Чёрная кровь / Black Blood

Гермиона вдохнула тёплый и приятный аромат травяного чая. Её холодная рука сжимала кружку, и она смотрела, как маленькие облачка дыма поднимаются от горячей жидкости. В гостиной повисла тишина. Андромеда сидела на противоположном диване, тоже сжимая в руке кружку чая. Её муж Тед Тонкс сидел в кресле. У него были взлохмаченные светлые волосы, розовые щёки и блестящие глаза. Гермиона догадалась, что в молодости тот был достаточно привлекательным мужчиной. — Ты, должно быть, запуталась, — медленно произнесла Андромеда. Гермиона подняла голову и снова отметила, как женщина похожа на свою старшую сестру. Внутри образовался холод. — Мне очень жаль, что нам пришлось встретиться при таких обстоятельствах. Дора часто упоминала тебя. Я давно хотела навестить Молли. Дора сказала, что ты довольно умная ведьма. Гермиона ухмыльнулась. Внезапно она почувствовала, как устала. Это была середина ночи. — Это всё книги. Настоящий ум проявляется в действии. — Твои действия тоже весьма умны, по крайней мере, мне так сказали. Дора упоминала битву в Министерстве, — сказала Андромеда, и Гермиона вздрогнула. Сцены из Министерства промелькнули перед глазами. Она услышала маниакальный смех Беллатрикс, как раз в тот момент, когда умер Сириус. Голос женщины выдавал боль, когда она снова заговорила. — Битва, в которой мой дорогой кузен Сириус был убит моей жестокой сестрой. Андромеда поставила кружку и посмотрела на мужа. Он почти ничего не говорит с момента, как они вошли в дом. Он очевидно знал о возможных опасностях, Гермиона вообще не была уверена, что тот рад её приходу. — Ты не полностью Блэк. Ты будешь считаться полукровкой, но твоё имя появилось в генеалогическом древе. Однако твоей матери, которая тоже наполовину Блэк, там нет. — Должно быть, она сквиб, — заключила Гермиона и вздохнула. — Помимо того я в значительной степени магглорождённая, не может быть большего позора, чем иметь сквиба в вашей чистокровной семье. — Гермиона, я думаю, ты всё же можешь считаться полукровкой, а не магглорождённой. Потому что твой дед — чистокровный. И я сомневаюсь, что мои сёстры будут вне себя от радости, когда узнают, кто последний наследник Блэков, — это замечание Андромеды прозвучало цинично. Она взяла свой чай и взглянула на мужа. — Если они ещё не нашли твоего имени. — Как ты узнала, что это я? — Гермиона хотела знать. Она потратила много времени, чтобы узнать имя дедушки. Как Андромеда смогла вычислить её так быстро? — Ты знала, кем он стал, когда сменил имя? Женщина кивнула. — Я выследила его несколько лет назад. Дора изучила генеалогическое древо и хотела знать, почему от него отказались и где он находится. Я сказала, что не знаю. Я узнала, что он переехал в Грейвсенд и сменил имя. Что он женился на маггле, и у них родился ребенок. Этот ребенок никогда не регистрировался в Хогвартсе. Её звали Кэтрин. — Моя мама, — прошептала Гермиона, — Ты всё время знала, кто я такая? — чувство гнева начало душить. Кто-то всё время знал правду. — Ты знала всё это время и не попыталась сказать мне? Карие глаза Андромеды сузились. Она внимательно наблюдала за Гермионой. — Ты действительно хотела знать, что связана с семьей Блэков, что ты полукровка? — резко спросила она, и девушка отвела глаза. — Я не думала, что ты узнаешь. Но теперь всё изменилось! — А как насчёт Малфоя? Я имею в виду Драко, — начала Гермиона, вспомнив, что он на год моложе её. Он был сыном Нарциссы. Значит тоже наследником. — Его мать — твоя сестра. — Он наполовину Малфой, — ответила Андромеда. — Поскольку он единственный ребенок Нарциссы и Люциуса, Драко суждено продолжать линию Малфоев. Без него линия умрет, — Гермионе показалось, что последнее предложение прозвучало весьма радостно. Мир был бы лучше без Малфоев. Андромеда продолжила, — Есть потомки по линии Блэков, помимо моих сестер. Нимфадора — наследница, а потом ты. Гермиона поставила кружку и провела пальцами по волосам. У неё кружилась голова. Столько информации. — Но ты знала обо мне и моем отношении к твоей семье, и все же это не заставило меня появиться на генеалогическом древе. — Мой дядя был искусным волшебником, Гермиона. Должно быть, он наложил печать на информацию или знание. Это стало бы известно, когда потомок обрел магические способности. Твоя мать ими не обладала. Вот почему ни одна из моих сестер не знала о твоем существовании. Ни одна из них не удосужилась проверить дядю. Если бы они узнали, то увидели бы другого наследника. Когда родители отреклись от меня, никто со мной не говорил больше. Я ожидала, что Беллатрикс притвориться, что меня никогда не существовало. Но я никогда не думала, что Нарцисса изгонит меня из своей жизни и из своего сердца, как она это сделала. Очевидно, её сердце заледенело, после замужества. Гермиона видела Нарциссу Малфой всего один раз. Во время чемпионата по квиддичу, за одно лето до того, как она начала четвертый курс. Она была поражена красотой женщины, но ещё больше её холодностью. Даже Беллатрикс такой не была. — Моя мать знает магический мир, но только благодаря мне. Она была со мной в Косом переулке. Она понимает, что значит быть ведьмой, — сказала Гермиона. Это качество часто ассоциировалось со сквибами. — Я думаю, твоей маме повезло, Гермиона. Сквиб рождается в волшебной семье редко. Шансы возрастают, когда один из родителей — маггл. Твоя мать могла бы увидеть Хогвартс, а магглы не могут. Но ты полукровка, а твоей матери будет намного лучше оставаться в маггловском мире. Гермиона подавила зевок, заставив Андромеду улыбнуться. Она устала. Это была долгая ночь. — Я вижу, мы не давали тебе спать достаточно долго. Однако сейчас тебе нужно выспаться, — женщина встала и посмотрела на мужа. Он по-прежнему молчал. Гермиона вздохнула. — Если ты поднимешься по лестнице, справа будет спальня. Это комната Доры, я сомневаюсь, что она будет возражать, если ты поспишь там. — Спасибо, — кивнула гриффиндорка. Андромеда смотрела, как юная ведьма выходила из гостиной. Девушка толкнула дверь спальни и вошла внутрь. У одной из стен стояла двуспальная кровать. Массивный шкаф с открытыми дверцами. Гермиона вспомнила, как Тонкс однажды рассказывала, что её мама любит убираться. Она также была недовольна именем Нимфадора. Стены украшали несколько старинных картин о квиддиче. Гермиона подошла к кровати и медленно села. Матрас был мягким и упругим. Она вздохнула. Альфард Блэк был её дедушкой. Он был дядей Андромеды. А она была троюродной сестрой Андромеды. Все это казалось таким странным. Она раньше не знала их, а стала родственницей по крови. Казалось будто целая жизнь уместилась в несколько часов. Гермиона встала и подошла к окну, выглянув наружу. В других домах было темно. Все спали. Она услышала треск деревянной лестницы. Андромеда замерла в дверях, смотря на Гермиону у окна. — В шкафу есть вещи, если понадобятся, — сказала она, и девушка кивнула. — Спокойной ночи, Гермиона. — Спокойной ночи, Энди, — прошептала Гермиона и прочистила горло. Женщина оглянулась через плечо. Впервые она перестала быть похожей на Беллатрикс. — Спасибо. Я знаю, что ты рискуешь своей безопасностью и безопасностью своего мужа, пряча меня здесь.

***

Гермиона лежала под одеялом, сложив руки над головой. Она позволила своим глазам закрыться, уснув лишь на десять минут. Сердце громко стучало в груди. Дом погрузился в тишину. Не прошло и двух часов с тех пор, как она легла в кровать. Вдалеке над горизонтом уже всходило солнце. Летняя жара сохранялась и укрывала мир, как пуховое одеяло. Громкий треск заставил Гермиону сесть. Глаза полностью адаптировались к темноте, и она выхватила палочку из-под подушки. Она прошептала «Люмос» еще до того, как поняла, что кто-то аппарировал. Гермиона свесила ноги с кровати. На ней были джинсы, рубашка и кроссовки. С другой стороны лестницы открылась другая дверь, и послышались торопливые шаги. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем дверь спальни открылась, и лицо незваного гостя осветилось. Гермиона узнала её почти сразу. Длинные шелковистые светлые волосы свободно падали на плечи женщины. Она была одета в чёрную мантию, облегающую стройное тело. Женщина крепко и надежно держала палочку в руке тонкими пальцами с длинными ногтями, окрашенными в кроваво-красный цвет. На тонкой шее висело красивое ожерелье, украшенное рубинами. Ледяные голубые глаза впились в Гермиону. — Нарцисса. Имя гостя произнесла не Гермиона. Это была Андромеда. Она стояла у двери и целилась палочкой в грудь сестры. Руки Андромеды дрожали. Нарцисса посмотрела на сестру, но палочка была нацелена на Гермиону. Что-то во внешности Нарциссы напоминало испуганного оленя, пойманного в свете фар. — Андромеда, — впервые заговорила Нарцисса, голос был сильным и гордым, но Гермиона уловила в нём дискомфорт. Её губы образовали тонкую красную линию, а голубые глаза остались ледяными. — Даже не думай, грязнокровка! — выражение её глаз заставило Гермиону похолодеть изнутри. Нарцисса посмотрела на сестру. — Это было давно. — Почти 25 лет, — ответила Андромеда. Ни одна из не хотела первой отвести взгляд и признать поражение. — Мне было интересно, когда ты появишься здесь, Цисси. Я знала, что скоро ты и Беллатрикс узнаете, где прячется последняя наследница Блэков. Ты не можешь забрать её, Цисси. Гермиона вздрогнула и поняла, почему Нарцисса пришла сегодня. Защита Андромеды рассказала ей больше. Внезапно палочка показалась бесполезной. Она не заставит Нарциссу уйти с пустыми руками. Гермиона медленно опустила руку. Нарцисса слегка улыбнулась и подняла палочку: — Петрификус Тоталус! Из палочки вырвались две ярко-красные вспышки. Одна столкнулась с Андромедой, другая с Тедом. Их замерзшие тела рухнули на пол и приземлились с тошнотворно-глухим стуком. Широко раскрытыми глазами мужчина и женщина смотрели в потолок. Неиспользованная и бесполезная палочка Андромеды лежала в двух шагах от неё самой. Гермиона не попыталась отменить заклинание, хотя могла это сделать. У неё было достаточно времени, чтобы отреагировать. Пальцы ещё крепко сжимали палочку. Нарцисса бросилась вперёд, схватив Гермиону за запястья. Гермиона позволила Нарциссе забрать себя, куда бы та не направлялась. Она понятия не имела, куда. Но куда бы они не шли, ничего хорошего этого не сулило.