Утка по-пекински

До поезда оставался почти час и Лоу Вей расположился в зале ожидания. Обычно во время вынужденного бездействия он анализировал и обдумывал текущее дело. Но сейчас ему никак не удавалось сосредоточиться. В очередной раз Лоу Вей вынул из кармана штатского пиджака телефон и взглянул на экран. Сообщения от Пуи не было. В сети он тоже не появлялся, и это наводило на мысль, что парень чем-то занят. «Возможно, он засиделся в библиотеке и потерялся во времени. Или кутит где-нибудь с друзьями, – думал инспектор, снова проверяя телефон. – Хотя, зная Пуи, это всё же библиотека. Он просто занят чем-то… или кем-то…» – последнее отчего-то разозлило Лоу Вея, и он недобро взглянул на молодёжь, сидящую на огромных рюкзаках на полу недалеко от него. Один из парней как раз достал из футляра старенькую гитару и запел песню. – Я не могу забыть твою любовь, но конец уже не изменить. Я не мог остаться рядом, не говоря уже о том, что я не мог дать тебе, как он, то будущее, которое ты ждёшь. Я просто наивный мальчишка. Слушая песню, Лоу Вей почему-то вспоминал их последнюю встречу с Пуи, его милую солнечную улыбку и маленькую родинку под губой. – Наивный инспектор Ли! – прошептал он, снова доставая телефон из кармана. Он злился на себя за глупую наивность, на этого парня с гитарой, который так душевно пел песню, на душный зал ожидания с его суетой и шумом. И на Пуи… «Пришло время вернуться к своей обычной жизни! – решил для себя Лоу Вей. – Нужно познакомиться с красивым крепким парнем и провести с ним несколько горячих часов!» Он снова открыл чат и решительно начал набирать следующее сообщение: «Я всё понял! Больше не побеспокою!» Ещё несколько секунд он смотрел на экран, пытаясь набраться сил, чтобы отправить его, но в этот момент телефон завибрировал, и на экране появилась фотография довольного лица Бао Бея. – Ди-ди, ты сидишь? – спросил его друг радостно. – Если нет, то сядь. И открой почту. Там тебя ожидает мое письмо с очень интересной информацией. Лоу Вей свернул чат с Пуи и, открыв почту, увидел то, о чём ему говорил Бао Бей. Первая открывшаяся фотография заставила Лоу Вея присвистнуть. – Как я понимаю, это фотография с камеры? – спросил он у друга. – Совершенно верно, – ответил тот. – Я, как ты и просил, заглянул к нашим специалистам, и они увеличили её. – Очень интересно, что Ву Джоу делал ночью в парке? – хмыкнул он, разглядывая фото. – Взгляни на кусок видео с другой камеры, – усмехнулся голос Бао Бея. Лоу Вей открыл видео и внимательно уставился на экран. – Во сколько снято это видео? – спросил он друга. – Ближе к вечеру, без пяти минут пять, если точнее, – ответил тот. – Эта камера снимала главные ворота Запретного города. Лоу Вей снова просмотрел видеозапись и нахмурился. – Почему мне кажется, что Ву Джоу за кем-то следит? – спросил он, глядя на высокую фигуру мужчины, которая быстро передвигалась в толпе туристов, лавируя между ними. – Тебе нужно открыть ещё одно видео, – ответил довольный Бао Бей. – Это с камеры, которая установлена на главном здании. Время то же, что и на первом видео. Эта камера снимала дорогу, ведущую от ворот и было отчётливо видно, что Ву Джоу действительно преследовал парня в джинсовой куртке, и когда тот на секунду поднял голову, Лоу Вей удивлённо поднял брови. – Так это же наш герой-любовник Лу, – воскликнул он так громко, что молодые люди, сидящие на рюкзаках, удивлённо оглянулись. – И последнее, – гордо сказал Бао Бей. – Похоже, твоя поездка в Шанхай отменяется. Мы нашили этого Ву Джоу. И он сейчас находится в Пекине, на его имя зарегистрирован номер в отеле. Он снял его десять дней назад и, по словам персонала, из него почти не выходит. Послать за ним патрульных? – Нет, – ответил Лоу Вей, хватая в руки свою дорожную сумку. – Я сейчас еду в участок и оставлю тебе свои вещи, а сам поеду на встречу с нашим загадочным свидетелем. Пуи даже не догадывался о том, что Лоу Вей ждёт ответа. Он сидел в ресторане господина Вэя и пытался осознать всё, что с ним случилось, чтобы понять, как дальше с этим жить. Ему не хотелось верить в то, что его жизнь закончилась и что он сейчас не живой. Ву-шенг… Не человек, но и не мертвец. Пуи вполуха слушал рассказ Чон Сока и очнулся лишь когда тот сказал то, что его сейчас волновало: – Ты привыкнешь к этому состоянию, – похлопал его по плечу парень. – Это не значит, что осознание придёт быстро, но ты поймёшь, что стал даже лучше, чем был. Сам посуди, ты практически бессмертен, если конечно не вздумаешь пойти на пляж и позагорать на солнце или не наткнёшься на ветку персикового дерева. Ты физически намного сильнее людей, если правильно и вовремя питаться. Твоё зрение острее, чем у обычного человека, а обоняние такое же сильное, как у собаки. Так, что ты – супер-человек. А люди… для нас они всего лишь еда. Утка по-пекински. Не так ли? – Позволь не согласиться! – включился в их разговор подошедший к столу Вэй Кун. – Мы не лучше людей. Зрение и обоняние у нас сильнее, это верно, и человеческие болезни нам не страшны. Но мы живём вместе с людьми. И если это так, то мы должны уважать их законы и относиться к ним, как к равным. Они не еда, а наше спасение. – Я человек, – тихо сказал Пуи, – просто я заболел. Люди же болеют СПИДом и раком. И это не значит, что они не могут жить и продолжать радоваться жизни. Мне проще думать о себе именно так. – Что ж… – улыбнулся Вэй Кун, – пусть так. – Но есть то, что меня тревожит, – продолжил говорить Пуи. – Я хочу знать, кто меня заразил. – А вот тут мы сможем тебе помочь, – сказал Вэй Кун. – После того, как ты в прошлый раз сбежал, я обратился к одному эксперту. Он ву-сырен и плотно изучает всё необычное. – Необычное? – усмехнулся Пуи. – Разве в вашей жизни есть что-то более необычное, чем вы сами? – Есть, – ответил господин Вэй, – например, ты. Я впервые вижу цзян-ши, которого никто не оживлял. Разве это не удивительно? Поэтому я начал своё расследование. – И что вы узнали? – заинтересовался Пуи. – Пока немного, – кивнул Вэй Кун. – Мне нужно было приложить усилия и узнать, в какой момент ты стал цзян-ши. Думаю, это случилось, когда ты умер. Если так, то люди, которые к этому причастны, были рядом с тобой в момент воскрешения. Это патологоанатом Кен Чжи и инспектор полиции Ли Лоу Вей. Собранная по своим каналам информация позволила отказаться от версии, что это врач. Он никогда в жизни не пересекался с нашим миром. А вот полицейский меня заинтересовал. – Что с ним не так? – вздрогнул Пуи. – Ты будешь удивлён, но его родители погибли при странных обстоятельствах, – ответил Вэй Кун. – Мы отслеживаем разного рода необычные смерти параллельно с полицией. Цзян-ши прочно вошли во все сферы человеческой жизни, полиция не исключение. Так вот, дело семьи Ли Лоу Вэя было первым из череды других. После их смерти потянулся длинный кровавый след, ведущий в наши дни. Их убил один из ву-шенгов. В этом у нас нет сомнений. Но убийцу мы никак не можем выследить. Он очень умён и хитёр. Первые два убийства были непродуманные и скорее всего спонтанные. Но потом он стал убивать бездомных и очень хорошо заметать следы. – Но при чем тут Лоу Вэй? – прервал рассказ Пуи, нервно комкая в руках салфетку. – В ту ночь, когда погибли его родители, он тоже был в доме, – ответил Лоу Вей, – и есть все основания думать, что он видел убийцу.