Алфавитные хроники

      – Т занята?       – Да, – хмуро отозвался Ф. – У них с Ерем День караоке.       – Никогда не понимал, как буква с таким хорошми слухом и буква с таким ужасным слухом могут так хорошо общаться, – заметил Ё и обратился к Еру, который старательно совал что-то в рюкзак. – Что там у тебя?       – Книги на буккроссинг.       Ф недовольно скривился. Ё хмыкнул.       – Амогус, не смотрел прогноз погоды.       – Наоборот, – возразил Ер, – моросящий дождь. Детишки-вандалы сидят по домам, к полке буккроссинга добровольно пойут разве что люди с зачатками разума, а они книги хотя бы не рвут.       – Да, они их сжигают, – пробурчал Ф.       – Не проецируй своё негативное настроение на других, – закинув рюкзак на плечи, наставительно поднял палец вверх Ер, и вопросительно взглянул на задумавшегося о чём-то Ё. – Ё, ты чего?       – Так, не бери в голову, – неохотно отозвался буква, и помолчав, спросил, – К тоже сегодня занята?       – У неё с Ж свидание, – ухмыльнувшись, вставил Ф, опережая Ера. Тот удивлённо округлил глаза.       – Какое к чёрту свидание?       – Сообща печку для Г перекладывают. Не могут эти двое справиться без крепкой женской руки.       Ё улыбнулся краешком губ.       – Мальчики, ладно вам. Без рок-бэнд сегодня, так без рок-бэнд. Да и мало желающих будет на улице постоять. Пойдёмте.       О скучающе болтала ногами, сидя на подоконнике в своей комнате. Вдохновения рисовать не было, читать было нечего – бывшее дома О всё давно знала наизусть, а переходящие книги Ер сегодня забрал. Отправился за новыми, конечно, но делать было нечего. Как и договаривались, О собрала для Ера сводки по каждой букве, включавшие факты, наблюдения об отдельных событиях, свои мысли и отношение, так что и этот квест был закрыт. Девушка подёргала себя за концы косичек, вздохнула, спрыгнула с подоконника и вылетела в общий коридор – искать, чем заняться сегодня.       Следует отметить, что буквы могли перемещаться, во-первых, в пределах своего мира – например, ходить в гости к латинице, или римлянам, к грекам, цифрам и некоторым другим. К древним, уже забытым алфавитам вроде финикийского или иероглифам вроде азиатских – тоже, но кириллица в большинстве своём такое не любила.       Во-вторых, перемещаться из мира знаков и символов в мир людей. У каждой системы было своё место, куда именно они переправлялись в мир людей черезь дверь, расположенную на их территории в мире знаков и символов. Буквы кириллицы через арку в фруктовом саду (которым в основном занимались Щ и, разумеется, Г) проходили на тропинку в зарослях малины возле пустыря на месте старой хоккейной коробки в одном из спальных районов города N. Можно было перемещаться и в другие места, но город N стал негласным общим фаворитом.       Итак, Ё, Ф и Ер, выйдя из зарослей малины, пересекли пустырь, обогнули детский сад, прошли через аллею, мимо торгового центра, и двигались теперь вдоль тихой улицы с красивыми, некогда яркими, но теперь немного выцветшими вывесками, что их, правда, только красило. Булочная, стройматериалы, нотариальная контора, «Магнит», аптека. Въезд во двор, следующее здание и ещё ряд вывесок, а за ним ещё и ещё. Рядом светофоры, поющие на зелёный свет – сначала ровно, приглашающе, потом быстрее, предупреждающе.       О поёжилась и обхватила плечи руками. За окнами стучал дождь. Если бы только Ер остался дома сегодня! Можно было бы зайти к нему и заняться чем-нибудь. У него всегда бывает что-то интересное – компьютерные игры на дисках, колода «Уно», воздушные шарики и другие резиновые предметы, из которых можно делать водные бомбочки и бросать с верхних этажей, какие-нибудь старые журналы вроде «Комменрсанта». И Ер никогда её не прогонял. О печально вышла на лестничную площадку и пошла вниз.       – Ер, я думаю, если ты хочешь сходить к библиотеке, то делать это нужно сейчас, – Ф флегматично глядел на тёмные тучи, надвигавшиеся с горизонта. – Потом можем зайти куда-нибудь… хотите в спортзал?       Ё даже закашлялся.       – Спортзал? Ты пошутил, надеюсь?       – Нет, глупенький, я не пошутил, – передразнил Ф, перейдя с своего густого баса на голосок пятилетки. – Там закупили одну классную штуку, вам должна понравиться. Но если ты считаешь, что мои предложения лишены, эм… – он взмахнул рукой, – привлекательности, то нет, давай пойдём в твою унылую кофейню слушать метал. Это же так клёво, сидеть в тёмном помещении и смотреть на потоп без Ноя через стеклянные стены под предсмертные хрипы Оззи Осборна.       – Ребята, ребята! Нам туда, – Ер неловко ткнул пальцем на дорогу к библиотеке. – Вы ведь не передумали сходить со мной?       Ё тяжело вздохнул. Нет, даже смачно так вздохнул, сочно, выражая своё отношение, которое словесно было бы похоже на… впрочем, он никогда не сказал бы, на что. Ф широко улыбнулся.       – Нет, конечно! Не бросать же тебя одного! И вообще, ты уйдёшь, а он, – Ф кивнул в сторону Ё, – сломает мне руки, не имея возможности сломать язык. Отстаивая честь Оззи Осборна…       Ё закатил глаза. Его до отвращения раздражали такие выпады Ф, но без Ф было бы – действительно скучно. П был слишком себе на уме, К говорила забавные вещи, но порой слишком уж непонятным языком, Ер чаще молчал. М шутил редко, но метко, но кроме шуток в общении и вообще взаимодействии с ним не было ничего интересного. Так что Ё, несмотря на видимое недовольство, в целом был не против.       Парни подошли к библиотеке. Как и предсказывал Ер, никого поблизости не оказалось, и дождь ещё не начался. Буква ловко, привычными движениями поштучно вынул из рюкзака книги, сразу ставя их на полку буккроссинка, и так же ловко переложил в рюкзак с полки всё то, что в «главштабе» ещё не бывало.       – Уверен, что тебе всё это нужно? – поинтересовался Ё.       – С чего бы мне сомневаться? – Ер пожал плечами. Хотя, признаться, это довольно неудобно делать, когда одновременно забрасываешь на спину рюкзак. Ё что-то неопределённо промычал. – Куда мы, в спортзал?       Ё и Ф нестройным хором угукнули. На улице темнело – светло-голубая часть неба становилась всё меньше, солнце уже скрылось за тяжёлыми тучами.       О решила свернуть к игорному столику. Если там кто-то из своих-молодых, можно будет хотя бы партию в шашки или в дурака… Но, подойдя к террасе, она с удивлением обнаружила К и Ж, стоящих у входа туда. К улыбалась, подняв лицо кверху, тогда как Ж склонил голову вниз, почти качаясь ключиц подбородком.       – Привет, – неуверенно начала О. Помялась. – Там занято, да?       – Там два деда играют в шахматы, – Ж повернулся к О, и девушка увидела, что он тоже, как и К, не может сдержать улыбки. – Я болею за Г. За кого К, она мне не говорит, – мужчина перевёл взгляд поблескивающих в темноте глаз на девушку напротив. Она хмыкнула, взглянула на террасу через дверной проём, и заговорила, не оборачиваясь:       – Понимаешь, О, я не могу сказать этому милому молодому человеку, почему здесь нельзя болеть за кого-либо. Возможно, ты поймёшь, почему, если узнаешь, с кем играет Г. Подойди-ка сюда, – К чуть сдвинулась в сторону и рукой поманила О. О послушно подошла.       – Щ? А он тоже играет в шахматы?       К беззвучно засмеялась и прикрыла лицо ладонью.       – Господа, у меня выгодное предложение, – Ё не мог поймать Ф и Ера, которые летели накачелях в одну сторону, тогда как он сам летел в противоположную. Приходилось то кричать, то наклоняться в их сторону, из-за чего верёвка его качелей начинала вилять влево-вправо и закручиваться. – Давайте… уф, давайте сворачивать лыжи и двигать домой.       – Я не слышу тебя, Стэнли, – с упоением прошуршал Ер, – лыжи что? Ты хочешь съездить в Альпы? Как непатриотично!       Ф молча, с серьёзным видом качался вперёд-назад между Ё и Ерем, и его пухлые щёки забавно двигались в такт. Ё хотел прижать кисть ко лбу и возвести очи к небу, но держаться одной рукой было совсем неудобно. Пришлось терпеливо повторить. На третий раз парень не выдержал, затормозил ногами, слез с качелей, проскользнул так, чтобы встать между друзьями.       – Я вас даже не зову в кофейню. Даже не буду напоминать мемы про Казахс… – Ё наткнулся на насмешливый взгляд Ф. – Мемы, которые вы не любите.       – Прости, Ё, я не нарисую тебе медаль за прохождение подготовки к космическим полётам, если ты сдашься сейчас, – проговорил Ф. Ё рассмеялся.       – Забудь про медаль. Хотя ему можешь нарисовать, – Ё задумчиво посмотрел на Ера.