На всю оставшуюся жизнь

      Прошло пять лет. Сколько историй заканчиваются именно так… Целитель Грейнджер шла по коридорам клиники, здороваясь с коллегами и боготворящими ее пациентами. Самая известная детская целительница Магической Франции была счастлива, несмотря на то, что домовик сдернул ее из семейного гнездышка, ведь только позавчера она сказала «да» теперь уже окончательно своему Гарри. Свадьба, несмотря на желание чего-то скромного и тихого, была огромной. Пациенты и коллеги со всего мира собрались, чтобы поздравить свою целительницу. Целительницу, подарившую многим надежду и вернувшую здоровье, находившую доброе слово для каждого…       Вот и сегодня кто-то плакал в приемном покое, надеясь на спасение. Это оказалась совсем юная девочка лет пяти, баюкавшая руки и боявшаяся встать на распухшие ноги. Опытный взгляд целительницы мгновенно отметил отеки, суставы, причиняющие сильную боль, от которой девочка только тихо плакала. Диагностические чары показали высокую температуру, а стоило целительнице подойти, как пациентку вырвало, все стало ясно.       — Ну что ты, маленькая, — очень ласково обратилась к ней Гермиона. — Сейчас мы тебя полечим. Давно болит?       — Очень, — прошептала малышка, которую сильно тошнило.       — Не надо плакать, — чары анализа крови, чары состояния суставов, после чего все понявшая целительница осторожно взяла девочку на руки и понесла в отделение, рассказывая, что скоро все будет хорошо.       Малышка верила ей, потому что очень устала от пульсирующей боли в ручках и ножках, как она пыталась объяснить самой юной целительнице за всю историю Мира Магии, а та уже призвала домовика и выписывала зелья, накладывала чары, и уговаривала ребенка немножко потерпеть. Зелья подействовали сразу, температура спала вместе с симптомами общей интоксикации, боль утихла, погашенная специальными чарами. Маленькая пациентка уснула со счастливой улыбкой, а Гермиона работала, у нее было совсем немного времени, пока ребенок спит. Удалив саму причину болезни, девушка выписала восстановительные зелья, назначила режим и устало присела на стул.       — Совсем не больно, — проговорила проснувшаяся девочка. — Просто чудо…       — Больно больше не будет, — ответила ей Гермиона. — Нужно будет тут пару дней полежать, попить зелья и поделать гимнастику. И потом домой, хорошо?       — Да! — со счастливой улыбкой ответила малышка, снова закрывая глаза, а целительница отправилась к медиведьме.       — Марьяна, — обратилась целитель Грейнджер к медиведьме отделения колдопедиатрии. — Я хочу видеть родителей девочки и того деге… — она вдохнула, выдохнула, напомнила себе о коллегиальности. — И того нехорошего человека, который ее лечил до сих пор.       — Да, целитель! — ответила Марьяна, хорошо знавшая жесткий характер самой юной целительницы, не прощавшей ошибок и непрофессионализма.       Не прошло и получаса, как вызванные предстали перед целительницей. Родителями девочки оказались англичане, попытавшие надувать щеки, но были очень быстро… как бы это помягче…       — Это в Англии вы что-то из себя представляете, — сказала им Гермиона, глядя с брезгливостью. — А здесь вы лишь рядовые маги, чуть не угробившие ребенка. У вашей дочери была подагра, а вы два месяца не соизволили показать ее настоящему целителю, а не вот этому вот, — она кивнула на странного мужчину в болотного цвета мантии, которого уводили жандармы Магической Франции. — Два месяца ваша дочь плакала от боли, а что сделали вы? Выпороли ее за ложь? И после этого вы еще называете себя людьми? Подите прочь!       К англичанам Гермиона относилась довольно сложно. Признавая, что среди британцев есть нормальные люди, она, тем не менее, британцев не любила. Все-таки нанесенные ей обиды были достаточно серьезными, а прощать такие вещи целительница не считала нужным.       Закончив с родителями ребенка, проведав своих пациентов и пациенток, Гермиона Грейнджер, самая юная целительница Магического Мира, отправилась к своему Гарри, чтобы провести вечер в кругу семьи. Луна отсутствовала по причине свидания, Гера пошла в кино с молодым человеком, знавшим, что с ним сделает целитель Грейнджер, если он обидит Геру хотя бы взглядом. Гарри сдал сегодня последний экзамен, становясь молодым целителем, и завтра отделение колдопедиатрии пополнится еще одним специалистом, что было очень хорошей новостью, потому что педиатров было очень мало… По какой-то прихоти Гарри взял фамилию супруги, и докторов Грейнджер во Франции стало больше.       Любовь юноши была сначала незаметной даже для него самого, но вот потом… Гермиона привыкла к тому, что Гарри все время рядом, а мальчик никогда не забывал то мгновение, когда в его руках оказалась буханка хлеба. Он любил Гермиону так, что, казалось, только она и существует для него во всем мире. Вскоре и для девушки центральной фигурой в жизни стал Гарри. Поддерживающий, когда плохо, радующийся, когда хорошо… Девушка уже не представляла жизни без него, потому-то и сказала «да», когда ей задали самый главный в жизни вопрос.       Прошло совсем немного времени и Гермиона почувствовала первые симптомы токсикоза. Несмотря на то, что беременность проходила не очень просто, этот день стал праздником. День, в который родились двое малышей: Лили и Виктор.

***

      В магической Британии… Не было никакой Магической Британии. Была колония-резервация почитателей древних традиций под управлением международной Конфедерации магов, довольно быстро разобравшейся и с остатками Волдеморта, и с Министерством, и со «светлыми», да и с «темными». В стране была тишь и благодать. Все адекватные люди страну покинули, а про всех остальных показывали документальные воспоминания в магических школах всего мира с общим лейтмотивом: «фу таким быть».       Самый большой сюрприз получил лорд Волдеморт, когда решил воскреснуть. Несмотря на то, что у него не получалось колдовать в теле гомункула, он подгонял своих рабов заостренной палкой, но пройдя ритуал, просуществовал считанные секунды, потому что магом уже не был. Так наказала безумца сама магия.       На этом история противостояния света и тьмы в Магической Британии зако… Ах да, Дамблдор… Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор, сидя в козьем загоне, куда его посадил любимый братик, строил башни из козьих экскрементов и чувствовал себя полностью счастливым, а коз никто не спрашивал. На этом история противостояния света и тьмы в Магической Британии закончилась.

***

      — Я тебя люблю, — произнес Гарри, прижимая к себе Гермиону.       — Я тебя тоже люблю, — ответила ему женщина, недавно отпраздновавшая свой столетний юбилей.       Они прожили счастливую жизнь, вылечив и подняв на ноги многих, оставшись в памяти людей как волшебное чудо. Их дети тоже становились целителями, потому что очень хотели спасать жизни. Когда срок жизни целителей подошел к концу, они оказались в огромном зале, где стояли и сидели тысячи людей. К Гермионе подошел тот самый старый профессор, улыбнулся женщине и произнес:       — Смотри, дочка. Ты спасла множество жизней, и они все благодарны тебе. Смотри на плод трудов своих, на улыбки и на счастье людей. Подойди к ним, ведь ты стала волшебным чудом для каждого. Также как мы были чудом для потерявших все детей в Ленинграде.       — Вас всех никогда не забудут, — произнес Гарри, как всегда бывший рядом с любимой.       — Я предлагаю вам новую жизнь, — улыбнулся старый профессор. — Новую жизнь в новом мире, возможно, не самом добром, но… Вы снова станете детьми, оставаясь целителями. Хотите?       — В том мире что-то случилось? — поинтересовался Гарри. — Почему вы предлагаете нам начать все снова?       — В том мире, молодой человек, — вздохнул выглядевший старым профессором мужчина. — Вы погибли. Вы погибли нелепо и не вовремя, был ли это чей-то план или же просто случайность — неизвестно, но тамошние вы были очень важны тому миру…       — Тогда мы, наверное, согласимся, — произнесла Гермиона, переглянувшись с Гарри. — Но при одном условии.       — Знаю я ваши условия, — хмыкнул профессор. — Никто вас не будет разлучать. Правда, у меня одна просьба — не уезжайте из Британии. Не уезжайте, пока есть хоть один шанс спасти людей… Вы увидите.       — Хорошо, но, если кто-то будет угрожать нашей семье, — с угрозой произнес Гарри.       — Принимается, — ответил выглядевшим профессором мужчина. — Ну так что, соглашаетесь?       — Вы выглядите пожилым, но есть в вас что-то бесшабашное, присущее детям, — улыбнулась целитель Грейнджер. — Ощущение возникает, что с ребенком разговариваю. Хорошо, мы согласны.       Стоило всему погаснуть, в память Гарри и Гермионы хлынула информация. В этом мире из тюрьмы сбежал некто Сириус Блэк, его ловили всеми силами, даже отправив проверять поезд страшных дементоров — существ, выпивающих души. Именно эти существа выпили души Гермионы, Гарри и Рона этого мира. Почему возродились только Гермиона и Гарри, осталось непонятным для обоих целителей, Рон, к сожалению, не возродился, оставшись лежать на полу вагона едва дышащим телом, в котором уже не было души.       — Мне выкрик «па-а-акость» на прощание послышался? — поинтересовался Гарри, протягивая руку Гермионе.