также знаю, почему она здесь, — добавил Чжун Ли и взглянул на Царицу, а затем снова повернулся к отцу. — Перестань скрывать от меня то, что касается и меня, и позволь мне помочь тебе.              — Ты не поймешь, — прошептал Фэн все еще дрожащим голосом.              — Моракс, — сказала Царица с акцентом. — Ваш сын — умный мальчик. Я уверена, что он уже понял, что ты сделал.              — Действительно, — согласился Чжун Ли и скрестил руки на груди. — И именно поэтому я хочу договориться с Вами, Царица.              — И о чем же? — удивленно спросила она.              — Если Вы позволите моему отцу оставить предмет, который Вам нужен, я обещаю пойти на службу.              — Чжун Ли, нет! — вмешался Фэн, — ты не понимаешь, о чем говоришь!              Быстрым движением руки Царица заставила Фэна замолчать. Затем она снова перевела взгляд на Чжун Ли. Сердце Чайльда бешено колотилось, он все еще пытался понять, что здесь происходит.              — Что я получу от того, что ты будешь среди Фатуи? — прежде чем Чжун Ли успел ответить, Тарталья вскочил на ноги, и все взгляды остановились на нем. Но он не мог оставаться на месте и больше ничего не делать.              — Чжун Ли, не делай этого. Ты же знаешь, что произойдет, если ты присоединишься к Фатуи, — вместо сопротивления он шагнул ко мне и взял меня за руку.              — Теперь, когда я знаю тебя, я понимаю, что чувствует мой отец. — Он посмотрел на Фэна с улыбкой, из-за чего Аякс был сбит с толку. — Потеря самого важного человека в своей жизни — это то, через что никто никогда не должен проходить.              — Действительно, — согласилась Царица, но голос ее звучал холодно, словно лед. — Так чем же ты меня можешь заинтересовать, Чжун Ли?              — Я много знаю о древних драгоценных камнях, камнях, рунах и артефактах. Я превосходный волшебник и я верен. Я сделаю все, о чем Вы пожелаете.              — Нет, — голос Аякса был громким и решительным. — Чжун Ли, я не могу позволить тебе сделать это. Никогда.              Царица положила руку Снежновичу на плечо, но не для того, чтобы утешить. Ее хватка была крепкой, поэтому он почувствовал, как ее пальцы вцепились в его кожу.              — Не вмешивайся в этот разговор, Чайльд. Я не буду повторяться.              — Ваше Королевское Высочество, — внезапно вмешался в дискуссию Скарамучча. — Может быть, Вам лучше поговорить с Чайльдом в другой день? Кажется, сегодня он не в лучшем состоянии.              Мгновение Царица смотрела на шляпника так, будто хотела его убить. Но потом на ее лице появилась улыбка, и она отпустила рыжеволосого.              — Я вернусь через две недели, чтобы обсудить твое поведение, — сказала она Тарталье. — Сказитель, позаботься о Чайльде до тех пор, пока я не вернусь, — нетерпеливо Скара кивнул, затем грубо схватил младшего за руку и вытащил из кабинета.              — Чжун Ли! Не делай этого! Умоляю! — были последние слова, которые Аякс произнес перед тем, как за нами закрылась дверь.                            — Ты что только что вытворял, а?! — прошипел Скарамучча, как только они подошли к пустому классу в нескольких коридорах от кабинета директора. Его глаза яростно сверкали, когда он ходил взад-вперед перед Тартальей. Знание того, что Чжун Ли все еще был там с Царицей, разозлило Снежновича и одновременно расстроило. Он ничего не мог сделать прямо сейчас. Он просто надеялся, что Когтевранец не уступит Царице и не совершит большую ошибку.              — Чайльд! Ответьте мне!              — Оставь меня, — медленно поднял голову рыжеволосый, но не осмелился взглянуть на Скару.              — Нет, Чайльд, не оставлю. Пожалуйста, скажи мне, что происходит.              — О чем ты вообще говоришь? — раздраженно фыркнул Аякс. — Ничего же не происходит! Всего лишь то, что мой парень находится в одной комнате с самой жестокой женщиной на Земле. Как я могу не волноваться?              Это было впервые за очень долгое время, когда Чайльд смог рассказать Скаре, что он на самом деле чувствует, и, в некотором смысле, ему стало легче.              — Твоя семья в беде, когда ты не делаешь то, что хочет Царица, — медленно ответил шляпник, и Аякс был приятно удивлен, услышав беспокойство в голосе старшего.              — Неважно, что я делаю! — закричал Снежнович и ударил кулаком по столу. — Либо я защищу свою семью и позволю Чжун Ли пострадать, либо я подвергну свою семью опасности и позабочусь о том, чтобы с Чжун Ли все было хорошо. Другого варианта просто нет, но я не хочу выбирать ни то, ни другое, — эмоции снова захлестнули младшего. Не зная, что делать, он отчаянно застонал и закрыл лицо руками. — Оставь меня в покое, — пробормотал он сквозь пальцы.              Через несколько мгновений в комнате раздались шаги Скарамуччи, и Тарталья был искренне рад, что старший сделал то, о чем его попросили, не препираясь. Немного успокоившись, Чайльд решил вернуться в Выручай Комнату. Ему хотелось побыть одному и подумать, что ему делать, хотя он и не был уверен, что вообще сможет придумать решение этой неразберихи.