Зона комфорта

      Соя медлил. И этот нарочно неспешный шаг казался ему самой позорной и нелепой вещью на свете. Риндо действительно был неподалеку, Соя шёл к нему прямо сейчас, уговаривая своё глупое сердце не стучать так, словно бы у него приступ аритмии. Возможно, стоило поторопиться, пока компания Риндо не ушла, но Соя не мог приказать своим ногам идти быстрее.       К нему в голову стали закрадываться липкие сомнения, вызывавшие чувство неуверенности: а что если Риндо просто некуда было деваться и он на самом деле не хотел приглашать его? Но тогда он бы просто отключился… Во всяком случае, это было тем, чем Соя себя успокаивал. Навигатор на телефоне вёл его к какому-то ночному клубу, и он всё больше и больше старался не думать, что Риндо настолько подлый человек и развёл его, как мальчишку.       Соя остановился возле яркого здания с неоновой подсветкой красного цвета. Кричащий свет резал глаза, и Соя, проморгавшись, написал Риндо короткое смс, что он на месте. Он не знал, куда ему идти и что делать дальше, поэтому стоял в некотором отдалении от входа в заведение и раскачивался на пятках. Изнутри доносились громкие голоса вперемешку с агрессивной, как показалось Сое, музыкой. Должно быть, в глазах прохожих он выглядел сироткой, пришедшей просить милостыню у молодежи. Он пытался отвлечь себя разглядыванием людей, входивших внутрь или покидавших двери клуба.       Комок неприятных чувств заскрёб в груди по истечении минуты, что он простоял в смиренном ожидании, и Соя уже собирался развернуться и начать искать по картам в телефоне дорогу до ближайшего метрополитена — голос, окликнувший его, убедил перечеркнуть строительство всех планов. Соя осторожно оглянулся через плечо, а потом развернулся на пятках. Лицо Риндо имело необычное для него выражение: он словно… удивился. Соя не знал, как правильно следовало трактовать эмоцию на лице того, но ему показалось, что тату-мастер и сам сомневался, придет ли Соя. Но он был здесь, а Риндо вышел ему навстречу. Пора было оставить все внутренние опасения — Соя со спокойной душой сделал это.       — Привет ещё раз. — Он неловко махнул Риндо рукой, и тот попытался повторить этот жест.       — Хочешь зайти? — спросил Хайтани, кивнув на здание позади себя. Соя прикусил губу и задумался над этим предложением, но Риндо расценил его молчание по-своему. — Если нет, то можем просто… погулять? — он приподнял бровь.       — Давай погуляем. — Соя улыбнулся и усердно закивал головой.       Он вдруг отвернул лицо и зажмурился. Господи, ну почему он не мог вести себя естественнее? Он предполагал, что его лицо пылало не хуже стен клуба в этой ужасной подсветке. Риндо хмыкнул и без предупреждения двинулся в сторону каких-то дворов — Соя немного растерялся и ускорил шаг, чтобы нагнать его. На самой глубине сознания он всё ещё наделся, что Риндо не маньяк и не убьёт его где-нибудь в темном переулке, как это обычно бывало в тех глупых сериалах, какие обожал смотреть Нахоя. Соя поклялся себе, что смело бросится под машину, если в его ненасытную голову придёт хоть ещё одна подобная идиотская мысль.       — Эй! Почему именинник сбегает от нас?       Соя остановился и обернулся на голос Рана, выбежавшего из клуба. Риндо же продолжил ход не оборачиваясь.       — Веселитесь без меня, — только сказал он.       Именинник? Соя нахмурился и посмотрел на Рана, с притворной обидой глядевшего в спину брату. Потом тот фыркнул и, подмигнув Сое, прикрикнул вдогонку брату:       — С тебя завтрак в постель, понял меня? Возмещение морального ущерба. И проводи потом зайку до дома.       — Завали, — беззлобно бросил Риндо, и Ран, весело хмыкнув, скрылся за дверью клуба.       Соя завис на месте, судорожно переваривая услышанное. Зайку? Это про него, что ли? Быстрым шагом поспешил поравняться с Риндо. Тому, казалось, было абсолютно наплевать, шёл за ним Соя или нет.       — У тебя день рождения?       — М-м, да, — равнодушно пожал плечами Риндо.       — Поздравляю! Почему ты не сказал? — Соя искренне улыбнулся, действительно удивившись.       Риндо усмехнулся и поправил очки. Они завернули на тротуарную дорожку, освещенную фонарями. Соя ясно увидел подобие улыбки на губах Риндо, но эмоция, впрочем, быстро исчезла, когда тот повернулся к нему, ловя его пристальный взгляд. Соя отвел глаза и уставился на асфальт. Всё волнение от этой встречи потихоньку укладывалось внутри него, но сердце не спешило сбавлять скорость и продолжало колотиться о рёбра так, что его стук, вполне возможно, слышал даже Риндо. Между ними было не такое большое расстояние, и их локти почти соприкасались.       — А что бы ты сделал, сообщи я об этом? Приготовил бы мне торт? — насмешливо протянул Риндо, искоса наблюдая за его лицом.       Соя хотел возразить, а потом согласиться, но в итоге решил промолчать. Риндо фыркнул и посмотрел в сторону, Соя почувствовал себя невероятно глупо. Он думал над тем, как бы скрасить повисшее молчание, и вспомнил, что не знает возраст Хайтани.       — Сколько тебе исполнилось? — тихо спросил Соя, подняв голову и посмотрев на небо: то было по-прежнему звёздным и чистым.       Слабый ветерок холодил щёки и остужал землю, но Сою согревало непонятное тепло, проникая в тело через грудь и протекая по венам. Риндо молчал некоторое время, будто не услышал вопрос, и Соя уже хотел переспросить, да тот прочистил горло и опередил его:       — Двадцать один.       Соя хихикнул и скрыл улыбку за волосами. Риндо недоуменно взглянул на него, приподняв бровь. Соя поспешил объясниться и вскинул руки.       — Ты всего на полгода старше меня. — В ответ на это Риндо качнул головой и отвернулся.       — Я знаю.       — Откуда? — нахмурился Соя, сворачивая с тротуара вслед за ним.       Обойдя припаркованные слишком близко друг к другу автомобили во дворе, Риндо повёл их к большой детской площадке. Судя по всему, ему надоело бездумно ходить и он решил обосноваться уже где-нибудь. Хотя бы на пустой в такое время суток детской площадке. У Сои ноги путались, пока он трусцой бежал за Риндо, который слишком быстро ходил, даже быстрее Нахои, как ему показалось.       К моменту, когда Риндо присел на качели, Соя остановился у металлической балки, удерживающей тяжелую конструкцию, и прислонился к ней плечом в попытке отдышаться. Бег определённо не был его любимым видом спорта.       — Твой брат говорил. — Риндо повернулся к нему — Соя занял соседние качели и носками стал отталкиваться от земли взад-вперёд.       — Э, когда? Не помню… — пробубнил он, поморщившись от скрипа качелей.       — Когда вы пришли к нам в первый раз, — уточнил Риндо и хмыкнул на удивленный вздох Сои.       Их первая встреча… Признаться честно, события того дня Соя почти не помнил, а может, просто очень сильно силился забыть, поэтому большая часть воспоминаний и исчезла. Он задумчиво ковырял кутикулу на пальце и слабо раскачивался на качелях. Оба сохраняли молчание, и Соя не чувствовал себя комфортно в этой тишине. Ему хотелось… поговорить с Риндо, узнать о нём чуточку больше, но тот, казалось, был иного мнения и не торопился заводить разговор, разглядывая профиль Каваты. Соя тоже украдкой посматривал на него и отмечал, что лицо Риндо приобрело новые, незнакомые черты: оно стало более открытым, и Соя посчитал это хорошим знаком.       Соя с готовностью втянул воздух и вскинул голову, сцепив руки в замок на коленях. Он повернулся к Риндо и обнаружил выжидающий взгляд за стеклами очков на себе, которые отражали свет фонарных столбов вдалеке и притягивали к себе внимание. Внутренне стушевавшись, он открыл рот и тут же закрыл. В его голове сгенерировался абсолютно случайный и нелепый вопрос, но Соя рассудил это каким-никаким шагом к их сближению. А он действительно хотел приблизиться к Риндо, пусть и на пару миллиметров.       — У тебя есть домашние животные? — поинтересовался он и похлопал глазами, когда Риндо фыркнул и снисходительно осмотрел его с ног до головы — Сое это не понравилось: выглядело, словно Риндо собирался сделать ему одолжение.       — Хочешь узнать, не топил ли я ещё кого-нибудь? — осведомился тот, слегка осклабившись, так что промелькнувшие зубы просияли в полумраке.       Соя загляделся на эту ухмылку, приоткрыв рот, прежде чем до него дошел смысл сказанного. Его брови дёрнулись, а уголки губ против воли растянулись в смущенной улыбке. Он тихо-тихо пробормотал: «О Господи…» — и закрыл пылающее лицо ладонями. Часто дыша, он старался обуздать рвущиеся на поверхность эмоции и весь стыд, какими его прошибло от этой иронии в голосе Риндо. Ну как, как можно было додуматься спросить такое? Он почти смирился с тем, что старший брат всё ещё смеялся с этой невыносимой ереси, которую Соя в тот момент прозвал вопросом, и молился, чтобы сам Хайтани не вспоминал об этой его «минуте славы» — не тут-то было!       Сквозь гул крови в ушах он услышал приглушенные смешки Риндо. Соя раздвинул пальцы в стороны, сделав небольшие прорези для глаз, и из-за чёлки наблюдал за искривлёнными тонкими губами и смешинками в светлых глазах. Он закусил губу и не спешил вылезать из своего укрытия из сложенных лодочкой ладоней. Кожа Риндо казалась такой чистой и белоснежной в темноте и весь он сам казался таким красивым… Щёки Сои загорелись с удвоенной силой, но Кавата никак не мог оторваться от лицезрения человека сбоку от себя.       Даже если Риндо на самом деле смеялся над ним, Сое было ни капельки не обидно.       — Нет, но в мои три года у нас была собака, — ответил Риндо после сильно затянувшейся паузы, и Соя моргнул, почти позабыв, о чём спрашивал.       — Как её звали?       — Думаешь, я помню? Ха-а… Мэри или что-то вроде, по-моему.       — Милая кличка… — улыбнулся Соя и опустил глаза, поняв, что диалог себя исчерпал.       Качели совсем заверещали, стоило ему оттолкнуться от земли и набрать скорость. Он шаркал ботинком по гравию, когда его нога проезжалась по земле.       — А у тебя? — Риндо снова заговорил о домашних любимцах, верно смекнув, что Соя не начнет говорить, пока его не спросят.       — Бабушка не особо любила животных и не разрешала нам заводить пушистиков, но у нас были грызуны вроде хомячков, а ещё попугайчики. Но иногда брат будто нарочно пугал их и они… ну… умирали от испуга, — признался Соя и с недовольством покосился на прыснувшего Хайтани. — Это не смешно! Они не заслуживали… смерти… — он свел брови вместе и закачал ногами в воздухе.       — Ты поэтому боишься, что кто-нибудь ещё вредит зверькам? — весело высказал свои предположения Риндо, повернувшись к Сое.       Тот поправлял надоедливую шапку на своей голове, сползавшую на глаза. Соя пожал плечами и фыркнул от пряди волос, залетевшей ему на нос.       — Чем ты увлекаешься? — Он не знал, о чём люди разговаривали, чтобы узнать друг друга, поэтому решил пройтись по рядовым вопросам и искренно надеялся, что Риндо не сочтет его скучным.       Риндо призадумался, как будто это его действительно заинтересовало.       — Не знаю. Тату?       — И всё? Может быть, спортом каким-то занимаешься или там… — Сое не совсем нравилось вытягивать рандомные факты из жизни Риндо клешнями, но тот, по всей видимости, был не особо разговорчив, и в этом Соя с ним похож.       В любой другой ситуации Соя бы молчал и отсчитывал минуты до возвращения домой, но сейчас, подстрекаемый неясно чем, он пытался общаться.       — Рисую иногда. Правда, по большей части это из-за работы, — Риндо опередил его дальнейшие предложения.       Глаза у Сои загорелись. Риндо — художник… Ему на секунду почудились эти длинные тонкие пальцы, перепачканные в карандашном грифеле. Сам он никогда не умел рисовать, но восхищался людьми, не обделенными этим талантом. В его классе в старшей школе была группка девочек-художниц, которые время от времени показывали Сое свои работы по его просьбам, и в их адрес всегда сыпался бескрайний океан завороженных взглядов и междометий восхищения от Каваты. Он и не мечтал, чтобы его руки когда-нибудь стали такими же золотыми, создавали шедевры изобразительного искусства.       Некстати вспомнилась бабушка, рисовавшая в далекой молодости. Какие-то из картин всё ещё висели в их старой квартире, и Соя глубоко сожалел, что больше никогда не сможет увидеть их вновь. Новые жильцы, вероятно, выкинули их, избавив квартиру от хлама.       Между его бровей залегла складка, и он постарался принять воодушевленный вид. Посмотрев на Риндо, он натянуто улыбнулся, и тот принял серьёзное выражение лица.       — Здорово. А я никогда не умел рисовать. Ты…       — Соя, — Риндо перебил его — Соя вопросительно замычал, дернув головой. — Расскажешь о себе, может? Весь вечер только обо мне говорим, — Хайтани словно упрекнул его в этом.       Что Соя мог рассказать о себе? Он так погрузился в расспросы о Риндо, что совсем забылся и не подготовил список вещей, о чем мог бы повествовать. Риндо тоже было интересно узнать о нём? Или он спросил из вежливости?       Соя сдулся. Качели давно остановились, перестав скрипеть, — теперь окружающими звуками были лишь песни сверчков да прыжки кузнечиков в сухой желтой траве. Кавата пытался собрать все мысли в кучу и не думать над ответом слишком долго. Он боялся, что, если он будет медлить, Риндо подумает, что ему нечего рассказать. Вообще-то, так оно и было. Соя не был сверхинтересным, не рисовал, не писал книги, но всё равно смел питать надежду, что заинтересовал Риндо хоть сколечко…       — М-м… Ну… Я люблю читать книжки…       Ему снова не дали договорить. Вибрация телефона в кармане заставила отвлечься и ответить на звонок брата, звонившего так не вовремя. Нахоя как будто чувствовал, что вот прямо сейчас надо позвонить — ни минутой позднее! — и испортить всё.       — Соя, если тебя не украли, то я больше не вижу причин для игнорирования моих сообщений. Где ты? — Нахоя начал отчитывать его сразу же, как только Соя принял вызов.       Соя поднялся с качелей и отошел на пару метров. Риндо наблюдал за ним издалека, и Соя всеми клеточками тела ощущал этот внимательный взгляд. Из трубки снова послышалось его имя, и он закатил глаза. Понятное дело, брат волновался, но Соя-то ему никогда не названивал, если тот задерживался вечером. Хотя со стороны Нахои причины для беспокойства были, потому что Соя почти всегда приходил в одно и то же время, а если и отлучался куда-то, то обязательно предварительно сообщал старшему. Сегодня же всё получилось так спонтанно, что Соя и думать забыл о том, что дома его, вообще-то, ждали.       — Да, прости, что не предупредил. Я… Я гуляю.       — Гуляешь? С кем ты там?       Соя оглянулся на Хайтани и неловко улыбнулся на немой вопрос, проступивший в лице того.       — Дома расскажу. Хоя, я попозже приду…       Нахоя молчал мгновение, и Соя решил проверить, не отключился ли тот — старший громогласно объявил о своём нахождении на линии:       — Что ещё за «попозже»? Ты время видел? Дуй домой!       — Ты мне не мама! — обиженно пробурчал и надул губы Соя, прекрасно понимавший, что Нахоя этого не видит.       — Кто сказал? Я закрою дверь и не впущу тебя, — пригрозил тот.       — У меня есть ключ, — напомнил Соя, устало вздохнув.       — Я подопру дверь стулом. Домой, малышня.       Нахоя повесил трубку, не давая младшему вставить и слова. Соя возмущенно уставился на экран телефона, что вскоре погас от бездействия. Он захотел пнуть мусорный бак от злости на близнеца. Нахоя не мог загонять его домой, как какого-то подростка, даже на правах старшего брата! Конечно, Соя не собирался торчать на этой площадке всю ночь, но и расходиться так скоро в его планы тоже не входило.       — Вызвать тебе такси? — любезно предложил Риндо, когда он вернулся к качелям.       — Нет-нет, не стоит. Я на метро, — Соя покачал головой — Риндо поднялся с качелей и поправил куртку на себе.       — Хорошо.       Соя вбил в навигаторе маршрут до метрополитена и хотел попрощаться с Риндо, но тот уже двинулся вперёд, не сказав ни слова. Соя похлопал глазами и нахмурился. Хайтани остановился и оглянулся на него через плечо, вскинув бровь. В свете фонарного столба силуэт его подсвечивался и по бледному лицу пробежала косая тень. Кавата спохватился и зашагал к нему, чуть не забыв свой рюкзак на сиденье качелей.       — Разве ты не собираешься возвращаться в клуб? — спросил Соя, обнаружив, что Риндо следовал точь-в-точь его маршруту, а не пошел по той дороге, откуда они пришли.       — Смысл? Они и без меня могут набухаться, — безразлично хмыкнул тот.       Риндо, сунув руки в карманы куртки, уверенно вёл их по незнакомым Сое дворам. Неужели ему нужно было в том же направлении? Куда же он шёл? Если к метрополитену, то выходило, что он знал путь и без навигатора. Соя, не умевший ориентироваться в родном городе, почувствовал себя глупо.       — Что ты делаешь? — в лоб задал вопрос Соя и обернулся к нему.       — Провожаю тебя? — Риндо глянул на Сою, просто пожав плечами, словно это было чем-то само собой разумеющимся, и уголки его губ еле заметно поползли вверх.       Соя резко повернул голову в противоположную сторону. Он спрятал лицо за волосами: щёки вновь залил предательский румянец. Сердце пустилось в бешеный ритм, начав стремительно отбивать удары по рёбрам — того гляди, пробьет грудную клетку и покинет тело Сои. Совершенно дурацкая улыбка расползлась по его губам. Он выключил путеводитель и сжал мобильный в ладони.       Соя чувствовал себя самым настоящим идиотом, думая, что Риндо вложил в этот жест доброй воли хоть какой-то смысл, но ему нравилось тешить себя этой мыслью.       Добравшись до дома в выделенный ему Нахоей час, он обнаружил их с братом комнату полностью погруженной во тьму. Подумав, что Нахоя уже спит, он на цыпочках прошел к шкафу и скинул верхнюю одежду с шапкой. Осторожно развернулся, чтобы не стукнуться обо что-нибудь во мраке, и было двинулся к кровати, но за плечо схватили с холодящим кровь «Бу!», сказанным почти шепотом. Соя завизжал и, вырвавшись, отлетел в другой угол комнаты, по дороге щелкнув выключатель на стене. Первым порывом было вылететь из окна с пятого этажа, но он просто спрятался за штору, мелко задрожав.       В комнате вдруг стало светло и раздался оглушительный хохот Нахои. Соя показал нос из-за плотной ткани шторы и уставился на близнеца, хватавшегося за живот — Нахоя почти согнулся пополам. Соя зло выдохнул, вышел из своего укрытия, уперев кулаки в бока, и с осуждением смерил брата взглядом.       — Нахоя, у тебя совсем крыша поехала? — со всей возможной строгостью высказал свое недовольство он.       Нахоя закончил смеяться и утирал выступившие в уголках глаз слезы.       — Ты такой скучный, Соя, — вяло протянул он. — И как тебя только твой парень выносит? — Нахоя призадумался на мгновение. — Ах да, он ведь точно такой же, — хихикнул старший.       — Да не мой он парень! — обреченно воскликнул Соя, захотев дать брату по голове.       Раздраженно цокнув, он наконец прошел к кровати и принялся стягивать с себя джинсы.       — Как погуляли, кстати? — привычно сменил тему Нахоя, присев на собственную кровать.       Соя замер и поднял глаза на него.       — Откуда ты?.. — Вспомнилось хитрое лицо Рана, заходившего в двери клуба. — Вы ведь не общаетесь, — подметил Соя.       — Ну, знаешь, иногда тяжелое бремя звания старшего брата вынуждает людей идти на контакт, — театрально вздохнул Нахоя, вытянул руку перед собой и скривил рот, начав рассматривать ногти.       Соя фыркнул и ласково поглядел на брата.       — Не драматизируй, — попросил он.       Нахоя махнул на него рукой, закатив глаза, и откинулся спиной на подушку в изголовье кровати.       — У него день рождения, да? — В ответ Соя кивнул, не повернув головы. Переодевшись в пижаму, он прошел за стол и сложил необходимые книги в рюкзак, чтобы не бегать утром по всей комнате. — Ты знал?       — Нет конечно. Откуда бы?       Нахоя многозначительно хмыкнул и щелкнул пальцами, словно у него появилась какая-то идея. Определенно, ею было нечто ужасное, и Соя даже слышать не хотел его предложения.       — Тогда тебе стоит сделать ему подарок, — воодушевленно посоветовал старший, на что Соя нахмурился.       — Он не просил дарить ему что-либо… — задумчиво протянул он.       Нахоя прыснул и со скепсисом взглянул на него:       — Соя, люди обычно не просят делать им подарки.       Соя усомнился в разумности современного человеческого общества. Было бы гораздо проще, говори люди о том, что желали получить в качестве презента на тот или иной праздник. И не пришлось бы ломать голову лишний раз…       По правде говоря, он понятия не имел, что мог бы подарить Риндо. В голову почти ничего не приходило, а всё, что приходило, было сразу же отвергнуто из-за отсутствия ценности или хотя бы смысла в предполагаемом подарке. Он хотел попросить помощи у Нахои, но постеснялся. Брат наверняка снова посмеется над ним или скажет что-нибудь невероятно смущающее, так что Соя решил пораскинуть мозгами самостоятельно.

***

      — Лучший подарок — торт. — Эмма вручила ему пустой стаканчик из-под кофе, и тот тут же полетел в мусорное ведро.       — Торт?..       «А что бы ты сделал, сообщи я об этом? Приготовил бы мне торт?» — пронеслась в голове вчерашняя шуточная реплика Риндо. Соя похлопал глазами и продолжил салфеткой протирать монитор кассового аппарата. Людей в кофейне было не так много, чтобы бодро носиться между столиками и без продыху делать напитки. Эмма стояла у стойки и крутила в руках соломинку от лимонада, стакан с которым стоял на тумбе за стойкой. Соя не знал, зачем девушка попросила его налить ей напиток, если она его не пила, а только играла с трубочкой.       Пораскинуть мозгами самостоятельно не получилось: он думал над подарком всю ночь и весь день, пока был на парах, — он знал Риндо слишком плохо, а его воображение было не настолько ярким, поэтому сам с этой проблемой разобраться Соя сил не имел. Единственным человеком, который не посмеется над ним, как показалось Сое, была Эмма.       — Именно. Если ты не знаешь, что конкретно может понравиться человеку, то подари ему торт, — весело провозгласила она, с гордостью задрав подбородок.       — Но… Я не умею делать торты…       Девушка рассмеялась и взмахнула руками. Она перегнулась через стойку и наманикюренным пальцем постучала по виску Сои, смешливо приподняв брови.       — Ты забыл, где работаешь? — Соя с недоумением проследил за её рукой, указавшей на холодильник с десертами. — Допустим, он зайдёт сегодня в кофейню — купи ему пироженку или что-нибудь такое и считай дело в шляпе!       Соя понятливо кивнул и с благодарностью улыбнулся девушке, но затем нахмурился:       — А если он… не любит сладкое?       Эмма хмыкнула и озадаченно приставила палец к губам.       — Преподнеси мне пирожное такой очаровательный бариста, я бы съела его не подумав. Ну, я в любом случае бы съела его, — хихикнула она. — Но суть в том, что если ты ему правда так нравишься, то он не посмеет даже поморщиться! Вот увидишь.       Она похлопала задумавшегося Сою по плечу и оставила его наедине с собственными сомнениями, упорхнув в зал. Соя глянул в сторону холодильника и склонился над ним сверху. Рассматривая яркие аппетитные кусочки на тарелочках, он думал над тем, любил ли Риндо сладкое. Почему он не мог спросить этого вчера, когда была возможность? Оставалось надеяться, что Хайтани всё-таки вздумается заглянуть сегодня в кофейню.       Неуверенность в дальнейших событиях этого дня заставляла всё время быть как на иголках. Соя заприметил симпатичный и очень приятный на вид бисквитный десерт с вишенкой и лелеял надежду, что не прогадал с выбором. Эмма подбодрила его и посоветовала не вешать нос раньше времени, и Соя действительно старался успокоиться, но каждый звон колокольчика над дверью запускал в нём очень странный механизм: внутри всё сжималось и переворачивалось, сердце делало кульбит где-то в горле и снова приходило в норму, когда Соя поднимал взгляд и обнаруживал, что это не он.       Эмма попросила подать свой наверняка уже кислючий лимонад, в очередной раз приземлившись на стул возле стойки. Соя, сидевший на табурете по другую сторону от бара, с подозрением посматривал на блюдце с «подарком» и кусал губу. Красная вишенка, смазанная сиропом для блеска, выглядела вполне себе торжественно. Единственное — не хватало свечки. Точно, свечка…       Соя покрутился на табурете и пошарил рукой по тумбочкам с наполнителями и заправками для напитков. Где-то здесь… Он открыл нижний ящичек и победно щелкнул пальцами содержимому: всякая ненужная ерунда в виде спичек, пластмассовых одноразовых вилок и ложек, наклеек с названием кофейни и… свечки! Конечно, самые простенькие, без цифр и орнаментов, но годились в самый раз. По крайней мере, Сое нужна была только одна, и спички в том же ящике были очень кстати.       — Что там? — спросила Эмма, чей любопытный нос виднелся из-за стойки, когда Соя поднял голову.       Он демонстративно тряхнул вскрытой упаковкой маленьких свечек, и девушка с довольным видом улыбнулась.       Раздался звон колокольчика, и Соя выпрямился, перед этим услышав смешок Эммы: «Судьба явно на твоей стороне». Он похлопал глазами, между бровей залегла морщинка. Поднявшись со стула, он хотел спросить у девушки, что та имела в виду, но стул возле стойки уже пустовал, а сама Эмма порхала в зале. Соя перевел взгляд на подошедших клиентов, не спешивших здороваться, и замер с открытым ртом. Рассудив, что он выглядит невообразимо нелепо, он захлопнул рот и растянул губы в растерянности.       — Привет, — неожиданно очень тонким голоском пролепетал он и мигом изменился в лице, услышав собственную речь.       Ран сдержал смех и прочистил горло, уже после поздоровавшись в ответ. Принимая заказ Хайтани, Соя поглядывал на Риндо, силясь скрыть нервную улыбку за плотно сжатыми губами. Риндо смотрел на него тоже и ухмылялся совсем слабо, почти незаметно, но из-за этой его эмоции Сое хотелось упасть на пол за стойкой и свернуться калачиком. Соя ощущал, что уши и щеки у него по оттенку слились с закатом за окном: такие же алые и насыщенные. Судя по всему, братья кого-то ждали — и Соя догадывался, кого именно, — потому что их было всего двое, а напитка — три. Он бы соврал, сказав, что его руки не дрожали, пока делали излюбленный карамельный латте.       Соя вымученно выдохнул — столь долгожданные гости, по обыкновению, устроились за дальним столиком. Эмма, по-видимому, была необычайно горда собой и подплыла к Сое, подталкивая его боком.       — Кажется, пришло время десерта, — шепнула она и захихикала, прикрывая рот ладонью.       Соя передумал. Пока он не увидел Риндо, решимость наполняла его хотя бы наполовину, но скорое наступление момента для действий ощутимо высосало из него всю самоуверенность. Теперь Сое казалось, что Риндо просто нагло рассмеется ему в лицо, а сам он убежит лить горькие слёзы в уборную. Наверное, Риндо ни за что не поступил бы подобным образом, но отголосок страха всё равно свернулся в его животе. «Ну же, смелее», — Эмма подталкивала его к краю всё активнее, и Соя решил, что пора перестать искать причины не поджигать фитиль на свече и просто сделать это.       Он судорожно вздохнул и вытащил пирожное из холодильника. Стреляя глазами в спину Риндо, он доставал ровно одну свечу и одну спичку из упаковок. Зажигая последнюю, он надеялся, что не сработает пожарная сигнализация. В ином случае он сгорит от стыда быстрее, чем пламя пожрёт эту спичку.       Эмма просияла, когда он взял в руки белоснежную тарелку с «подарком». Она тихо похлопала в ладоши и пожелала ему удачи, и Соя понимал, что ему только это и поможет. Его руки дрожали, и он всеми силами старался унять тремор, чтобы не споткнуться и позорно не растянуться на полу с осколками тарелки и размазанным по кафелю пирожным.       На полпути к нужному столику краем глаза его заметил Ран и начал уж слишком подозрительно улыбаться. Соя с круглыми глазами замотал головой из стороны в сторону, чтобы тот отвернулся и не привлекал внимания, но всё пошло крахом, когда Риндо обернулся через плечо и увидел его. Соя зажмурился на секунду и не открывал бы глаза вовсе, но так вероятность упасть лицом вперёд возросла бы в тысячу раз. Риндо вскинул бровь, и по его лицу не было понятно ни-че-го. На лице Хайтани играло привычно лёгкое чуть насмешливое выражение, и Соя захотел верить, что тот просто не умел смотреть по-другому, по-доброму, а не в самом деле смеялся над ним. Этого бы Соя не пережил.       Наконец Соя тяжелым ходом продефилировал к столику и попытался приземлить тарелку как можно аккуратнее, чтобы свеча не погасла или пирожное не убежало на колени Риндо. Он отошел на какое-то расстояние, задом врезаясь в стул позади себя, который с лязгом ножек проехался по полу. Риндо всё ещё глядел на него с недоумением, а на Рана он даже смотреть не хотел, но всё равно боковым зрением мог видеть, как тот ошарашенно хлопал глазами и ухмылялся. Всплеснув руками в подобии «Та-дам! Посмотри, что я принес для тебя. Надеюсь, ты рад хотя бы немного, потому что я ужасно волнуюсь», Соя стесненно заулыбался и скрестил ладони в замок.       — С днем рождения! Ну, то есть с прошедшим, — исправился Соя, робко хихикая.       Риндо с долей скепсиса оглядел кусочек пирожного на тарелочке. Потом вернул глаза к Сое и кивнул, приподняв уголки губ. Сое показалось, что эта улыбка… счастливая? Он не знал, как выглядел счастливый Риндо, но такая эмоция на лице Хайтани ему определенно нравилась. Он бы хотел видеть её почаще, чем раз в жизни. Соя снова засмотрелся на него, похлопав глазами, и прикусил губу. Его взгляд упал на почти догоревшую свечку.       — Ох! Задуй свечку, пожалуйста… Не забудь загадать желание, — спешно попросил он. Риндо дунул на огонёк, и дымок от почерневшего фитиля поплыл куда-то под потолок. Соя чуть не стукнул себя по лбу, поняв, что забыл спросить самое главное, — Надеюсь, ты ешь сладкое?..       — Да, спасибо, — мягко произнес Риндо, блеснув линзами очков.       — Круто! Я имею в виду, что ты его ешь, иначе было бы довольно неловко, ведь я принес тебе пирожное и всё такое… — Соя запнулся и поморщился от того, сколько же ерунды наболтал. Ему следовало уйти прямо сейчас. — В общем, надеюсь, тебе понравится, — пропищал он и быстрым шагом понёсся обратно к своему месту за барной стойкой.       Он хотел запрыгнуть за неё и не высовываться до конца рабочего дня. Соя зажал рот рукой и поднял бешеные глаза на Эмму, что показывала ему оттопыренные большие пальцы вверх. Он спрятал лицо в ладонях и зарылся пальцами в чёлку, когда вернулся за стойку. Боже, какой позор! Соя был уверен, что над ним сейчас гнусно хохотали оба Хайтани, но взглянув на дальний столик сквозь пальцы, он отметил только то, как Ран похлопал брата по плечу. Соя не мог утверждать, являлось ли это чем-то хорошим.       — Молодец! Отлично справился. — Эмма ткнула его локтём в бок и заботливо поправила берет на его голове. — Он почти поплыл, — лукаво протянула она.       — Что? — Соя моргнул, и Эмма звонко засмеялась.       Он уставился на вилку, благополучно забытую им на столешнице. Сиротливо та лежала среди стаканчиков для кофе и поблескивала в свете ламп.       — Вилку забыл… — с досадой проговорил он и понурил голову.       — Без паники, я отнесу. — Девушка по-сестрински огладила его плечо и взяла прибор со стола.       Соя моргнуть не успел, как Эмма убежала к столику Хайтани и положила вилку возле Риндо, что-то сказав и хихикнув.       — По-моему, он доволен, — с уверенностью вынесла свой вердикт она, сев на стул у стойки.       Соя смущенно улыбнулся и посмотрел на прямую спину Риндо. Сердце постепенно успокаивалось, и дышать становилось легче. Нахоя точно будет смеяться над нелепостью всей этой ситуации, но сейчас Соя немного гордился собой. Дарить кому-то близкому подарки, хоть и в виде пирожного с вишенкой и свечкой, было довольно приятно, и это чувство грело его изнутри. Перед глазами иногда вспыхивала улыбка Риндо и лёгкие лишались возможности функционировать.       Прозвенел колокольчик — он поднял глаза на вошедшего. Знакомое лицо в маске обвело его взглядом. Акаши прищурился, и Соя вообразил себе, что тот улыбнулся. Санзу прошел к столику своих приятелей, усевшись напротив Рана. Соя отвернулся и приказал себе не смотреть. Он не совсем понимал, каким образом Акаши и Хайтани вообще сошлись, спелись, сдружились или что там из себя представляли их взаимоотношения, и старался лишний раз не думать об их дружбе, потому что это было не его дело. Санзу оказался странным связующим разных нитей жизни Кават, Соя правда не мог представить, как это произошло и где они свернули не туда.       Ему было ровным счетом всё равно на Санзу, пока тот не трогал его, но он был безумно рад, что поздравил Риндо до того, как Акаши переступил порог кофейни. Даже Ран выступал какой-то подстраховкой или по меньшей мере не являлся источником дискомфорта, а в присутствии Санзу вся эта иллюзия слетела бы и разбилась о кафель вместе с самооценкой Сои. Сое тяжело было признавать своё поражение, но всё же он был очень зависим от мнения окружения. Пусть и не ближнего.

***

      Вечер пятницы наступил неожиданно. Даже несмотря на то, что эту неделю он провёл в довольно бодром расположении духа, в отличие от прошлой, в течение которой единственным, что могло вывести из транса, был сон, череда трудовых будней не спешила останавливаться до последнего. Он снова был вымотан и от осознания факта, что завтра — выходной, мог лишь блаженно растянуться на полу и похвалить себя за плодотворную неделю. Он надеялся, что количество отработанных без отдыха смен покроет его расходы на учебу.       Нахоя оповестил его о своём отправлении в дальнее плавание на машине Мучо прямиком до загородного дома родителей Ясухиро на пару дней также неожиданно. Близнецы теснились на кровати старшего и смотрели детективный мини-сериал на ноутбуке, когда до Сои сквозь дрёму донесся приглушенный звучанием кино голос Нахои.       — Я буду один? — первым делом спросил Соя, разлепив слипшиеся губы.       — До воскресенья. Приедем где-то вечером или чуть пораньше. Не успеешь соскучиться, — успокоил его Нахоя и потрепал по голове.       Соя вздохнул и нахмурился. Конечно, ему было чем занять себя, но отсутствие возможности увидеть брата в течение дня беспокоило. Он привык ночевать в одиночестве, но всегда засыпал с мыслью, что обязательно встретит Нахою на следующий день. По его подсчетам, одному предстояло существовать больше суток, и это наводило тоску, хоть старший всё ещё лежал под боком и не собирался никуда уезжать до утра субботы.       — Тебе обязательно ехать туда? — Соя не думал, что уговоры подействуют на Нахою, но ничего не хотел делать с печалью в своём голосе.       Нахоя засмеялся, поправив съехавший ноутбук на коленях. Он утвердительно промычал, смешно выпятив нижнюю губу, и Соя фыркнул, пихнув близнеца бедром.       — А мне что делать всё это время? — Он, перевернувшись на живот, посмотрел на лицо Нахои в свете экрана.       — Ну, откуда мне знать? Позови кого-нибудь на ночёвку, если так не хочешь спать в одиночестве, — пожал плечами тот.       — Кого? — Вместо ответа Нахоя с хитрецой повёл бровями — Соя недовольно цокнул и рукой отвёл чересчур весёлое лицо брата в противоположную от себя сторону. — Да иди ты… — пробурчал он.       В последний раз он видел Риндо в день неловкого вручения пирожного с этой ужасной вишенкой и свечкой. По большей части они почти не общались. Да, у Сои был его номер телефона, он без проблем нашёл его в социальной сети, но так и не написал ему. Даже не добавился в друзья, потому что… Соя не знал причину. Было ли дело в обыкновенном страхе или стеснении, или же он просто не хотел быть назойливым? Во всяком случае, Соя по нескольку раз за день посещал профиль Риндо и просто смотрел.       Риндо выкладывал селфи и фото с друзьями и, судя по всему, не являлся любителем много фотографироваться. На всех снимках Риндо был обычным. Его лицо совсем не меняло эмоций и имело, как выразился бы Нахоя, «сучье выражение». Ранее Соя плохо понимал значение этого грубого термина, но глядя на фото Риндо, кажется, начал что-то осознавать. Всё чаще он прогонял в памяти моменты их таких редких встреч, когда Риндо улыбался ему, и было просто невозможным мечтательно не вздохнуть, представив перед глазами, как тот, возможно, одарит его новой улыбкой при следующей встрече. Соя чувствовал себя влюбленной школьницей. О Боги, он действительно влюбился…       Набравшись смелости лишь для короткого СМС: «Привет! Надеюсь, торт был вкусным?», отправленного им во вторник, он получил такой же ёмкий ответ: «Привет. Да, спасибо ещё раз». Соя был счастлив, что торт Риндо понравился.       — Тогда… Шибу? Почему нет? — Нахоя вывел его из размышлений. Соя встряхнул головой и посмотрел на брата, кивнув. Сказать честно, смысл вопроса долетел до него лишь после кивка. — Напиши ему. Вы ведь подружки — думаю, он не будет против, — хмыкнул Нахоя.       Сою немного смутило слово «подружки», но он ничего не сказал по этому поводу. Вместо возражений он последовал совету Нахои и написал Хаккаю. Тот ответил достаточно быстро, несмотря на поздний час, сразу же согласившись на приглашение. Насколько Соя помнил, Хаккаю ещё не доводилось бывать у них с братом в гостях. Никогда не поздно начать.       Утром Соя помог старшему со сборами: положил сменную одежду и ноутбук в рюкзак Нахои. Проводил брата до внедорожника Мучо, верно поджидавшего того на парковке, и обнял крепко-крепко, потому что не хотел отпускать от себя ни на шаг.       — Эй, ты чего? Будто на войну меня… — Нахоя отстранился, чтобы обеспокоенно заглянуть ему в лицо.       — Я буду скучать… — прошептал Соя и уткнулся носом в плечо брата, исподлобья посмотрев на Мучо.       Тот наблюдал за ними со скучающим лицом и словно бы сдерживал зевок. Соя прищурился и как-то особенно зло фыркнул носом, напоследок сжав плечи Нахои. Он отошёл от брата и улыбнулся на его тревожный взгляд. Нахоя ещё даже в машину не сел, а у него на душе уже было неспокойно. Старший ласково дёрнул его за покрасневший нос: Соя вышел на холодный утренний воздух без шапки и в куртке нараспашку поверх измятой пижамы. Он шмыгнул, втянув горячие сопли.       — Повеселитесь там, — кинул Нахоя на прощание и захлопнул дверь автомобиля.       Внедорожник тронулся и выехал с парковки, скрывшись за углом. Соя поглядел ему вслед и остался сверлить взглядом горизонт ещё на пару мгновений.       — Вы тоже… — пробормотал Соя полупустой парковке, на которой не было ни души, кроме него самого.       С Хаккаем договорились на вечер — большая часть дня у Сои была свободна. Вообще-то, он думал провести выходные с братом и насладиться его обществом, без которого он начал увядать за эти ужасные трудовые недели. Мучо порядком подпортил ему настроение, забрав у него Нахою, и тем самым перечеркнув все было выстроившееся в голове Сои планы.       Следовало сходить в супермаркет и прикупить закусок для ночевки, но Хаккай любезно взял эту роль на себя. Соя упал на кровать с книгой в руках и углубился в чтение. Телефон завибрировал, оповестив о входящем сообщении. Нахоя написал ему, что они доехали и что мама Ясухиро встретила их с распростертыми объятиями. Соя видел эту женщину всего пару раз, но она запомнилась ему очень доброй и милой, чем-то напоминала ему покойную бабушку. Женщина была совсем непохожа на своего сына, и Соя не понимал, в кого Мучо уродился… таким.       Соя попросил брата передать ей привет от него, на что Нахоя ответил забавным эмоджи в виде ухмыляющегося котёнка. Тревога тихо улеглась в его грудной клетке, и он вернулся к книге с кривоватой слабой улыбкой на губах.       По наступлении темноты он, так и не переодевшись из пижамы, накинул куртку и пошёл встречать Хаккая, трезвонившего ему на телефон и присылавшего бесконечное множество смс с одинаковым содержанием: «Я приехал. Кажется, я потерялся, помоги!!!» Соя на самом деле понимал положение Хаккая, потому что первое время с непривычки тоже путался в однотипных зданиях и приноровился только спустя пару месяцев.       Друга он выловил в самом начале территории студенческих общежитий. Оказалось, тот заплутал среди строений и вышел обратно к парковке, где его и нашёл Соя. По пути домой Соя провёл ему не самую содержательную и информативную экскурсию по территории, потому что не знал, что можно рассказать такого интересного о той же баскетбольной площадке, кроме её предназначения, но Хаккай остался доволен. Тот нёс целый пакет продуктов и рюкзак за спиной впридачу — Соя с боем забрал у него покупки: Хаккай упрямо качал головой на вопросы, тяжело ли ему, и не хотел отдавать свой груз Сое.       Гость быстро освоился в комнате близнецов и спустя полчаса стал чувствовать себя, как дома, чему Соя был рад. Неловкость в этот вечер была бы неприятной компанией. Они решили посмотреть кино на ноутбуке Хаккая, что тот принёс с собой по просьбе Сои. Включив какой-то зарубежный триллер, друзья уселись на полу у кровати Сои, грызли крекеры и тихо переговаривались, обсуждая фильм. Разговор прервался, потому что Соя непроизвольно замолчал и поёжился от какого-то колючего ощущения в загривке. Он напряженно глядел на черный экран своего телефона в метре от себя и жевал губу.       Нахоя не писал ему уже несколько часов, и Соя понимал, что переживания неуместны и не имели оснований, но ничего не мог сделать с волнением. Что-то отравляло его изнутри своим ядом, расползавшимся по всему телу от сердца и до самого мозга. Нужно ли было звонить брату сейчас? А если он занят, а Соя помешал бы ему? А вдруг случилось что-нибудь нехорошее, и Нахоя нуждался в близнеце? Соя догадывался, что в близнеце всегда нуждался только он сам. Нахоя давно перерос этот период.       Хаккай потряс ладонью перед его лицом и прервал поток его мыслей.       — Чего завис?       Соя моргнул и перевёл на него взгляд, решительно отвернувшись от собственного мобильного.       — Просто… беспокоюсь за него…       — Ладно тебе, что может случиться за один день? — весело хмыкнул Хаккай, тряхнув его за плечо. Соя согласно кивнул и нахмурился. — Этот его парень, он тебе не нравится, так? — неожиданно спросил Шиба, склонив голову вбок.       Соя вздрогнул от такого вопроса и неоднозначно повёл плечами. Хаккай всегда был человеком с высоким уровнем эмпатии, как и сам Соя. Возможно, поэтому им было так легко друг с другом. Поэтому Соя и мог звать его своим единственным другом…       — Я… не знаю. У него довольно сложный характер, и почти никогда не знаешь, что от него ожидать. Я не говорю, что Хоя белый и пушистый, но мне кажется, что брату будет сложно дать отпор в случае чего… Конечно, он сильный и всё такое, может за себя постоять, но всё-таки… он его любит… А Хоя может проявить слабость рядом с теми, кого любит… — на одном дыхании выпалил Соя и вдохнул побольше воздуха в лёгкие, потому что те начинали гореть. — Кажется, я слишком много думаю об этом, — с горечью усмехнулся он.       Хаккай несильно сжал его колено, и Соя почувствовал, что поддержка была здесь, совсем рядом. Облегчение охлаждающими волнами накрыло его. До этого момента он и не думал, что эти мысли так отягощают его существование, но поделившись ими с Хаккаем, он ощутил, как их вес стал давить на него не так сильно. Соя с благодарностью улыбнулся Шибе, и тот кивнул, ничего не сказав.       — Парень с вечеринки, про которого ты рассказывал, Такаши, кажется… вы общаетесь? — Соя решил сменить тему на более приятную, как ему показалось.       Хаккай просветлел и улыбнулся совсем по-детски: лучики нежности расползлись по его лицу и особенно ярко загорелись в глазах. Он вздохнул и защебетал, словно птичка:       — Да-да, Такаши. Он такой замечательный! Невероятно добрый и такой красивый. А ещё у него бровь выбрита, — он провёл по брови на своём лице, сымитировав движение лезвия. — Ему так идёт!.. Сестре он тоже нравится. Говорит, отличного мальчика ты себе нашёл, Хаккай. Не понимаю, зачем она так говорит, потому что Такаши уже не мальчик… — Сое захотелось рассмеяться от того, как Хаккай не воспринимал очевидных намёков. — Знаешь, мне иногда кажется, что я не заслуживаю общения с таким человеком…       Шиба заметно погрустнел и надул губы. Соя успокоил его, сказав, что Хаккай — самый лучший парень, которого он только встречал и если этот Такаши так уж хорош, каким тот его описывает, то обязательно поймёт этот факт. Соя обычно не говорил таких смущающих и его самого вещей, но он искренне хотел сказать спасибо Хаккаю хотя бы таким образом. В любом случае это было правдой.       — О, забыл… Гляди-ка, — Хаккай прервал свой сентиментальный рассказ и достал телефон. Он перевернул экран в сторону Сои, и тот увидел серию снимков.       Фотосессия явно была выполнена профессионалом. Парень на фотографиях выглядел уверенно и дерзко, словно бы бросал вызов фотографу. Соя улыбнулся и взял мобильный из рук Хаккая, начав листать снимки и рассматривать. Он никогда бы не подумал, что Хаккай может так открыто смотреть в объектив камеры и демонстрировать себя во всей красе. Он вернул телефон, похвалил фотографии и фыркнул, когда Хаккай отмахнулся, густо покраснев.       — Я же говорил, что всё у тебя получится, — с гордостью в голосе хихикнул Соя.       — Ну всё, хватит меня смущать. — Хаккай подтолкнул его боком, и Соя завалился на пол, рассмеявшись. — Давай фильм смотреть.       Так и не досмотрев фильм, они оба уснули: Хаккай уронил голову ему на плечо, захрапев, и Соя заснул следом, положив голову на макушку друга. Соя проснулся посреди ночи с ужасно затёкшей шеей и спиной и предложил Хаккаю лечь на его кровать, а сам занял кровать брата, лишь бы Нахоя потом не жаловался, что в его постели спали посторонние.       Утром Соя приготовил омлет и, плотно набив животы, они решили прогуляться, чтобы после Хаккай отправился домой. Они побродили по улице, посидели на детской площадке и пошли к метрополитену. В общежитие Соя вернулся уже один. Он вёл переписку с братом, обнаружив, что на его мобильный пришло новое уведомление.       Сердце остановилось на мгновение и забилось с новой скоростью, и он прикусил губу. То, что он так упорно и долго откладывал в дальний ящик, сделали за него. Риндо взял инициативу на себя и отправил ему запрос на добавление в друзья в социальной сети, подписав свою заявку столь коротеньким, но таким многообещающим, по мнению Сои, словом: «Привет».