Осколок зимы
29 мая 2022 г., 12:30
Так почему же, когда я протягиваю руку, кажется, что между нами больше, чем расстояние.
В ее квартире было одиноко. Казалось, что она закрыла дверь перед миром. Между стенами квартиры как будто ничего не было. Книга, которую она читала несколько дней назад, еще лежала на диване, грязное белье лежало в корзине возле стиральной машины, а конверты в почтовом ящике говорили о том, что доставка почты исправно работает. Вместо того, чтобы включить свет, Гермиона использовала палочку и зажгла свечи по всему дому, а затем наложила защитное заклинание, чтобы предотвратить пожар. Это было три дня назад, с тех пор она не выходила из дома. Она ходила в спортивных штанах и майке. Синяки стали темно-фиолетовыми, и каждый раз принимая душ, Гермиона ловила себя на том, что гладит их. Боль была постоянно, но она нашла в ней странное утешение. Каждую ночь она видела лицо Беллатрикс. Через боль продолжала находить отчаянную потребность чувствовать то, что чувствовала раньше. Утром четвертого дня прилетела сова. Это была красивая рыжевато-коричневая птица с желтыми глазами. Гермиона знала, что она принадлежит Гарри, поэтому взяла конверт, привязанный к лапе, но читать не стала. Это была третья сова за последние два дня. Непрочитанный пергамент лежал на столе вместе с двумя другими. Почерк на первом был неизвестный. Второй принадлежал Рону, а третий Гарри. Гермиона вздохнула, села на диван и вздрогнула от боли. Она подняла голову, когда раздался стук в дверь, и взглянула на часы. 9:25 утра. Гермиона осторожно встала и прошла к двери. Снаружи стояла Нарцисса Малфой. — О, какая встреча, — прорычала Гермиона и отвернулась от двери. Ей хотелось хлопнуть ею перед лицом Нарциссы. — Чего ты хочешь? — Поговорить, — ответила Нарцисса и открыла дверь прежде, чем Гермиона успела закрыть. Брюнетка неохотно отступила в сторону. Нарцисса прошла мимо нее. — Я слышала, что ты не отвечаешь совам. Считается очень грубым заставлять людей ждать ответа. — Ну, если бы был достойный ответ, я бы написала, — упрямо ответила Гермиона. Она вернулась в гостиную, и женщина последовала за ней. Книги и журналы валялись на столе и на полу, телевизор выключен, а письма, доставленные совой, лежали нетронутые на столе. Там было несколько пустых стаканов, но Нарцисса не увидела ни одной тарелки. Тонкая бровь взлетела вверх. — Когда ты в последний раз ела? — спросила она. — Ты что, моя фея-крестная? — неожиданно усмехнулась девушка. — Я не в настроении для компании. Что я могу сделать для тебя, Нарцисса? — Люди беспокоятся о тебе, — Нарцисса указала на письма. С той ночи в поместье Малфоев она думала о Гермионе. Она беспокоилась и не могла стереть образы, которые видела в спальне. — Мистер Поттер и мистер Уизли писали тебе, а ты не ответила. — Почему-то я сомневаюсь, что Рон посла бы тебя проведать меня, — сказала Гермиона и обошла вокруг стола. — Можешь уйти. Я не хочу с тобой разговаривать. — Это моя сестра сделала с тобой? — резко спросила Нарцисса, и Гермиона вскинула голову, ее глаза сверкнули гневом. — Она сотавила тебя несчастной, потому что что-то пообещала? Так, Гермиона? Ты позволяешь себе утонуть в этом яде? Потому что все, что Белла делает, это убивает тебя! — Ты не представляешь на что это похоже, — прошипела Гермиона и сжала кулаки. — Ты не знаешь, каково это, чувствовать что-то под своей кожей, другое сердце, которое бьется почти одновременно с твоим, видеть сон и просыпаться, не зная, что было на самом деле. Чувствовать кого-то, такого близко, внутри себя. — Гермиона… — Не надо. Потому что я знаю, что ты собираешься сказать, и я не хочу это слышать! — Беллатрикс — монстр, Гермиона! — Большинство сказали бы, что и ты тоже. Наступила тишина. В глазах Гермионы Нарцисса увидела гнев, похоть, печаль и разочарование. Она беспомощно подняла руки и начала ходить по комнате. Гермиона наблюдала, пораженная тем, что шаг Нарциссы был такой же, как у Беллатрикс. Мгновенно сердце взревело в груди. — Моя сестра хочет Поттера, — сказала Нарцисса. — Ты действительно собираешься его предать? — Даже если и так, тебе никто не поверит, — отрезала Гермиона и встала. — Потому что тебе никто не доверяет. Никогда не доверяли и никогда не будут. Для них ты всегда останешься предательницей, которая выбрала легкий путь. Нарцисса молча смотрела на Гермиону. Гнев был неожиданным, но он изменил отношение к ситуации. — Зачем ты взяла меня с собой? Гермиона покачала головой. Она хотела, чтобы Нарцисса ушла. Она каждый день надеялась, что Беллатрикс придет, когда стемнеет. Гермиона провела много времени в темноте и обнаружила, что тьма смотрит в ответ. — Прости, я правда не в настроении для компании, — сказала она, отводя глаза. — Может, будет лучше, если ты… — она замолчала и сузила глаза. Все встало на места. — Подожди, как ты покинула дом Кингсли? За тобой разве не должны следить авроры? Нарцисса пожала плечами и дразняще улыбнулась. — Проведи много лет в браке с Пожирателем Смерти, и ты тоже научишься многому. — Послушай, Нарцисса, я действительно хочу побыть одна. Я устала, м не нужно принять болеутоляющие. Видимо, ушибленные ребра заживают дольше, чем сломанные. Мне жаль, что я не могу больше помочь, и я ценю твою заботу, но я в порядке. — Единственная причина, по которой я никому не рассказала, заключается в том, что я знаю, что мне никто не поверит, Гермиона. Гермиона ухмыльнулась. Она представила себе лицо Рона, если бы Нарцисса сказала, что видела ее с Беллатрикс. Рон поставил ее на пьедестал и даже не подозревал, как она пала с тех пор. — Возможно, так лучше. Увидимся в Норе на следующей встрече. Скажи остальным, что я в порядке. — Просто знай, что я буду следить, — сурово сказала Нарцисса. Гермиона закрыла дверь и прижалась лбом к холодному дереву. — Я знаю. Сердце колотилось в груди, разрывая на части. Нарцисса знала о ней и Беллатрикс все. Она прошла в гостиную взяла три письма со стола, медленно сложила их в миску и нацелила палочку. — Инсендио. Она смотрела, как вспыхнула бумага.***
Это произошло поздно той же ночью, когда в дверь постучали. Гермиона уже легла спать, но стук становился громче с каждой секундой. Она открыла дверь и увидела Андромеду, одетую в черный дорожный плащ. Темноволосая ведьма без приглашения прошла внутрь и посмотрела на Гермиону. — Ты не можешь уснуть или что? — спросила Гермиона. — Ты должна пойти со мной, — настаивала Андромеда. — Гермиона, что-то случилось, и очень важно, чтобы ты пошла со мной. — Что случилось? — Одевайся, — прошептала женщина. Гермиона влетела в спальню, одеваясь на ходу, когда она вернулась в холл, то обнаружила, что Андромеда прошла в гостиную. Андромеда смотрела на фотографии на полке. Она слабо улыбнулась, когда девушка вошла. Когда женщины вышли в ночь, мир казался туманным, густые серы тучи закрывали луну. — Куда мы идем? — спросила Гермиона. Они шли бок о бок по дороге мимо припаркованных машин. Андромеда на удивление быстро нашла дорогу к ее дому по улицам Лондона. Гермиона оглянулась через плечо. Странное чувство преследования подкрадывалось по мере того, как они шли. Андромеда замерла и тоже оглянулась. Гермиона улыбнулась, когда ее захлестнуло резкое движение аппарации. Незадолго до того, как Лондон растворился в размытом пятне, она заметила вспышку черных волос.***
Гермиона ожидала увидеть Нору, но заметила загородный дом Гарри и Джинни. Чувство ужаса нахлынуло на нее, когда старшая ведьма подтолкнула к входной двери. С каждым шагом тревога росла. Гермиона думала, что кто-то выйдет из дома и скажет, что ее друзья мертвы. Андромеда просто тихо ввела ее внутрь и, судя по фамильярности, знала дорогу в гостиную. Рон и Гарри сидели за стол, а Джинни занималась приготовлением чая. Гермиона заметила, что за столом сидит четвертый человек. У посетителя были темные волосы и коренастое телосложение. Он был совсем не похож на мальчика, которого однажды описал Гарри. Дадли Дурсль. — Дадли, это Гермиона. Девушка, о которой я тебе говорил, — представил Гарри. Дадли встал и пожал Гермионе руку. Если он и опасался находится в их обществе, то не показывал этого. — Приятно познакомиться, Дадли, — вежливо улыбнулась Гермиона и посмотрела на Андромеду. Поэтому ее вытащили из постели ночью? Встретиться с кузеном Гарри, о котором она слышала столько ужасных вещей? Неужели это не могло подождать до утра? — А теперь скажи Гермионе то, что сказал мне и Рону. Руки Дадли дрожали, а под глазами пролегли темные тени. Гермиона и Андромеда сели. Джинни поставила кружки по-маггловски, возможно, чтобы не напугать гостя. — Я пошел домой к маме и папе, — начал Дадли и нетерпеливо поднес кружку к губам, — Они должны были присматривать за Кейтлин и Ноем на выходных, но когда я пришел, никто не открыл. Дверь даже была не заперта. Гермиона посмотрела на Гарри, и они оба поняли, что это значит. Гарри не простил Дурслям то, как они относились к нему, но став взрослее он понял, что очень напоминал тетя ее погибшую сестру. Она обижалась на Лили, и это передавалось на Гарри. Их идеальная картина жизни разрушилась в тот момент, когда они узнали, что Лили ведьма. — И я нашел это, — Дадли указал на стол. У Гермионы перехватило дыхание, и она чуть не опрокинула чашку. Маленький нож на столе был почти идентичен тому, что оставил шрамы на ее руке. Холодный озноб пробежал по позвоночнику. Она взглянула на Андромеду, которая только кивнула. Нож был посланием. Очень конкретное сообщение. — Пожиратели Смерти, — выдохнула Гермиона. — Волдеморт. — Я думал, он мертв, — в замешательстве ответил Дадли. — Мы все, приятель, — ответил Рон. — К сожалению, нашел идиот, который решил воскресить его. — Вы действительно можете воскрешать из мертвых? — Дадли сделал паузу и вытащил палочку, торчащую из кармана Гермионы. — Знаешь со своими… — Ну нет, условно говоря, никто не может вернуть из мертвых, но всегда есть легенды. Миф о рубиновом гиацинте гласил, что можно открыть портал в подземный мир и потребовать возвращения душ. Кто-то это сделал. — Зачем Волдеморту забирать твоих тетю и дядю? — спросила Гермиона. — Поправь, если я ошибаюсь, но у вас всегда были плохие отошения. Волдеморт это знает. — Они единственные кровные родственники, которые у меня остались, — вздохнул Гарри. — Она рассчитывает на то, чтобы вытащить меня. И я пойду туда. — Гарри, — начала Андромеда, но он помотал головой. — Ты знаешь, каково это чувствовать себя одиноко, — ответил Гарри. — Разве ты не радовалась своей сестре, когда она пришла прошлой ночью? — Прощение лежало внутри каждого из них. — Кроме того, я скоро стану отцом, как я могу не найти единственных родных, которые у меня остались? — Всегда герой, — сказал Рон, а потом повернулся к Гермионе. — Эй, ты получала мою сову? — Да, извини. Мне не очень хотелось отвечать. Я провела большую часть времени в постели, — солгала Гермиона. Она чувствовала разочарование Рона, но не хотела спорить. — Может быть, мы сможем… — начал Рон, но Гермиона закатила глаза. — Нет, — резко прервала она. На лице появилась дразнящая улыбка, и она перегнулась через стол. — Вообще-то, Рон, я кое с кем встречаюсь. Рядом Андромеда вскинула голову и сузила глаза, с любопытством вглядываясь в лицо. Рон сглотнул и коротко спросил: — Кто это? — и сделал большой глоток чая. — Неважно, — с ухмылкой ответила Гермиона. — Тебе все равно не понравится. Гарри, как ты хочешь пойти и спасти тетю и дядю? Орден знает? — Я разговаривал с Кингсли перед твоим приездом. Утром он проинформирует Орден. Нам нужно выяснить, где их держат, я не думаю, что это поместье Малфоев, потому что оно наполовину разрушено. Должно быть еще одно убежище. Гермиона посмотрела на нож. — Это сообщение? — Или угроза. — Угроза чего? — спросила Андромеда. Гермиона сглотнула. — Что они идут за нами.
