FFEZ

      Медведева снова и снова блокировала экран, но очередное сообщение заставляло его вновь загореться. Выпив залпом ещё один бокал, пока Ваня Букин утянул свою партнёршу с кухни, Женя коротко и шумно выдохнула, понимая, что вечеринка для неё близится к концу.       Этери Георгиевна точно не прекратит поиски, а каждая минута приближает Медведеву к неминуемой смерти, когда её наконец найдут. Тем более, что смерть могла произойти с ней дважды, если Тутберидзе задумается о том чтобы связаться с мамой Жени. Ведь это один из самых очевидных вариантов того, куда Медведева могла уехать.       — Жень, тут мне твой тренер звонила… — с опаской сказала Лиза, будучи ещё в шоке от того, что ей пришлось разговаривать с этой Снежной Королевой. — Кажется, что ваша Этери Георгиевна тебя потеряла и очень хочет найти.       — Ты ей сказала, что я у тебя? И почему она вообще тебе набрала?       — Спросишь у неё, когда она приедет, я пригласила её на вечеринку. — коротко ответила Туктамышева. — А чего она за поиски устроила внезапные?       Медведева опустила взгляд вниз и внутри себя принимала решение, какую конкретно правду сейчас стоит рассказать. Лиза была далеко не глупой, а в глазах Жени гораздо более умной, чем она, а значит уже догадалась, что всё это как-то не складывается.       — Лиз… На самом деле я тебе наврала… Я… Я не отпрашивалась у мамы, чтобы пойти к подруге, а просто уехала… И… — шампанское медленно, но верно добиралось до головы, чтобы нанести ещё один удар. — В общем, это мама всех обзвонила, наверное…       Присаживаясь рядом с Медведевой, Лиза приобняла её и потрепала по голове. Она совсем не понимала, что конкретно происходит, но то, что Женя завралась — было очевидно. Туктамышева пока не поняла, в чём и где конкретно и могла легко раскрутить на это саму Женю, заставляя признаться, но отчего-то оберегала её чувства и личное пространство.       — Жень, послушай взрослую тётю...       — Этери Георгиевна уже здесь? — спросила Медведева, сама не понимая, была это шутка или она действительно испугалась её появления.       — Господи, ты выпила что ли?       — Да. — гордо призналась Женя, тут же роняя голову на плечо подруги. — Потому что воспринимать твои взрослые советы на трезвую голову мне слишком сложно.       Туктамышева вздохнула и сняла с себя маску “взрослой тёти”, примеряя привычную роль старшей сестры. Говорить что-то Жене было бессмысленно, учитывая её первое свидание с алкоголем. Взгляд уже был стеклянным, а концентрация, которой и до этого не было, учитывая, что мысли Медведевой явно были где-то не здесь, совсем пропала.       Приобняв Лизу за талию, приятно расслабляясь и окончательно утыкаясь в подругу, Женя прикрыла глаза. Всё, чего ей хотелось — проснуться уже в Новом году, но для этого, к сожалению, нужно было дожить этот.       Спросив у Лизы, можно ли где-то прилечь, пока за ней мчит одна кудрявая женщина, Женя упала на кровать и сразу же провалилась в сон, о котором так сильно мечтала. И пока она в свои семнадцать впервые устала настолько, что чувствовала себя той самой взрослой тётей, Саша с Лизой сидели в этой же комнате и молча смотрели друг на друга.       — О чём вы на кухне говорили? — молчание первой нарушила Лиза.       — Да так, ни о чём особо важном. Но мне кажется, что ребёнок тут впервые влюбился.       Степанова усмехнулась, параллельно вспоминая свою первую любовь. А вот Туктамышевой было совсем не до смеха.       — Она что-то рассказать успела?       — Нет. Задавала наводящие вопросы. Если честно, всегда думала, что Женя Медведева взрослее всех в своей команде, но и она туда же. — призналась Саша. — Эх, где мои семнадцать лет…       — И поэтому ты решила, что стоит дать ребёнку шампанское?! Знаешь, что нам Снежная Королева устроит, когда доберётся сюда?       — Спихну всё на Ваню.       Спустя полчаса телефон Лизы заморгал, оповещая, что Этери Георгиевна уже на месте. Осушив бокал шампанского залпом, Туктамышева взглянула на Степанову и они синхронно отправились в комнату к спящей Жене.       Зайдя внутрь, они не удивились тому, что Медведева продолжала спать, явно не предвещая беды и уже окончательно провалившись в сон. Решение пришло синхронно и через пару минут Ваня Букин нёс спящее тело в автомобиль, стоявший около подъезда.       — Здравствуйте, Этери Георгиевна… — смело глядя прямо в глаза Тутберидзе, поздоровалась Лиза. — Вань, спасибо и иди, а то тебя там Сашка потеряет.       — Сашка уже здесь! — донеслось из-за спины. — Но ты, Вань, иди.       Букин пожал плечами и пнув снежок отправился обратно, обходя Лизу с Сашей.       — Этери Георгиевна, добрый вечер! Мне кажется, что мы незнакомы…       Сделав шаг в сторону высокой женщины, Саша опомнилась и передумала обниматься при первой встрече. Она делала так со всеми, но этот человек — явное исключение из правил. Помявшись, она просто коротко кивнула.       — Лично — нет. Но ваша пара моей дочке нравится. — честно призналась Тутберидзе, не желая добавлять, что они Ваня с Сашей нравятся не только Диане, но и ей самой. — Так что, Саш, я тебя знаю. Извини, что мы пропустим обширное личное знакомство, чтобы вы мне просто быстро рассказали, что произошло.       Туктамышева и Степанова снова посмотрели друг на друга, уже готовясь рассказывать каждая свою версию, но это не потребовалось. Заднее стекло опустилось и оттуда высунулась голова Жени.       — Я сама всё расскажу. — тихо произнесла Медведева, лишь слегка выглядывая из автомобиля. — Лиз, спасибо большое за приглашение и с меня подарок… Саш, ты очень крутая и тебе тоже спасибо за… Ну ты сама знаешь.       Тутберидзе вздохнула и проводила взглядом закрывающееся стекло. Повернувшись лицом к девочкам, когда окно наконец закрылось, она ткнула указательным пальцем в свою шею, задавая немой вопрос о том, откуда у Жени такая смелость. И когда обе неловко кивнули, она закатила глаза и плотно сжала губы.       Пообещав самой себе прибить этих двоих, если они ещё раз окажутся рядом с Женей, Тутберидзе вернулась в машину.       — С наступающим… — открыв окно, сказала она, тут же давя на газ.       Скорость была набрана слишком быстро и оба присутствующих явно этого не ожидали. Жмурясь от звука скользящих шин, Тутберидзе плавно сбавила ход и взяла курс на ближайшую заправку.       От дома их разделяло два часа в пробках, так что ей срочно требовался перекур и желательно длиной в две сигареты. На заднее сиденье срочно требовался американо или хотя бы стакан воды, так что выбор был в пользу комфорта пассажира.       Оказавшись на заправке, Тутберидзе припарковалась и опустила руку на ручку двери, но выходить передумала, как только открылась задняя дверь из которой вышла Женя. Она явно чувствовала себя лучше и вполне была в состоянии обеспечить себя водой, вот только пошла она к буфету. Усмехнувшись, Этери Георгиевна бросила ещё один взгляд в сторону внутренностей заправочной станции, после чего всё-таки решила выйти на воздух.       Отходя на безопасное расстояние, она достала пачку сигарет и вытянула одну, быстро закуривая. Выдохнув дым, она закрыла глаза и услышала шаги сзади себя.              — Этери Георгиевна… — вернувшись к автомобилю, начала Женя, потупив взгляд. —Извините…       — Что в пакете? — явно давая понять, что извинения не принимаются, спросила Тутберидзе.       — Ужасно хочется есть… Взяла какой-то хот-дог. Точнее — два!       — То есть, мой ужин никому не нужен?       — Мне кажется, что я сейчас съем целую скатерть-самобранку… — призналась Медведева, фыркнув от ударившего в нос запаха вкусной еды.       — Добро пожаловать во взрослую жизнь. — с сарказмом добавила Этери Георгиевна.       Обходя Женю, Тутберидзе выбросила недокуренную сигарету и пошла к машине. Не услышав шагов позади себя, она обернулась и удивилась Медведевой, которая продолжала стоять на месте.       Женя замялась и сильнее сжала в руках край пакета, продолжая нервно шуршать им. Смелость, которая была с ней в самом начале поездки, кажется, решила вернуться на вечеринку и теперь смотреть в глаза главному тренеру совсем не хотелось. Правда, впереди было несколько часов вдвоём, а она уже успела создать неловкую ситуацию своими руками, хотя они ещё даже не доехали до дома.       И пока в голове Жени было примерно с десяток мыслей (всё, на что её хватало после шампанского и странного дневного сна), Этери Георгиевна сама решила проблему в своём стиле. Она просто ушла, даже ничего не сделав. Подумав, что внезапно уходить её сегодняшнее кредо, Медведева твёрдо решила всё-таки взять себя в руки и не брать с неё эту привычку.       — Этери Георгиевна…       — Поговорим дома, ладно?       Обе согласились с этим предложением. Тутберидзе внутри себя ожидала, что Женя всё-таки продолжит говорить, как это было свойственно ей всегда и понимала, что тогда уже молчать не будет и продолжит разговор, отвлекая себя им от пробки, которая как назло не кончалась. Сама Женя, конечно, задумалась о том чтобы продолжить, но не смогла найти силы на это и снова прикрыла глаза, теперь уже пытаясь не столько заснуть, сколько скрыть слёзы.       Грустный Новый год только начинался и обе безумно хотели оставить в старом всё плохое, но чем медленнее они ехали, тем стремительнее этот старый год убегал от них, явно не желая уходить с мешком ещё чьих-то проблем и неприятных разговоров.