Пророчество для монстра

Клаус уставился на напиток в своей руке, взболтав жидкость, прежде чем вздохнуть и поднести напиток к губам. Он думал о том, что с тех пор, как Кол настоял на том дурацком ужине, он потерял покой. Как бы он ни старался, Клаус не мог удержаться от того, чтобы заново не пережить ту ночь, или, точнее, тот момент, когда он узнал, что Колу удалось уложить Кэсс в постель. Все эмоции, которые бежали по его венам, то, как его сердце разрывалось на миллион кусочков... Он никогда не чувствовал ничего подобного. Конечно, Клаус знал, что тогда Кассандра понятия не имела, кто такой Кол, не говоря уже о том, что он был младшим братом Клауса. Но все же Кол сумел расположить ее к себе, поговорив с ней не более часа. А Клаус же был с ней добр с того момента, как впервые встретил её в 1864 году, и до сих пор всё, что ему удавалось добиться, это легкая улыбка. Разочарованный, Клаус провел рукой по волосам и встал, подошел к камину и уставился на пламя. Он не знал, что чувствует к Кассандре. Он не понимал, почему он так разозлился, что ему захотелось убить собственного брата. Или почему это разбило ему сердце в тот момент, когда потом посмотрел ей в глаза? Он просто не понимал. Элайджа всё настаивал на том факте, что это была любовь, и, когда он сказал об этом Клаусу, он только и смог, что закатить глаза. Любовь. Бред. Клаус никого не любил, кроме своей семьи, но даже этого он не показывает. И, пусть он не признает это сейчас, крошечная часть его знала, что Элайджа был прав, поскольку все признаки были на лицо. Клаус остановился, покачав головой, подойдя к бару и налив еще один стакан. О чем он вообще думает? Это Клаус Майклсон. Всемогущий гибрид. Он не умеет любить. Кроме того, Кэсс едва могла смотреть в его сторону. Элайджа посоветовал ему попытаться быть с ней помягче, чтобы она могла доверять ему и больше открываться. Но Клаус уже пробовал все это. Даже когда он был мил и дружелюбен с ней, девушка отталкивала его. Но она легко открылась Ребекке и Элайдже, даже Колу. И почему же? Потому что они не сделали ничего, что причинило бы ей вред. Вот что она сказала Ребекке. Так рассуждала Кэсс, разговаривая с его младшей сестрой. Но он никогда не причинял ей вреда лично, наоборот, даже помог ей. Он сказал ей идти жить своей жизнью, и она сделала это. — Начал вечеринку пораньше, дорогой брат? Обернувшись со стаканом в руке, Клаус увидел Кола и Ребекку, стоящих в дверях гостиной. Кол был одет в рубашку на пуговицах и темные джинсы, а Ребекка была одета в черные джинсы скинни, струящуюся рубашку с золотым мерцанием и черную кожаную куртку. Они явно были одеты для вечеринки по случаю Дня Рождения Стефана. Клаус обернулся, закатив глаза, сжимая напиток в руке и поднося его к губам. Он был не в настроении разбираться с Колом сегодня вечером. — Ты идешь, да, Ник? — он услышал, как спросила Ребекка. — На вечеринку? — Клаус посмотрел на жидкость в стакане, — У меня нет никаких причин, чтобы пойти туда. — Вообще-то есть две причины, — начала Ребекка, — Во-первых, это вечеринка Стефана. Вы двое были друзьями, помнишь? Во-вторых, ты же сказал Кэсс, что будешь там? — А, значит, Кэсс тоже будет там? — Кол ухмыльнулся, в результате чего Клаус бросил на него взгляд через плечо, а Ребекка толкнула его локтем. — Заткнись, Кол, — прошипела она, — Конечно, она там будет. Стефан ее брат. Но дело не в этом, — Ребекка повернулась к Клаусу, который все еще стоял к ней спиной, — Ты сказал ей, что собираешься, так что тебе пора идти, Ник. Клаус вздохнул и обернулся, — Не похоже, что она будет скучать по мне, если меня там не будет. Кроме того, я уверен, что она была бы даже счастливее, если бы я не появлялся. — О, прекрати, — Ребекка закатила глаза, — Ты не можешь сдаться сейчас, Ник. Ты можешь этого не признавать, но я знаю, что она тебе нравится. Клаус фыркнул, — Она мне не нравится, Ребекка. — Что плохого в том, что она тебе нравится? — вмешался Кол, — Слушай, Ник, я знаю, что ты сейчас немного зол на меня… — Немного? — Клаус поднял бровь. — Хорошо, много, сколько угодно, — Кол закатил глаза, — Но ты когда-нибудь думал о том, почему ты так разозлился на меня за то, что я спал с Кэсс? Клаус не ответил, продолжая смотреть на Кола. Он никогда не сказал бы Колу, но он только что думал об этом. — Ты заботишься о ней, дорогой брат, — Кол продолжил, — Черт, я даже могу предположить, что ты любишь её, если это вообще возможно. — Кол, — предупредила Ребекка. — Я просто хочу донести до тебя, что где-то в твоем холодном, высохшем сердце ты действительно заботишься и любишь Кассандру Сальваторе. Если нет, ты не будешь так расстраиваться из-за факта, что я спал с ней, — Кол закончил. Клаус какое-то время изучал Кола. Хотя он в основном сказал то, о чем думал Клаус ранее, это звучало иначе, когда он слышал это от кого-то другого. И Клаус никогда бы этого не сказал, но он знал, что Кол прав. — Кроме того, — добавил Кол, и на его губах появилась ухмылка, — Позволь мне сказать тебе, что она довольно хороша в… — Не надо. Заканчивать. Это. Предложение, — Клаус зарычал, посылая Колу свой самый ненавистный взгляд, на который Кол просто рассмеялся. — Молодец, Кол, хорошая работа, — Ребекка закатила глаза, прежде чем посмотреть на Ника, — Не мог бы ты просто накинуть кожаную куртку и пойти? Ну ты же и правда хочешь увидеть её. Клаус на мгновение задумался. Отправляться на вечеринку к одному из его старых друзей с Ребеккой и Колом и, возможно, найти и попытаться вновь поговорить с Кассандрой. Или остаться здесь, в доме с его матерью. У него даже не было Финна или Элайджи, с которыми можно было бы поговорить или пообщаться сегодня вечером. Финн что-то делал для Эстер, а Элайджа ненадолго отсутствовал в городе. По крайней мере, так он им сказал. Клаус вздохнул, ставя пустой стакан, — Хорошо. Пошли. Как только Клаус сменил рубашку и надел кожаную куртку, он встретился с Колом и Ребеккой у входной двери. — Давайте начнем уже, — обрадовался Кол, повернувшись лицом к двери. Клаус поднял бровь, когда Ребекка вздохнула. — Это его первая вечеринка с тех пор, как ты положил его в гроб, — объяснила она, — И если он будет продолжать в том же духе, это будет его последний раз. — Что угодно, Бекс, — Кол закатил глаза, открывая дверь, но голос остановил их прежде, чем они успели выйти на холод. — Куда вы втроем направляетесь? Обернувшись, братья и сестра обнаружили свою мать, стоящую посреди лестницы. Клаус, да и вообще любой из них, не знал, что задумала их мать. Большую часть времени она не особо с ними общалась, но настаивала на том, чтобы они обедали вместе хотя бы один раз в неделю, чтобы она могла «лучше узнать своих детей». Клаус все еще не доверял ей полностью, но с бала прошло уже больше месяца, а она еще ничего не сделала, так что он начал думать, что Элайджа был прав, может быть, она действительно хотела, чтобы они были семьей. С учетом сказанного, Клаус все еще был начеку, когда был рядом с матерью, на тот случай, если она проговорится и произойдет что-то странное. — На вечеринку Стефана, — объяснила Ребекка, а Эстер кивнула. — И когда вы вернетесь? — Не волнуйся, мам, — ухмыльнулся Кол, — Мы будем нести ответственность и следить за тем, чтобы Бекка оставалась под контролем. И мы будем держать мальчиков подальше. — Ага, — фыркнула Ребекка, — Как будто я та, кого нужно держать под контролем. — К чему вопросы, мама? — спросил Клаус, слегка приподняв бровь, — В конце концов, мы Первородные вампиры. Я думаю, мы можем позаботиться о себе. — Он прав, — кивнул Кол, — Во всяком случае, ты должна больше беспокоиться о людях, которые будут там. — Какой бы я была матерью, если бы не волновалась и не задавала этих вопросов? Хорошо, идите. Кивнув, все трое развернулись и вышли из особняка, последним, что они услышали, был голос матери. — Радуйтесь, веселитесь, дети мои.

***

Кэсс посмотрела на напиток в своей руке, взболтала жидкость, прежде чем вздохнуть и поднести напиток к губам. Она сидела в гостиной пансиона, одетая в зеленое струящееся платье до середины бедра с длинными рукавами и черные туфли на каблуках. Стефана и Деймона давно нет. Стефан ушел с Кэролайн около полутора часов назад, а Деймон ушел сразу после них. Вечеринка началась больше часа назад, но девушка всё ещё находится дома. Честно говоря, она не хотела идти на нее, но знала, что должна. Это была вечеринка ее братьев. Она должна была придти ради Стефана. Но если она пойдет, то рискует столкнуться с Клаусом, а этого она не хотела. Я другой, я изменился. Но и ты тоже, любовь моя. Кэсс знала это. А скорее, догадывалась, что он изменился с тех пор, как она впервые встретилась с ним. Но, тем не менее, те слова, которые исходили из его собственных уст, поразили ее. Она была так увлечена тем фактом, что Клаус уже не является Ником, что никогда даже не задумывалась о том, что она тоже изменилась. Он был прав, она была уже не той маленькой человеческой девочкой, которую знала. Она изменилась, по ее мнению, в лучшую сторону. Но, опять же, может быть, он тоже изменился в лучшую сторону? Кэсс покачала головой. Клаус не поменялся в лучшую сторону, ведь это означало бы, что он был хуже, чем является сейчас. Кассандра хотела бы знать, каким Клаус был человеком. Он-то в какой-то степени знал, какой она была до того, как её обратили. А вот она его не знала. Каким он был? Был ли он заботлив? Помогал ли он своим братьям и сестре, а не закалывал их кинжалами? Был ли он хорошим сыном? Любил ли он когда-то? Кэсс сделала последний глоток, чтобы остановить мысли. Почему она вообще думает об этом? Есть что-то, любовь, интерес, я не знаю, как это назвать, но есть что-то, что он чувствует к тебе. Действительно ли Клаус что-то чувствовал к ней? Он общался с ней достаточно мило. И она не замечала, чтобы он так вёл себя с кем-то другим. Но почему она? Почему он так заботился о ней? Кэтрин сказала, что любой может это увидеть… Действительно ли многие в Мистик Фоллс считают, что они влюблены в друг друга? И если все так считают, это выйдет боком для неё. Но опять же, почему? Потому что ее братья и вся эта банда Мистик Фоллс думают, что это плохо? Клаус никогда не делал ничего плохого ей лично. Кэсс остановилась. Так она объясняла Ребекке, когда та задавалась вопросом, почему Кэсс вообще так мила с ней. Она была милой, потому что Ребекка не причиняла ей лично вреда. Но, тем не менее, Клаус тоже никогда не причинял ей вреда, и вот она оттолкнула его. Кассандра больше не могла об этом думать. Слегка покачав головой, она посмотрела на свой пустой стакан, встав с дивана, слегка покачиваясь при этом. — Решила начать пораньше? Повернувшись к главному входу, Кэсс увидела Кэтрин, прислонившуюся к дверному косяку гостиной со скрещенными руками и самодовольным выражением лица. — Чего ты хочешь, Кэтрин? — спросила Сальваторе более резким голосом, чем должно было быть, когда она подошла к бару, наливая еще один напиток. — Ты еще даже не на вечеринке, а уже напилась, — заметила Кэтрин, проигнорировав вопрос и шагнув вперед, — Я впечатлена. — Я не пьяна, — свирепо посмотрела Кэсс, делая глоток своего напитка, — И я не пойду на вечеринку. — Я так и думала, что ты это скажешь, —Кэтрин вздохнула, садясь на диван. — Откуда ты знаешь?— начала было спрашивать Кэсс, но замолчала, когда до нее дошло осознание, — Ты шпионила за мной. — Да, я это делала, — Кэтрин кивнула, — Я знаю, что ты начала пить около полудня и так и не останавливалась. Я знаю, что ты должна была быть на вечеринке 2 часа назад. И я знаю, что вместо этого ты сидела здесь и думала о Клаусе. Кэсс подняла бровь. Она не могла возразить, потому что это было правдой. — Откуда ты знаешь? — вместо этого спросила она. — Кроме того, Кассандра Сальваторе, — ухмыльнулась Кэтрин, — Я тебя знаю. И я говорю, что ты должна просто переспать с ним и покончить с этим. Кэсс не ответила. Сейчас она была не в настроении иметь дело с Кэтрин. Вместо этого она закатила глаза и сделала большой глоток своего напитка, заставив Кэтрин вздохнуть. — Хорошо, слушай. Забудь о Клаусе и связи с ним. Подумай о своем брате. Стефану не нужно ничего, кроме как увидеть, как его сестра на его вечеринке развлекается. Потому что мы оба знаем, что Стефан ужасно беспокоился по этому поводу. Вы с Деймоном до сих пор не разговариваете. Я уверена, он очень хотел бы увидеть, как вы хорошо проводите время хотя бы сегодня. Кэсс уставилась на жидкость в своем стакане. Кэтрин была права. Стефан ужасно беспокоился о ней и Деймоне. Он больше всего хотел, чтобы они снова заговорили, но Кэсс не ожидала, что это произойдет в ближайшее время. Но она знала, что Стефан почувствует себя в миллион раз лучше, увидев ее на своей вечеринке, хорошо проводящей время, даже если это будет всего несколько часов. — Куда ты идешь? — спросила Кэтрин, приподняв бровь, наблюдая, как Кэсс поставила стакан. — На вечеринку моего брата, — крикнула Кэсс через плечо, направляясь к двери, и услышала, как Кэтрин сказала, — Я же говорила тебе. — Я тут подумала, — Кэтрин последовала за Кэсс к двери, — Почти все там будут пьяны, так что… — Нет, — Кассандра обернулась после того, как открыла дверь, сурово взглянув на Кэтрин. — Почему бы и нет? Они просто примут меня за Елену. — Если ты хочешь, чтобы мои братья и Клаус поймали тебя, то давай, — Кэсс скрестила руки, — Возможно, ты сможешь одурачить всех людей, но моих братьев тебе не одурачить. — Хорошо, — проворчала Кэтрин, — Тогда я просто вернусь в этот проклятый мотель. — Ты можешь остаться здесь, пока мои братья не вернутся, — сказала она ей, но лицо Кэтрин расплылось в ухмылке. — И испортить момент, когда вы с Клаусом, спотыкаясь, заходите сюда, одновременно раз... — О, пожалуйста, — закатила глаза Кэсс, — Я никогда не напьюсь настолько, чтобы переспать с Клаусом. — Не знаю, Кэсси. Ты уже на полпути. — Прощай, Кэтрин! — крикнула она, развернувшись и выйдя за дверь. Тем не менее, она не успела спуститься даже на половину ступенек, как споткнулась и ей пришлось удержаться, чтобы не упасть. — Ты уверена, что не хочешь, чтобы я провожала тебя туда, Кассандра? — она услышала, как Кэтрин смеется позади нее, но просто повернулась и показала ей палец, прежде чем продолжить путь и помчаться к Грилю.