Фальш, да и только

В далеке коридора стали доноситься шаги, но она не слышала их. Девушка была оглушена своим же плачем, затемнение с каждой секундой проникало в ее разум все глубже и глубже. От нее слышались тихие бормотания, которые постепенно начали перерастать в крик. Однако вдруг она почувствовала словно удар в своем мозгу. Удар, как от молнии. Что это за чувство, и откуда оно возникло? Ее никто не бил, даже пока и пальцем не тронул, словно сама школа дала ей знак. Знак, что сидеть на полу и жалеть себя - не выход. А школа ли? С чего ей вообще проявлять сочувствие к такой жалкой и беспомощной девушке? Нет, скорее...это была интуиция, Кирисаки, которая боролась с затемнением, давала понять, что нужно подниматься...Подни..маться? Это заставило Тоуко отдернуть свою голову, после чего взглянуть вверх. Внутри нее все упало, сжалось до мясной каши. Зрачки медленно сузились. С губ ее хотело что-то словно сорваться, но она будто проглотила язык, лишь сильнее прижалась к стене и еле заметно помотала головой. — Кирисаки, - раздался заботливый голос юноши. Конечно, это была явная фальш, но звучало это так элегантно, что внутри все обмерло во второй раз, а рука медленно стала искать ключ на этом полу. Не медли, Тоуко, он скинул свою маску при тебе же, так что беги. Беги со всех сил. — Зачем же ты сидишь на этом полу? Неужели ты уже сдалась? — Он подошел еще на шаг ближе к ней. Нож непринужденно поблескивал в темноте этого пространства, весь взгляд был сфокусирован именно на нем, а не на лице Кизами. Она уже видит, как этот предмет, ранее принадлежавший Шимаде, входит в ее плоть, как кровь струей брызжет во все стороны, как судорога болезненно охватывает все тело. А затем он ударяет еще. И еще. И так до тех пор, пока на животе, груди, руках и бедрах не останется живого места, пока рот и легкие полностью не заполнятся кровью. Пока она не умрет. Инстинкт самосохранения вновь пробуждается в ней, отдавая резким ощущением в нос. А громкий шум из головы наконец пропал, дав ей возможность мыслить рационально. Она НЕ ХОТЕЛА умирать. Только не от Кизами. От этих мыслей Тоуко наконец схватила ключ и рванула с места, как ошпаренная, однако Юуя явно был быстрее, да и его рост позволил перехватить ситуацию на свой лад. Схватив бедную девушку за руку он сильно и резко потянул ее на себя, после чего быстро повалил на пол. Она вскрикнула, бант с хвоста начал сползать с головы, отчего волосы девушки легли на поверхность пола достаточно неаккуратно, некоторые пряди уже стали выбиваться из общей копны. Ею вновь завладела паника, но Кизами лишь прижал ее ногами к полу, сжав бока коленями и болезненно заведя руки той над головой, не давая обороняться ключом. А улыбка так и не сходила с его лица. — Что это тут у нас? Ключ? Хах... У тебя была такая прекрасная возможность зайти в медпункт и закрыться там, но ты лишь ревела навзрыд около двери. — Ю-юуя, пожалуйста, не.., - ей страшно. В самом деле страшно, отчего она просто проглотила свои же слова. Тоуко даже не знала, что ей говорить дальше, так что начала брыкаться под ним, вырывая свои руки из его власти. — Пусти! Пусти же меня, умоляю! ЮУЯ! — Девушка знала, что не достучится до него, но не бросила попыток сопротивления. Но она прижата. Намертво. Ей не потягаться с ним, ведь что может сделать хрупкая девушка против сильного парня? Так что она заныла. Заныла так громко, насколько ей позволяло уже слегка иссохшееся горло. Тот лишь захихикал себе под нос, после чего это переросло в безумный хохот. Она хотела заткнуть уши, просто не слышать его... Ему что, правда нравится все это? Нравится видеть, как ее лицо перекошено гримасой ужаса, а движения походят на рыбу, которую выбросили наружу? — Великолепно, Кирисаки! Это именно те вопли, которые я хотел услышать от тебя! Давай же, кричи и борись за свое жалкое существование! Покажи мне больше своих страданий и искренних чувств!, — он смотрел ей прямо в глаза, пока на лице играла кривая ухмылка садизма. От его слов Тоуко стало тошнить. Все те воспоминания из школы и недавних похождений с дребезгом разбились о суровую реальность. Она чувствовала лишь обиду и злость на него, медленно, но верно чувство любви к данной персоне стало исчезать. Девушка даже тихо прошептала "ненавижу...", однако она так и не смогла свести с него взгляда, просто многозначительно глядела на его лицо. Что оно выражало? Чего Юуя вообще добивается от нее? Она даже не делала ничего плохого, чтобы заслужить подобного отношения. Даже была на его стороне почти до самого конца. Лишь хотела мыслить рационально, но... Он замахнулся ножом, после чего почти моментально воткнул его в левый бок девушки. У нее возникло ощущение, что она просто потеряет сознание от страха при виде этого мощного ножа, который стремится к ее телу. А после воздух разрезает прознительный крик боли, ведь нож вошел по самую рукоятку. Тоуко кричит, кричит так громко, что кажется, будто этот крик можно будет услышать, даже если будешь находиться далеко от места проишествия. Несвязные звуки и стоны стали срываться из ее уст. Но, казалось, что эта боль не сравнима с той, когда он вытащил этот нож; под ними стала образовываться огромная лужа алой крови. — Ненавидишь меня? — Ненавижу!, — прошипела она сквозь зубы и снова стала заливаться слезами. Она не могла терпеть подобный ужас, руки уже затекли, а ведь он все еще продолжал держать их, хоть Кирисаки уже и не могла уже хоть как-то бороться, ее разум просто хотел отключиться, избавиться от боли. Шансов на выживание у нее нет, так что и смысла просыпаться тоже. Но она не могла, не могла отрубиться, как бы ей не было плохо. — А я ведь правда надеялась на тебя больше всех!