A Breath of Unscented Air

В течение недели Эндрю мирился с дерьмом Кевина. Все нервничали перед игрой Воронов, но Кевин перешел на другой уровень. Дни он проводил в раздумьях, а ночи ворочался во сне. При упоминании Воронов он бледнел, и большую часть времени бодрствования проводил, уставившись в пространство, полностью отдалившись от реальности. В течение недели Эндрю справлялся с этим. В течение недели он играл роль сильного, непоколебимого альфы, говоря Кевину, что его страхи глупы и что все будет хорошо. Затем Эндрю оборачивался и говорил себе, что его собственные страхи глупы, и все будет хорошо. Это выглядело гораздо менее убедительно. К тому времени, когда наступил настоящий день, Эндрю был на пределе. Часть его души хотела спросить у Ваймака, могут ли они просто проиграть и не разбираться с этим, но он знал, что это не вариант. Это была их судьба, и они должны были пройти через нее, нравится им это или нет. Эндрю это очень, очень не нравилось. В аэропорту он держал своих людей вместе, альфа-инстинкты были в состоянии повышенной готовности. В самолете он сидел рядом с Нилом и Кевином, позволяя им отвлекать его в меру своих возможностей. Потом он словно моргнул, и они оказались на стадионе. В шкафчике Эндрю лежала лань, и он практически слышал насмешливые слова Рико: Эндрю Доу. Ни семьи, ни дома. У тебя даже фамилии нет. Эндрю отбросил лань и дурацкую бутылку с водой, напомнив себе, что это неправда. Он был Миньярдом, и хотя это не было большим семейным наследием, по крайней мере, это было хоть что-то. У него были Аарон и Ники. Он не был одинок. Эндрю присматривал за остальными, следя за тем, чтобы они выбросили подарки Рико. Особенно за наркотиками, следя за тем, чтобы ни одна таблетка не вылетела из бутылочки Аарона. Если у тебя будет рецидив, клянусь, я снова запру тебя в ванной и заставлю переждать. Я не буду играть. Кевин слишком медленно выбрасывал свой подарок, фотографию в рамке, на которой были изображены он и Рико, поэтому Эндрю вырвал ее из его рук и занялся ею. — Не позволяй ему добраться до твоей головы, — прорычал Эндрю, и тут же был отвлечен мягким голосом, доносившимся из другого конца комнаты. — Эндрю? Это был Нил. Какая-то часть Эндрю не хотела знать, что подарили Нилу. Его нервы и так были расшатаны из-за прошедшей недели, самолета и его собственного подарка. Он не мог смириться с тем, что Нил тоже пострадал. Эндрю не знал, кем были эти двое, но он знал, что они были чем-то. За последние несколько недель они позволили себе новые уровни близости на людях и украденные поцелуи наедине. Всякий раз, когда Эндрю вдыхал запах Нила, он улавливал в нем намек на свой собственный запах, и это всегда доставляло ему огромное удовольствие. Они еще не спаривались, но казалось, что, возможно, это может произойти в скором времени. Эндрю не знал, как у Нила обстоят дела с привязанностью, но он знал, что если Нил попросит, Эндрю будет готов. Он хотел пометить Нила, хотел претендовать на него. И если это заставляло его звучать как альфа, то ладно. Эндрю просто очень, очень заботился о Ниле и сделал бы все возможное, чтобы тот чувствовал себя в безопасности и был любим. Эндрю не знал, что это было, но это было что-то. И это что-то заставило Эндрю сильно испугаться того, что подарили Нилу, чтобы сделать его голос таким слабым. Он поспешил туда, взглянул на предметы, прежде чем выбросить их. Бутылка с водой. Красные розы. Черный ошейник. Эндрю собирался убить Рико. Он собирался избить его голыми руками, а затем переехать его своим Мазерати. Несколько раз. Просто чтобы убедиться, что это запомнилось. Вслух он сказал: — Как жалко Рико. У него такие низкие ожидания от своей команды, что он думает, что должен вывести нас из себя, чтобы у них был шанс. Произошла еще одна заминка. Эндрю едва заметил это. Ваймак ушел. Нил, у которого не должно было быть запаха из-за его подавляющих препаратов, слабо пах мучениями, и он уставился на свои ботинки. Эндрю потрепал его по щеке. — Ты не собака. Нил помрачнел. — Я знаю. Эндрю мог защитить Нила физически, но не эмоционально. А потом началась игра, и Эндрю понял, что не может защитить Нила даже физически. Эндрю наблюдал со стороны, как задняя линия нападения, состоящая из альф, врезалась в Нила, словно они хотели сломать его. Они постоянно влезали в его пространство, даже когда он не владел мячом. Судьи вообще не обращали на них внимания, потому что, ну конечно же, не обращали. Потом был Рико. Гребаный Рико, который влез в пространство Аарона, толкая его и ухмыляясь над ним. Он ударил Аарона так сильно, что тот прокатился по полу, и Эндрю ударил кулаком по плексигласовой стене, желая, чтобы это была голова Рико. Ваймак наблюдал за ним, выглядя недовольным состоянием игры. Однако он не сказал Эндрю, чтобы тот успокоился, вероятно, понимая, что это бессмысленно. Когда Аарон вышел с площадки, Эндрю схватил его за воротник майки и дернул на себя. Аарон не стал противиться, его волосы были влажными от пота, и он тяжело дышал. От него исходил жалкий запах, и знаете, что самое ужасное? От него пахло бензином. Как от Рико. Эндрю оттолкнул его. — Иди, попей воды. Аарон не жаловался. Эндрю пришлось отойти в перерыве, пытаясь успокоить нервы. Ему нужно было взять себя в руки, если он хотел сыграть хоть в какой-то степени прилично, и он знал, что нахождение в комнате со своими скорбящими товарищами по команде не поможет. Потом он оказался на площадке, и он блокировал, блокировал и блокировал. К черту Воронов. К черту их пафосную форму и их эмо-стадион. Блокировать, блокировать, блокировать. Эндрю ненавидел их. Он ненавидел этого защитника, МакМюррея, который постоянно врезался в Нила, словно хотел, чтобы тот отправился домой в мешке для трупов. К черту. Все. Это. Затем МакМюррей ударил Нила с такой силой, что они оба упали на землю, причем МакМюррей на него сверху. Это было то же самое дерьмо, которое альфа несколько недель назад устроил после того, как Нил был в течке. По крайней мере, у того альфы хватило порядочности попытаться слезть с омеги. МакМюррей этого не сделал. Судья объявил тайм-аут, и Эндрю почти бегом пересек площадку, чтобы оттащить МакМюррея. Дэн подоспела первой и оттащила его с предрассудками. Она любезно не стала разбивать лицо альфы. Эндрю бы не был так снисходителен. Нил сказал, что он в порядке и может продолжать, но Эндрю не знал, к какому уровню «в порядке» относился Нил в тот день. Других голов он не забил, всегда передавая мяч Кевину. Эндрю отвлекся настолько, что Рико пару раз забил ему, и даже через решетку на лице Эндрю мог видеть его насмешливую улыбку. Эндрю хотел ударить ракеткой по шлему Рико и посмотреть, сколько раз нужно ударить, чтобы он треснул, как яйцо. Игра закончилась. Эндрю не стал смотреть на табло. Он отвел Лисов в раздевалки и разделся, чтобы принять душ. Горячая вода немного ослабила панику, поселившуюся в его теле, и вернула его на исходную позицию. Он хотел понюхать кого-нибудь, но знал, что запахи всех членов команды сейчас были бы едкими, а не успокаивающими. Вместо этого он стал быстро собираться. Чем быстрее они будут готовы, тем быстрее они смогут уйти и тем быстрее смогут начать восстанавливаться. Нил попросил Эндрю охранять душевые, что тот и сделал. В какой-то момент зашел Мэтт, вытирая полотенцем волосы, и остановился, увидев Эндрю. — Нил там? — Да. — О, хорошо. Я оставил свой шампунь на одной из скамеек. Я заберу его, как только Нил закончит. — Ты так и сделаешь, — холодно ответил Эндрю. Его навязчивые мысли переместились на Мэтта, хотелось представить насилие и над ним, но Эндрю отогнал их. Мэтт ему не нравился, но это было исключительно из эгоистических соображений. Мэтт был единственным альфой, реально претендующим на внимание Нила. Даже если бы он преуспел, это причинило бы боль только Эндрю, но не Нилу. Эндрю мог оправдать свою неприязнь, но не ненависть к нему, и уж точно не желание причинить ему боль. Некоторые альфы боролись с проблемами агрессии. Эндрю, родившийся в приемной семье и всю жизнь подвергавшийся жестокому обращению, был одним из них, к большому удивлению. Но это не значит, что он должен был поддаваться им. Это не значит, что он должен был позволить своей агрессии управлять его жизнью. Нил вышел из душевой полуодетым. — Спасибо, что присмотрел за мной, — пробормотал он, не встречаясь взглядом с Эндрю, когда тот проходил мимо него. Эндрю понюхал воздух, но, конечно, подавляющие вещества Нила полностью блокировали его запах. Эндрю больше нечем было заняться, поэтому он стоял часовым, наблюдая, как остальные заканчивают собираться. Он не понимал, почему они так медлят; разве они не хотят выбраться отсюда так же, как и он? Нил разговаривал с Кевином, затем Кевин подошел к Эндрю. — Мне нужно тебе кое-что сказать. Мы можем отойти? Он жестом указал на другую сторону раздевалки. Так они окажутся вне поля зрения остальных, но все же достаточно близко, чтобы услышать, если что-то пойдет не так. — Хорошо. Нил смотрел на них, вероятно, интересуясь, о чем они говорят. Эндрю бросил на него взгляд, и Нил кивнул, возвращаясь к рытью в своей сумке. Эндрю и Кевин прошли на другую сторону раздевалки и сели на одну из скамеек. — Я хочу, чтобы ты не дал мне напиться сегодня вечером. Не хочу пить слишком много, — признался Кевин. — Я… волнуюсь. Эндрю уставился на него. Кевин не умел держать себя в руках; если им нужно было беспокоиться о тренировках, он вообще не пил, но если это не вызывало беспокойства, он напивался так, что едва мог стоять на ногах. Эндрю уже давно понял, что лучшее, чем он может помочь Кевину, — это не оставлять его одного. Он не мог заставить Кевина совсем остановиться, но, по крайней мере, он мог убедиться, что тот остается в относительной безопасности. — Слишком много — это сколько? -спросил Эндрю. — На твой выбор, — уступил Кевин. -Обычно я могу справиться с этим, но я думаю… это может быть неразумно. Я не доверяю себе, у меня нет ограничений. Не сегодня. Эндрю провел достаточно времени, наблюдая, как Кевин напивается до оцепенения, чтобы иметь представление о том, где проходит эта грань. — Хорошо. Я прослежу. — Спасибо, — сказал Кевин. Он смотрел на Эндрю ищущим взглядом, словно пытался найти что-то конкретное в его лице. Другой человек мог бы попробовать понюхать воздух, но у Кевина всегда был слабый запах и слабое обоняние. Все беты существовали в определенном спектре, некоторые пахли как ничто, а некоторые немного… путано, как смесь альфы и омеги. Ники относился ко вторым, а Кевин — к первым. Когда Эндрю впервые встретил Нила, из-за подавляющих веществ он решил, что тот будет похож на Кевина. Потом он увидел, насколько тот своенравен, как мало доверяет альфам, и Эндрю решил, что нет. Омега. — Я не могу понять, о чем ты думаешь, — наконец признался Кевин. — Большинство людей не могут, — согласился Эндрю. Для него его мысли казались громкими, постоянно настроенными на высокую частоту. Его устойчивый запах и отсутствие выражения лица давали ему хоть какое-то подобие уединения. Когда он принимал лекарства, которые были невротическими, его мысли менялись в любой момент, когда он терял способность к эмоциональной регуляции. Теперь он знал, что переборщил с лечением, но ему было все равно. По крайней мере, он контролировал ситуацию. — Сегодня Рико вообще не пытался связаться со мной, — признался Кевин. — Я беспокоюсь, что он попытается что-то сделать. Он не очень любит, когда его имущество убегает от него. — Ты не его собственность, — укорил Эндрю. — Ты — личность. И ты точно не его. Ты принадлежишь Лисам. Кевин понизил голос и с тревогой посмотрел на пол. — Ты можешь пометить меня запахом? Эндрю не ответил, вместо этого придвинувшись ближе к Кевину. Это было то, что они начали делать, как только заключили сделку о защите. Эндрю провел пальцами по волосам Кевина, частично используя их, чтобы вытереть свои потные ладони. Кевин закрыл глаза, склоняясь к прикосновениям. Эндрю погладил чувствительное место за одним из ушей Кевина, затем провел внутренней стороной запястья по его шее. Подобные движения, оставляющие после себя запах, всегда помогали Кевину чувствовать себя лучше. Он вырос, постоянно ощущая запах Рико, и иногда, когда у него было плохое настроение, ему снова требовалось это чувство принадлежности. Эндрю был рад помочь. В прошлом году, до приезда Нила, ходили разговоры о спаривании Эндрю и Кевина. Это был относительно простой процесс: Эндрю должен был разбить брачную железу на шее Кевина, по сути, поставив ему постоянный засос. После этого они стали бы эмоционально ближе, и им было бы легче читать настроение друг друга и определять, когда другой человек в беде. С точки зрения защиты Кевина, это было бы полезно. Однако они не сделали этого. У Кевина была метка исцеляющей связи от Теи, бывшего Ворона, и он сказал, что хочет, чтобы она в конце концов разорвала ее. Возможно, это произойдет не раньше, чем Кевин закончит университет, а значит, у него будет время для спаривания и для того, чтобы его железа снова зажила, но Кевину это было неинтересно. Иногда, когда он был в настроении, Эндрю замечал, как Кевин трет свою брачную железу, и думал, не скучает ли Кевин по ней. Однако это не помешало ему позволить Эндрю пометить его ароматом. Кевин затих, когда Эндрю сделал это, его глаза закрылись, а губы слегка разошлись. Он полностью расслабил шею, предоставляя Эндрю полный контроль. Когда Эндрю закончил, Кевин несколько раз моргнул, выражение его лица медленно возвратилось к усталому, сосредоточенному виду, который был его нормой. — Хорошо, — сказал Кевин, и Эндрю кивнул. Они встали и вернулись на другую сторону раздевалки. Остались только Аарон и Мэтт. Эндрю почувствовал раздражение от того, что Нил ушел после того, как он попросил его не делать этого, но он не знал, чего еще ожидать от кролика. — Пойдемте, — скомандовал Эндрю, и остальные взвалили на плечи свои сумки. Они молча шли по коридорам, Аарон и Мэтт впереди, а Эндрю и Кевин сзади. Эндрю наполовину ожидал, что кто-нибудь выскочит из тени и нападет на них, но никто этого не сделал. Ножи Эндрю оставались в ножнах. Они зашли в автобус, и Эндрю быстро пересчитал людей. Три девушки были там, как и Ники, но Нила нигде не было видно. — Садись, — сказал Кевин Эндрю. Что-то в выражении его лица ожесточилось, и Эндрю уставился на него. Его челюсть была сжата, как будто он был готов стоять на своем, но в его глазах было что-то похожее на вину. — Вы задержались. Где Нил? — спросил Ваймак. Кевин держал зрительный контакт с Эндрю, когда отвечал — Он забыл свою сумку. Он будет здесь через минуту. Эндрю чувствовал, что готов разойтись по швам, настолько он был зол. Кевин прикрывал задницу Нила и делал это не лучшим образом. Нил никогда и нигде не забывал свою сумку. Даже свою спортивную от Лисов или рюкзак. Кевин лгал ради Нила, что означало, что он должен знать, где Нил. Он должен был специально отвести Эндрю в сторону, чтобы дать Нилу шанс ускользнуть. Или, потенциально, давая шанс кому-то другому проскользнуть внутрь. Мог ли Рико проникнуть в раздевалку и схватить Нила? Нет, это было невозможно. Мэтт и Аарон были там все время. Значит ли это, что Нил бродил один? Его куда-то заманили? Эндрю хотел прорваться через стадион, чтобы найти его, но он знал, что это не сработает. Тогда ему ничего не оставалось, как пойти в конец автобуса и сесть, оттеснив Кевина и Аарона на самый задний ряд, и сесть в ряд перед ними, одному. Нил вернулся бы и присоединился к нему. Он бы вернулся. Эндрю оглянулся на Кевина, на языке у него вертелся целый список угроз. Если он пострадает, я клянусь… — Оставь это, — сказал Кевин. — Я уже слышал это раньше. С ним все будет в порядке. Эндрю ни капли не поверил в это, но все же повернулся обратно и стал ждать Нила. Прошло несколько мучительных минут, но вдруг Нил оказался рядом, заскочив в фургон. — В следующий раз, когда ты забудешь свои вещи и тебе придется за ними возвращаться, я запишу тебя на марафон. Понял? — сказал Ваймак. Эндрю не мог сказать, поверил ли Ваймак в историю Кевина, но в любом случае он выглядел облегченным, увидев Нила снова. — Да, тренер. — Нил оглядел фургон, остановив взгляд на Кевине. Он прошел по проходу, и Эндрю встал, освободив место для Нила, который первым проскользнул внутрь, заняв место у окна. Эндрю сел рядом с ним, обратив внимание на сумку, которую Нил предусмотрительно поставил между ними. Выражение лица Нила было напряженным, но каким-то закрытым. Похоже, у него не было никаких новых травм, и он, вероятно, не пытался оттолкнуть Эндрю, иначе он сел бы в другом ряду. Но что-то определенно было не так, и в конце концов Эндрю оставил попытки угадать, что именно. — Могу я понюхать тебя? — Нет. — Нил ни секунды не колебался. О. Тогда ладно. Эндрю хотел запротестовать, настаивать на том, что нет, на самом деле, он был бы очень признателен за то, чтобы не быть сейчас в неведении, но он знал, что у него нет для этого аргументов. Кроме того, Эндрю был обязан уважать границы. Даже если они были занозой в заднице. — Хорошо. Нил проигнорировал его, уставившись в окно, пока они отъезжали.

—

Вернувшись в отель, все уделили несколько минут отдыху. Эндрю жил в одном номере с Кевином, но Аарон и Ники быстро проникли в это пространство, как будто они просто решили, что им здесь рады. Так оно и было, но Эндрю никогда бы им этого не сказал. Эндрю сидел на кровати со своим телефоном, пока остальные шаркали вокруг и устраивались. Он пытался читать статью, но сосредоточить свой блуждающий ум было невозможно. Нил не отдалился от Эндрю физически, но он продолжал не реагировать на происходящее на протяжении всей поездки в фургоне. Как только они с Мэттом получили ключи от номера, он быстро исчез, не удостоив Эндрю даже взглядом. Это было… неловко. Нил и раньше относился к нему свысока, еще тогда, когда он был напуган после своей течки и боялся слишком сильно привязаться, но Эндрю думал, что они уже прошли через это. Эндрю не нравилось, что пребывание в замке Эвермор заставило Нила так сильно отступить. Через несколько минут после того, как он не читал свою статью, зашел Аарон. — От меня воняет дерьмом. Не вчитывайся в это. Он забрался на кровать, неприятно прижавшись головой к подмышке Эндрю, и устроился поудобнее, наполовину лежа на нем. Несмотря на ранее принятый душ, бензиновый запах Рико еще сохранялся. — Я рад, что ты меня предупредил, — сухо сказал Эндрю. — Я уж подумал, что, черт возьми, мой брат хочет провести со мной время? — Заткнись, — пожаловался Аарон, его голос был приглушен торсом Эндрю. — И сядь уже. Мне нужна твоя толстовка. Он говорил о толстовке Эндрю, на которой красовалась эмблема штата Пальметто, которую тот носил последний час. Эндрю сел и с преувеличенным вздохом и стянул ее, протягивая ему. Аарон надел толстовку, не снимая капюшона, и издал довольный звук. — Хорошо. — Не за что, — протянул Эндрю. — Заткнись. Эндрю впился пальцами в бока Аарона, пока тот не стал извиваться, отбивая его руку. — Прекрати это, — жаловался Аарон. — Это насилие. — Ты буквально используешь меня из-за моего запаха. Это дискриминация. — Твой запах — это все, на что ты годишься. Эндрю снова ткнул его в бок, заставив вскрикнуть. Этого было достаточно, чтобы привлечь внимание Ники. — Оу, — сказал он, подходя и доставая свой телефон, чтобы сделать снимок. — Это так мило! Мне нравится, когда вы проводите время вместе. — Заткнись, мамочка, — огрызнулся Аарон. В этот момент он был в основном просто клубком ткани, так как на нем были толстые носки и треники, и только несколько сантиметров его лица оставались незакрытыми толстовкой. — Это просто потому, что я воняю. — Ты будешь вонять еще хуже, если позволишь Эндрю пометить тебя. Эндрю вскинул палец на Ники. — Ты на тонком гребаном льду. Кевин, все в этой комнате оскорбляют меня. У тебя есть что добавить? — Ты, наверное, отрежешь мне яйца, если я что-нибудь скажу, так что нет, все в порядке. — Мой единственный союзник, — сухо сказал Эндрю. — Ники, остальные уже выпили? Может, нам подойти? Ники проверил свой телефон. — Неа. Элли попросила меня закупиться. Эндрю застонал. — Я только и делаю, что работаю. — Ты не должен… — Заткнись. Аарон, вставай. Ты тоже, Кевин. Мы идем за покупками. Кевин перевернулся на кровати в их сторону. — Как? У нас нет машины. — Есть. Аарон? Аарон хмыкнул и достал из кармана ключи от автобуса. Эндрю видел, как он стащил их у Ваймака. — Пошли. — Они купили достаточно напитков, чтобы удовлетворить команду, зная, что трое из членов не будут пить, и что Кевин будет держать себя в руках. Пока они были на улице, Эндрю заставил их зайти в CVS и купить пару дополнительных вещей. Вернувшись в отель, Эллисон впустила их в комнату Нила и Мэтта, которая выглядела более чем готовой выпить за свои проблемы. Они прошли к журнальному столику, чтобы все расставить, и Эндрю осмотрел помещение. Здесь была только одна кровать, массивная двуспальная, занимавшая половину комнаты. Мэтт сидел посередине, а Нил и Дэн обнимались по обе стороны. Дэн сидела полулежа, прислонившись к нему, как к стене. Нил, напротив, выглядел так, словно пытался задохнуться на плече Мэтта. Он поднял голову, чтобы посмотреть на вошедших, но не отпрянул. Эндрю не ревновал. Он беспокоился, а не ревновал. Впадать в собственничество и обвинять Нила в том, что он проводит время с людьми, рядом с которыми чувствует себя в безопасности, было тупо. Очевидно, с Нилом было что-то не так, иначе он не искал бы комфорта у Мэтта. Эндрю поставил покупки на журнальный столик. Он принес свои покупки из магазина к Нилу и предложил их ему. — Фруктовая пастила. Смазка. Нил взял фруктовую пастилу и сделал большое шоу, бросив смазку Эллисон. Эндрю было все равно, поскольку это все равно должна была быть шутка, но все равно он сказал: — Такой неблагодарный. — Да, — согласился Нил. — Самый неблагодарный. Эндрю в миллионный раз пожелал, чтобы он мог просто понюхать Нила и узнать, что он чувствует. Нил слишком хорошо умел скрывать свои чувства, чтобы Эндрю мог определить обратное. Эндрю перешел на немецкий, желая хоть на йоту уединиться. — Ты избегаешь меня? Нил скорчил гримасу и ответил на том же языке. — Только немного. — Почему? Нил пожал плечами. — Ты ничего не сделал. — Почему ты не даешь мне понюхать тебя? Ты отталкиваешь меня, или что-то скрываешь? Нил опустил голову и несколько долгих секунд не отвечал, прежде чем признаться. — Второе. Я не хочу, чтобы ты злился. — Буду ли я злиться на тебя или на других?. — На других. Эндрю глубоко вздохнул. Ему пришлось бы гадать, столкнулся ли Нил с кем-то, пока находился бог знает где в Эверморе. От одной этой мысли Эндрю захотелось вернуться к своему прежнему гневу, но Нил только что сказал, что это последнее, чего он хочет. — Хорошо. Если ты не хочешь, чтобы я злился, я не буду злиться. — Ты уверен? — Да. Нил все еще выглядел неловко, но отстранился от Мэтта. Эндрю проигнорировал вспышку ревности и позволил Нилу провести его к дивану. Девушки сидели там раньше, но ушли за напитками, поэтому Эндрю и Нил заняли их места, подушки были еще теплыми. Нил наклонил голову в сторону, выглядя так, будто готовился к казни. — Просто сделай это. В любой другой день Эндрю, возможно, посмеялся бы над ним за это. Но не сегодня. Он молча принюхивался, улавливая запах Мэтта, затем запах дискомфорта, а потом… Бензин. — Зачем Кевину прикрывать тебя, чтобы ты с ним встретился? — спросил Эндрю. Это не имело никакого смысла. Кевин не должен был больше слушать Рико, да и он сказал, что Рико не связывался с ним. — Я попросил его, — просто ответил Нил. Эндрю вдруг понял почему команда так бесится с этих слов. — И у меня не было выбора. — Что он хотел от тебя? Нил пожал плечами, и Эндрю сразу понял, что следующие слова из его уст будут ложью. — Просто позлорадствовал по поводу своей победы. Он немного помусолил, оскорбил меня за то, что я омега, сказал, что Ваймак не должен был позволять омеге быть нападающим. Его обычное дерьмо. — Ага. Так почему ты пахнешь как он? Нил замер, очевидно, не готовый ответить на этот вопрос. — Он еще не принял душ. От него воняло. Но он не трогал меня. Он врезался в Аарона всем телом, а от Аарона так сильно не пахло. Хотя, если бы Нил солгал, это бы не помогло. — Мне жаль. Я должен был защищать тебя лучше. Нил скорчил гримасу. — Нет, ты не имеешь права так говорить. Это я помешал тебе. Ты сделал все, что мог. — Ну, очевидно, этого было недостаточно. — Нет, — сказал Нил, его голос стал громче. Они все еще говорили по-немецки, но несколько человек переглянулись, словно надеясь уловить часть разговора. Аарон проигнорировал их, выпив еще одну рюмку. Нил слегка понизил голос. — Ты сказал мне, что не будешь злиться. В том числе и на себя. Иногда ты не сможешь защитить меня. Я ценю твою помощь, когда ты в состоянии ее оказать, но если я делаю так, что ты не можешь меня защитить, то ты не должен винить себя. Эндрю сузил глаза. — Мне не нравится этот ответ. — Живи с этим. Это единственный ответ, который ты получишь. Эндрю издал недовольный звук в задней части своего горла. — Ладно. — Спасибо. Раз уж ты мне помогаешь, не мог бы ты дать мне толстовку или что-нибудь еще? Я бы очень хотел, чтобы этот запах исчез. — Моя толстовка у Аарона. Тебе придется побороться с ним за нее. Нил обдумал это. — Хорошо. Эндрю начал было возражать, но потом решил: а, в чем проблема? Нил и Аарон, наверное, не смогут так сильно навредить друг другу. Кроме того, это может быть забавно. — Ага. Постарайся не испортить его стипендию. — Я бы никогда. — Несмотря на свои слова, Нил поудобнее устроился на диване, не делая никаких движений, чтобы встать. — Тебе нужна толстовка или нет? — О, да. Я просто жду, пока Аарон еще больше напьется, прежде чем напасть. — Я все слышал, — ответил Аарон с того места, где он выстраивал шоты. — Только попробуй, Джостен. Я с тебя шкуру спущу. — Ух ты, какой агрессивный. Кто-то должен тебя кастрировать. — Так же как и тебя? Не обижайся, я знаю о твоих подавителях. Правда, это больше химическая кастрация. Нил разразился смехом. — Мне нравятся наши разговоры. — Кошачьи бои, — поправил Эндрю. — Собачьи бои. Потому что Аарон — сука. Аарон отмахнулся от него и поднял стаканы вместе с Кевином и несколькими другими. Они все дружно выпили свои рюмки, некоторые из них скорчили гримасы или поморщились от горького алкоголя. Кевин не стал этого делать, вместо этого налив себе еще одну. Эндрю следил за количеством выпитого, и он решил, что после этой рюмки Кевин от него отстанет. Нил устроился поудобнее, прижавшись к его боку, устраиваясь надолго. Эндрю обхватил его рукой, довольный тем, что провел остаток ночи, наблюдая за своими друзьями, как за документальным фильмом о природе. — Позже тем же вечером, когда все закончилось, Нил пожелал Эндрю спокойной ночи. — О, это мило, — ответил Эндрю. — Ты думаешь, что я уйду отсюда без тебя? — Это моя комната, — сказал Нил, но его голос звучал скорее сонно, чем раздраженно. — Да, твоя комната, которую ты делишь с Мэттом. Только с одной кроватью. Я же не проявляю безумной собственнической настойчивости? Нил пробормотал что-то бессвязное, Эндрю уловил только последнюю часть. — …Пока ты не заставишь меня спать на полу. Эндрю мысленно проклинал всех, кто заставлял Нила спать на полу. — Нет, ты будешь спать на кровати. Можешь поделиться с Кевином. — Чем Кевин лучше Мэтта? — Кевин — бета, и ему плевать на тебя, если вы не вместе на корте. Он безопасен. Нил прижался к его боку. — Знаешь, я мог бы просто поспать с тобой. — Тебе это не нужно, — настаивал Эндрю. — Я пинаюсь. — Я не возражаю. — Нет — Эндрю вспомнил, как он обычно вырывался, когда кто-то будил его. Ники и Аарон получили не мало синяков, пока не научились делать это, не прикасаясь к нему. О том, чтобы спать в одной постели с Нилом, хотя теоретически это было бы неплохо, не могло быть и речи. Эндрю убедился, что все его люди собрались вместе, затем посмотрел на Дэн. — Комната в вашем распоряжении. Развлекайтесь. Она лениво улыбнулась ему. — Ты самый лучший. Одержимый Эндрю — мой любимый. Эндрю развел всех по комнатам, убедившись, что Ники и Аарон в безопасности, и закрыл за ними дверь, прежде чем привести Кевина и Нила в их собственную комнату. Нил быстро справился со своими жалобами; как только он почистил зубы и пошел в ванную, он забрался в кровать Кевина и отключился. — Я не соглашался на соседа по комнате, — сказал Кевин, уставившись на кровать, голос был немного невнятным. — Он не занимает много места. К тому же, он теплый. Я только что подарил тебе обогреватель. — Ты такой щедрый, — язвительно сказал Кевин, но спорить больше не стал. — Следующие два месяца прошли как в тумане. Они провели больше игр и выиграли большинство, хотя USC все равно надрал им задницы. Эндрю приводил Нила и Кевина на вечерние тренировки пять дней в неделю, наблюдая за ними со скамейки запасных. Нил, к всеобщему удивлению, становился все лучше и лучше. Кевин тоже. Хэллоуин наступил и прошел. Эндрю нарядился тюремщиком, а Нил — ковбоем-зомби. После возвращения из Ночных Сумерек Эндрю прижал Нила к стене дома в Колумбии и поцеловал его, Нил отчаянно целовал в ответ. — Дай мне знать, если ты когда-нибудь захочешь заниматься этим меньше, — прошептал Эндрю во время одной из пауз для передышки. — Я знаю, что ты ас. Я не хочу давить на тебя. — Нет-нет, ты восхитителен, — сказал Нил, а затем — Я хочу тебя. Эндрю мог бы целовать его всю ночь напролет. На самом деле ему хотелось отсосать ему, но в данный момент это не представлялось возможным. Игры продолжались. Занятия продолжались. Продолжалось их ничто-что-бы-это-не-было. Все было очень, очень хорошо. День благодарения прошел без происшествий. Лютер пригласил их всех на ужин и получил решительный отказ. Ники дулся несколько дней, и Эндрю почти чувствовал себя виноватым, но эмоции не проходили. Когда Рождество было не за горами, Лисы начали строить планы. Эндрю собирался праздновать с Кевином, Ники и Аароном в доме Колумбии, и он пригласил с собой Нила. Было практически само собой разумеющимся, что он поедет, так как у него не было дома. Но, к удивлению Эндрю, он отказался. — Извини. Я хочу навестить свою тетю в Аризоне. Я бы отказался, но она беспокоится, что останется одна на праздники. Эндрю изучал его лицо. — Ты лжешь мне. Нил поморщился. — Да. Но это было хорошо, верно? Думаешь, остальные купятся? — Они поверят во что угодно. Ты можешь сказать мне куда ты на самом деле направляешься? — Нет. Прости. Эндрю зажмурил глаза и сделал несколько глубоких вдохов. — Хорошо. Ты будешь в безопасности? — Я вернусь к Новому году, — сказал Нил, уклоняясь от вопроса. — Все будет хорошо. Эндрю начинал ненавидеть это слово. — Могу я довезти тебя до аэропорта? Нил переплел их пальцы. — Да. Это было бы здорово. — А ты можешь писать мне? — Конечно. Каждый день. Эндрю еще немного изучил его лицо. — Сейчас я чувствую себя дерьмовым альфой. — Я же сказал тебе, есть места, где ты не сможешь меня защитить. Не чувствуй себя виноватым за это. — Я знаю. Просто это тяжело. — Мне жаль. Эндрю притянул Нила к своей груди. Он все лучше справлялся с объятиями — они уже не казались такими ограничивающими. — Ты уже думал о связи? Нил был достаточно близко, чтобы Эндрю мог почувствовать его дрожь. — Да. Я хочу этого. Но не сейчас. После того, как я вернусь. — После твоего возвращения, — подтвердил Эндрю. — Я буду ждать с затаенным дыханием. Нил отстранился, и улыбка, которую он подарил Эндрю, была достаточно теплой, чтобы зарядить энергией целый город на долгие годы. — Я тоже. Их прощание в аэропорту было гораздо менее мрачным. Нил взял с собой сумку, потому что, ну, конечно же, взял. Они ничего не сказали друг другу, когда Эндрю подъехал к обочине, просто сжали друг другу руки и отстранились. Нил выглядел так, словно собирался войти в логово волков; Эндрю чувствовал себя так, словно сам бросал его туда. Эндрю проводил его внутрь, чувствуя, как что-то глубоко в груди болит. Нил оглянулся один раз, улыбнулся. Посмотрел в сторону. Эндрю уже скучал по нему. Он хотел вернуться в общежитие, чтобы Нил лежал у него на коленях. Он хотел заглянуть в глаза Нила — иногда карие, иногда голубые, в зависимости от того, насколько параноидальным он себя чувствовал, и провести руками по темно-каштановым волосам Нила. Он хотел прижать его к себе и вдыхать его запах, проникая сквозь слои ничего, ничего, ничего, до запаха Нила. Блядь. Эндрю не хотел оставлять его, но Нил уже ушел. Эндрю позволил себе на мгновение представить, как бежит через аэропорт, чтобы остановить Нила. Он бы перепрыгивал через чемоданы и детей, бумаги летели бы в воздухе, как это всегда бывает в кино. Эндрю бежал бы так быстро, что обогнал бы Нила в беге на милю, а потом схватил бы его, обнял и поцеловал. Блядь. Они даже не поцеловались на прощание. Эндрю напомнил себе, что это не имеет значения. Нил вернется через две недели, и до тех пор они будут переписываться каждый день. Эндрю просто был глупым, собственническим альфой. Все было хорошо. С Нилом все будет хорошо. Эндрю выехал с парковки, задаваясь вопросом, поверит ли он когда-нибудь в эту ложь.