Её любовь звали ненависть к своему телу.

Одной ночью в конце апреля Серёжи не было дома. Он уехал на фотосессию за город на несколько дней и Даша была дома одна. Её это ни капли не смущало — даже лучше, можно бухать до самого утра в клубах. В одном шумном кабаке, что находится в центре Дарья проводила больше времени чем дома. Там её знали все: и охранник, и бармен, и постоянные гости заведения. До знакомства с Матвиенко она часто проводила там время. А что, детей и мужа у меня нет, молодая, красивая девушка в поисках принца! — так говорила она своему новому кавалеру на одну ночь. Армянин с хвостиком тоже должен был стать одним из таких, но коварная Серебрякова решила сделать по-другому. Один весомый такой нюанс заставил её побыть с мужчиной чуть дольше обычного. Сегодня Даша вернулась из ночного клуба раньше обычного. На часах было всего два часа ночи и на удивление она даже не была пьяна в стельку. Цель сегодняшнего похода в кабак не была найти нового ухажера и не напиться в хлам. Сегодняшний день был разгрузочным. Ей нужно было отдохнуть от постоянных мыслей о своей неудавшейся карьере и просто потанцевать. Придя домой, блондинка скинула пальто и каблуки в коридоре и направилась в спальню. Легла на заправленную постель и открыла инстаграм, чтобы проверить ленту. У её бывших подруг всё хорошо: летают отдыхать, есть мужья, дети, хорошая работа и карьерный рост. Конечно, они же не родили в семнадцать! У типичных московских инста-сучек тоже всё прекрасно. Сидят на шее у парней и ничего им от жизни не надо. Даша листала пост за постом и наткнулась на неё. Человека, которого она ненавидит больше всех. Юную блондинку с синими, как океан глазами. Она была похожа на мать, как капля воды и это очень раздражало.

«Уже через три дня наша звезда отправляется в Москву, где решится её дальнейшая судьба) Анют, не подведи нас! Покажи этим столичным кто тут мамочка российской моды!!!»

Это был официальный аккаунт бренда с которым сотрудничает её дочь. Злость закипает. Дарья в ярости. Если представить эту ситуацию в мультфильме, то из ушей блондинки точно бы повалил пар, а лицо сделалось красным, как у томата. — Опять эта сука лезет на моё место! — она сжимает кулаки с такой силой, что от ногтей остаются полумесяц на ладошке. Злость кипит. Хочется разбить эту мордашку шестнадцатилетней модельки об асфальт. Точно, об асфальт! — Держись, шл**а… — шипит блондинка, убирая свой новенький айфон куда подальше, чтобы не кинуть его в стену.

***

В школе всё течёт однообразно: контрольные, проверочные, пересказы, конспекты и диктанты — скука! Хочется взвыть от тоски. Сейчас большая перемена и в классе русского и литературы абсолютно никого. Арсений лениво заполняет электронный журнал в компьютере, надеясь, что хоть, что-то в школе сейчас поменяется и станет хоть чуточку веселей. — Привет, работник, — в кабинет заходит Павел Алексеевич. — Привет, — здоровается Попов, отрываясь от ноутбука. — Чего сидишь? Обед же, — шатен присаживается на край рабочего стола, сложив руки на груди. — Да не хочется чего-то, а ты как тут? — Зашёл тебя проведать. И ещё кофе брейк предложить. Пошли прогуляемся до кофейни одной, чего в школе тухнуть, — Арсений тут же соглашается, ведь действительно делать нечего, а компании хорошей хочется. Мужчины спускаются в холл, забирают верхнюю одежду из гардероба и направляются на улицу. Птички щебечут свои песенки, дети галдят наперебой, машины на проезжей части скрипят шинами. — Куда идём? — спрашивает брюнет, озираясь по сторонам. Как же красиво! Уже через пару дней май! На деревьях уже набухли почки и появились малюсенькие отросточки будущих листьев. Птицы вовсю чирикали, предвещая тепло и появление жучков, которых можно употребить. — Давай в кофейню, что прямо напротив аллеи, как её там… — «Зебра». — Вот, туда нам надо, — так и пошли они прогулочным шагом за кофе, наслаждаясь теплом апрельских деньков и трелью птичек. Выйдя на асфальтированную дорогу аллеи, что соединяет школьный двор и шумную дорогу, где гудят автомобили, мужчины, болтая о домашнем, шли, любуясь спокойствием природы. — Как Ляйсан поживает? — спрашивает Арсений, когда речь дошла до семьи Павла. — Хорошо, вчера маникюр себе новый сделала, так теперь докучает меня вопросами, нравится ли мне, — хмыкает директор школы. — А тебе, конечно же, всё равно, главное, чтобы жене нравилось, — продолжает незаконченную Пашей мысль Попов. — Верно, друг мой, верно, — женщина какая-то сидит в чёрном. Отдыхает от суеты наверное, я бы тоже так посидел, — замечает фигуру брюнет. — А ты как, на личном фронте нашёл кандидатуру? — Нет пока, работа — вот и семья и любовь. — Какая из? — смеётся шатен, толкая холостяка в плечо. — Обе, — подхватывакт веселье голубоглазый. Арсений Сергеевич — это учитель русского языка и литературы в общеобразовательной школе. Но к вечеру или на выходных он превращается в заключённого душного офиса, погрязшего в свои бумажки. Директор автомобильного салона. Прибыль оттуда конечно хорошая, но удовольствия нуль. Учителем работать круче, хоть и заработная плата мизерная. Ульяна, кстати и полюбила Арса за кучу бабок в кармане, но бросила, найдя побогаче. Ну и ладно, зато опыт с меркантильной девушкой был. Больше Попов на это не попадётся.

***

— Отдай, — фырчит Кузнецова, догоняя своего высокого парня. — Да отдай, говорю! — Не-а, — с радостной лыбой твердит он, поднимая руку над головой, чтобы Ирочка не смогла достать коктейль. — Ну Антоша, — хнычет шатенка. — Нет. — Ну кошечка, лапочка, солнышко, улиточка, булочка с корицей, сырнечек, хомячочек, пингвинчик, медвежоночек… — Ну ладно, держи, — сдаётся парнишка, отдавая в руки девушки красную коробочку Чуда. — Так бы сразу! — довольно улыбается Кузнецова. Они с Антоном шли в школу через теплицу, там быстрее всего пройти до небольшого супермаркета. По тропинке от школы до этого магазина есть развилка. Она ведёт в сторону аллеи. Школьники её называют «темной». Прямо, как повесть Бунина «Тёмные аллеи», только здесь одна. Славится эта тёмная аллея дурной славой. Часто там происходят забивы среди местных школьных гопов, которым всё на месте не сидится: дай нос кому-нибудь раскрасить! На лавочке сидит женщина в чёрном плаще, чёрном платке с узорами и чёрных очках. Какая-то дама из Амстердама, — думает Ира, замечая фигуру. Ребята проходят мимо, даже не обращая на неё особого внимания. А что, сидит и сидит, какая разница!

***

Тридцать минут. Целых тридцать минут отдыха. Аннушка очень любила большую перемену. Она в основном проводила её с друзьями, но сегодня они куда-то разбрелись и девушка осталась одна. Решив провести время наедине с собой, блондинка решает пойти прогуляться по аллее. Там сейчас как раз мало людей. Накинув пальто на плечи, девчонка топает по тропинке через теплицу к развилке, откуда идёт асфальтированная дорожка. На лавочке сидит незнакомая женщина во всём чёрном. Анна не обращает на неё внимания, ведь ничего такого подозрительного в ней нет. А вот незнакомка сразу фокусирует внимание на десятикласснице. Она её здесь давно поджидает. Погода сегодня и впрямь сказка! Голые деревья, сухая трава, но зато голубое небо! Такое же голубое, как глаза Арса. Лёгкие перьевые облачка лениво меняют свою геолокацию, солнышко припекает макушку, голуби клюют семечки, разбросанные беспорядочно по асфальту. Женщина в чёрном, сидевшая на лавочке, приподнялась и медленно пошла в сторону школьницы. — Хорошая погодка неправда ли? — О, да, — отвечает Аннушка, улыбаясь собеседнице. — Решила прогуляться между уроками? — интересуется незнакомка, находясь уже в метре от блондинки. — Ага, большая перемена же, делать всё равно нечего, — она пожимает плечами. Женщина хмурится, а затем снимает с глаз солнцезащитные очки и кладёт в карман плаща. Ступор. — Как хорошо, что тебе нечем заняться, тогда я могу помочь с выбором деятельности, — ухмыляется незнакомка, а в её синих глазах появляется коварный огонёк. Он разрастался и превратился в настоящую ненависть к ребёнку, которую можно выплеснуть только физическим путём. — Мама… — одними губами шепчет Серебрякова, боясь сделать лишнее движение. — Мама, что ты здесь делаешь? — девочка взяла себя в руки и проговорила это уже твёрже и решительнее. Долбаный Яндекс навигатор! Чтоб ещё хоть раз по этой дороге пошла! Дебри какие-то… Ща, по дебрям, по дебрям побежим, чтобы больше эту женщину «прекрасную» не видеть. — Пришла навестить тебя. — А смысл?! Тебе же наплевать на меня! Гулянки и вечная смена мужиков тебе нравятся больше, чем собственная дочь. А что я вру что ли? Не я ж от неё свинтила, когда только родилась. Представляю: карапуз в плёнке прыгает по лестнице к выходу из роддома. Вот разрывная шутка! — Тв*рь, закрой свой гадкий рот! — сковь зубы шипит Дарья, хватая дочку за шиворот. — Ты мне не просто не нравишься, я тебя просто ненавижу! — Аня не успела ничего предпринять. Даша размахнулась и со всей дури залепила пощёчину девочке. Младшая схватилась за щеку, слегка нагнувшись. Место удара загорелось огнём. — Ну почему ты так со мной поступаешь?! — десятиклассница не понимает, почему мама так жестока с ней. Что она опять сделала? Возможно слова о гулянках и мужиках были лишними, но… это слишком. — Потому что ты испортила мне всю жизнь! — а родительнице было всё мало и мало. Дарья, воспользовавшись шоком от первого удара, набросилась на девочку с кулаками. Аня падает на асфальт, стараясь уйти от ударов, но Серебрякова-старшая крепко зажимает её на полу. Удар. Во рту появляется металлический привкус. Подросток пытается вырваться, но крепкая хватка не позволяет этого. — Отпусти! — ворочается на полу девочка, пытаясь хоть как-то вырваться. — Что-что?! Повтори погромче, — Даша подымается на ноги и со всего размаху пинает дочку в живот. Блондинка скручивается и начинает кашлять. Воздух предательски заканчивается, а новый вдох сделать не удаётся. Из глаз потекли слёзы. Изо рта выходили одни жалобные хрипы, вместо полноценных звуков. — Кажется ты собиралась в Москву? Ну ничего, вместо этого отправился в травмотологию, — ещё пинки. Много ударов. Кажется родительница вовсе не жалела сил. Аня свернулась ежиком окончательно, прикрывая себя руками, и просто ожидая, когда закончится пытка. Слёзы водопадом лились из глаз, а в голове застыл один вопрос:

Почему?

Послышались басы из глубины аллеи. Какие-то мужчины шли в их сторону. Даша стушевалась и быстро, подхватив безжизненное тельце за руки, затащила ребёнка далеко в кусты, где и бросила. — Сдохни здесь, ш**ха, — выкидывает ядовито, а после, как ни в чем не бывало, уходит. А голоса мужчин приближаются. И среди этих голосов, сквозь закрытые веки и вакуум в ушах, Аннушка узнает его перед тем, как заснуть крепким сном.

***

Мимо учителей проходит незнакомка в чёрном. Она куда-то торопится. На лице у неё застыла злая улыбка, смешанная с удовлетворением. Странная эта мадам в чёрном… — Кофе и впрямь был великолепный, — нахваливает напиток брюнет, нисколько не жалея, что бросил рабочее место и пошёл на обед в кофейню. — Говорю же, — гордо вскидывает нос Воля, играя бровями. Директор обводит взглядом деревья и голые ветви кустарников. Всё имеет свою атмосферу, но вот только чёрный ботинок не вписывается в ландшафтную естественность. Павел проморгался, надеясь, что ему показалось, и то, что он увидел секундой ранее не была правда. Не может быть… Но ни через один хлопок веками, ни через другие пять ничерта не поменялось. Нечто похожее на ботинок, от которого отходит нога, человека до сих пор пряталось среди голых палок кустов. — Арс, — останавливает мужчину шатен, указывая на нечто. — Там человек. — Где? — брюнет оглядел окрестности и ничего подозрительного не нашёл. — Паш, тебе показалось, там ничего нет. — Нет, присмотрись, там вдалеке лежит человек. — Всё равно не вижу, но если тебе будет спокойнее, давай посмотрим ближе, — Попов двинулся в указанную приятелем сторону. В десяти метрах на сырой земле лежала девушка. Расстояние между телом и мужчинами сократилось до одного метра. Воля и Попов вскрикнули от испуга и ужаса. Эта девушка Анна Серебрякова. Её лицо было испачкано кровью. Особенно её было много на затылке, под носом и над верхней губой. Она была без сознания. Арсений упал на колени рядом с подростком и первым делом проверил пульс. — Есть? — голос Павла из-за напряжения звучал на пару тонов выше. — Вроде да, — с облегчением выдыхает учитель русского, нащупав пульс. — Вызови скорую. — он что-то бурчит нецензурное, пока рассматривает синяки на лице девочки, а после произносит на выдохе, — Ох уж мне эта тёмная аллея! Дрожащими руками Воля набирает телефон экстренной службы. — Кто же её так?! — брюнет кладёт белокурую макушку к себе на колени и осматривает лицо. — Нужно неприменно выяснить! Алло… Скорая… — шатен назвал адрес, описал ситуацию и оператор голосом робота проговорила: ожидайте в течении пятнадцати минут. — Знать бы как давно она здесь лежит! — произносит Воля дрожащими голосом. Он схватил себя за волосы и слегка оттянул. — Минут двадцать-двадцать пять, — воздух будто покинул лёгкие учителя русского и литературы. Сердце билось в бешенном ритме, гоняя кровь по организму. Арсений почувствовал странное чувство где-то около сердца. Пальцы забились в треморе. Было сложно контролировать свои эмоции. Сейчас Попову хотелось разорвать на куски ублюдка, который посмел сотворить такое с его ангелом. Ангелом? Ладно не сейчас, пусть будет так. Господи, Аннушка, солнышко, открой глазки, приди в себя. Не заставляй меня нервничать, пожалуйста! Феечка моя, лучик солнца, радость моя, умоляю, очнись!!! . Очень странные эмоции нахлынули на Попова. Хотелось рвать, метать, плакать, кричать. И всё это из-за десятиклассницы, которая вроде как его друг. (но это не точно) Подъехала карета скорой помощи. Из машины появился сердитый, седой мужичок в очках, видимо врач и молодая фельдшер: рыженькая, низенькая и с веснушками. Они подошли к потерпевшей и начали осмотр. Лица у них были серьёзные. Врач аккуратно повернул лицо подростка, осматривая кровоточащую рану на затылке. Аннушка была бледна как всегда, а вдобавок с кровью и фонарём под глазом она выглядела как труп. — Что произошло? — без лишних слов начал врач. — Мы шли по аллее и обнаружили ученицу здесь. Ранее, когда мы проходили её не было, значит в минуты отсутствия, а это 20-25 минут произошла драка, — начал Воля стальным голосом. — Естественно нам неизвестно кто совершил такое с девушкой, — подавленным голосом бурчит Арс, перебивая директора школы. — Ясно. Тогда будьте добры назвать ФИО девушки. — Серебрякова Анна Николаевна. — Телефон родителей, — просит фельдшер, заполняя бланк. — Сейчас, — брюнет открыл телефонную книжку и озвучил номер, — Николай Александрович, — озвучил он имя. — Ну что, зови Ефимыча, пускай носилки несёт, госпитализируем, — поднимаясь с корточек оглашает седой доктор. — А, вы, — мужчина обращается к учителям, — будьте любезны кто-нибудь сопроводить потерпевшую до больницы, а оттуда связаться с родителями ребёнка. — Арс? — вопрошающе смотрит шатен. — Хорошо, я сопровожу, — Попов был сам не свой. Всё в тумане, в ушах стоит гул собственных мыслей. Кто посмел избить Аню? или Почему я так странно реагирую на это? К обычным людям не испытывают такие чувства и Арсения это настораживало. В карете скорой помощи блондинку привели в себя, но толком она в реальности так и не появилась. Летала где-то в прострации. У неё даже сил на фокусирование не было. В больнице брюнет позвонил Николаю и рассказал о происшествии. Мужчина на том конце телефона промямлил что-то нецензурное и оповестил, что через десять минут будет на месте. Аню забрали в операционную, чтобы зашить рану на затылке. Арсений остался в коридоре для того, чтобы потом узнать о самочувствие подруги. Даша по-настоящему сломала жизнь Серебряковой… Аня долго не сможет забыть эти побои… — Я никогда тебе этого не прощу, — скажет она Даше через некоторое время, но это будет не сейчас и не завтра. Девочке нужно отдохнуть после такого…