A Breath of Unscented Air

Как только они прошли через двойные двери, на них обрушилась волна шума. Трибуны были заполнены болельщиками в красном и черном, ни одной оранжевой футболки не было видно. Как только фанаты заметили их, они начали освистывать. Кто-то бросил ботинок, от которого Ники едва увернулся. — Приятно, — сказала Эллисон, сморщив нос. — Давайте начнем пробежку, — сказала Дэн. Как команда, они приступили к разминке. Они проходили уже третий круг, когда Вороны вышли из своей раздевалки под оглушительные аплодисменты. Нил едва удержался от желания заткнуть уши руками. Ему не терпелось выйти на площадку, где толпа будет сильно заглушена толстыми плексигласовыми стенами. Они пробегали мимо них во время пробежки, и Нил старался не смотреть по сторонам. Это было трудно, когда он знал имена всех 22 Воронов, их номера, статистику, наличие или отсутствие татуировки на щеке. Рико возглавлял стаю, его подбородок был высоко поднят, словно они уже победили. В воздухе витал запах высокомерия, но, возможно, это был просто запах альф; у Воронов было 14 альф, 7 бет и 1 омега. Нил даже не мог разглядеть Жана, спрятавшегося где-то в глубине толпы. У Нила заурчало в животе. Он не хотел быть здесь, иметь дело с самодовольным выражением лица Рико и слишком идеальной командой. Было бы достаточно плохо проиграть им, но просто находиться рядом с Рико заставляло Нила чувствовать себя так, словно он был в нескольких секундах от сердечного приступа. Его отец пытался продать его Рико, но ему помешала его мать и ее отчаянный побег. Теперь Натан Веснински сидел в тюрьме с возможностью условно-досрочного освобождения через несколько месяцев, а Рико был прямо здесь и смотрел на Нила так, словно пытался определить, какого размера клетка подойдет ему больше всего. Нил провел годы в бегах. Теперь он был так близок к тому, от чего бежал, что чувствовалось, как это нечто насмехалось над ним. Каждый мускул в его теле умолял его выбраться наружу, найти двери, чтобы протиснуться через них, пока не окажется на открытом воздухе, и продолжать бежать. Нилу пришлось заставить себя стоять на месте, глядя на величественную площадку для экси и свою собственную команду Лисов. Он не мог их подвести. Когда они собрались, чтобы размяться, Эндрю плюхнулся рядом с Нилом. Он ничего не сказал, но в его взгляде читался вопрос. — Я здесь, чтобы играть, — ответил Нил. — Давайте заставим их истекать кровью. На мгновение губы Эндрю растянулись в редкой улыбке. — Мое любимое занятие. Они выполняли упражнения на своей половине поля, а затем Ваймак собрал их вокруг себя для краткой ободряющей речи, суть которой сводилась к «Сделайте все возможное и заставьте их заплатить». — Да, тренер! — дружно ответила команда. Затем пришло время начинать. Кевин и Нил вышли на площадку вместе, готовясь играть всю игру. Это будет жестоко, но Нил был полон энергии и был готов потратить всю ее на поле. Он любил экси и ненавидел Рико. Иногда все действительно было так просто. — Удачи, — сказал Нил, ударяя ракеткой Кевина по своей. — Придерживайтесь плана, — ответил Кевин. Все пошло не так почти сразу. Вороны были злобными и натренированными до мелочей, и из-за них упорные тренировки Лисов выглядели как шутка. Нил предполагал, что для начала ему придется действовать медленнее, поскольку он будет играть оба тайма, но против таких соперников сдерживать себя было невозможно. Он не мог выкладываться меньше чем на 100% и рассчитывать остаться на ногах. Хуже всего было то, что Вороны целенаправленно пытались запутать обозначения Лисов. Сначала это было настолько тонко, что он не заметил, но в конце концов он понял, что все защитники, против которых он играл — их регулярно меняли — были альфами. Когда Аарон был на площадке, они также играли только со своими альфа-нападающими, что означало, что Аарон всегда действовал как защитник против альф. В какой-то момент ему пришлось действовать в защите против Рико, и Нил, не глядя, понял, что Эндрю едва держится на ногах вне поля. Кевин мало рассказывал о своем пребывании в Гнезде, но все знали, что Рико — гад. Видя, как он толкается с Аароном или ухмыляется, несомненно, грубыми словам в его адрес в перерывах между игрой, кровь Нила закипала, что означало, что для Эндрю все было в пятьдесят раз хуже. В какой-то момент Рико толкнул Аарона так сильно, что тот упал назад и проехался по полу на несколько футов назад. Судья решил, что это было законно. Гневные удары по плексигласовым стенам дали всем понять, что Эндрю думает по этому поводу. К перерыву они уже устали, а впереди была ещё большая часть игры. Вороны выигрывали со счетом 14:3, и эти три очка были добыты с большим трудом. — Мэтт, ты на третью четверть, верно? — спросил Кевин. — Да. — Поменяйтесь с Ники. Ты и Аарон берете на себя четвертую четверть, именно в это время Рико, скорее всего, будет продолжать. Он любит делать последнее очко в игре, и он не может снова оказаться против Аарона. Кевину не нужно было объяснять почему. Прошлый тайм и так был плох; когда Эндрю был на площадке, у Рико не было возможности продолжать толкать Аарона так, чтобы это не закончилось кровопролитием. Они закончили пить и вернулись на площадку. Надеясь, что им удастся не дать Воронам забить еще много мячей, раз уж Эндрю в игре, они не были уверены, что смогут восполнить разрыв в очках. Лучшее, что они могли делать, это сражаться, как черти, и постараться избежать катастрофы. Когда началась третья четверть, Нила поставили в пару с более крупным альфой, Тоби МакМюрреем. Нил знал все об этой линии из своего исследования, а также дополнительную информацию от Кевина. МакМюррей был брутальным и находчивым четверокурсником. За свою карьеру экси в колледже он получил почти дюжину предупреждений; тот факт, что его поставили против Нила, не был хорошим знаком. Нил обратился за помощью к Кевину, но тот был отвлечен, разговаривая с Жаном Моро на быстром французском. Начался перерыв, и Нил вложил все силы в работу ног, танцуя вокруг своего защитника и используя любую возможность использовать свою скорость в своих интересах. Эндрю знал, как он играет, и часто отбивал мяч через всю площадку, заставляя Нила бежать за ним, вместо того чтобы попытаться послать его куда-нибудь, где легче поймать. Это сработало и принесло им еще три гола. Тем временем Эндрю полностью заблокировал их ворота; ни один мяч не попал в них. Они прошли примерно половину пути, прежде чем МакМюррей устал от уловок Нила. Нил только что завладел мячом, когда МакМюррей врезался в него, повалив его на землю. Это была не просто проверка плеча, это был захват, и МакМюррей приземлился прямо на него. Нил потерял мяч, но, судя по движению на периферии, он надеялся, что Кевин завладел им. Нил попытался вывернуться из-под МакМюррея, но тот упрямо держался за него, прижав его своим весом. — Рико хочет поговорить с тобой после игры, — объявил он, дыша ему в затылок. — Ты должен переодеться, а затем следовать по указателям в комнату B. — Отстань от меня, — сказал Нил, чувствуя, как сдавливает грудь. — Я никогда не пойду к Рико. — Он предпологал, что ты скажешь так. Он думает, что учитывая твои секреты, в твоих интересах будет лучше выполнять его приказы, Натаниэль. От этого слова у него по позвоночнику пробежал холодок. Угроза была ясна: Рико сохранит свои секреты, если Нил будет ему подыгрывать, но как только он остановится, они выйдут наружу. Был шанс, что люди Натана не знают, что Нил здесь; этот шанс уменьшится до нуля, если Нил не подчинится. К счастью, в этот момент вес исчез с груди Нила. Дэн схватила МакМюррея за наплечники и оторвала его от Нила, отбросив назад. — Судья показал флаг, — сказала она в ярости. — Ты глухой или просто тупой? Она разговаривала с МакМюрреем, но Нил был уверен, что он был и глухим, и тупым. Он тоже не слышал свистка и не понял, что игра остановилась. МакМюррей получил желтую карточку, и Нил выстроился в линию для штрафного удара. Он пробил его, но с трудом. Это не было похоже на победу, зная, что независимо от того, кто выиграл, эта игра закончится тем, что Нил и Рико останутся наедине. Игроков поменяли местами, и последние двадцать минут игры прошли как в тумане скорости, ударов и боли. Кевин забил еще несколько мячей, но и Рико тоже, несмотря на все усилия Эндрю. Зуммер прозвучал при счете 17-11 в пользу Воронов. — Отличная работа, команда, — сказала Дэн с выдавленным энтузиазмом. — А теперь давайте убираться отсюда. Никто не возражал. В раздевалках они быстро приняли душ и переоделись. В душевых не было кабинок, но они находились в более уединенной части раздевалки. Нил подождал, пока остальные закончат, а затем попросил Эндрю постоять на страже, пока он быстро вытирается. Он оделся и собрал свою сумку, после чего ему больше нечем было заняться, чтобы оттянуть время. Эндрю закончил быстрее и расположился так, чтобы следить за остальными. Нил никак не мог ускользнуть под его взглядом. Нил подошел к единственному человеку, который мог понять его ситуацию. — Мне нужно, чтобы ты отвлек Эндрю на минуту, — попросил Нил Кевина на бормочущем французском. — Рико позвал меня. Я не могу отказать, а Эндрю не должен об этом знать. Кевин бросил на него грозный взгляд. — Он сможет почувствовать его запах на тебе. — Нет, если Рико будет держаться на расстоянии. Взгляд Кевина стал больше похож на жалость, как будто он знал, насколько глупо Нил поступил, сказав эту фразу. — Он не захочет. Но если у тебя нет выбора, я помогу тебе. — Спасибо. Нил вернулся к своей сумке, делая вид, что ищет в ней что-то. Кевин подождал мгновение, затем подошел к Эндрю и отозвал его в сторону. Эндрю бросил быстрый взгляд на Нила, застыл на мгновение и позволил Кевину увести себя. Как только они ушли, ушёл и Нил. Темные коридоры дезориентировали, но он нашел знак, указывающий на комнаты с оборудованием, и пошел по нему. Через пару поворотов он нашел комнату, о которой ему говорил МакМюррей, и вошел внутрь. Флуоресцентные лампы освещали помещение, но в углах было темно. Если верить Нилу, здесь хранились все дополнительные вещи, необходимые для работы на стадионе: краска, колонки, ящики с инструментами, а также разное оборудование. Однако все это было в лучшем состоянии, так что Нил сомневался, что сюда будут спускаться Вороны, не получившие прямого разрешения. Нил шагнул в комнату, а Рико вышел из одного угла, закрыв за собой дверь. Он скрестил руки, одарив Нила самодовольной улыбкой. — Натаниэль. Мы снова встретились. — Меня зовут не так. — У меня есть копия твоего свидетельства о рождении, — сказал Рико так, словно это было обычным делом. — Традиционно для передачи опекунства. Я почти уверен, что я прав. Нил сглотнул, стараясь не выдать своего беспокойства. С другой стороны, его подавляющие препараты блокировали большинство его запахов, так что пока он сохранял спокойное выражение лица, он надеялся, что Рико не узнает о его чувствах. — Странно, но ладно. — К сожалению, у нас мало времени, поэтому я поспешу. — Рико передал корешок бумаги. Нил не хотел отрывать глаз от Рико, но все же бросил на нее короткий взгляд. Это был билет на самолет. — Ты прилетишь в Гнездо на зимние каникулы, — приказал Рико. — Ты будешь тренироваться с нами две недели, а потом вернешься в свою жалкую команду к Новому году. — Нет, спасибо. Я в порядке. — Позволь мне повторить, — сказал Рико, шагнув вперед. У Нила не было выбора, кроме как отступить назад, пока он не ударился о стену, оборудование по обе стороны от него зажало его на месте. Рико положил руку на шею Нила, угрожая, и сказал своим голосом альфы: — Ты полетишь в Гнездо на зимние каникулы. Будешь тренироваться с нами две недели. Ты научишься подчиняться. Альфа-голос работал следующим образом: это была сильная команда, которой омегам было трудно сопротивляться. Некоторые омеги сопротивлялись лучше, чем другие, и у некоторых альф голоса были более мощными, чем у других. Легче было сопротивляться голосу случайного альфы, чем, скажем, голосу приятеля или партнера по теплу. Поэтому Нил мог сопротивляться приказу. Просто это было трудно. Рико нежно провел большим пальцем по шее Нила, опасно приближаясь к его брачной железе. — Ты будешь делать то, что я скажу. Иначе люди твоего отца навестят тебя в Пальметто, и я сомневаюсь, что они будут также снисходительны, как я. В конце концов, ты нужен не им, а мне. — Я рискну, — сказал Нил, хоть и знал, что это ложь. Любой шанс остаться в тайне от отца должен быть использованным. Мясник больше не имел никаких обязательств перед Мориямами; он не пощадил бы жизнь Нила. — Глупый омега, — промурлыкал Рико. Он поправил хватку Нила на шее, затянув ее и сильнее откинув его голову назад. Нил слишком поздно понял, что он делает, и стал бороться, но хватка Рико была слишком крепкой, перекрывая ему доступ воздуха. Он прижал Нила к стене и, пользуясь положением, обнюхивал его, позволяя своему носу касаться брачных желез Нила так, что по телу Нила пробегали искры болезненного тока, как будто в его вены пустили статическое электричество. Нил боролся с ним, но он был полностью прижат, Рико был слишком силен, а хватка на его шее была слишком крепкой. — Ммм, — хмыкнул Рико. — Мне придется запомнить этот аромат на следующие несколько недель. Надеюсь, и ты запомнишь мой. Он ослабил хватку на шее Нила, но прижал запястье другой руки к носу Нила, заставляя его глубоко вдыхать свой запах. Затем он совсем отпустил его и отошел в сторону, чтобы Нил мог свободно пройти к двери. — Иди, омежка, — сказал Рико. — Увидимся зимой. Нил сложил билет и засунул его в карман. Он надеялся, что Рико не видит дрожь в его руках, не слышит стук его сердца. — Посмотрим, — сказал он, но это был блеф, и Рико знал это. У Нила не было выбора. Он схватил свою сумку, которую бросил у двери, и убежал. Все остальные уже были в фургоне и ждали его. Когда Нил забрался на борт, Ваймак бросил на него острый взгляд. — В следующий раз, когда ты забудешь свои вещи и тебе придется за ними возвращаться, я запишу тебя на марафон. Понял? — Да, тренер, — послушно сказал Нил, бросив взгляд на Кевина. Кевин, должно быть, солгал, чтобы остальные не волновались. Нил пробрался в заднюю часть фургона, но было ясно, что у него нет особого выбора, где сесть. Эндрю встал в проход, позволяя Нилу проскользнуть к нему. Нил так и сделал, поставив свою сумку между ними. Как только Эндрю сел обратно, он окинул Нила изучающим взглядом. Нилу стало интересно, насколько сильно на нем ощущается запах Рико. Ощущение было довольно неприятным, но, возможно, это было просто потому, что Рико навязчиво вбивал свой запах Нилу в нос. Наконец, Эндрю отказался от ухищрений. — Могу я тебя понюхать? — Нет. Эндрю выглядел немного ошеломленным. Он открыл рот, чтобы возразить, но потом передумал. — Хорошо. Нил не обращал на него внимания, глядя в окно, пока они отъезжали. Билет на самолет камнем тянул вниз в кармане, и он думал, какую ложь ему придется придумать, чтобы улизнуть на Рождество.

—

Вернувшись в отель, все взяли несколько минут, чтобы прийти в себя. Ваймак знал, что лучше не пытаться разобраться в командной драме, поэтому он поселил их с их постоянными соседями по комнате, насколько это только было возможно сделать. Это означало, что Нил и Мэтт жили вместе, Эндрю и Кевин, Аарон и Ники, а также три девушки. Нил не знал, есть ли у девушек раскладной диван или он раздвигается, но он был уверен, что Эллисон и Рене находятся в своего рода ухаживаниях альфа/омега, так что, возможно, они будут в паре. Независимо от этого, это означало, что Мэтт был единственным, кто был рядом, когда Нил пошел в душ во второй раз. Он использовал гостиничное мыло, чтобы намылить себя, пытаясь избавиться от затянувшегося запаха Рико. Нилу потребовалось много времени, чтобы понять, чем именно пахнет Рико, но, наконец, он пришел к наиболее близкому совпадению: бензином. Рико пах так, словно его облили бензином, густой, подавляющий аромат, от которого у Нила разболелась голова. Возможно, некоторым людям этот запах нравился. Может быть, Жану он нравился. Нилу, конечно, нет. Когда он максимально избавился от запаха, он высушился и натер лицо лосьоном, чтобы он пах хоть чем-то. Затем он переоделся и вернулся в комнату. Мэтт недолго оставался один. Сейчас он сидел на кровати, его правая рука обвилась вокруг плеч Дэн. Элисон и Рене сидели на диване в другом конце комнаты, уже чувствуя себя как дома. — Привет, Нил, — поприветствовал Мэтт. — Присоединишься к нам? Сесть было некуда, кроме как на другую сторону кровати. Слишком поздно Нил понял нечто важное: кровать была только одна. — Почему…? — Ваймак говорит, что произошла путаница, — сказал Мэтт. — Это большая кровать, так что я не против поделиться, но я не обижусь, если ты захочешь с кем-нибудь поменяться. — Лично я — доброволец, — сказала Дэн, поднимая руку. — Тебе придется жить в одной комнате с Эллисон и Рене, но у тебя будет отдельная кровать. — Я дам вам знать, — решил Нил. Он еще раз окинул взглядом свои перспективы и уже почти решил просто стоять, когда решил, что ну и черт с ним. Он оттирал и оттирал, но, если очень постараться, ему казалось, что он все еще чувствует легкий запах бензина. Оставался только один способ избавиться от него. Он забрался на кровать, на свободное место слева от Мэтта. Он не прижимался к нему, но и не протестовал, когда Мэтт дружески обнял его за плечи. — Два душа спустя, а ты все еще воняешь, — дразняще сказал Мэтт. — Что это вообще за запах? Бензин? — Это побочный эффект моих подавляющих препаратов, — солгал Нил. — Иногда я просто странно пахну. — Я не могу сказать, лучше это или хуже, чем вообще ничем не пахнуть. — Определенно хуже, — отозвалась Эллисон с другого конца комнаты. — Я ещё не чувствую твоего запаха, но я ненавижу запах бензина. Ты должен что-то с этим сделать. Нил жестом показал на Мэтта и Дэн. — Я в постели с кучкой альф, что еще вы от меня хотите? Дэн раскололась, настаивая: — Он прав! Мэтт осторожно сказал: — Ты не против, если… — а затем, как только Нил дал согласие, стал ерошить его еще влажные волосы и вдыхать его запах. — О-о, — сказала Дэн. — Мэтт, ты получил разрешение от телохранителя Нила, прежде чем сделать это? — Эндрю не мой телохранитель, — пожаловался Нил, сморщившись. — Он даже не мой альфа. Может быть он… Он мой парень? Все разговоры в комнате прекратились, и Нил почувствовал, что все обратили на него свои взгляды. — Подожди, ты не шутишь? — сказал Мэтт, в его голосе звучало неприкрытое удивление. Нил подмигнул ему. — Нет? С чего бы мне шутить? Мы… то есть, это не официально, и это даже не будет супердолгосрочным. Это не имеет значения… не имеет большого значения. И мы еще не договорились об отношениях, но… — Ух ты, притормози. Когда это произошло? Нил моргнул. Когда это произошло? — Пару недель назад, — решил он. — Когда мы ездили в Сумерки. После того, как мы провели там время, я имею в виду. Мы поцеловались. — Вы целовались с тех пор? Или занимались, ну, знаешь, другими вещами? — Мэтт игриво пошевелил бровями. Нил медленно моргнул, надеясь, что Мэтт поймет, как смешно он себя ведет. — Оу, да, мы немного целовались. И я не знаю, что еще ты имеешь в виду, но я не думаю, что мы занимались этим. — Он такой милый, — сказал Мэтт, повернувшись к Дэн. — Такой невинный. Я когда-нибудь говорил тебе, как сильно я люблю этого парня? — Только каждый день, — сказала Дэн, как будто это была обычная шутка. — Я не невинен, — жаловался Нил, но, вероятно, ему не помогло то, что после этого он сразу же уткнулся лицом в плечо Мэтта. Мэтт был теплым, а Нил устал; засудите его. Через некоторое время раздался стук в дверь. Элисон открыла ее и впустила остальных: Ники, Аарона, Кевина и Эндрю. У Ники в руках был пакет с выпивкой, а у Эндрю — пакет с закусками. Нил сразу же узнал большинство закусок — это были те самые, которые Эндрю привез из аэропорта. Дэн радостно вскрикнула и помогла остальным распределить выпивку. Они разложили свой выбор на журнальном столике и начали наполнять стаканы красным вином. Кевин схватил первый попавшийся и выпил его до дна. Эндрю подошел к Нилу со стороны кровати и окинул ситуацию оценивающим взглядом. Однако он не стал комментировать это — вместо этого он достал из сумки два предмета и протянул их Нилу. — Фруктовая пастила. Смазка. — Ты такой щедрый, — сказал Нил. Смазка ему не пригодилась, и он почти передал ее Мэтту — уверен, что они с Дэн могли бы ею воспользоваться, — но потом понял, что это рецепт катастрофы. Вместо этого он воскликнул «Элисон!» и швырнул бутылку ей через всю комнату. Она поймала его, удивленно посмотрела и спросила: — Что, черт возьми, я должна с этим делать? — Не знаю, что-то аллосексуальное? Ты разберешься. Только не нужно рассказывать мне об этом! — Такой неблагодарный, — сказал Эндрю, покачав головой. — Да, — согласился Нил. — Самый неблагодарный. Эндрю перешел на немецкий. — Ты избегаешь меня? Нил скорчил гримасу и ответил на том же языке. — Только немного. — Почему? Нил пожал плечами. — Ты ничего не сделал. — Почему ты не даешь мне понюхать тебя? Ты отталкиваешь меня, или что-то скрываешь? Нил опустил голову. Он ненавидел то, каким наблюдательным иногда был Эндрю. Было бы проще, если бы Эндрю просто не обращал внимания на странное поведение Нила, но в каком-то смысле Нил был обязан рассказать ему правду. — Второе. Я не хочу, чтобы ты злился. — Буду ли я злиться на тебя или на других? — На других. Эндрю глубоко вдохнул, думая об этом. — Хорошо. Если ты не хочешь, чтобы я злился, я не буду злиться. — Ты уверен? — Да. Нилу это не понравилось, но он отцепился от своего одеяла-известного-также-как-Мэтт. Он подвел Эндрю к дивану, пытаясь сообразить, сколько он может рассказать.