pt.6
22 апреля 2022 г., 13:17
***
Младший альфа не двигается с места, стоит вполоборота, смотря непроницаемым взглядом, давая понять, что ему абсолютно нет дела до чьих-то желаний. От осознания, кто перед ним, внутри горит, будто огнем, тревожит пугающая мысль о том, что он готов выволочь за шкирку внезапно ворвавшегося чужака, впечатать посильнее в стену, прорычав что-то нечленораздельное, а лучше заново сломать бедную ногу, чтобы и вовсе никогда сюда не возвращался. — Не думаю, что нам есть о чем говорить, Дунг, — отвечает Тэхён, возвращая на лицо маску спокойствия, чуть запрокидывая голову. Аромат лимонной мяты слегка ударяет в нос, он улавливает слабые нотки бергамота и неосознанно кладет ладонь на плечо Чонгука, успокаивая и его, и себя. Тот вздрагивает, переводя взгляд на сжимающие его длинные пальцы, и действительно становится легче. — Это не займет слишком много времени, — не сдается Хо. — Подождешь в коридоре? — спрашивает Ким, спускаясь до предплечья, нежно задевая локоть рядом стоящего парня, задерживаясь ниже, на запястье и горячих пальцах, полностью выдающих текущее состояние своего хозяина. — Уйду на перекур, — кивает Чон, быстро пожимая тонкую ладонь в ответ, и идет к вещам, подхватывая джинсовую куртку. Задерживается у выхода, сверля взглядом бывшего партнера Тэ, и с силой толкает дверь, проходя в коридор. Его обуревает невыносимое раздражение, бешенство и неконтролируемая злоба. Он не понимает причин собственного поведения, а на то, чтобы адекватно проанализировать случившееся, не хватает терпения и желания. Несколько сигарет выпадают из пачки на асфальт у ступенек, прямо под ноги Чонгуку. Он не обращает внимания, складывает из ладони лодочку, создавая преграду для вездесущего ветра, подкуривает с первого раза, выщелкнув стойкий огонек пламени. Глубоко затягивается, смотря на плотно задернутые шторы окон малого репетиционного помещения на втором этаже здания, и внезапно понимает, что курит впервые с самого утра. «Тэхён не выносит курильщиков» Делает еще несколько полных затяжек, выбрасывая тлеющую сигарету в траву на газоне, и машет перед лицом, разгоняя никотиновый дым, чтобы тот не осел на нем. Хо Дунг выходит через несколько минут из Академии, с довольным видом, буквально светясь от счастья. Чон сдерживается изо всех сил, чтобы не остановить его, задав хорошенькой трепки. Возвращается в танцевальный зал, грубо толкая ни в чем не повинную дверь, проходит вперед, вставая посередине, смотря на спину Кима, поддернувшего край шторы, заглядывающего в окно. — Это тот, со сломанной ногой? — придавая голосу деланное безразличие. — Да. — Что хотел? — Пришел проситься обратно, — не договаривает всей правды Тэ, возвращая на место плотную ткань, отодвигаясь от стекла. Чонгук хмурится, думая, что наконец-то понял причины своего раздражения: он так и знал, вернется нормальный танцор и замена в виде него уже будет не нужна. — Будешь теперь с ним танцевать? Тэхён медленно оборачивается, касается пальцами заколки, снимая ее и надевая вновь, закрепляя на волосах там, где некоторое время назад это сделал Чон, совершенно не заботясь о том, как именно стала выглядеть его прическа. Он дотрагивается до своей шеи, гладит ее неосознанно, смотря на альфу, удивляясь, как же красиво проступают его небольшие впадинки на совершенно не веселом лице. — Я хочу танцевать с тобой, — отвечает искренне и улыбается, когда ямочки на чуть пухлых щеках парня проявляются сильнее.***
Вычурный ресторан в центре города заполнен людьми, посетители бьются за каждый столик, чтобы попасть сюда, проведя вечер пятницы, развеявшись и отдохнув. Дорогая мебель украшает величественный интерьер. Ажурные скатерти, салфетки, причудливо свернутые, и живые цветы в хрустальных, плавно изогнутых вазах повсюду не вызывают восхищения. На спокойном, скучающем лице Тэхёна ни одной эмоции, он аккуратно поправляет тонкий серебряный ремешок изысканных наручных часов, сверяется со временем, раздумывая, как скоро покинуть помещение. Трогает лежащий на столе телефон, смахивая длинным пальцем накопленные оповещения, и тянется к широкому бокалу на высокой ножке, пригубляя прохладной воды. Услужливый официант появляется из ниоткуда, обновляя напиток, сжимая неоправданно дорогую стеклянную бутылку, усыпанную голубыми камнями. Он мастерски обхватывает ее идеально сложенным полотенцем, заглядывает в глаза омеге, склоняясь в учтивом поклоне. — Желаете сделать заказ, господин Ким? Тэ поддевает краем ногтя шершавую бордовую обложку с золотыми буквами, завитушками, составляющими слово «меню», и пожимает плечами, не собираясь даже смотреть список блюд. — Мой спутник ничего заранее не заказывал? — Господин Хо распорядился, но просил не начинать без его личного присутствия, — поясняет официант, не меняя положения тела. Тэхён лишь на мгновение устало приподнимает брови, возводя глаза к потолку. Ожидание становится все более раздражающим, неприятной волной разливаясь по всему телу. — Что можете посоветовать из десертов? — спрашивает омега, решая заказать что-нибудь хотя бы просто для галочки. — Наш шеф-повар сегодня рекомендует яблоки в карамели. Сорт… — Пожалуйста, не настолько приторно сладкое, — останавливает Тэхён, прерывая вызубренные объяснения. Слишком много карамели вокруг он не вынесет, и когда Хо Дунг появится в ресторане, то заполнит своим омерзительным запахом все пространство. Ким знает, ему будет трудно дышать, ноздри защиплет, а пальцы начнут непроизвольно сжиматься, впиваясь ногтями в ладони, чтобы отрезвить легкой болью. — Могу предложить классику, — быстро находится официант, — лимонный щербет с нотками мяты и ванили. Тэ удивленно переводит взгляд, непроизвольно приподнимая уголки губ. Вдохнуть освежающий, с недавних пор любимый запах мяты было бы самым лучшим выбором сейчас. — Никогда не пробовал это блюдо у вас, — кивает, показывая, что определился. Официант низко кланяется и поспешно уходит вглубь зала, когда рядом появляется метрдотель, сопровождающий высокого альфу в темно-фиолетовом смокинге, расшитым переливающимися при свете ламп квадратными бусинами натуральных камней. Хо Дунг опускается на резной стул напротив, щелчками подзывает сотрудника ресторана, тихо толкуя ему что-то на ухо. Тот понимающе кивает и торопит группу официантов, выносящих блюда и ведерко со льдом, откуда кокетливо выглядывает бутылка самого дорогого шампанского. Тэхён не сдерживается, вновь закатывая глаза, не обращая внимания на все происходящее. Не останавливает взгляд даже на своем спутнике, не имея желания уделять больше времени, чем тот заслуживает. А он не заслуживает и жалких крупиц интереса омеги. — Достаточно, — останавливает Ким официанта, наполняющего игристым его фужер. Персонал оставляет их наедине. Альфа приподнимает свой бокал с янтарной, терпкой жидкостью, грациозно поддерживая за толстое дно. Смотрит на бывшего партнера, изучая даже мельчайшие детали его безупречного образа. Скользит по прозрачно-розовой ткани шифоновой рубашки, по двум блестящим вертикальным полосам на ней, отмечает гармонично подобранные аксессуары: утонченные прекрасные цепочки и серьги, качающиеся от любого неосторожного движения. — Выпьешь за мое выздоровление, Тэхённи? Омега в ответ двигает к себе напиток, касается губами стенок, медленно отпивая половину. Еда маняще приятно пахнет прямо перед ним, все вокруг — лишь любимые блюда. — Очень рад, что с твоей ногой все в порядке, — произносит, чуть откидывая голову, спокойно смотря на собеседника. — Значит, мы можем снова вместе выступать, — Хо заискивающе заглядывает в глаза, касаясь длинных пальцев парня напротив, нежно очерчивает аккуратные ногти, покрытые прозрачным лаком. Тэ никак не реагирует, скучающе пожимая плечами. — Разве мы уже не обсуждали это? Ты можешь искать себе нового партнера, Дунг, — и морщится, когда чужая рука сжимает его сильнее. Он выдергивает ладонь из неприятных объятий, трет о мягкие темно-розовые штаны, пытаясь стереть словно осязаемую карамельную сладость, вяжущую, липкую. Альфа меняется в лице, недовольно сводит брови у переносицы, вспоминая неопрятный образ нового партнера омеги: черные короткие волосы, хаотично растрепанные, крепкое телосложение, сильные руки и по-мальчишески детское лицо с непроницаемыми эмоциями. Никакого отличительного запаха, компенсирующего внутреннюю неуверенность, — подавить такого в том зале было проще простого. — Чон Чонгук выглядит несуразно рядом с тобой, — отвечает спокойным тоном Хо, — как бы ты не хотел этого признавать, знаешь, что правда за мной. — Ты просто не представляешь, как сам смотришься рядом, — не соглашается Тэхён, мысленно усмехаясь. — Откуда тебе известно его имя? — А разве узнать его такая уж проблема? — и возвращаясь к более волнующей теме. — Я выгляжу как тот, кто подходит тебе лучше всего. И Киму в ответ хочется громко застонать от неописуемой усталости и клишированности сказанного: он уже слышал это тысячу раз, одинаковые фразы, одни и те же взгляды, предсказуемые действия. — Твое мнение не всегда правильное, Дунг, — убирая телефон со стола, кладя его в брендовую молочного цвета сумку. — Не останешься? Я хотел подарить тебе приятный вечер, — и не договаривает рвущееся наружу ключевое «и ночь». Хо еще никогда не хотел заполучить никого так сильно, как Тэхёна. Сначала пламя обожания разгоралось внутри от его бесцветных слов похвалы, затем полыхало сильнее от ничего не значащих прикосновений, обязательных в парном выступлении, далее только усиливалось от узнаваемого по крупицам образа омеги, тщательно собираемого за все проведенные вместе года обучения. Дунгу, кажется, известно обо всем, что любит парень, считает, что понимает его с полуслова, и может дать то, что ему надо. Однако он никогда не видел сдерживаемого невероятными усилиями интереса в свою сторону, смущенных взглядов, брошенных из-под полуопущенных ресниц. Не ощущал нежные касания, поддерживающие и успокаивающие. Не знал звонкого смеха и прекрасной искренней улыбки. Это все знает ненавистный Чон Чонгук, перед которым Тэ не строит из себя того, кем не является, не притворяется, надевая маску безразличия и отстраненности. Тэхён одергивает складки на рукавах полупрозрачной рубашки, поправляет сверкающие пуговки манжетов и молчаливо качает головой, решая даже не дожидаться лимонного щербета. — Мне приятно оказанное внимание, Дунг, — лукавит Ким, грациозно поднимаясь. — Подвезти тебя до дома или вызвать такси? — Я и сам могу справиться с этим, — устраивая сумку на сгибе локтя. Склоняет голову, прощаясь, и подходит, вставая чуть ближе, наклоняясь к уху альфы. Тот кладет руку на талию омеги, в надежде получить хотя бы прикосновение желанных губ к своей щеке, но слышит только ледяной тон любимого голоса и слова, выбивающие воздух из легких. — Не появляйся больше в моем репетиционном зале. Никогда. И Тэхён оставляет бывшего партнера в недоумении, смешивающимся с быстро растущей злобой. Покидает помещение, обменивается парой фраз с метрдотелем и подходит к лифту, касаясь кнопки вызова. Он чувствует лимонную мяту раньше, чем двери открываются, и быстро делает шаг вперед, не замечая выходящих людей, боясь потерять самый прекрасный на свете аромат.
