Переверни страницу

      Утро вторника. Будний день. Антон сидит за барной стойкой, рассматривая пузырьки в стакане и единственный вопрос у него в голове сейчас - когда в его жизни всё пошло по одному месту? Ах да, он же таким родился.              На кухне из крана падают капельки воды, ударяясь со звуком о металлическую раковину, за окном шумит ветер, качая ветки деревьев, из-за стены слышатся шаги соседей, собирающихся на работу, а на диване Шастуна мирно посапывает маленький пушистый зверёк. Всё бы ничего, только вот помимо котёнка, прямо перед парнем лежит, бормоча что-то несвязное во сне, его начальник. Его. Начальник. Опять.       Вчера, когда к нему в квартиру завалился Арсений в состоянии чуть лучше, чем сам парень после выпускного в девятом классе, юноша был, очень мягко говоря, озадачен, а говоря прямо - в полном ахуе. Ладно, одно дело, что мужчина был в стельку пьяным - Антону не привыкать. Но совсем другое то, каким образом редактор запомнил адрес парня и главное - добрался до него. Теперь, выяснить это было бы просто невозможно, вряд ли сам мужчина помнит хоть что-то из вчерашнего вечера. Сегодня Шастун, наученный горьким опытом, решил не покидать дом, подозревая, что если оставит редактора одного, то при встрече тот, скорее всего, просто скажет парню всё снова забыть. В этой же ситуации была хоть какая-то надежда завести долгожданный разговор. Не будет же мужчина отнекиваться, когда проснётся утром перед взором Антона на его же диване? Хотя, честно говоря, от Арсения Сергеевича такого исхода событий и стоило бы ожидать. Парень не волновался, что не пошёл на работу без уважительной причины, опираясь на тот факт, что работа, по сути, сама к нему пришла. Вот же она - лежит прямо перед ним, пускает слюни на его подушку. Эх, а Шастун только надел новую наволочку. Кате юноша написал, что приболел и начальнику уже сообщил об этом. Ну как сообщил - сообщит потом, когда тот проснется. В ответ от коллеги Антон получил удивленную реакцию на то, как Арсений Сергеевич так просто разрешил ему взять выходной, и что тот, наверняка, прибьёт его, как только парень появится в офисе. Ага, пусть попробует. Дочитав сообщение от девушки, юноша, поднимая руки вверх, хорошенько потягивается, прикрывает глаза и тут же открывает их, когда слышит мяуканье кота, а за ним недовольное ворчание. — Это ещё что? — доносится из уст мужчины, когда перед его взглядом оказывается серое чудо. Он морщится, то ли от головной боли, то ли от непонимания, где сейчас находится. Конечно, скорее всего, и от того, и от другого. — Не что, а кто — отзывается парень, разглядывая выражения лица брюнета — это Демон, ваш сородич, между прочем, — не сдерживается от колкости Шастун, отмечая про себя схожесть его нового питомца с редактором не только в прозвище, но и в цвете ярко-голубых глаз — с добрым утром, кстати, кофе будете? — С добрым… — наконец отзывается Арсений, кажется, по-тихоньку начиная приходить в себя. Он с усилием трёт глаза и несколько раз подряд моргает, обращая своё внимание на парня — да, если можно. Мужчина медленно садится на диван и, очевидно, проведя какой-то недлительный мыслительный процесс, встает, осматриваясь по сторонам. Сейчас он выглядит совсем как котёнок, которого нашёл вчера юноша - потерянный и непонимающий, что происходит вокруг. — Ванная там — указывает Антон движением руки и начинает наблюдать как его начальник, после невнятного ответа, на еле держащих тело ногах, бредёт в сторону ванной комнаты. Парень ставит кипятиться воду в чайнике и, не найдя ничего приличного в холодильнике, кроме остатков молока, решает приготовить овсяную кашу, хлопья для которой завалялись в дальнем конце верхнего ящика.

***

      — Я вас обманул, кофе нет, зато есть чай — встречает редактора юноша, когда тот возвращается к нему. Мужчина на время останавливается в проходе, размышляя о дальнейших действиях и упорно глядя вперёд, как будто пытается вернуться в реальность, которую покинул ещё со вчерашнего вечера. Затем направляется ближе к парню и присаживается напротив размешивающего сахар в кружке Антона. — Опять с ромашкой? — морщится брюнет, учуяв запах чая, распространяющийся по кухне. — Слышал где-то, что от похмелья помогает — пожимает плечами юноша, делая соответствующее выражение лица — а ещё - нервы успокаивает — добавляет он, показательно отпивая из кружки со звучным хлюпом и не отрывая взгляда от редактора — а вам что, не нравится? — На вкус как трава. Шастун спокойно наблюдает за начальником, пока мужчина всё-таки пьёт чай, несмотря на очевидное перед ним отвращение, отчего тот при каждом глотке хмурится, но продолжает через силу вливать в себя обжигающий напиток. Редактор сидит с отвернутым в сторону от юноши лицом, рассматривая пейзаж за окном, который, честно говоря, не отличается ничем необычным. Арсений не намерен раскрываться перед парнем, даже несмотря на то, что сам завалился к нему домой, и Шастун это чувствует. Он чувствует, что слишком далёк от редактора и вряд ли тот позволит приблизиться. Чувствует, что ему, как будто, даже не позволено пытаться влезть в личную жизнь мужчины. Но также Антон чувствует, что любопытство его слишком огромно и, что оно, очевидно, в данный момент одерживает верх над юношей. — Будете опять делать вид, что ничего не произошло? — решает он наконец разорвать тишину — даже сейчас, когда сидите передо мной на моей же кухне, после того, как всю ночь домогались? — Ч-что? — давится горячим напитком брюнет, вытаращив глаза вперёд. На что Шастун ухмыляется, довольный тем, что, кажется, зашёл с правильной стороны в попытках вывести мужчину на эмоции. — Да шучу я, не волнуйтесь, — отвечает парень практически правдиво — думаю, что всё-таки нам стоит поговорить. Редактор ставит наполовину пустую кружку на стол, тихо вздыхает и устремляет взгляд на Антона. Он, как будто, проводит короткий анализ в своей голове, рассматривая каждую деталь в лице парня и отмечая что-то для себя. — Думаю, стоит. Проходит ещё минута, прежде чем юноша, смотря в глаза напротив, задаёт вопрос. — Почему в этот раз напились? — решает начать он с чего-то попроще, надеясь таким образом разогреть мужчину перед реально мучащими его сознание вопросами — Не думаете, что справляться со всеми проблемами с помощью алкоголя - не лучшая идея? — От тебя это слышать странно — отвечает брюнет, очевидно намекая на старые воспоминания. Он поднимает один уголок губ вверх в шутливой улыбке, но при этом, из глаз не уходит доля печали, сохранившаяся там ещё с момента его пробуждения до этих пор. — Я, по крайней мере, не заваливаюсь ночью к своим сотрудникам — ухмыляется в ответ парень и обводит редактора глазами снизу вверх. Да, настолько прямолинейным со своим начальником он, кажется, не был никогда. Конечно, за исключением их первой встречи в баре. — Извини за это… не знаю, что со мной такое — трёт он рукой затылок. Впервые Шастун видит, чтобы редактор вёл себя подобным образом. Смущение, стыд? Нет, это точно не про Арсения Сергеевича. Словно не знакомый парню дьявол сейчас сидит перед ним, а просто провинившийся ребёнок. Брюнет тупит взглядом в стол, рассматривая жидкость в кружке и слегка нервно потирает пальцем её ручку. — И всё же, почему напились? — повторяет вопрос юноша, не услышав точного ответа — Опять из-за этого Юры? Мужчина подскакивает на месте и тут же приковывает взгляд обратно к парню. — Откуда ты... — Вы бормотали это имя во сне в прошлый раз. — Нет, не из-за него… — взгляд мужчины тут же наполняется какой-то ещё более необъяснимой печалью и Антон сразу понимает - задел за живое. — Не думаю, что тебе обязательно знать причины — его тембр голоса становится привычно более низким и в нём появляется обычная строгость. Все морщинки и складочки на лице разглаживаются, сметая напрочь какие-либо эмоции. На глазах он превращается снова в того жёсткого начальника, не дающего воли чувствам. Редактор смотрит на наручные часы и, не возвращая взгляда на парня неожиданно произносит: — мне пора идти. — Но… — Спасибо тебе, — не даёт он вставить слово Шастуну — и ещё раз извини, больше такого не повторится. Арсений резко встаёт и направляется в сторону выхода. Не глядя больше на юношу, он быстрым шагом выбегает в прихожую. Только Антон успевает опомниться и двинуться за ним, как мужчина уже надевает своё черное пальто и, не попрощавшись, быстро покидает квартиру, оставляя юношу, как всегда, наедине со своими мыслями. — Вот и поговорили — произносит парень во входную дверь перед своим носом, осознавая, что опять не получил ответа ни на один из мучащих его вопросов. Шастун отрывается от непрерывного разглядывания дверной ручки, которую пару минут назад повернул редактор, сбежавший от расспросов, когда его ног касается пушистый хвост и начинает жалобно мяукать. — Точно — вспоминает Антон о своём питомце, мысли о котором напрочь вытеснил Арсений — тебя ж покормить надо.

***

      Парень медленно насыпает в миску еду для кота и, снова опустившись в глубь своего сознания, не замечает как корма становится слишком много для такого маленького зверька. А ещё, только сейчас он вспоминает о поставленной на плиту кастрюли с кашей, которая в данный момент, закипая, спешит покинуть тесное пространство. — Чёрт. Антон подпрыгивает с места, чудом умудрившись успеть выключить плиту, до того как содержимое каши окажется повсюду вокруг. Надеясь, на то, что Демон сам разберётся сколько ему нужно, чтобы наесться, Антон садиться рядом на стул, продолжая раздумывать над тем, что бы могло случиться в самом начале недели с его начальником. Ладно напиваться по выходным, но в понедельник вечером? Не придумав ничего лучше, юноша решает позвонить Кате. Как никак, девушка ни раз его выручала, может и здесь помочь сможет. — Алло, привет — доносится из трубки после пары длительных гудков. — Привет, Кать… — парень делает небольшую паузу, думая, как лучше сформулировать вопрос — слушай, а на работе ничего случайно не произошло… — размыто начинает он, но всё же решает пойти ва-банк — из-за чего, например, у Арсения Сергеевича настроение хуже обычного? — Всё-таки досталось от него, когда отпрашивался? — сочувствующе произносит девушка. — Да неет… — отмахивается Антон, радуясь, что коллега сейчас не видит его лица, которое, наверняка, выдало бы того с потрохами — дак что-то случилось, да? — Вообще, как я поняла, вчера позвонил новый автор и в последний момент отказался издавать книгу — озвучивает своё предположение катя — вполне вероятно, что из-за этого Арс может быть не в духе. — Только это? — сомневаясь, решает уточнить юноша, нервно перебирая в руке кольца. — Ну… по-моему, больше ничего — задумывается девушка — но насколько я знаю, на эту книгу прям делали большие ставки - она должна была стать бестселлером. — А начальство не пыталось поговорить с автором лично? — Да вроде как раз сегодня у Сергеича с ним встреча, может и договорятся. Шастун снова погружается в мысли, раздумывая о чём-то своём, заставляя коллегу на другом конце провода вслушиваться в тишину. — Алло? Ты ещё тут? — прерывает она затянувшееся молчание. — Да-да, прости — быстро реагирует парень — слушай, а ты не знаешь, возможно, где и когда сегодня встреча? — Возможно, знаю… а тебе зачем? — удивленным тоном. А, действительно, зачем? Что Антон будет делать с этой информацией? — Да так, просто интересно — да, парню явно стоит подучиться врать. — Окей… — отвечает Катя, очевидно, предполагая, что у её друга от болезни слегка затуманился рассудок — сегодня в полдень, по-моему, в переговорной. — Ясно, спасибо! — сам не осознавая чему радуется, выдает Шастун.

***

      Будучи сейчас на пути в сторону издательства, Антон сам не понимал для чего туда едет. Чтобы что? Ну придёт он туда, увидит Арсения, и что потом? Что он ему скажет? Тем более, учитывая тот факт, что мужчина там будет не один. И вообще, приехать ни с то, ни с сего младшему сотруднику на встречу главного редактора с автором книги любому человеку в здравом уме показалось бы просто абсурдным. Парень же, очевидно, находясь под каким-то аффектом от утренней сцены решительно собирался увидеться с начальником. Может быть, ему казалось, что это последняя возможность поговорить с Арсением. Сегодня, когда ещё в нём есть та смелость и непреклонность перед желанием найти ответ хоть на один из своих вопросов. Как будто бы завтра не останется и следа от их утреннего диалога, всё снова встанет на свои места: Арсений Сергеевич - злобный начальник, не подпускающий к себе никого ближе дел, касающихся работы, а Антон - просто тихий младший редактор, не решающийся перечить ему. Какой-то не подвластный разуму адреналин бушевал в крови молодого парня, желающего узнать, что будет, если он попробует подобраться ближе к ледяной стене, отдаляющей их друг от друга. И Шастун не мог перечить этому обуревающему его желанию, разливающему по организму заряд уверенности. Юноша почти никогда не испытывал подобных чувств, заставляющих что-то яро захотеть. Погруженный в свои апатичные мысли, он редко находил возможность загореться какой-то идеей, большую часть времени парня ничего особо не интересовало и не выводило на какие-либо эмоции. Что-то, сравнимое с манией, одолевало его в тот момент, когда он стоял у дверей переговорной, в которой сейчас, предположительно, находился редактор.