"Плохой" мальчик, "хорошая" девочка

      Почти сразу же по возвращении у меня случился серьезный разговор с новоприбывшей «вождессой». Пока нас в зарослях рвали Порченые, эта особа застроила Боевые Топоры в неком подобии военного парада и проверяла готовность вверенных сил. А теперь явилась узнать, почему часть «личного состава» проёбывается непонятно где, что я за фрукт такой и вообще какого хрена рядом с посёлком идёт пальба и молнии хлещут? Разумеется, она была обо мне в курсе — белобрысую эльфийскую голову не утаить посреди чернявых орков.       Не прошло и четверти часа, как к дому шаманки собственной персоной прибыла «вр.и.о. Вождя» — Олкита из Чёрной Руки. Встретил её сущий бедлам: Кайгаса неприятно по-бабьи кудахтала вокруг Евы, Майша метала громы и молнии, на месте отчитывая Тоуку за то, что повела беременную в гущу битвы, а я пытался пока что словом развести Ильдрета на нормальный осмотр. Мало ли, что он там себе воображает — возьмёт да и помрёт, посреди безопасного места.       Чего там хотела Олкита и по какой причине морщила нос, меня беспокоило мало. Со мной она говорить явно не станет — видно же, что брезгует с эльфом общаться. Но и совсем дуболома из себя не строит, осознавая, что подробного и незамедлительного доклада от Кайгасы не получит. Наверняка, чтобы не уронить авторитет, на лету «переобуется» и сведёт всё к дежурным поздравлениям и всему такому прочему.       Впрочем, Олкита смогла слегка удивить, поинтересовавшись, достойно ли проявила себя в бою юная Тоука? Я, как самый осведомлённый, вынуждено пересказал ей без подробностей суть «замеса», на что совсем уж неожиданно услышал слова в поддержку Ильдрета.       Вот только сказано это было настолько неискренне, что в воздухе сразу же повисло недвусмысленное напряжение. Олкита ведь даже не глянула на Еву, хотя и кивнула Кайгасе, скупо поздравив шаманку. Но на Ильдрета лишь посмотрела, так сразу наполнилось нескрываемой холодностью — даже вполне дружелюбный оскал на орочьей роже не мог ввести в заблуждение.       — С гостем клана все хорошо, — подал я голос, не стараясь выпячивать собственных заслуг. — Раны его не опасны — Ильдрет сможет скоро уйти, чтобы не мешать Боевым Топорам…       — Нет нужды в спешке, — перебила меня орчанка, воздев мозолистую ладонь. — Эта стычка была на нашей территории. Могут возникнуть… недопонимания. Так что твой соплеменник останется у нас, пока всё не разрешится. Мы друг друга поняли?       «Ага, то есть так? Даже без экивоков?»       Ильдрет как ни пытался делать вид, что его здесь нет, но после такого заявления не мог притворяться, будто не заметил угрозу — гордость взыграла не к месту, но с завидной реакцией. Однако я успел чуточку раньше — обхватил рослого парня локтем за шею, панибратски повисая на побитом блондинчике и пережимая рвавшиеся наружу слова возмущения.       — Разумеется, нам все ясно!.. — ответил Олките. — Пригляжу за ним…       Ильдрет заерзал, то ли пытаясь опять выдать своё «…не трогай меня», то ли планируя возразить орчанке. Но запнулся на полуслове, когда мой кулак ткнулся ему в пузо.        Олкита степенно кивнула, надменно качнула голыми сиськами, словно давая соизволение слабачью, вроде эльфов, пользоваться её защитой. Направилась к шаманке. Я торопливо поволок эльфа на задний двор, от греха подальше.        — Что ты себе позволяешь?! — пыхтел белобрысый. — Не смей прикасаться!.. Убери от меня свои яй… эти «штуки» твои…       — Рот закрой и послушай, — перебил я. — Не понял, что тебя взяли в заложники?       — За кого ты меня принимаешь? — возмутился Ильдрет, выпутавшись таки из моей хватки. — Естественно! Это же очевидно, что всё к тому шло — у орков натура такая. Ты бы понял, что этим кончится, ещё там, в лесу, если бы не корчил из себя непонятно что…       — Ага. Дай угадаю: ты думаешь, орки теперь боятся, будто их посчитают виновными, и потому решили тебя придержать?       — Ну, разумеется. Мой отец очень влиятелен и недолюбливает зеленокожих. Даже если твои друзья ни при чём, он обязан будет их заподозрить уже потому, что Олеся напала на нас неподалеку от клана.       — И как? Тебе не кажется это нелепым?       Парень дернул плечом, наконец-то выпутываясь из захвата.       — Не применяй ко мне менторский тон!.. — возмутился он, но закончил уже дружелюбнее. — Конечно же, это будет полной глупостью, но отец именно так и поступит — на эмоциях, ищешь там где светло, а не там где спрятано…       — Ильди, думаю, ты всё-таки ты ошибаешься.       — Меня зовут Ильдрет!..       — Кстати, об этом: а ты вообще кто такой?       Эльф удивлённо вскинул брови, но промолчал.       — Не понял ещё? — переспросил я. — Если думаешь, что орки боятся конфликта с твоим батей и его властью, то сильно заблуждается. Было бы только в этом дело, Олкита зарубила бы тебя прямо на месте, либо чтобы скрыть следы окончательно, либо чтобы конфликт подогреть. Я немного пожил среди них и сильно сомневаюсь, что эта зеленомордая братия боится хорошей драки.       — Тогда?..       — Тогда дело в тебе. Олкита знает про Ильдрета куда больше, чем Милиаэль. Потому и спрашиваю, кто ты такой?       Эльф внятно не смог на это ответить. Назвался своим полным иенем — Ильдрет Нимлот Индс Ирва Амастасия. Хотя для меня это звучало не намного внушительней, чем «Ильдрет Хуесосович». Попытки же допытаться до сути ни к чему не приводили — парень просто не понимал, что я хотел услышать. А может, он сам не знал о себе того, что было ведомо Олките?        Тем временем у Кайгасы завязался разговор на повышенных тонах, и я сразу догадался, что нормы по снадобьям ещё подросли. Так что шмыгнул в дом, пытаясь вызвать Тоуку — она всё время была возле Кайгасы и новой «вождессы» — могла услышать что-нибудь любопытное.       Майоша не позволила дочери остаться и утащила её домой, сославшись на «занятость» Тоуки. Пришлось вернуться ни с чем и дожидаться объяснений Кайгасы. * * *        Почти на неделю Боевые Топоры потонули в дремоте каждодневной рутины. Олкита капала на мозги подчиненным, Кайгаса варила снадобья и нянчилась с дочкой, я унывал от безделья из-за приказа «вождессы», который сильно ограничил мои передвижения. А без возможности практиковаться в алхимии пребывание в орочьем посёлке становилось невероятно унылым. Даже Тоуку ко мне всё это время не подпускали.       О чем говорить, если мы с шаманкой даже потрахаться как следует теперь не могли!       Спустя какое-то время я начал откровенно мечтать, что бы злобная «лошадка» предприняла попытку достать Ильдрета. Её, конечно же, размолотят в момент — Кайгаска уже начала оправляться от родов. Но «кобылица» Олеся не пыталась выведать судьбу эльфа и не торопилась довершить несостоявшуюся попытку убийства.       Впрочем, оно и понятно — даже если эта особа имела подобные мысли, то охранение орков, пусть и сильно поредевшее, сбивало надменную спесь. Получить в лицо очередь из крупнокалиберного пулемета — это не то же самое, что остановить магией жменю картечи. В одиночку сюда сунется только самоубийца, а Олеся на такую меньше всего походила.       Ильдрета не ограничивали в передвижении по поселку, но любую попытку покинуть периметр стен заворачивали на корню и без колебаний. Сперва это сопровождалось натянутыми, но всё ещё дружелюбными ухмылками, а затем и вовсе скатились до откровенных приказов. И, разумеется, ему не давали никакого оружия, что парня злило просто до невероятия. По причине же «домашнего ареста» пропали и вещи с незадачливых компаньонов Ильдрета. Много позднее, когда я смог вернуться к месту засады, то обнаружил, что они бесповоротно испорчены и изгрызены лесными тварями, пожравшими трупы.       Эльф «Серёга» постоянно был хмурым и недовольным. Особенно его раздражал тот момент, что Кайгаса без особых усилий убедила Олкиту в моей полезности клану. Эльфа Милиаэль восстановили в правах, позволив заниматься опять чем угодно, а Ильдрету по прежнему резали «крылья».       Когда же орки меня начали считать почти что своим за «доблесть» при поимке Ильдрета — никак не пойму, чем он был так ценен? — мы с парнем едва насмерть не рассорились.       Было непросто доказать, что зеленомордая братия и раньше мне в спину не плевала, так что нынешнее «признание» не многого стоит. Невольный гость морщился, обижено сопел, но, кажется, верил, хотя и нехотя. Его это до ужаса раздражало, но, выращенный в тепличных условиях, он даже сердится «по-настоящему» не умел. Впрочем, если б даже и смог выразить гнев, как подобало, то всё равно поделать ничего бы не смог с волей Олкиты. Тут не помогли бы даже кое-какие познания в магии.       Да, незадачливый Авантюрист обладал весьма любопытным умением, но на таком зачаточном уровне, что даже мой необъяснимый всплеск мощи казался на его фоне верхом мастерства. Парень по желанию мог создавать простенькие оптические иллюзии, вроде дополнительных шестых пальцев на каждой руке или «перекрашенной» в ярко бордовый цвет кожи. Хотя гонорился так, будто принял ранг Архимага.       Как и следовало ожидать, уже на третий день странного «полуплена» эльф был весьма рад моей компании. Явно нахватался от папаши предвзятости в адрес зеленокожх и не спешил заводить знакомства. Даже с Кайгасой, с которой виделся очень часто, общался рваными фразами, да и то потому, что я так просил.       Соотечественник эльф позволял парню чувствовать себя немного спокойней и Ильдрет даже перестал огрызаться, когда я к нему прикасался. Жизнь в тесном доме Пенбины подразумевала вынужденные контакты, так что это послабление нравов пришлось очень кстати.       Тогда-то я и смог ближе познакомится с магией парня, воспылав немалой завистью. Внешне простенькие, его фокусы обладали огромным потенциалом, ведь оптическую иллюзию можно было сделать вполне осязаемой! Правда, у Ильдрета пока получалось только с левой рукой — второй, фальшивый мизинец не только выглядел настоящим, но и на ощупь чувствовался как живой, обычный палец. На правой же руке фальшивый мизинчик был всего лишь качественной, но неосязаемой «голограммой».       Не в пример новому гостю, наше общение с Кайгасой сильно сократилось и сводилось исключительно к редкому сексу. У футанари будто развилась зависимость от анальных совокуплений с тугой попой эльфа, и она уже не могла без этого. Но забот на шаманку свалилось невпроворот, и чего-то более чувственного, чем торопливая струя спермы меж булок, я от неё уже не получал.        Новорожденная дочка орчанки, растущие запросы от клана, ещё какие-то заморочки, о которых я догадывался по хмурому лицу футанари — все это отнимало у неё уйму времени и сил. Для пространных бесед его не оставалось, поэтому даже секс временами был больше похож на работу. Кайгаса иногда делала это, не отнимая от груди младенца и продолжая кормить дочь — быстро овладевала мной, утоляя обостренную похоть, и возвращалась к делам.       Некогда большой живот шаманки сильно спал и она совершенно не сдерживалась, иногда вколачивая в меня здоровенный хуище с такой силой, что казалось будто головка тыкалась в горло, норовя показаться изо рта. Наверняка, это было не так чтоб нормально — во мне физически не должно было умещается столько похотливого «мяса». Но внушительный орочий хуй утопал между булок до «корня», запечатывая грубый толчок звонким шлепком орочьих «бубенцов» по моим ляжкам. Как я мог отказаться от чего-то подобного из-за каких--то там опасений?       Без особых усилий принимал этот «Анальный Разрушитель», наконец-то хоть что-то ощущая. А вскоре даже начал симулировать оргазмы ради Кайгасы — чтобы она ничего не заметила, с жаром насаживался на толстый член. Не хотелось огорчать футанари той мыслью, что она уже не могла удовлетворить моих нужд.       Конечно же, ощущать толстый орочий член, мягко давящий на упругие анальные мышцы, было само по себе очень приятным — это уже моя слабость. Но после «тренировок» с членощупальцем быстрые перепихоны с Кайгасой удовлетворения не вызывали. Может быть, если бы она снова овладела мною на пару-тройку часов, меняя позы и темпы, то смогла бы заставить кончить. Но не теперь.       Для Кайгасы я стал местом, в которое просто было приятно слить «лишнюю» сперму. Она с тем же успехом могла разок передернуть, но вид упитанных эльфийских ягодиц, беспощадно проткнутых членом, дарил ей чувство превосходства.       Я подыгрывал: тихо стонал и симулировал.       А вот уж когда не прикидывался, так это во время кладки яиц или «рождая» червецов! Раньше у меня было почти двое, а в лучшем случае — трое суток между очередными «родами», но теперь это случалось чуть ли не сразу после «оплодотворения». Если утром Кайгаса наполняла меня густым липким грузом, то уже к вечеру этого же дня и при наличии достаточного количества еды живот мой становился тугим и довольно округлым. Все ещё почти не заметным даже без одежды, если постараться, но стоило прижать ладонь к пузу — и можно было без усилий почуять, как двигались червецы-малыши.       В такие моменты я по-английски, без предупреждения сваливал в лесок и разрождался тремя, а то и четырьмя упитанными хуйцами. Коих, за неимением выбора, просто прогонял в заросли. Олкита наверняка не будет в восторге, если заметит их в поселении.       Впрочем, если случалась заминка, и утреннего секса с Кайгасой не было, то к вечеру наступала настоящая пытка — мне приходилось откладывать неоплодотвоиенные яйца. Они были куда меньше зрелых червецов, но три десятка яичек против всего трёх «сарделек» — очень неравный обмен!       Это было очень приятно, даже чересчур. Слишком расслабляло и сбивало с нужного рабочего настроя. Потому-то и стало ещё одной из причин, почему я симулировал для Кайгасы оргазмы — мне непременно нужна была ее сперма, что бы на сутки «забеременеть» и хоть ненадолго унять неуёмный орган.       Ильдрет сперва малость охренел от наших с Кайгасой вольных нравов — его явно коробило занятие сексом прямо за обеденным столом во время завтрака. Видать, к иным порядкам привык.       Меня же посетила любопытная мысль, которую я и озвучил. Как устранить это нелепое напряжение? Ну, естественно — Ильдрету просто нужно меня выебать. Элементарно же! Сомневаюсь, что у Ильди член длиною до пятки, а значит, мне даже не придется изображать бурный экстаз. Мол, извини, но после солидной орчанки, скромный эльфийский парнишка уже не так хорош. Тут и Кайгаса самооценку на пару пунктов поднимет, и Ильдрет «напряжение» в меня сбросит, а заодно и я двух зайцев прибью — получу сперму для членощупальца и узнаю, отличается ли мой бафф от баффа Ильдрета.       Незадачливый гость гордо задрал нос и заметил, что он не животное, чтобы совокупляться под ближайшим кустом. Кайгаса на это лишь хмыкнула и усмехнулась. Передала Еву мне на руки, попросив немного её подержать. Футанари этим утром была в хорошем расположении духа и особенно распалилась от желания. Она обняла меня сзади и от души вколотила хуище в глубины развороченной попы, грубо тиская тяжелые яйца и выжимая из меня всё, на что была способна. Я старательно напрягал членощупальце, то ли обжимая им пенис подруги, то ли откровенно «отсасывая» его внутри задницы. Почти без притворства постанывал, баюкая на руках дочку шаманки.