Легенды земель Миифа

      Невесть сколько прошло часов и сколько Чимин ждёт волка. Сказал, что через пару часов встретятся на границе, но его до сих пор нет. Чимин уже продумал тысячу и один способ убийства маленького волка.       Размерными шагами он ходит у границы и ждёт, когда Агуст соизволит прийти. И вот, на горизонте появляется черноволосая макушка. Пак натягивает яркую улыбку, что готова убить парня. Но улыбка спадает также быстро, как и появляется, когда Чимин видит рядом светлую макушку эльфа, что шёл рядом с оборотнем, сложа руки на животе.       — Когда я попросил тебя провести меня в северный лес, я имел ввиду только тебя, а не и этого в придачу, — яростный тон звучал из его уст. — Скажи ещё, что с собой Юнги прихватил, — усмехается тот и, когда видит названного, то тяжело вздыхает. — Ради всех святых и прочих, он и Юнги с собой прихватил, — театрально закатил глаза и приложил ладонь к глазам, закрывая взор. — Без незабудки никуда, — прошептал он себе под нос.       — Я смотрю тебе не месте не сидится? — сложив руки на груди, сказал Юнги.       Он откровенно был не рад сумасшедшей идее Чимина. Во время прогулки он рассказал о северной части и почему туда нельзя ходить. Но, похоже, вампир воспринял это как вызов и решил сделать всё с точностью да наоборот. Когда брат сообщил куда он отправляется, то Юнги решил, что просто обязан пойти вместе с ними. Ведь без него никуда нельзя, особенно младшему, особенно в северную часть. То же самое касается и Чимина.       — А я смотрю, ты решил с собой весь детский сад привести, — грозно произнёс Чимин, смотря на младшего волка, что стоял и изучал границу.       Между северной и южной частью находилась граница, которая служила неким барьером и защищала жителей обеих сторон. На светлой стороне пели птицы, росла трава и светило солнце. На тёмной стороне не было ничего видно. Одна тьма беспросветная. Глядя в эту пучину, казалось, что выскочит монстр и затянет тебя в пропасть с головой.       — А вы знали, что там живут черти? — пытаясь хоть что-то разглядеть в темноте, спросил волчонок невзначай. Но голос его звучал неуверенно, словно вот-вот надломится.       — Я вот, например, уже вижу одного, — Чимин подкрался со спины и напугал бедного волчонка. Тот вздрогнул.       — Где? — спросил он, прячась за Тэхёном, что лишь слегка приобнял напуганное создание.       — Агуст, Чимин тебя разыгрывает, — ласково сказал Тэхён и потрепал макушку.       — Кстати, — указал вампир пальцем на Тэхёна, — классная стрижка.       — Большое спасибо, — тепло улыбнулся Ким и чуть склонил голову.       Сегодня его волосы были короткими. Эльф решил немножко поэкспериментировать с волосами. И теперь его светлые волосы были чуть взлохмачены. Чёлка скрывала лоб. Но, не смотря на новую длину волос, он смотрелся всё также превосходно.       — Почему Вы тоже с нами? — спросил Чимин, пристально смотря на Юнги. Парень всё это время глаз с него не сводил.       И, пускай Чимин убеждал себя, что привык к его долгим взглядам, смотрящим прямо в душу, но на деле каждый раз клеточки организма реагировали на волка и посылали волну мурашек по всему телу.       — Тэхён бывал в северной части не раз, поэтому хорошо её знает, — уточнил он. — А я иду, чтобы знать, что с вами всё будет хорошо.       — А ты волнуешься за меня? — и снова съязвил вампир, прикусив нижнюю губу и извиваясь перед оборотнем, как уж на сковородке.       — Не хочу, чтоб ты пострадал, — приблизившись близко, Юнги шепнул парню на ухо.       Чимин, явно не ожидая такого подвоха, чуть не упал. Ноги перестали его держать и решили, что с этой задачей лучше справится оборотень. Запнувшись о собственные ноги, он ткнулся носом в плечо и потёр больное место. Юнги, видя, как парень теряет равновесие, а вместе с ним и контроль, приобнял его за плечи.       — Что случилось? — обеспокоенно спросил он, глядя в изумлённые глаза, зрачки которых увеличились.       — Всё в норме, — соврал Чимин.       С ним всё не в порядке. Ну не может быть такого, что лишь от одного его действия так ведёт с него. В его руках он чувствует себя таким крохотным и защищённым. Тёплые руки, что готовы дарить тепло, лежали на плечах. И Чимин чувствовал каждый палец. Чувствовал, как он нежно держит его, боясь сделать больно или напугать.       За всей этой картиной наблюдал Тэхён, смотря из-за плеча и улыбаясь понимающей улыбкой. Ещё на водопаде он понял, что два парня не ровно дышат друг к другу. Смотреть на смущённое лицо вампира, что секунду выглядел, как маленький демонёнок и на оборотня, что был зол, а сейчас смотрит с недоумением в глаза вампира, было воистину завораживающе. Хотелось видеть их такими искренними и настоящими.       Внутри Тэхëна разливалось что-то тёплое и согревало душу, что давно замёрзла. Когда видишь людей, что испытывают счастье, самому передаётся частичка их тепла.       — Мы идём или подождём, когда вы друг друга глазами сожрёте? — спросил Агуст, что тоже смотрел на вампира и оборотня.       Чимин отстранился от волка и за секунду приблизился к границе. Пытаясь спрятать смущение, он смотрел на барьер, что стоял перед носом. Но даже в нём он видел отражение волка, что стоял и глупо улыбался.       — Главное — держаться вместе и не искать неприятностей, — предупредил Тэхён. Он обернулся и посмотрел на парней, что в ответ лишь кивнули.       Эльф кивнул в ответ и перешёл через барьер. И на обратной стороне его встретил север.       Холод окутал парней, что не привыкли к резкой смене температуры, и они сжались. Но это была не главная проблема. Взору их открылась ужаснейшая картина. За барьером была такая же темнота и, казалась, она ещё чернее.       Темные сухие деревья, что потеряли жизнь. Сейчас они просто стоят и увядают с каждым вздохом. На них даже нет листочков. Чёрная кора, больше походившая на уголь, и ветки, что от каждого дуновения ветра ломались. Вот они — деревья севера.       На земле не было ни одной травинки. Черная земля и камни — единственное, что было вокруг. На этой почве не могло ничего расти. Растениям не хватало влаги и света, которых здесь и в помине не было.       Чимин поднял голову и увидел, что небо такое же чёрное. Большие грозовые облака заволокли небосвод. Лучи солнца не смели спускаться и освещать Богом забытую землю, что очерняла мир лишь одним своим существованием.       Никаких бабочек, пчёл или иных мелкий обитателей здесь тоже, к сожалению, не было. Огромные толстые жуки и шипящие змеи встречали новых гостей.       — Святая Сакура, — опомнился Агуст и удивлённо осмотрелся по сторонам. — Здесь всегда ночь что-ли?       — Нет, сейчас день, — ответил Тэхён и сделал неуверенный шаг вперёд, проверяя землю на твёрдость. Мало ли. — В этих местах никогда солнце не появляется. Лишь одна темнота.       — Да это просто мечта, — всё так же удивлённо протянул Чимин, вертясь из стороны в сторону. Хотелось увидеть всё и сразу. Здесь так необычно. Именно этот контраст с южной частью был для вампира красив. — Чувствую себя, как дома, — прошептал он и вдохнул воздуха побольше.       — Просто ужасно, — с отвращением сказал Юнги и посмотрел на Чимина, что улыбался этому виду. — Тебе правда такое нравится?       — Я бы здесь остался, — сказал вампир и подошёл поближе к эльфу, что продолжал смотреть вдаль. Но из-за густого тумана, что окутал верхушки сухих безжизненных деревьев, ничего конкретного разглядеть нельзя.       — Посмотрели? А теперь уходим, — сказал тот и направился обратно к барьеру.       — Эй, постой! — схватил его вампир за локоть и потянул. — Мы же только пришли. Давайте немного походим? — предложил Чимин, а искры в его глазах сверкнули.       — Ты белены объелся? — возмутился эльф. — Мы в этом тумане потеряемся или нами монстры перекусят.       — У нас есть два волка с отличным нюхом, — указал он в сторону парней, что молча слушали их. — И вампир, у которого обоняние не промах. Мы не пропадём, — и постучал ему по плечу.       Громко вздохнув, Тэхён смирился со своей участью и повёл парней в неизвестном направлении.       — Мы только спустимся по этой тропе и обратно, — сказал эльф, и все послушно кивнули. А Чимин лишь скорчил недовольную рожицу и пошёл следом за Агустом.       Впереди шёл Тэхён, знающий дороги. За ним шёл любопытный Агуст, что пугался каждого шороха. Следующий шёл Чимин, что с удивлением смотрел на отвратительную действительность. И замыкал Юнги, что смотрел только на тех, кто впереди идёт. Его роль — защита. Поэтому он не сводил глаз с парней, что шли впереди него. Но, как бы он ни старался приглядывать за Тэхёном и Агустом, пред его взором всё равно был Чимин.       Идя сзади, он смог подробно осмотреть вампира. Сам парень был чуть ниже Юнги, но эта разница в росте лишь забавляла. Сегодня вампир, как и обычно, был одет просто волшебно. Этому чёртёнку в теле ангела шли все цвета, но красный был создан для него. Кроваво-красная рубашка с v-образным вырезом, воздушными кружевами и манжетами на запястьях смотрелась, как влитая.       От каждого лёгкого дуновения ветра она развивалась и открывала оборотню вид на тонкую молочную шею. Такая тонкая и изящная манит оборотня. Юнги хочется коснутся её пальцами и ощутить дрожащий пульс.       Чёрные узкие штаны обтягивали бёдра и подчёркивали упругие ягодицы блондина. Эти ноги, и весь вид сводит с ума, заставляя желать большего, гораздо большего, чем простые встречи.       Никогда Юнги не приходили мысли о том, как он кого-то кусает, хватает, целует, обнимает, но с этим вампиром голова только этими мыслями и забита. Внутреннего волка контролировать становится сложнее. Этот зверь хочет вырваться наружу и припечатать вампира к ближайшему дереву, и впиться в пухлые губы. Пройтись пальцами по каждому участку кожи, изучить досконально. И ловить губами каждый тихий вздох и несдержанный стон.       От сладких мыслей Мина отвлекает маленькая ладошка, что сначала коснулась руки, а потом медленно переплела пальцы, сцепляя в крепкий замок.       — В этом лесу и потеряться можно, — улыбнулся вампир и, заигрывая, прикусил губу.       Юнги лишь кивнул, улыбаясь, и посмотрел на их ладони. Смотрелись, как недостающие частички, что нашли друг друга. Большая тёплая ладонь и маленькая холодная ладошка дополняли друг друга и создавали видимую только для них двоих гармонию.       — С тобой и потеряться не страшно, — еле слышно произнёс Юнги, чуть двигая губами, но до Чимина всё же дошло.       — А ты у нас романтик! — продолжал улыбаться вампир, а когда увидел, как оборотень смущается, то засмеялся. — Боже, незабудка… — прерывисто выдохнул вампир, любуясь красными щеками оборотня.       — Кто такой незабудка? — спросил Агуст и остановился, смотря на брата, что накинул мантию, и вампира, что улыбался, оглядываясь на него. — А это ещё что такое? — кинул он взгляд на сцеплённые руки парней.       Юнги стало неловко. Стоит ли объяснять брату причину своего смущения? А что он скажет? Незабудка — это я! Чимин назвал меня так из-за моих волчьих глаз. Они ему так приглянулись, что он решил дать мне милое прозвище, что совсем не подходит моему характеру, но сердцу нравится. Руки вместе потому, что хочется чувствовать тепло от холодного вампира. Разница в температуре была ещё одной причиной удивления Юнги.       — Незабудка идёт позади меня, — Чимин продолжил шагать, не смотря на Агуста, что всё также смотрел на них, как на чудных. — А это, — чуть приподнял он их руки, — чтоб не потеряться, — и подмигнул младшему, что лишь приподнял бровь.       Тэхён шёл впереди и слушал перепалку ребят, но также до его ушей и дошёл разговор Юнги с Чимином. Эти влюблённые дети радовали его сердце, и он хотел бы разузнать о них побольше, но, судя по их лицам и разговорам, они ещё только присматриваются друг к другу.       — Юнги — незабудка? — переспросил Агуст и засмеялся так громко, что пара ворон улетела с ветки. — Я теперь тебя так звать буду!       — Так его могу звать только я, — приказным тоном сказал Чимин, и сердце Юнги сжалось. — Это только моя незабудка!       В животе запорхали бабочки. Моя незабудка. Фраза вертелась на повторе, словно Юнги боялся её забыть. Но, даже если бы очень сильно захотел, — не забыл. Слышать такое от Чимина было в новинку. Его свойское отношение нравилось парню. Словно он уже принадлежит ему. Но его сердце уже давно ему отдано, как и тело. Его рука сейчас полностью в распоряжении Чимина. Поэтому вампир её сжимает и тихо рычит.       — Агуст, не трогай незабудку Чимина, — обернулся Тэхён, улыбаясь.       — Вот именно! — торжественно произнёс Чимин.       — Так Юнги у нас уже меченный? — спросил Агуст и подбежал к брату. — Покажи метку, хочу её поскорее увидеть, — и начал осматривать.       — Что ещё за метка? — удивлённо спросил Чимин, смотря на Юнги, что ещё сильнее покраснел.       — Никакая! — громко произнёс Юнги и выскочил от поисковой хватки брата. — Идём дальше, — и теперь уже оборотень тянул за собой вампира, что ойкнул, но последовал за ним.       Словно не было этой сценки, ребята пошли дальше. Но в душе Юнги желал укоротить брату язык. Ляпнуть такое, да ещё и при Чимине. В который раз убеждается, что его брат та ещё заноза в заднице.       Парни уже потерялись во времени, сколько они уже идут по тёмной тропе. Но никто словно не замечал, что они идут по сотому кругу.       — Юнги, так что за метка? — тихо спросил Чимин, смотря на сосредоточенного волка и эльфа. Не хотелось видеть лишних слушателей.       Юнги лишь вздрогнул и поморгал. Говорить на эту тему совсем не хотелось. Это личное, даже интимное, но ведь он просто так не отвяжется. Смирившись со своей участью, Юнги вздохнул.       — Метка — укус, который ставят волки или им ставят вторые половинки. Обычно их ставят на шее, чтоб было лучше видно, кому ты принадлежишь. Но некоторые ставят там, где сами посчитают. Метка — знак истинной, чистой и бескорыстной любви. Знак того, что ты готов провести с ним или с ней всю жизнь и готов защищать его ценой собственной жизни, — Юнги говорил с нотками печали.       Новая информация вылилась на Чимина, как снег в мае. Знак истинной любви. Ставишь где хочешь. Готов защищать. Мысленно Чимин посчитал все факты и прикинул. Он бы очень хотел видеть на своём теле следы клыков Юнги. Принадлежать ему и быть рядом. Но этого хочет только Чимин. Он не знает, что в голове Юнги. Не знает, почему он говорит таким печальным голосом и что вообще чувствует к вампиру.       «Сердце его бьётся чаще, а глаза смотрят влюблённо», — думает Чимин, и ответ сам по себе приходит в голову.       — Ты бы хотел себе эту метку? — также тихо спросил Чимин, словно боялся спугнуть волка, что продолжал сжимать ладошку.       — Я был бы счастлив, если бы сам поставил метку и мне её поставили, — горящими глазами он взглянул на вампира, что затаил дыхание.       Его лицо так близко, а дыхание опаляет щеку. И, если в глазах Чимина были искры, то в глазах Юнги было лишь желание. Желание коснутся желанных губ. Провести языком по нижней губе, укусить её, смять. Только бы коснуться.       — Юнги… — тихо произнёс Чимин, и тот поднял удивлённый взгляд на парня. — У меня есть к тебе предложение, — нужно перестать смотреть на эти тонкие губы, что до сих пор пахли ежевикой.       — Я весь во внимании, — сказал Мин и отстранился, чтоб вампиру было проще говорить.       — Ты ведь помнишь, что и у тебя, и у меня осталось по одному желанию? — спросил блондин.       — И что ты предлагаешь?       — Как насчёт дополнительного желания? — с нотками опаски спросил Чимин и затих.       Если Юнги откажет, то Чимин просто не выдержит. В голове он уже продумал каким будет последнее и дополнительное желание.       — Хорошее предложение. Я — за, — и улыбнулся, отгоняя страхи Чимина прочь. — У тебя уже есть желание?       — Есть, но я позже их задам.       Пока Чимин и Юнги шли в переди и ни о чём не думали, Тэхён и Агуст всё-таки заметили, что идут по одной и той же тропе. Но решили проверить свои догадки.       — Агуст, тебе не кажется, что мы уже проходили этот куст? — эльф указал на, так называемый куст, который состоял из пары веток, что грозились обрушиться.       — Я не обращал внимания на кусты, прости, — пожал плечами Агуст.       Теперь Тэхён напрягся. Что, если они ходят кругами? Тогда выбраться целыми отсюда будет сложно.       — У меня есть одна идея, — слегка улыбнулся эльф и поднял один из камней, что лежал на дороге.       Смахнув с него пыль, он нежно коснулся его обеими руками и слегка подул. Камень засветился слабым, но чистым светом. Маленькие искорки вызвали удивление на лице молодого волка, и он коснулся плеча эльфа, дабы лучше увидеть, что он собирается делать дальше.       — Проверим мою теорию, — Тэхён положил камень на место и, как ни в чём не бывало, пошёл вперёд.       Агуст не понял в чём заключался план эльфа, но всё же доверился ему. Тэхён, не смотря на свой миловидный вид, умён не по годам. А годов ему предостаточно. За свою столь долгую жизнь научился многому, о чём даже Мин и вообразить не может.       Чимин и Юнги даже не увидели маленьких махинаций Кима. Слишком уж они увлечены друг другом. Но ни Тэхён, ни Агуст не могут и не будут их осуждать, а тем более подслушивать.       — Как думаешь, почему Юнги рядом с Чимином такой? — решил задать вопрос Агуст и для того, чтобы вести диалог, поравнялся с ним.       — Какой? — Тэхён чуть сморщил нос и убрал выпавшую прядь за ухо.       — Другой. Словно сам не свой. Такой нежный и пряный, — чтоб подобрать более подходящие слова, Агуст поднял голову вверх и скривил губы.       — Пряный? — переспросил Тэхён, не скрывая улыбки. Сравнение младшего, как никогда подошло, чтоб описать Юнги, но почему-то именно это слово вызвало такую реакцию.       — Я не знаю, как объяснить понятнее, — вздохнул черноволосый. — Рядом с Чимином он становится совсем другим. Словно весь мир сводится на нём. На нём начинается и на нём заканчивается. Словно для Юнги он значит столько много, что я слов подобрать не могу.       — Я открою для тебя небольшую тайну, Агуст, — эльф положил ему руку на плечо и приблизился к уху, задевая своими длинными ушами его волосы. — Когда волк влюбляется, то это на всю жизнь, как и у лисов. Они хотят защищать, оберегать и просто быть рядом со своей любовью. Они готовы весь мир перевернуть.       — Это похоже на сумасшествие, — усмехнулся Агуст, разминая шею и опустив взгляд, глупо улыбаясь.       — Любовь и есть сумасшествие. Только безумец откроется человеку и сделает его смыслом жизни. Только перед ним обнажит душу и даст в руки нож, которым способен убить. И только второй безумец проткнёт этим ножом своё сердце, только чтобы не ранить первого, — воодушевлённая речь лилась из уст Тэхёна. — Запомни, Агуст, — и ткунл легонько ему в нос пальцем, заставив волка поёжится. — В мире нет никого сильнее человека, в чьём сердце есть любовь, — и отстранился.       — А ты когда-нибудь любил, а, Тэхён? — чуть громче спросил Агуст, но двоё шедших позади всё равно не услышали.       Тэхён обернулся и печально улыбнулся. Вселенская печаль скопилась на этих губах, и они дрогнули, словно собирались сказать что-то важное. Но, набравшись смелости, Тэхён покачал головой.       — Чувство любви мне незнакомо. Я слышал о нём из книг и из уст старших, — сладкая ложь донеслась до ушей молодого волка.       И он это сразу почувствовал, но не стал убеждать друга во лжи. Если он врёт, значит на то есть веские причины. И по печальной улыбке можно было понять, что причины и есть веские. Значит, познал тягучее чувство любви.