Её любовь звали ненависть к своему телу.

Воспоминания — они бывают хорошие и плохие. Одни заставляют вспоминать счастливые моменты прошлого, снова и снова улыбаясь. По просторам души разливается приятное тепло, что окутывает целиком и полностью, погружая в атмосферу доброго, счастливого, возможно взволнованного события из прошлого. Но есть и такие, что тяготят с каждым днём, неделей, месяцем, годом, заставляя вспомнить о таком неприятном, может быть даже мерзком воспоминании, которое хотелось бы забыть раз и навсегда, но вот только коварная память, издеваясь, не даёт этого сделать. И что бы ты не делал, где бы не находился эти воспоминания могут настичь врасплох, вызывая неоднозначные эмоции… Она её заметила сразу. Не пришлось и выискивать глазами, когда главная изюминка надвигающегося показа, да ещё и именинница сегодня вошла в фойе дома моды Морели. Смеющиеся глаза, оценили внешний вид девушки, прикидывая, что изменилось за столько лет. Ехидно ухмыльнувшись, она решила обратить на себя внимание, всё-таки как-никак старая знакомая! Аннушка выглядела как всегда бесподобно. Светлые волосы заколоты в пучок, лицо пестрит свежестью и жизнерадостностью, идеально белая футболка, заправленная в бежевые брюки, белые кроссовки всё это делает образ сахарной феи кристально чистым и невинным. Девушка, оглядывается по сторонам, здороваясь со знакомыми и приветливо улыбаясь им. — Аня?! Сколько лет, сколько зим! — вскрикнула Влада. Высокая худощавая девушка с розовыми волосами и проколотым носом, буквально светилась от счастья, что встретила старую знакомую. Она подбежала к растерявшейся Аннушке, теряя дар речи от нахлынувших эмоций. — Я… да… мы… же, — лепетала она, не в силах сформулировать предложение. — Помнишь меня? Я Влада Сорокина! Мы когда-то вместе в гимназии учились и за одной партой сидели! Из шестой гимназии, помнишь? Ну та самая брюнетка с брекетами, кучей браслетов из резиночек?

Помню ли я? Конечно, ты даже не представляешь, КАК я тебя помню!

— Да-да, конечно помню, — попыталась искрине улыбнуться Аня, но улыбка выходила скорее наигранной и нервной. — Ты такая красивая стала. Прямо-таки не узнать! Где та пухляшка Анютка-булочка? — Сорокина оценивающим взглядом пробежалась по фигуре блондинки, хмыкая, что уже эту прекрасную, худенькую девчонку обозвать булкой нельзя. — В прошлом, — ответила Серебрякова.

Навсегда в прошлом…

Мимо пробежал запыхавшийся Альберт Карлович, что-то крича рабочим, что натягивали вывеску. Девушки невольно обратили внимание на чёрно-белое полотно с буквами, что пытались ровно натянуть на стену напротив входа.

Чтобы зайти и погрузиться в этот чудесный показ сразу же!

— мечтательно вздыхал Морель, когда представлял идеально сложенное шоу, своих моделей, что блестнут яркими нарядами, шоу с огнём от главной звезды показа и просто пресс конференцию, где СМИ накинутся на Серебрякову с вопросами. — Я же говорил левее! — пыхтит мужичок, держась за сердце, что из-за бега готово было выскочить наружу. Рабочие что-то буркнули ему в ответ, всё равно делая по своему. Может оно и к лучшему, всё-таки знают как правильно цеплять этот гигантский плакат. Влада воодушевленно рассказывала Ане, как изменилась её жизнь, как она стала одной из самых классных девочек в школе, как одноклассники скучают по Серебряковой и хотят пообщаться.

Да что ты! Что же когда я училась с вами в одном классе, то доброго слова было не допроситься? Только если домашку нужно было списать…

— А ты что в Петербурге делаешь? — Мы с классом приехали на десятидневную экскурсию. У меня сестра здесь живёт и пока эти лузеры умирают со скуки, гуляя по церквям, я тусуюсь по модным вечеринка по типу этой, — она указала на вывеску. Сказать, что настроение блондинки упало ниже плинтуса от этой новости — ничего не сказать. Пять лет… Пять лет она не хотела ни только не видеть своих бывших одноклассников, но и не слышать упоминания о личностях, что попросту сломал ей жизнь. Разве началась бы такая «игра» если б в тот самый день, что стал самым главным кошмаром в жизни Серебряковой, одноклассник бы не оторвал кусок юбки от сарафана? Откуда всё началось? Откуда?! Не может же рпп появиться из воздуха — это чушь! Это точно так же, как утверждать, что земля стоит на трёх слонах, а они на черепахе, что плавает по просторам космоса. Как правило расстройство пищевого поведения внушают. Заставляют поверить в свою неидеальность, даже если причины для глупой паники нет. Завистливые сверстники — токсичные дураки, что не следят за тем, что вылетает из их ртов. Вот оно начало целой истории! Конечно все их необдуманные словечки можно списать на гербалентность, присущую в подростковом периоде, но… Оправдать травлю гормонами невозможно!

И не каждый сможет эту травлю простить…

***

Входная дверь хлопнула и в коридоре раздались шуршания воздушных шаров. Николай что-то бурчал, пытаясь найти выход из оккупировавших его тело злобных шаров. — Да уйди ты, — фыркнул он, пробираясь вглубь квартиры матери, с грохотом опрокилывая стоящую на полу вазу. Любовь Дмитриевна вышла с кухни, укоризненно смотря на сына, что заталкивал кучу шаров в гостиную. Огромное количество нежно-розовой резины, наполненной гелием, шуршала, бились друг об друга. Середину всей этой композиции составляли большие серебристые цифры «1» и «7». Не сложно догадаться, что они значили! — Ты мне так весь дом снесёшь! — вздохнула женщина, возвращая вазу в прежнее положение. — Тебе повезло, что она не разбилась. — Прости, просто немного нервничаю, — выкрикнул из-за шаров блондин. — Всё-таки такой праздник! Хочу чтобы всё было идеально, а пока получается какашка какая-то, — шары были красиво поставлены в середине комнаты рядом с большой корзиной цветов, что Аннушка сама приперла домой пару дней назад. Половину завявших цветов с утра Любовь Дмитриевна выкинула, оставив самые красивые из тех, что остались. — Такое маленькое пространство, просто не знаю куда метаться! — А я говорила, что лучше у Арсения дома праздник отмечать. Там гостиная больше. — Нет, — выпрямился мужчина, предирчиво осматривая получившуюся экспозицию и поправляя некоторые неровности. Когда после нескольких пинаний один шар в разные стороны Николай наконец смог запихнуть его в нужный угол, он довольно улыбнулся, гордясь проделанной работой. — Аня — моя дочь и я не могу позволить себе пользоваться добротой её друга. Мы должны организовать праздник самостоятельно! — Но помощь Арсюши бы всё равно не помешала. — Он звонил мне час назад, спрашивал чем может помочь, — теперь блондина привлекли вазы на журнальном столике. Кажется у четы Серебряковых это семейное поправлять и так идеальное. — И ты его послал? — настороженно спросила Любовь Дмитриевна, замирая со скалкой в руке. — Нет, я попросил забрать и привезти торт. А потом не знаю, что он собирается делать. — Какой-то ты странный стал после приезда в Петербург, — послышался тяжёлый вздох родительницы, чьё сердце болело не только за сына, но ещё за внучку и её так скажем «личную жизнь». — Переживаешь, что Анюта уже взрослая? Он кивнул, опускаясь на диван. Как любой отец Николай Александрович переживал, что его дочка, та самая маленькая Аннушка, что играла в куклы, просила заплести косички в садик, а потом и проверить домашнее задание в школе уже настоящая семнадцатилетняя девушка. Красивая, умная, самостоятельная, со стремительным карьерным ростом и хорошим парнем, хоть и немного старше. В общем, гордость, а не дочь. Это одновременно радовало и больно отдавалось где-то в груди лёгким дискомфортом. Дети вырастают — это закон жизни, через который проходят все люди в мире. Птенцы крепнут, готовясь встать на ноги, чтобы начать отсчет самостоятельной жизни без своих родителей. Они улетают из родного гнезда, летя в далёкий край «реальный мир», где предстоит пройти не мало преград, чтобы доказать не только окружению, но и самому себе, что ты достоин быть частью того общества, что является идеалом мечтаний. Закон жизни — без него не пройдёт мимо ни один день, год, век, тысячелетие. И во все времена родители будут волноваться, когда их птенчик будет взлетать. Жизнь слишком короткая штука, чтобы успеть понять все тонкости. Секунда — это миг, что проворонить крайне легко, упуская возможно важнейшее событие в жизни. Николай не сразу понял, когда его малышка успела стать настоящей звездой. Когда успела взобраться на такие высоты? Всё произошло настолько быстро, что мужчина попросту не успел сконцентрировать внимание на процессе становления Анны такой прогрессивной моделью, за которой гоняются многие фирмы, чтобы заключить контракт. Она добилась всего сама. Собственным трудом, обаянием и умом естественно. Никакие многочисленные связи богатого отца и «друга» бизнесмена попросту не были задействованы. Разве это не повод для гордости, что Серебряков вырастил хорошего человека. — Феечка уже совсем взрослая, — проговорил мужчина хриплым голосом. — А я до сих пор считаю её такой, — он указал ребром ладони на рост едва ли метр, демонстрируя, что в его памяти и сердце доченька будет всегда малышкой. — Ты тоже для меня всегда оболтус, что приходит после прогулки в рваных штанах, — тихо смеётся Любовь Дмитриевна, подсаживаясь к сыну. — Дети всегда остаются детьми для своих родителей, как не крути… — улыбнулся Серебряков. — Да-а, — тянет женщина. Она медленно обвела комнату взглядом, удостоверяясь, что всё в порядке. За дверьми кухни раздался писк печи, поэтому паузу так называемых «размышлений» пришлось прервать. Николай тоже решил не терять времени. В голове щелкнула идея, что было бы неплохо заехать к Арсению, чтобы заранее обговорить сюрприз. Заодно и торт вместе забрать, если он этого ещё не сделал конечно.

***

Седьмое августа был один из самых обычных и спокойных летних дней. Особенно в спальном районе. Жизнь шла своим чередом, не стремясь торопиться куда-либо. Всё вокруг было так лениво, медленно и обыкновенно, что даже разглядывать окрестности было верхом скуки! Лёгкое покачивание листвы на берёзах, лениво плывущие облака на голубом небе, собака, что дремала под кустом, мурлыканье котов, что грелись на солнышке — всё было умиротворённо. Серебрякова даже это подбешивало слегка. Как может жизнь во дворе идти так спокойно, когда вокруг столько дел, что нужно в непременном порядке выполнить! Вызвав такси, мужчина проговорил новый адрес Арсения, что на удивление был недалеко. Всего пятнадцать минут езды без пробок.

«Жук! Наверное специально гнездышко поближе к моей птичке выбирал»

— улыбается про себя мужчина, провожая этот умиротворенный мирок обычного дворика. Машина выехала на проезжую часть, где бурлила настоящая городская жизнь. Люди бегали туда-сюда, машины летали по проезжей части. Везде был шум и гам!

Вот она — моя любимая суета!

Будущий зять Коль, ты где? 14:55 Высветилось сообщение на экране смартфона. Блондин тут же напечатал ответ:

Будущий тесть

Еду к тебе.

14:55

Будущий Зять Реально? А что не предупредил??? Я собирался ехать за тортом уже! 14:57

Будущий тесть

Люблю появляться неожиданно;)

14:58

Никуда не уезжай без меня, есть дело!

14:58

Будущий зять ОК, жду) 14:59 Наверное было ошибкой так спонтанно извещать Попова о своём приезде, но Серебряковы не Серебряковы, если их действия не будут иногда неожиданными. А иногда и необъяснимыми! Тот самый волшебный и сказочный Петербург, что круглосуточно описывала Аня в разговоре по телефону с отцом очень отличался от реального. Половина всего того, что девушка считала необычайно красивым, волшебным, выписанным из какой-нибудь книги Достоевского никак не возбуждало в Николае бурю эмоций.

Вот дворы колодцы.

Смотрел он на эти с одного взгляда жуткие дома.

Ну история, ну писал Фёдор Михайлович о таких, но что чёрт возьми привлекательного в них?

Что было особенного в Анне, чего не было в её отце? Наверное то, что девочка умела ещё с раннего возраста романтизировать всё! Мечтать, описывать красочно то, что другой человек описать никак кроме двух-трёх слов не сможет. Не дар ли это данный Богом? Что красивая речь, что фантазия, что ум — были даны всевышний именно ей неслучайно! Именно она из изгоя превратилась в кумира одноклассников, стала лицом Газпрома и двух брендов одежды. Может не просто так всё было дано? Мать-кукушка, булинг — были всего лишь испытания, чтобы девушка смогла доказать, что достойна лучшего. Она выкарабкалась. Она встала на ноги и смогла доказать людям, что не глупая помпушка, а стройная, умная и симпатичная дама. И всё это заставляло Николая гордиться своей дочерью. Но и настораживаться одновременно… Скелеты в шкафу? А у кого их нет!

***

Что-то вдруг выпало с верхней полки шкафа, с грохотом падая на пол. Попов испуганно подскочил к свалившемуся розовому подарочному пакету, проверяя содержимое на целостность. — Слава Богу! — выдыхает мужчина. Подарок для сахарной феи мужчина выбирал довольно долго. Ходил по различным магазинам, разглядывая содержимое, но ничего не западало в душу!

Дарить банальные деньги, что Аня получит и от других — глупо, цветов у неё и так куча, а что тогда?

Крутился, как белка в колесе вопрос под коркой мозга брюнета. И вот как же он выбрал подарок? После того, как Арсений снял квартиру в центре Питера он решил в этот же день пройтись по окрестностям. Ему повезло поселиться в таком миниатюрном и уютном дворике, что казался отдельным мирком посреди суеты города. Любезные старушки развесили жёлтые гирлянды под козырьком парадной. По периметру были расставлены бетонные клумбы с различными цветами, что по сравнению с бледным оттенком типичного питерского дома, казались просто разлитыми красками по среди серого квартала. Типичные лавочки с компаниями болтливых пенсионеров также присутствовали в новом дворике Попова. По сравнению с современными дворам где-нибудь в новостройках, здесь было полно зелени. Огромное количество ветвистых деревьев, что в летний период распушили свои изумрудные кудри, шурша листвой. Настоящий пейзаж какого-то советского двора из фильма. За пределами уютного спальника находилась шумная дорога. Там было очень много кофейнь и различных магазинчик с цветными вывесками. Арсений медленно шёл по тротуару рассматривая то одну, то вторую вывестку. И вдруг его взгляд упал на небольшой винтажный магазинчик. Колокольчик на входе оповестил продавца, что в помещение кто-то вошёл. Там пахло пряниками. Теми самыми, с которыми у многих ассоциируется рождество. Уже сразу на входе брюнет обратил внимание на небольшую лавку с шкатулками. И в середине стояла та, в которую мужчина влюбился с первого взгляда. Одного мимолётного взгляда хватило, чтобы влюбиться в резную шкатулку из дерева. Прямо как в Аннушку! И он, не раздумывая, купил вещицу в подарок фее. Звонок в дверь вывел брюнета из размышлений. Николай Александрович с широкой улыбкой вошёл на порог дома. — С новосельем что ль! — протянул он, пожимая приятелю руку. — Надеюсь потом устроешь мне экскурсию по просторам дома, — хихикнул он. — Непременно! Разговор тянулся ни о чём. Пока голубоглазый брюнет обувался, Серебряков рассказывал о вчерашнем перелете, как Кузя (любимый кот Ани) закатил истерику и в салон самолёта пускать его не хотели. Как блондинка скакала вокруг него вчера, чуть не удушив. — В общем весело! — подвёл он итог, когда мужчины уже спускались к жёлтой машине такси. — Ты чего, кстати вчера в гости не пришёл? — На работе завал был. Как приехал в офис, то обалдел от переполоха! — хихикнул Арс.

***

Праздник начался спустя два часа, когда Серебряков-старший и Попов-будущий-зять привезли большой торт. Аня была уже дома, но Любовь Дмитриевна держала её под присмотром в коридоре, чтобы выдержать интригу. — Ну почему-у! — конючит уже семнадцатилетняя девушка, гладя кота. — Ещё не приехали папа и Арсений Сергеевич. — Арсений Сергеевич, — передразнивает её Аннушка. Ощущать тепло в груди было уже привычно, когда мысли или разговор нечаянно касались любимого мужчины. Хоть и старого!) Входная дверь хлопнула. — Вспомни солнце! — вскрикнула имениница. — Вот и лучик, — подмигнул брюнет. Аня бросилась к нему в объятия, повиснув на шее. Как котёнок она уткнулась носом у шею мужчины, вдыхая такой родной аромат кофе и головокружительного парфюма. Арсений же вдыхал аромат ванили от белёсых волос девушки. Старшие Серебряковы не могли не умиляться, смотря на этих голубков. Такие милые, душевные, смущенные пристальным взглядом родителей. Щёки Аннушки покрылись пунцовым оттенком. Она медленно отпустила шею парня, отстраняясь и отходя на шаг. — Рада тебя видеть, — пробормотала она, смотря смущённым взглядом из-под ресниц. — Я тоже очень рад, — он протянул бледно-розовый подарочный пакет с резной шкатулкой внутри. Аня приняла пакетик, не заглядывая внутрь. Жестом она пригласила гостя в гостиную, куда ей самой вход был воспрещён до момента прихода отца и парня. — Готова? — спросил Николай Александрович, становясь у дверей. Девочка несколько раз кивнула, сгорая от нетерпения. Двери отворились и Аннушка с котом вбежали в комнату. Один сразу пошёл грызть нитки от шаров, а Аня остановилась в центре гостиной, прикрывая ладошками рот. Её синие глаза блестели счастьем и умилением от сюрприза родственников. Большие серебристые шары-буквы «17» и огромное количество розовых шариков. Под ними стояла притащенная корзина с цветами, что дополняла композицию. — Как это мило! — пропищала девочка, медленно подходя ближе. Она делала всё медленно и осторожно, боясь разрушить такую красоту! — Папуль, бабуль, это…это… спасибо! — девушка расплылась в улыбке. Эмоции переполняли её душу. Она хотела подбежать и обнять своих родных так, чтобы кислорода не хватало. Чтобы объятия были похожи больше на удушье. Но девушка так и не сдвинулась с места. Лишь стояла, пытаясь сформулировать гигантский текст с благодарностями за такой милый сюрприз с шариками. Вообще любая мелочь готова была стать для Аннушки помпезной, если это было сделано с душой. Даже простое колечко из бисера. Лишь бы подарок был не просто бездушной вещицей, а настоящей частичкой чьей-то души. Любовь Дмитриевна позвала всех за стол, где буквально было всё забито тарелками с аппетитными блюдами. Что-что, а готовить она умела отменно! Курочка с золотистой корочкой, румяный картофель, две больших чаши с салатами, один из которых — мимоза, был одним из любимых в списке Аннушки. Семнадцатилетняя девушка смотрела на все блюда такими голодными глазами! Арсений едва сдержался, чтобы сказать пару слов. — Анют, тебе что положить? — спросил отец, накладывая небольшой кусочек курицы к себе в тарелку. — Я-я? — неуверенно переспросила блондинка. Показалось или нет, но Аннушка нервно сглотнула, бегая глазами по периметру стола, не зная за что бы схватиться. — Э-э, я буду мимозу, только чуть-чуть. Попов хмыкнул. Уверенность в том, что девочка была больна превышала 100%. Мысли сгруппировались где-то в середине головы, путаясь и теряясь. Было больно и страшно осознавать, что его сахарная фея уже всё — не исправима.

Она больна, она сходит с ума! Как лечить? Мазать раны сладкой солью больше нельзя! Нужно дать им затянуться, почему она не понимает! Что будет с ней дальше?

Вся эта любовь, что жила в душе мужчины при виде этого ангела будто бы копье вонзалась в самое сердце. Любить — есть чувствовать боль за каждый вдох любимого. Оно и правда! Разве переживал ли Арсений если б не любил? Этот прекрасный ангел с синими глазами и белёсыми волосами с печалью смотрела на тарелку и вилку с небольшим куском салата. Мужчина чувствовал её переживания, её ненависть к этой тарелке. Она ненавидела эти чёртовы калории, что кишили в майонезе! Внутри наверняка была паника. Она просчитывала время, когда сможет выблевать то, что съесть, чтобы взрослые не узнали. И это всё творится в голове семнадцатилетней девочки, что любит есть сахарную вату, пить какао с зефирками, смотря сериалы. Только где эта воздушная, как дымка в небе девочка? Вместо неё здесь сидит озабоченный лишь одной мыслью, умирающий человек.

Худеть. Не важно как. Только худеть.

Ей семнадцать. Она ещё толком ничего не видела в жизни. Она ещё так мала, чтобы губить свою жизнь жалким рпп, что перерастает с каждым днём в анорексию. Разрываются нервы! Невозможно выносить всё это! Как же сложно понимать, что этот ангел, пахнущий ванилью, от которого так и светится живой лучик, на самом деле очень грустный подросток.

***

В конце вечера вынесли торт со свечками большой, белый, состоящий из двух больших коржей с розовыми леденцами наверху. Он был сделан специально на заказ. Свет выключили. Комната находилась в полумраке. Свечи освещали счастливое лицо блондинки, что завороженно смотрит на пылающие огоньки. В её глубоких глазах отражались искорки огоньков. Она была счастлива. Спокойна как никогда и счастлива. Арсений хотел запечатлить этот образ девушки во мраке, освещенный лишь рыжим светом огня. Тот самый образ жизни в этом ребёнке… — Готова загадывать желание? — весело проговорил Николай, наводя камеру своего смартфона на дочь. Блондинка подняла голову, смотря прямо напротив стоящего парня, что не стесняясь рассматривал её профиль. Она лучезарно улыбнулась, намекая, что желание будет связано исключительно с ним. И в этот же миг свет погас. Запах парафина ударил в нос и все захлопали в ладоши.

«Я желаю любить и быть любимой этим голубоглазым брюнетом, что смотрит на меня завораженным взглядом. Он самый лучший мужчина, которого я когда-либо встречала. И пускай все те горести, что мы перенесли больше не настигнут нас. Я буду любить его, а он меня и вместе мы пройдём через все трудности.»