Утка по-пекински

Пуи лежал на кровати и счастливо улыбался. В окно светило яркое солнце, за стеной на кухне слышалось тихое пение, а у него в груди летали бабочки. – Я не могу забыть твою любовь, но конец уже не изменить. Я не мог остаться рядом, не говоря уже о том, что я не мог дать тебе, как он, то будущее, которое ты ждёшь. Я просто наивный мальчишка, – пропел Пуи знакомую песню, вторя Лоу Вею. – Проснулся, соня? – мужчина стоял в дверях в одном переднике и трусах. Он был безумно сексуален и мил. Пуи невольно залюбовался им и, привстав с кровати, потянулся к завязкам передника. – Эй! – остановил его Лоу Вей. – Если ты сейчас это сделаешь, то опоздаешь в университет. – А мне не нужно сегодня на занятия, – тяжело дыша, ответил ему Пуи и потянул на себя длинную ленту. – Начинается сессия, поэтому у нас самоподготовка. – Если так, то у меня есть одна идея… – таинственно улыбнулся Лоу Вей и вышел из комнаты. Пуи откинулся на подушки и выдохнул. «Мне нужно немного притормозить… – подумал он, – иначе я могу навредить Лоу Вею. Или напугать таким напором. Я так счастлив, что боюсь испортить то, что между нами происходит!» – и он, поднявшись с кровати, пошёл в сторону ванной. – Господин комиссар, – говорил Лоу Вей, стоя у окна и держа возле уха телефон, – это Лоу Вей. – Я узнал твой голос, – ответил Гуй Джи. – Могу я попросить на сегодня выходной? – Ты здоров? – в голосе комиссара мелькнуло беспокойство. – Вполне, – кивнул Лоу Вей. – Но почему вы спросили? – Последний раз ты просил выходной, когда подхватил грипп, – ответил комиссар, – и это было пару лет назад. – У меня непредвиденные обстоятельства, – сказал Лоу Вей, пытаясь быстро придумать причину. – Ко мне приехал родственник из провинции, и я хотел показать ему Пекин, – выпалил он. – Хороший повод для того, чтобы попросить отпуск, – усмехнулся Гуй Джи. – Ты его ни разу не брал с тех пор, как у меня работаешь. А за дела не беспокойся. Я передам их Бао Бею. – Нет-нет! – заволновался Лоу Вей. – Завтра же я приступлю к работе. – Хорошо! – согласился Гуй Джи. – Насладись отдыхом, мой мальчик. Тебе это будет только на пользу. Лоу Вей отложил в сторону телефон и обернулся. Пуи стоял в дверном проёме, весь мокрый после душа, и его тонкое тело прикрывало лишь большое полотенце. – Значит, родственник? Из провинции? – хитро сощурился он. Лоу Вей подошёл к нему ближе и, прижав к себе, глубоко вдохнул запах персикового шампуня, идущий от волос. – А как бы ты хотел, чтобы я тебя представил начальству? – горячо зашептал мужчина ему на ухо. – «Господин комиссар, у меня дома парень, который мне очень нравится, и с которым я хочу провести целый день»? – сказал он, отпуская Пуи. – Так? – Почему-то мне кажется, что начальник не оценил бы твой выбор, – рассмеялся Пуи, поправляя съехавшее с узких бёдер полотенце, – но мне нравится, как это звучит, – он плюхнулся на стул, подвинул к себе тарелку с двумя сырыми яйцами и стакан молока, которые приготовил для него заботливый Лоу Вей. – Так чем сегодня займёмся? – спросил он, делая ножом дырочку в скорлупе. – Мы можем поехать за город и погулять там на природе, – предложил Лоу Вей, – или поиграть в пинг-понг в торговом центре. – Погоди! – остановил его Пуи. – Позволь, я сам придумаю. Только пообещай, что согласишься. – С тобой куда угодно, – кивнул Лоу Вей, присаживаясь за стол и раскрывая коробку с лапшой. – Мы едем в парк развлечений, – уверенно кивнул Пуи, запивая яйца молоком. – А тебе не кажется, что это слишком… – Лоу Вей замолчал, пытаясь подобрать слова, чтобы не обидеть парня. – Слишком по-детски? – закончил фразу Пуи. – Возможно. Но скажи, когда ты последний раз веселился? – Ну… – задумался мужчина. – Месяц назад мы с Бао Беем и ещё несколькими сослуживцами ходили в пивной ресторанчик. Было весело… Наверное… Я не очень помню тот вечер. – Совершенно верно! – воскликнул Пуи, подскакивая на стуле и ловя руками упавшее полотенце. – А я хочу, чтобы тебе действительно было весело, а не «наверное». И чтобы ты запомнил этот день. А по поводу того, что это детская забава… Знаешь, иногда нужно выпускать из себя ребёнка. Жизнь такая короткая, – добавил он серьёзно, – так почему не радоваться ей, пока мы живы? Сидя за рулём Буцефала и наслаждаясь чувством полёта, Лоу Вей думал над словами Пуи. Он был прав… Лоу Вей не помнил ни одного дня из своей жизни, когда был просто беспечен и счастлив. Раньше езда на мотоцикле давала ему похожее ощущение, но череда забот и работа заставили забыть о железном коне и полётах на нём. Буцефал глухо рычал, рассекая воздух, а Лоу Вей слушал завывание ветра и гулкий стук своего сердца. Он улыбался и, чувствуя спиной тёплое тело Пуи, хотел, чтобы эта дорога никогда не кончалась. Свернув на широкую площадь, они подъехали к высоким воротам, и Лоу Вей остановил мотоцикл недалеко от входа в парк. Это был новый парк, построенный в американском стиле. У кассы их приветствовал Микки Маус, который протянул им брошюры с планом аттракционов. За высоким забором бушевал настоящий праздник. С одной стороны из павильона играл бравурный марш из «Белоснежки», с другой тренькал гуцынь, предлагая посетить инсталляцию мультфильма «Мулан», а на верхушке стилизованного китайского храма сидела подвижная фигурка дракончика Му-шу. – Смотри… – восторженно прошептал Пуи. – Там есть качели! Пошли скорее… – и он потянул Лоу Вея в сторону аттракциона. Поначалу мужчина чувствовал дискомфорт, гуляя среди семейных пар с визжащими от восторга детьми и шумных компаний студентов, спускавших свою стипендию на сладкую вату и засахаренный боярышник. Лоу Вей чувствовал себя стариком, которого пригласили на свадьбу из вежливости, и которому неуютно в людском шуме и гаме. Но Пуи так громко хохотал, качаясь на качелях, и из его глаз струился такой поток счастья, что Лоу Вей сдался. Сидя на каруселях и слушая пересказ мультфильма о Красавице и Чудовище в исполнении Пуи, он внезапно почувствовал себя молодым и беззаботным студентом, вырвавшимся из душной аудитории, чтобы провести время с человеком, который был ему дорог. – Ты меня слушаешь? – дёрнул его за рукав Пуи, пока они шли к очередному аттракциону. – Чудовище в сказке оказалось больше человеком, чем Гастон. Вот кто на самом деле был настоящим зверем. Вообще, знаешь, что я думаю? – Что? – включился в разговор Лоу Вей. – Разве в жизни так не бывает? – вздохнул Пуи. – Вот живёт на свете человек. Прекрасный семьянин, на работе его хвалят. Друзей много. А он оказываться маньяком, убивающим и насилующим людей. А бывает наоборот. Никчёмный человек, умеющий только пить и кутить. Не имеющий ни семьи, ни постоянной работы. Чудовище же? Внезапно он выигрывает в лотерею много денег. Миллион, например. И отдаёт весь выигрыш в фонд для детей-инвалидов. Разве это не поступок настоящего человека? И почему так сложно понять, где чёрное, а где белое? Где чудовище, прикидывающееся человеком, а где чудовище, которое изо всех сил старается оставаться человеком?