(почему есть) радость в этом яде

– Привет, Лис, – сразу поприветствовал Натаниэль. Эндрю почувствовал, как дернулась бровь. Когда он не ответил, Натаниэль вздохнул. – Что, ты можешь давать мне прозвища, а я нет? – Именно так, Птенчик, – засмеялся Эндрю и положил телефон на край крыши. – Прозвища для людей, у который больше одного имени. Должно же быть что-то постоянное, хм? Он практически мог почувствовать взгляд на себе через телефон. Но в итоге Натаниэль решил проигнорировать замечание и сказал, – Так не пойдет. Я буду называть тебя Лисом, пока ты не перестанешь называть меня Птенчиком. Эндрю закатил глаза, – Интересно, насколько у тебя хорошая память, – он начал размышлять вслух, – через сколько ты забудешь? – Я хорош в сдерживании обещаний, Эндрю, – сказал Натаниэль, это заявление было слишком серьезным для легкости в его голосе. Эндрю засмеялся, – Что ж, посмотрим, кто из нас нарушит его первым. – Идет, – ох, теперь он слышал ухмылку в тоне Натаниэля. Было похоже на то, что он увидел на его лице, когда они встретились первый раз. Эндрю думал, что в ней есть тот же огонь. Он хотел увидеть ее, и он ненавидел это. Он нарушил атмосферу, – Это разве не рабочий звонок, Птенчик? – спросил он. Как всегда, момент казался напряженным, когда заговорили о сделке и плане. – Да, – Натаниэль вздохнул, его голос изменился и стал более суровым, – я собираюсь начать приводить план в действие. И еще раз: как только я начну, я мало что смогу сделать, чтобы остановить это. – Прекрасно, я ненавижу это. Что за шаг номер 1, о котором ты говорил? Натаниэль замолчал на мгновение, а потом Эндрю услышал его глубокий вздох. Он говорил нерешительно, – Шаг первый – связаться с моим дядей. Когда я позвоню ему, то попытаюсь убедить помочь мне. – Как он поможет тебе? Купит пистолет? – промычал Эндрю. – Нет, не совсем, – он тихо смеялся. – Так какая помощь? – подтолкнул Эндрю, когда Натаниэль больше ничего не сказал. – У него есть нужные мне связи, – начал Натаниэль. Пауза. Эндрю позволил ему, он не хотел подталкивать его снова. – Моя мать… – еще одна пауза. Его голос был мягче, когда он заговорил снова, – семья моей матери - часть Британской мафии. Дядя Стюарт не совсем глава, но и нисколько не незначителен. Захватывающе. Опасно. – Звучит так, словно ты намного больше, чем просто маленький игрок в экси, Птенчик, – сказал Эндрю, и он слышал предупреждение в собственном голосе. Непредсказуемый было бы подходящим словом для Натаниэля, подумал он. Ему было интересно, какие еще секреты скрывает Натаниэль. Если он потрясет его верх ногами, они выпадут? В ответе Натаниэля слышалась опять огненная ухмылка, что только подкрепило мысли Эндрю. И правда опасно. – Только немного, – ответил он. – После того как я свяжусь с дядей, я расскажу, как все прошло. Не знаю, смогу я его убедить делать все, что я хочу, только часть или вообще ничего. – Не хочешь давать мне ложную надежду? – с сарказмом спросил Эндрю. – Конечно, – ответил Натаниэль таким же тоном. Эндрю прогнорировал то, как это заставило его себя чувствовать. Он бы не позволил себе чувствовать это. Не к Натаниэлю. Нескончаемое любопытство не помогло ему воздержаться от вопросов, – Ты думаешь, что он поможет тебе просто потому, что вы семья? Натаниэль вздохнул, – Не совсем. У меня есть что предложить. – И что же это? – Себя, – он сказал это так легко, будто это все, что нужно сказать. Как будто это имело чертов смысл. Эндрю не смог удержаться от громкого смешка, слетевшего с губ, – Каким образом? Натаниэль, казалось, не видел эту ситуацию такой смешной, – Мою помощь, – пояснил он раздраженно, – Я могу говорить на нескольких языках, и я знаю, что отношения между моей семейной ветвью и некоторыми другими группами напряженные. Не сомневаюсь, что у них есть переводчики, но я также знаю, что им нужно больше, - люди, которые знают больше двух языков. – На скольких языках ты говоришь? На мгновение наступила тишина, и Эндрю задумался, не спросил ли он что-то особенное. Что-то секретное. В конце концов Натаниэль ответил, – На пяти. Эта тайна повисла между ними. Пять языков – это много. Эндрю знал немецкий, и только его было сложно учить. Он представить не мог, сколько усилий надо приложить, чтобы знать так много. – Зачем? – спросил он, и получил в ответ тишину. Когда за этим ничего не последовало, он решил, что настало время для равного обмена. – Давай сыграем в игру, Птенчик. – Что? Зачем? – о, Натаниэль звучал настороженно. Как глупо с его стороны. – Ты сам сказал, что мне нравится, когда меня развлекают. Так что мы будем играть в игру туда-сюда. Я спрашиваю – ты отвечаешь, ты спрашиваешь – я отвечаю. Это очень просто, уверен, ты справишься. Именно на это он потратил день раздумий между сообщением Натаниэля и его звонком. Решение Натаниэля поделиться секретами было его собственным, но Эндрю не стал бы играть так; он следовал своим правилам. Придумать схему, время и место, чтобы поделиться секретами. Не получать их просто так, заработать. Угадать. Он продолжил, – Видишь? Я уже начал. Я спросил, сколько языков ты знаешь. Ты сказал, что 5. Теперь твоя очередь, Натаниэль. Тишина воцарилась на еще несколько мгновений, и Эндрю ждал. Он отказывался прерывать ее, позволяя Натаниэлю обдумать вопрос. Когда он наконец заговорил, звучал нерешительно и мягко, – Сколько лет тебе было, когда ты встретил брата? Интересный выбор. – Это есть в публичном доступе, Птенчик. Мне было 13. – Я знаю, – сказал Натаниэль, – но может я хотел услышать это от тебя. Эндрю помедлил секунду, а потом сказал, – Первые слова, которые я сказал ему, были в письме. Я сказал ему отвалить. – Натаниэль этого не спрашивал. Эндрю знал это. Но он также не собирался позволять Натаниэлю нарушать правила игры. Он добавил, – Вот. В этом и суть игры, Натаниэль. Я не буду напоминать тебе еще раз, так что не трать вопросы на то, на что ты уже знаешь ответ. – Натаниэль промычал в трубку, но, с другой стороны, сразу не ответил. – Есть кое-что еще, Эндрю, – наконец сказал он ровным голосом, меняя тему разговора, – я говорил, что предупрежу, что собирается сделать Рико, если будет такая возможность. Вот это она, – Эндрю напрягся и выпрямился. Ох, это не кончится ничем хорошим. Рико никогда не планировал ничего хорошего. Он заставил себя не задерживать дыхание, когда Натаниэль продолжил, – мы знаем, что Кевин будет на шоу Кэти Фердинанд на выходных. Эндрю засмеялся, – А ведущая не такая скрытная, как обещала. – Нет, – сказал Натаниэль, – это не так. Все хуже: Рико и я будем там. Эндрю вздохнул так громко, как только мог, став максимально возможно похожим на Ваймака. Он услышал, как Натаниэль легко вдохнул в ответ. – Значит, Кевин увидит вас двоих в зале и напряжется, – догадался Эндрю. – Нет. Не в зале, Эндрю. Мы будем на сцене с ним. О нет. Эндрю притворно ахнул, – Кажется, Кевин болен. Я слышу его кашель отсюда, какая жалость. – Эндрю… – Натаниэль сам прервал себя и сделал глубокий вдох, – он не может отменить, и я знаю, что ты знаешь об этом. Прошло много времени с его последнего публичного появления, ему нужна поддержка фанатов; он должен казаться сильным теперь, когда снова играет. – Натаниэль, Натаниэль, ты не думал, что я оставлю его наедине с тобой и Рико, а сейчас что? – спросил Эндрю, – я считал, что ты умнее. Он слышал, как Натаниэль раздраженно зарычал, а потом сказал, – Я хочу видеть его там не больше, чем ты. Я просто знаю, что мы не можем помешать этому. – Конечно мы можем! Я уже сказал тебе: он болен. – Это не поможет ему. – Дзынь, – Эндрю сымитировал звук звонка, – неверно. Не твоя работа помогать Кевину, помнишь? Это то, для чего я здесь. – Эндрю, – Натаниэль вздохнул, – я пытаюсь сделать это проще для тебя. В этом и смысл того, что я рассказал тебе, разве нет? – когда Эндрю не ответил, он продолжил, – отстранение Кевина от интервью не поможет, потому что когда-нибудь ему придется пойти, неважно сколько ты будешь заставлять его ждать. Рико найдет способ. Его появление – это не "если", а "когда". Это неизбежно. Он хмыкнул, – Что же ты предлагаешь тогда, мастер по составлению планов? Просто позволить этому случиться? – К сожалению, да, – пробормотал Натаниэль себе под нос, но оборвал Эндрю, прежде чем он смог заговорить, – Разница в том, что потом я буду вычеркнут из уравнения. Сейчас Рико хочет, чтобы я тоже был на сцене – способ причинить боль и мне, и Кевину. – И что ты можешь сделать, Птенчик? – Защитить его. Эндрю засмеялся, – Как? Когда ты на сцене, сидишь рядом с Рико, что ты будешь делать? И о, Эндрю определенно предпочитал эту версию Натаниэля. Версия "огонь и лед". Он звучал сурово, когда они обсуждали план; он звучал мягко, когда делился секретами. Но разозлившись, он стал диким. – Уничтожу его. Я знаю Рико, и он забывает об этом. Он ничего не сможет сделать на физическом уровне перед камерами и зрителями, так что Рико попытается унизить его. Скажет или сделает что-то, что заставит Кевина чувствовать себя ничтожеством и выглядеть так, словно он не знает, что делает. – А ты? – подтолкнул Эндрю. – Я буду держать Рико подальше от Кевина. Или поверну его слова против него. Эндрю отмахнулся от мысли, появившейся в голове на мгновение. – Сможешь ли ты это сделать? Рико – бабайка для Кевина. Голос Натаниэля был спокойным, а слова – четкими, когда он заговорил, – Но не моя. А какая история была бы. Все пытки, через которые он прошел и не испугался. – Не твоя, Натаниэль? – Моя больше, – было все, что он ответил. Оставить это было сложно, но он вытащил и так много секретов сегодня. Вместо этого он обдумывал слова Натаниэля. Он защитит Кевина на сцене, но… – Что ты будешь делать с Рико, когда вы уйдете за сцену? – Вот здесь-то ты и появляешься, – сказал Натаниэль, раздраженно выдыхая, – я могу сдерживать Рико перед камерами, но как только мы окажемся за сценой, он найдет способ прижать Кевина. Я сделаю все, чтобы держать его подальше, отвлечь, но ты должен добраться до Кевина как можно быстрее. – Не могу пройти за сцену без пропуска, Птенчик. – Тебя это когда-нибудь останавливало? – сказал он со вздохом, – я попрошу Кэти дать тебе пропуск. Лучше, чем если тебя вышвырнет охрана. – Не в первый раз, – он засмеялся. Теперь Натаниэль звучал более расслабленным, – Не удивлен, Лис. Эндрю хмыкнул в ответ, – Это из тех вещей, которые я должен держать в тайне от Кевина? – Нет, – сказал Натаниэль без колебаний, – Кевин может знать. Это не часть плана, я просто предупреждаю тебя. Возможно, даже лучше, если он будет знать, чего ожидать. У него будет время подумать, что можно говорить, а что нет. – Интересно, интересно. Не сомневайся, Натаниэль, когда-нибудь я спрошу про вас двоих, – подразнил Эндрю. Ему было любопытно, ох, ему было так любопытно, но вечер уже и так был достаточно долгим, чтобы пытаться втянуть Натаниэля в этот разговор. – Восторг, – сказал Натаниэль невозмутимо. Качаясь туда-сюда какое-то время, Эндрю проигнорировал падение на бок и обдумал полученную информацию. Прокручивая в голове все, начиная от появления Натаниэля и Рико на шоу и заканчивая так называемым шагом номер 1 в плане, он думал о том, что еще не спросил. Он наклонился вперед, чтобы подвинуться ближе к телефону, – Я узнаю, о чем ты попросил дядю? Шестеренки, вращающиеся в голове Натаниэля, было слышно даже через телефон: он, без сомнений, пытался проследить линию, которая привела к вопросу. Эндрю почти рассмеялся от того, сколько времени у него это заняло. – Пока нет, – сказал он, когда все-таки преодолел растерянность, – это… – предвкушение, – на самом деле, у меня есть вопрос к тебе. – Для чего я здесь? – Эндрю снова откинулся, прежде чем отодвинуться от края. Возможно к лучшему, потому что вопрос Натаниэля заставил дернуться назад. – Как думаешь, как твоя команда отреагирует, если я появлюсь у вас на поле? Если бы он пил что-нибудь сейчас, он бы выплюнул это. Если бы он держал что-то, он бы выронил это. Если бы он не отодвинулся от края, он бы упал. Очень медленно, он спросил, – Что ты имеешь в виду? Натаниэль молчал, как будто это могло смягчить реакцию Эндрю. – Некоторые секреты лучше хранить до личной встречи, Эндрю, – он снова замолчал на какое-то время, а потом продолжил, – что я попрошу у своего дяди - один из таких секретов. Это связано с вещами похуже, чем само это действие. Я не хочу говорить про это по телефону, но это произойдет слишком рано, чтобы ждать нашего первого матча. Эндрю закончил мысль за него, – То есть, твое решение – появиться в Лисьей норе. – А какие еще есть варианты? – Встретиться где-нибудь еще было бы лучше. – Но менее вероятно, – возразил Натаниэль, – если я приду на поле и кто-нибудь увидит меня, они решат, что я навещаю Кевина. А если я буду бродить вокруг города только с тобой, они заподозрят что-то. Справедливо, к сожалению. – Плюс, – он продолжил, – я уверен, что есть место, где нас не подслушают. Лучше, чтобы ни один не услышал этот разговор. Еще одна справедливая мысль, к сожалению. – Не буду обещать, как отреагирует моя команда на твое появление, – Эндрю наконец уступил. – Особенно учитывая то, что они видели меня только с Рико, – добавил Натаниэль с задумчивой ноткой в голосе, – хотя я уверен, что смогу справиться с ними. – Не надейся, – пробормотал Эндрю. – Моя команда – не какая-то тихая компашка, и они не будут добрыми. Он мог слышать, как Натаниэль мягко рассмеялся в трубку, – Я столько раз сталкивался с отсутствием доброты в своей жизни, Лис. Уверен, ты понимаешь, почему меня это не останавливает. Эндрю закатил глаза, – Не говори, что я не предупреждал тебя. Да, хорошо, приходи на поле. Я не скажу Кевину, что ты придешь. Его улыбку было слышно, – О, это только делает все веселее. Радость Натаниэля по поводу всей этой ситуации была такой же, как и у Эндрю. Он решил спросить об отношениях между нынешним и бывшим Воронами в следующий раз, как только появится шанс. Оба говорили, что они братья. Но собственные отношения Эндрю с братом сильно отличались, мягко говоря. Ну, может семейная ситуация Эндрю была не лучшим примером, чтобы использовать ее в качестве базы для сравнения. В любом случае. – Звонок дяде, интервью и появление в Лисьей Башне. У тебя не мало дел, Птенчик. – Агрх, не напоминай, – простонал Натаниэль. – Мне надо собираться на тренировку. – Вот что ждет на вершине звезду экси, – цокнул Эндрю, – беги, Птенчик. Играй в свой маленький глупый спорт. – Ха, и не говори. Поболтаем позже, Лис. Телефон замолчал там, где Эндрю его и оставил. Он лежал там какое-то время, пока Эндрю наконец не взял его. Он встал двумя ногами на край крыши и посмотрел вниз на землю, чтобы просто почувствовать, как учащается биение сердца, чтобы напомнить себе, что оно все еще на месте. Все еще бьется.

***

Следующей помехой недели стало сообщить Кевину новости, и это прошло так, как Эндрю и ожидал. Абсолютная паника, уменьшившаяся, когда Эндрю сказал, что там будет Натаниэль. Начавшаяся снова, когда он осознал, что Натаниэль будет подвергать себя опасности ради него. Снова успокоившаяся, когда Эндрю отвлек его, пихая бутылку алкоголя в руки и говоря о дыхании между глотками. Должен ли он поддерживать алкогольные привычки Кевина? Нет, не совсем. Но пока Кевин не перестал бояться всего, что дышит, это могло сработать. – Натаниэлю лучше не… блять… ему лучше не говорить чего-то глупого, – Кевин умно пробормотал ночью, за чем последовало, – Боже, я сам его убью, если он будет вести себя как идиот на сцене. Я говорил ему… – непонятное бормотание. – Знаешь что? Я учил его быть вежливым на интервью, хотя он меня никогда не слушал. Эндрю кивал, все еще пытаясь читать книгу под продолжающееся бормотание Кевина. Это и так было довольно сложно, и ему не нужны были пьяные речи Кевина, чтобы потерять фокус. – Кевин, – в конце концов он перебил, голос был ровным настолько, насколько вообще возможно. Радость только подбодрила бы его, – Кевин, почему ты не идешь спать? Тот кивнул и опустился на диван, растянувшись на нем. И наступила тишина на три замечательные минуты, а потом, – Что если Натаниэлю будет больно? Глубокий мучительный вздох. Да, ему надо найти способ справиться с нарастающей паникой Кевина, который не связан с алкоголем. Он задумался, не было ли у Натаниэля полезных советов. – Рико не будет трогать его перед зрителями, Кевин. – Но! – начал Кевин и не закончил. Он нахмурился и закрыл рукой глаза. – Эндрю. Эндрю, а потом? – Не моя проблема, Кевин, помнишь? Я бы порекомендовал тебе найти местного представителя. Кевин застонал, – От Жана не будет помощи, Эндрю. Он почти вызвал смех у Эндрю. Жан защитник Натаниэля, ха. Но он притворился, – Почему нет? Рука поднялась с зеленых глаз, и Кевин кинул на него раздраженный взгляд, – Он не понимает политику, – сказал он, будто это должно быть очевидным для Эндрю. Он продолжил, – слава богу он не станет юристом. – Это делает его ужасным защитником? – спросил Эндрю, потому что он хотел знать, о чем именно говорил Кевин. – Делает! Он наименее дипломатичный человек из всех, кого я знаю, наверно. Возможно. Сет тоже плох, – Кевин поднял руку, чтобы ущипнуть себя за переносицу. – О нет, Сету не надо быть защитником. Эндрю, не дай этому случиться. Со вздохом, Эндрю снова поднял книгу и попытался сосредоточиться на чтении. Молчание Кевина длилось долго, а потом превратилось в храп.

***

Эндрю рано приехал в Лисью нору в тот четверг. Против своей воли, но у него была миссия. Он проигнорировал звонки Кевина и направился к кабинету Ваймака. Закрыв дверь за собой, он сел напротив бумажного беспорядка. Стул громко заскрипел, когда он подвинул его, чтобы положить ноги на что-то, напоминающее важные документы, на краю стола. Ваймак хмыкнул в знак приветствия, но перестал печатать на компьютере и сосредоточил внимание на нем. – Ноги со стола, Миньярд, – Эндрю подчинился, когда Ваймак откинулся на спинку стула, скрестив руки. Он продолжил, – чем обязан такому раннему прибытию? – Ох, ничего хорошего, уверяю вас, – ухмыльнулся Эндрю. Руки Ваймака поднялись потереть лицо, и он вздохнул. – Что ты натворил? – Кто? Я? Ничего жизненно важного. Однако у меня есть прекрасный маленький источник, который дал мне интересную информацию, – несмотря на его попытки изобразить безразличие, Эндрю мог видеть, как бровь Ваймака опустилась, выдавая его интерес. Он позволил ему вариться в нем. – Ты собираешься рассказать мне, о каком источнике ты говоришь, или я должен ждать в напряжении? – спросил Ваймак, когда уже устал ждать. Эндрю широко улыбнулся ему и наклонился вперед, поставив локти на колени. Слова звучали как театральный шепот, – Наш маленький друг Рико планирует появиться на интервью, которое у нас запланировано. Множество проклятий слетело с губ Ваймака, он подскочил, крепко сжал руки и поднял их так, будто собирался ударить что-то. Он одумался и, потянувшись, опустил их, прежде чем снова повернуться к Эндрю, – Как ты узнал? – Источник, помните? – Эндрю приложил палец к губам, призывая замолчать. – Который стоит доверия? Смешок. Стоит доверия? – Пока нет. Но не врущий насчет этого, я уверен. Нет причин. Ваймак рычал от злости. – Ну и что теперь? – спросил он, снова скрещивая руки на груди, – мы снимаем Кевина с интервью. Эндрю засмеялся, – Об этом мы тоже говорили. Мне сообщили, что он не будет с этим психом наедине. – Что ты имеешь в виду. – Вы забываете: у Рико есть правая рука. Шестеренки в голове Ваймака начали вращаться, Эндрю наблюдал за ними, пока они наконец не щелкнули, – Веснински? – Динь-динь, – Эндрю указал на него и встал. Он обошел свой стул, чтобы опереться на него. – Веснински, запятая, Натаниэль. Ваймак грозно посмотрел на него. – Мы собираемся оставить Кевина с Рико и его правой рукой. И это лучшее решение? – Лучше или нет, я не уверен. Но это все, что у нас есть, – Эндрю вздохнул. – Натаниэль не служит Рико, он не позволит ему ничего сделать с Кевином. По крайней мере, так меня заверили. Подозрение, – Как ты узнал? Эндрю прижал палец ко лбу, – Источники сказали. – Ваймак вообще не выглядел довольным этим ответом. Но разве есть веселье в том, чтобы сказать ему какой источник? Он сам рано или поздно узнает, Эндрю не сомневался. Он был не таким глупым, как казался. – У тебя действительно есть план, Миньярд, или ты издеваешься надо мной? – План - слишком серьезное предположение. У нас скорее есть смутная идея того, что может случиться. Но тик-так, тренер, у нас больше нет времени выяснять, – пропел Эндрю, поглядывая на часы. Тик-так. – Я разберусь с Кевином и Рико, мне просто нужно, чтобы вы разобрались со своими Лисами во время и после. Ваймак хмыкнул в знак соглашения и посмотрел, как Эндрю двигается к двери. Почти время начала тренировки - Кевин потеряет его, если он опоздает. Что обычно весело, но не сегодня. Когда он открыл дверь, он повернулся к Ваймаку последний раз и сказал еще одну вещь, – Когда я сказал разобраться с ними после, тренер, я имел в виду еще день или два. Им все еще это понадобится. Эндрю проигнорировал замешательство Ваймака и пошел сначала в раздевалку, а потом на поле, где другие Лисы наконец собрались. Тренировка была напряженной, больше из-за стресса Кевина. А взволнованный Кевин значит раздражительный Кевин, который никогда хорошо не играл с другими детьми. Не раз он ввязывался в драку с Сетом, Аароном и Мэттом. Дэн разнимала их много раз, и Ваймак один, когда вернулся. Эндрю позволил Кевину выплеснуть разочарование: поле было самым безопасным местом, чтобы избавиться от волнения по поводу интервью. Он внимательно наблюдал за каждой дракой, конечно же, и если никто не вмешивался, то делал это сам. Но позволить Кевину избавиться от беспокойства сейчас, будь то с помощью игры или драки, в итоге значило, что он будет достаточно спокойным и уставшим, и Эндрю не придется топить его в алкоголе в ночь перед первой игрой сезона. Кевин не простит этого, но и не откажется, если Эндрю сунет ему бутылку. Лучше вообще избегать этой привычки, когда возможно. Эндрю был рад позволить идти всему именно так, но, к сожалению, другие Лисы были не так проницательны, как он считал. Мэтт был тем, кто наконец призвал прекратить такое поведение Кевина, когда тренировка уже подходила к концу. – Боже, Кевин, – начал он, направляясь к месту, где рядом с Эндрю стоял Кевин и пил остатки воды. Кевин повернулся к Мэтту, опустив бутылку. – Я знаю, что ты волнуешься насчет игры, но сегодня было безумие. Я не видел тебя таким взвинченным с прошлого года. Кевин переступил с ноги на ногу, грозно посмотрев на Мэтта, – Я бы меньше нервничал, если бы команда была лучше. – Мы работаем над этим, – раздраженно сказал Мэтт, – но мы никуда не придем, если все, что мы будем делать, это драться друг с другом. Дэн встала рядом с Мэттом и кивнула. – Ты больше не помощник тренера, Кевин, ты – часть команды, – добавила она. – Команда, Кевин, – выделил Мэтт, положив руку на плечо Кевина. Он легко вздрогнул, что заметил Эндрю, но Мэтт сжал руку, Кевин немного расслабился. Эндрю ничего не сделал, но отложил эту информацию на потом. Кевин раздраженно вздохнул, но Эндрю видел облегчение на его лице, даже если другие и не замечали. – Да, команда, – повторил он. – Заставьте Сета вести себя нормально, и, может быть, мы добьемся чего-нибудь. Дэн и Мэтт переглянулись. О, интересно. Эндрю наблюдал, как Дэн повернулась на Сета, который уходил с поля в душевую, а затем снова посмотрела на Кевина. – Ты обещаешь? – спросила она. И вот оно, вот это волшебное слово. Кевин снова напрягся, что заставило Мэтта убрать руку, но эта реакция не была страхом или злостью. Его взгляд быстро перебегал от Мэтта к Дэн, и Эндрю почти рассмеялся над смущением на их лицах. – Обещаю, – подтвердил Кевин. Он протянул им мизинец, и их смущение только усилилось. Дэн и Мэтт не понимали, но Эндрю знал. Обещания. Они значили много для Эндрю, но они могли значить все для Кевина. Он сомневался, предлагал ли ему кто-то их после Натаниэля. Он предложил Кевину сделку, но, когда это было явным обещанием для Эндрю, он впервые задумался, что Кевин понял это по-другому. Теперь, однако, все было понятным. Дэн, к счастью, ничего не подразумевала под этими словами, но это значило что-то для Кевина. Мы никуда не придем, если все, что мы будем делать, это драться друг с другом Может быть, мы добьемся чего-нибудь. Дэн и Кевин пообещали создать команду. Эндрю не знал, выйдет ли у них, не знал, что они будут делать, чтобы сдержать обещание. Но ему больше не надо было думать об этом, он уже наблюдал, как Дэн утягивает Мэтта. Он знал, что Дэн хотела только одну вещь сильнее, чем подвести свою команду к вершине: чтобы Лисы ладили друг с другом. Кевин дал ей слово, что попробует, если она уговорит Сета. Верила она или нет, Эндрю знал, что Кевин доведет дело до конца. И Кевин. Ох, Кевин. Он уже прошел через многое, чтобы сдержать обещание Натаниэлю. Эндрю не знал, значит ли это что-то большее для Кевина. Он предполагал, что да. И это все еще доказывало, что Кевин приложит усилия для этого. И его реакция на это слово, его немедленное внимание показали Эндрю, что неважно, кому он дает обещание: Кевин сдержит его в любом случае. Он будет стараться изо всех сил. Эндрю сомневался, понимает ли Кевин, что их сделка была обещанием. Сомневался, стоит ли сдерживать данное ему обещание. Сомневался, что может быть, только может быть, Кевин не остановится, пока не даст Эндрю что-то ради чего стоит жить.