На всю оставшуюся жизнь

      — Так, пока никто не набежал, — быстро произнесла ставшая девочкой опытная целительница. — Быстро проговариваем Клятву Целителя, ибо статус с нами не перенесся.       — Ага, — кивнул Гарри, и в следующее мгновение два голоса быстро проговорили знакомую до последней буквы клятву, написанную когда-то ими самими: «клянусь исцелять недуги и проклятия…»       Вспышка света в купе, одинаковые маленькие перстни на руках. Мантии, надетые на них, не изменились, вызвав тем самым какую-то предвкушающую улыбку на лице Гарри. Всепрощающим мужчина, снова ставший мальчиком, отнюдь не был, несмотря на статус целителя. В прошлой жизни он так и не стал целителем по воле магии, зато в этой… В этот миг Гарри и Гермиона стали совершеннолетними, о чем были автоматически извещены Министерство Магии и гоблины. По какой-то причине автоматическое извещение больницы святого Мунго о новых целителях в этом мире принято не было. Вбежавший в купе профессор Люпин встретил непонимающие глаза Гарри и Гермионы, обнаружив, что дементоры, по-видимому, ошиблись с целью.       Гермиона заметила направленный на нее злой взгляд «профессора» и чуть улыбнулась, запоминая этот факт. Нахмурился и Гарри, заметив легкую улыбку возлюбленной. Что-то тут было не так… Поезд шел к Хогвартсу, когда девочка вздохнула и, увлекая за собой Гарри, отправилась по вагонам. Там, где побывали дементоры, наверняка нужна была помощь целителя.       В купе сидели хмурые, иногда плачущие дети, но ничего критичного не было почти до последнего вагона. В купе сидела одинокая Луна. Она выглядела такой же, какой ее увидела целительница когда-то очень давно в другом мире. Белокурая девочка была очень бледной, по лицу ее струились слезы, и держалась Луна из последних сил. Стоило Гарри открыть дверь купе, как девочка вздрогнула, стекая на пол, и забилась в судорогах.       Гермиона прыгнула к девочке, вместе с Гарри оказывая неотложную помощь. Палочки мелькали в воздухе, стабилизируя ребенка, после чего Гермиона по привычке вызвала больничного домовика. Когда никто не явился, девочка вспомнила, в какой стране находится, тяжело вздохнула и попробовала еще раз:       — Домовик Мунго!       — Паси явилась! Что может сделать Паси для целителей? — привычный лопоухий домовик, на этот раз, видимо, был женского пола.       — Противосудорожное и умиротворяющее номер три, — произнесла девочка. — Доставь, пожалуйста.       — Паси сделает! — домовичка исчезла и снова появилась с двумя флаконами. Поблагодарив, Гермиона влила зелья в Луну, убедилась, что та просто спит, и палочкой перенесла девочку на трансфигурированную из кресел кровать.       — Пошли дальше? — посмотрела целительница на своего любимого коллегу, который, хмыкнув, кивнул.       Обнаружив Джинни Уизли в состоянии глубокого обморока, целительница уже даже не удивилась, спокойно накладывая чары на девочку. Гарри тем временем проверял всех остальных в купе, погруженных в сон почти рефлекторно.       — У меня для тебя две новости, — сообщила Гермиона, закончив с рыженькой.       — Ну удиви меня, любимая, — улыбнулся Гарри, привычно называя Гермиону так, как привык.       — Во-первых, это мальчик, — улыбнулась Гермиона. — Мальчик с купированным этим самым.       — Охренеть, — шокировано посмотрел на младшую Уизли Гарри. — А во-вторых?       — А, во-вторых, это не Уизли, — задумчиво закончила девочка, пытаясь вспомнить, что же ей напоминает аура ребенка. — А вот кто, я пока не помню, надо вспомнить.       — Ну, будет день, будет пища, — откликнулся Гарри. — Пошли дальше?

***

      Пациентов было на удивление немного, в основном те, у кого в жизни случилась серьезная травмирующая ситуация, что, в свою очередь, означало, что дементоров на их трио нацелили, и тот же Люпин об этом знал. А вот это пахло уже совсем плохо, что понимала и Гермиона, и Гарри. Одно дело, когда дети погибли случайно, и совсем другое, когда их пытались убить целенаправленно. А это уже сильно не понравилось Гарри. Мальчик к таким вещам в принципе относился плохо.       Войдя в Большой зал, дети увидели что-то их беспокоящее, но поначалу не придали значения. Только потом Гермиона вспомнила — отсутствовала МакГонагалл, просто за столом ее не было, зато был Дамблдор, причем директор не столь улыбался, сколь довольно неприятно скалился. Практически все профессора смотрели на часть учеников и, особенно на Гермиону с Гарри, раздраженно и очень недобро.       — Понимаю, почему нас просили, — прошептал Гарри. — Если бы не это, то сдриснули бы отсюда впереди собственного визга.       — Тебе вредно пить с русскими, — улыбнулась целительница. — Хотя, с другой стороны, язык богаче становится… Не понимаю, что происходит.       — Я тоже пока не понимаю, — кивнул целитель. — Давай понаблюдаем?       — Давай, — согласилась девочка.       Распределение, рассказы о жестоком Блэке, более похожие на сказки братьев Гримм, где ключевое слово «сказки». И, наконец, пир. Очень много нездоровой, излишне жирной или жаренной еды заставило забывшую об этом нюансе Хогвартса целительницу поморщиться. Гарри набрал себе и супруге то, что можно было есть без последствий, и потянулся к соку. Стоило юному целителю попытаться отпить сок, как он исчез из бокала, а близнецы Уизли начали свое очередное выступление, превратившись в двух попугаев какаду и принявшись летать по залу с криками «спасите». Все весело посмеялись и вернулись к трапезе.       Других происшествий не случилось, как это пишут в криминальной хронике. Поднявшись в башню родного факультета, Гермиона и Гарри были направлены не в свои спальни, а в отдельную комнату, причем направили их туда домовики. И, что самое интересное, никого этот факт не удивил — ни явление домовиков, ни то, что у Поттера и Грейнджер отдельная спальня. Как будто оно так и было с незапамятных времен. Целители весело переглянулись, предполагая подарок от пославшего их сюда. Это был хороший подарок, оба оценили.       Ночь прошла тихо, хотя Гермиона вызвала Квинки для проверки. Домовик им обрадовался, как родным.       — Что Квинки может сделать для целителей? — поинтересовался домовик.       — Если где-то будет беда, перенесешь нас туда, — попросила его Гермиона.       — Квинки сделает, — сообщило счастливое существо, исчезая.       — Так, с оповещением разобрались, — кивнул девочке Гарри. — Теперь можно и спать.       — Нужно спать теперь… — зевнула Гермиона. — Причем именно спать, — строго сообщила целительница.       Засыпал замок, засыпали целители, в директорской башенке курлыкал Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор, пытаясь не свалиться со стола, и мрачно ругался, поминая Господа, Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор, глядя на это зрелище. Феникс отсутствовал.

***

      Утро новостей не принесло, кроме того факта, что факультет выглядел несколько подавленно, особенно старшекурсники, хотя логичнее было бы увидеть постные лица первого курса, но… Старшекурсники, начиная с шестого курса, выглядели весьма подавлено — и девушки, и юноши, причем тайком наложенные диагностические чары зафиксировали только страх. Происходящее в замке начало вызывать некоторую озабоченность.       Первым уроком оказалась Защита от Темных Искусств. Интересным было то, что вел его, как показали диагностические чары, ликантроп в периоде неполной ремиссии, что, в переводе на человеческий язык, означало — до полнолуния еще далеко. Гермиона заинтересовалась этим вывертом, с интересом ожидая, что будет дальше.       — Оставьте свои вещи, — произнес ликантроп по кличке «профессор Люпин». — И следуйте за мной.       Точно зная, что им ничего не может угрожать, целители направились за смертельно опасным в определенные периоды времени мужчиной. Их соученики, судя по всему, не знали, с кем имеют дело. Поэтому шли, весело переговариваясь, в отличие от напряженных слизеринцев. Или змейки знали, кто у них ведет уроки, или… Впрочем, решив пока не задумываться над этим вопросом, Гарри спокойно прошел в учительскую, придержав дверь для Гермионы.       Представление боггарта вызвало скуку. Эти, в общем-то, безобидные существа, могли напугать ребенка, но вот именно к детям их подпускать не рекомендовалось, поэтому, увидев, что профессор собирается нанести вред детям, Гермиона отреагировала почти рефлекторно — заперев боггарта в малом объеме колдомедицинскими чарами. Духа это не уничтожило, никто даже и не заметил этих чар, но теперь у любого ребенка создавалось ощущение, что шкаф пустой.       Видимо, такой эффект не был ожидаемым. Ожидалось что-то совсем другое, поэтому «профессор Люпин» растерялся, не зная, что делать дальше, как машинка, у которой закончился завод. Урок закончился отработкой детского заклинания на стене, а боггарт так ничем себя не проявил. Выходя из учительской, Гермиона сняла чары, устроив не самый приятный сюрприз профессору Снейпу, залезшему в шкаф по какой-то надобности.