Пророчество для монстра

Это была худшая идея. Кэсс толкнула дверь в Мистик Гриль и сразу же пожалела, что не может просто развернуться и пойти домой. Еще до того, как она подошла к двери, она услышала, как гремит музыка, а это значит, что к тому времени, когда она открыла дверь, та стала еще громче. Но теперь, когда она стояла в дверях, наблюдая, как люди напиваются и танцуют на танцполе под музыку, ей действительно хотелось быть где угодно, только не здесь. Учитывая все сказанное, Кэролайн действительно превзошла себя. Основной свет был приглушен, поскольку по комнате мерцали разноцветные сценические огни. Воздушные шары и ленты развивались на потолке и стенах, а на стене слева от Кэсс висела большая надпись «С Днем Рождения, Стефан». Может быть, если я уйду сейчас... — Кэсс! — откуда-то из толпы раздался голос, заставив девушку выругаться себе под нос, когда в поле зрения появилась Елена. — Привет, — Елена улыбнулась, остановившись перед Кэсс, которая натянуто ей улыбнулась. — Привет. — Мы не думали, что ты придешь. — сказала Елена, пытаясь поддержать разговор. — Я тоже, честно говоря, — ответила Кассандра, осматривая комнату, — Где Стефан? — Последний раз, когда я видела его, он стоял у барной стойки с Деймоном. Да, мне действительно не стоило приходить сегодня вечером — подумала Кэсс, вздрогнув. Она не хотела иметь дело с Деймоном прямо сейчас. — Деймон все еще с ним? — Кэсс повернулась к Елене, молясь, чтобы она сказала «нет». Однако сегодня удача была не на неё стороне, так как Елена грустно улыбнулась ей. — Не знаю, — сказала она, — В последний раз я говорила с ними около получаса назад. Извини. — Все в порядке, — вздохнула Кэсс, — Я собираюсь найти Стефана. Спасибо. Не дожидаясь, пока Елена ответит, она пошла дальше, надеясь в скором времени найти Стефана, чтобы тот узнал, что она появилась, и тогда она снова сможет уйти. К счастью, Стефан все еще стоял у барной стойки с напитком в руке и смотрел на толпу. Однако, к несчастью, Деймон стоял рядом с ним. Кассандра застыла в нескольких футах от них. Действительно ли она хотела контактировать с Деймоном в данный момент? Она любила своего младшего брата, но ее терпение по отношению к старшему было на исходе, и она просто не могла больше иметь с ним дело. Развернувшись, Кэсс направилась обратно к двери. В любом случае, она бы предпочла провести вечер с Кэтрин и на вечеринке. — Кэсс! Она не успела отойти и на два шага, когда услышала, как Стефан зовет ее по имени, из-за чего остановилась на месте и выругалась. Кэсс медленно обернулась и увидела, что оба брата смотрят в ее сторону. У Стефана была улыбка на лице при виде сестры, а Деймон огляделся и сделал глоток своего напитка, допив оставшуюся часть, прежде чем вызвать бармена, чтобы налить ему ещё. — Привет, Стефан, — Кэсс подошла к нему, выдавив улыбку на лице, и обняла Стефана, — С Днем ​​Рождения. — Я рад, что ты пришла! — Стефан продолжал улыбаться ей, — Я думал, ты не появишься. — Да, извини. Я была... занята, — ответила она, а потом повернулась к бармену, чтобы тот налил ей выпить. — Спасибо, — она улыбнулась, прежде чем сделать глоток, услышав фырканье Деймона. — Ещё не напилась? — Деймон взглянул на нее, — Ты и так сегодня рано начала. — Мило, — она улыбнулась фальшивой улыбкой, — Только тебе можно пить? Ты вообще чуть ли не живёшь в этом баре. — Пожалуйста, перестаньте, — вмешался Стефан, глядя на них обоих, — Хотя бы сегодня... Деймон пожал плечами, когда сестра фыркнула, скрестив руки на груди. Однако, прежде чем кто-либо из них успел ответить, их оборвал чей-то голос. — Стефан! — послышался знакомый акцент, и, когда Сальваторе повернулись, они увидели, что Кол, Клаус и Ребекка идут к ним. Клаус держался сзади, пока Ребекка шла впереди с улыбкой на лице. — С Днем ​​Рождения, Стефан, — улыбнулась она и обняла его. Кассандра подняла бровь, глядя на этих двоих, и послала Стефану понимающую улыбку, которая заставила его закатить глаза. — С Днем Рождения, дружище,— Клаус шагнул вперед, похлопав Стефана по плечу, когда тот кивнул, улыбаясь. — Да, спасибо. Пока Клаус шел, проходя мимо Стефана, идя к бару, чтобы выпить, он повернулся лицом к Кэсс, слегка ухмыльнувшись, отчего она закатила глаза. Однако она не могла сдержать легкую улыбку, которая тронула ее губы. — Да, поздравляем тебя, — ухмыльнулся Кол, — Должно быть, приятно устраивать вечеринку. Я уже и забыл это чувство. Последняя у меня была больше ста лет назад. — Да, ему больше тысячи лет, и у него никогда раньше не было вечеринок по случаю Дня Рождения, — закатил глаза Деймон, — Наверное, тебе так трудно с этим жить. — Кто-то все еще расстроен и зол из-за прошлой ночи? — ухмылка Кола стала шире. Кэсс застонала, допивая свой напиток одним глотком, прежде чем сделать еще один. Напряжение в комнате нарастало, когда Кэсс начала допивать еще один стакан. Деймон же сжал свой так крепко, что девушка была удивлена, что тот не разбился. Тем временем Стефан неловко заерзал на месте, а Кол продолжал ухмыляться Деймону. — Кэсс, — внезапно заговорила Ребекка, заставив девушку вопросительно взглянуть на Первородную, — Как насчет того, чтобы пойти потанцевать? — Боже мой, да, — она вздохнула, благодарная Ребекке в данный момент. Допив остатки своего напитка, Кассандра последовала за Первородной на танцпол подальше от мальчиков. — Спасибо за это! — она говорила сквозь музыку, пока они удалялись от мальчиков. — Не за что! — Ребекка улыбнулась ей через плечо, — Там становилось неловко. И я не знаю, кто собирался убить Кола первым, — Деймон или Ник. Кэсс подняла бровь, — Что ты имеешь в виду под «или Ник»? Однако Ребекка лишь покачала головой, остановившись посреди танцпола. — Ничего, — сказала блондинка, поворачиваясь к Сальваторе, — Давай просто немного расслабим тебя. — Это будет несложно, — ухмыльнулась та, когда они с Ребеккой начали танцевать под музыку, — Я выпила почти весь алкоголь, который был дома. Звук смеха Ребекки затерялся в музыке, когда две девушки танцевали в такт. Кэсс очень старалась забыть обо всем, что происходило в ее жизни, и получать удовольствие, как сказала Ребекка. Она не знала, было ли это из-за выпитого алкоголя или она действительно веселилась, смеялась и танцевала с Ребеккой, но на какое-то время она действительно расслабилась. — Дамы, вы двое выглядели так, как будто вам было весело, — Кол ухмыльнулся, протягивая им по коктейлю, когда обе девушки подошли к бару. — Пришлось расслабить её, — пожала плечами Ребекка, которая делала глоток своего напитка, — Она была слишком напряжена. Как старуха. — Верно, — рассмеялась Кэсс, — Говорит девушка, которой больше тысячи лет. — Ей может быть больше тысячи лет, и она выглядит на восемнадцать, но ведет себя, как пятилетняя девчонка, — проговорив, Кол посмотрел на свою сестру. — Извини, — Ребекка посмотрела на брата, а Кэсс рассмеялась, — Если кто и ведет себя как пятилетний ребенок, так это ты. Было приятно и освежающе видеть, как брат и сестра играют друг с другом, как и она с Деймоном когда-то. — Ну, это похоже на дежавю. Посмотрев налево, Кэсс увидела, что к ним подходит Деймон со стаканом в руке и суровым взглядом на лице. Ребекка подняла бровь, — О чем ты говоришь? — Не о себе. Я о Кэсс, — объяснил Деймон, прежде чем повернуться к сестре, — Разве не так проходила твоя ночь перед тем, как ты ушла и переспала с ним? — Деймон кивнул головой в сторону Кола. — Эй, дружище… — вмешался Кол, явно сытый по горло Деймоном, но был прерван. — Я далек от твоего друга, — процедил Сальваторе. — Деймон, почему бы тебе просто не отступить и не забыть об этом? — вмешалась Ребекка. Деймон повернулся к Кэсс, которая смотрела на него, — Похоже, у тебя оба Первородных обмотаны вокруг пальца. Что ты сделала, Кэсс? Тоже спала с Ребеккой? — Что с тобой не так? — Ребекка посмотрела на Деймона с чистым отвращением к тому, как он вел себя по отношению к своей сестре. Кассандра, однако, шагнула вперед, бросив на Деймона свой самый ненавистный взгляд. — Ты такой придурок, Деймон, — она плюнула ему в лицо, заставив брата фыркнуть. — Поверь мне, сестра, меня называли хуже. — Что происходит? — спросил только что подошедший Стефан, нахмурив брови. Однако, прежде чем кто-либо успел ответить, Кэсс развернулась и протиснулась мимо всех, направляясь к двери и выходя на улицу. Она прошла несколько футов, пока не оказалась у стены здания, когда остановилась и прислонилась к холодному кирпичу. Закрыв глаза и глубоко вздохнув, девушка сползла по стенке, подтянув ноги к груди, положив голову на колени. Ей хотелось плакать, кричать и бить обо что-то одновременно. Но когда ее глазам так и не подошли слёзы, и она чувствовала, что у нее даже не было сил, чтобы ударить что-нибудь. Ей надоел Деймон. Она больше не могла этого выносить. Она пыталась двигаться дальше и забыть обо всем, но это было тяжело, когда он снова и снова возвращался к этой теме. — Ты в порядке, любовь? Кэсс не двигалась. Она не знала то ли раздражал её этот проклятый акцент, то ли чувствовала облегчение, когда слышала его. Однако через несколько мгновений она подняла глаза и увидела Клауса, стоящего в нескольких футах от нее, его глаза, казалось, светились в темноте. Кассандра пожала плечами, глядя на свои колени, — Я в порядке. — Не возражаешь, если я присяду? — Присаживайся, если хочешь. Клаус медленно шагнул вперед, прежде чем сползти по стене, садясь рядом с Кэсс, но не близко. Они оба некоторое время молчали, пока Кассандра не заговорила, все еще глядя на свои колени. — Ты все слышал, не так ли? — Да, — кивнул Клаус, — И если бы ты не ушла вовремя, я бы вырвал сердце твоего брата прямо из груди. — Почему ты этого не сделал? — спросила Кэсс, взглянув на Клауса, — Почему это имело значение, что я ушла? — Потому что ты нуждалась в ком-то больше, чем Деймон нуждался в вырванном сердце. Тишина снова воцарилась вокруг двоих, Кэсс не знала, что сказать после того, что сказал Клаус. Но что она знала, так это то, что она не возражала сейчас просто поговорить с ним. Раньше, когда они разговаривали, Кэсс всегда отталкивала его, она не хотела с ним разговаривать. Но теперь, послушав его, она поняла, что ей действительно нравится разговаривать с Клаусом. Может быть, ей следует относиться к нему так же, как к его братьям и сестре. В конце концов, он никогда не делал ничего, что причинило бы ей личную боль. Сколько алкоголя я выпила за сегодня? — Твой брат будет идиотом, если не отпустит эту ситуацию, — через некоторое время сказал Клаус. Кэсс подняла бровь, — Да неужели? — Да, — Клаус улыбнулся ей, — Ты замечательная сестра, которая действительно заботится о своем брате даже после всего, что он сказал и сделал. Если он не простит тебя, это будет большой ошибкой. — Спасибо, — тихо сказала Кэсс, благодарно улыбаясь Клаусу, который улыбнулся в ответ. — И все же, — вздохнула Кэсс, прислонившись головой к кирпичу, — Я просто хотела уйти ненадолго. Клаус мгновение смотрел на девушку, словно изучая ее, прежде чем заговорить. — Я могу помочь с этим.

***

Кэсс медленно прошла в нескольких футах позади Клауса, когда они вошли в гостиную особняка Майклсонов. — Ты знаешь, — сказала Кэсс, — Когда ты сказал, что можешь «забрать меня», я не думала, что ты отвезешь меня к себе домой. — А я не думал, что ты согласишься с полетом в Париж прямо сейчас, поэтому выбор был невелик, — Клаус посмотрел на нее через плечо, пока шел к бару, — Хочешь выпить? — Да, пожалуйста, — сказала Кэсс, осматривая комнату, снимая куртку и кладя её на диван. Она знала, что ей действительно не следует сейчас пить. Во-первых, она собиралась выпивать с Клаусом. А во-вторых, она и так была достаточно навеселе. — Вот, пожалуйста, — Клаус подошел и вручил Кассандре ее напиток, который она с радостью приняла. — Спасибо, — сказала она, делая глоток и оглядываясь по сторонам, — Где все? Ну, кроме Кола и Ребекки? — Я не уверен, где сейчас Элайджа, — ответил Клаус, — Финн чем-то занимается по просьбе матери, поэтому его нет в городе, а сама же она сидит в своем кабинете. Кассандра кивнула, не зная, что еще сказать. Оглядев комнату еще больше, ей хотелось смотреть куда угодно, только не на Клауса. Её взгляд остановился на картине, висящей над камином. На ней было изображено несколько маленьких хижин, а также костёр и бревна для сидения. На заднем плане был красивый лес, а над ним серое небо. Это было больше похоже на фотографию, чем на картину. Кэсс была так поражена картиной, что даже не поняла, что подошла к ней, пока позади нее не раздался голос Клауса. — Вот так выглядел Мистик Фоллс более тысячи лет назад, — он стоял так близко, что она могла чувствовать его дыхание на своей шее, что почти заставило ее подпрыгнуть. — Правда? — её голос прозвучал чуть громче шепота. — Да, — Клаус протянул руку из-за спины Кассандре и указал на маленькую хижину в дальнем правом углу картины, — Это то, чем жила моя семья, когда мы были людьми. — Откуда она у тебя? — спросила она после нескольких минут молчания. — Я нарисовал это. Кэсс обернулась, сделав шаг назад, чтобы между ними было некоторое пространство, и приподняла бровь, — Ты рисуешь? Клаус кивнул, и на его губах появилась ухмылка, — Что? Ты думаешь, все мои увлечения состоят в том, чтобы причинять людям вред? — Ну, — Кэсс вернула ухмылку, — Ты всемогущий гибрид, не так ли? — Да, я такой, любимая. Тон его голоса заставил Кассандру закатить глаза, когда она снова повернулась к картине на стене, всматриваясь в каждый ее дюйм. — Она прекрасна, — сказала она мягким голосом. — Хочешь увидеть больше? — спросил Клаус, заставив девушку обернуться. — Есть ещё что-то? Клаус кивнул головой, прежде чем его взгляд переместился на лестницу. Затем он развернулся и пошел обратно к бару, наливая себе еще один напиток. То, как он внезапно попятился, заставило Кэсс приподнять бровь. Ей потребовалось пару секунд, чтобы понять, что он нервничает, и, если бы сейчас не атмосфера в комнате, она рассмеялась бы в голос. Ей и в голову не могло прийти, что он может нервничать из-за этого. Но она могла догадаться, что это из-за того, что он никогда никому не показывал свои работы. По крайней мере, кому-то, кого он знал лично. Она действительно сомневалась, что, когда Клаус впервые кого-то встретил, первое, что он сказал после могучего гибрида, было то, что он умеет рисовать. — Я хотела бы увидеть больше, — Кэсс заговорила, заставив Клауса медленно повернуться к ней лицом. По тому, как он смотрел на нее, она могла сказать, что он пытался понять, лжет она или нет. Улыбнувшись ему, Кэсс кивнула и сделала несколько шагов вперед, показывая ему, что действительно хочет увидеть больше. Подойдя к ней, Клаус протянул ей руку, чтобы она взяла ее, что она и сделала, не колеблясь ни минуты. Улыбнувшись ей, Клаус провел Кэсс вверх по лестнице и прошел несколько футов по коридору, прежде чем они остановились перед дверью из темного дуба. Протянув руку, Клаус толкнул дверь, открывая гигантскую комнату. Было темно, главным образом потому, что стояла ночь, а два огромных окна на противоположной стороне комнаты были закрыты тяжелыми темными занавесками. Справа от Кэсс стояла большая двуспальная кровать, а по обеим сторонам стояли столики. Напротив кровати стоял комод с огромным плоским экраном, прикрепленным к стене над ним, и несколько картин. Теперь Кэсс знала, что это работы Клауса. — Это твоя комната? — спросила Кэсс, и Клаус кивнул, входя в комнату. Кассандра последовала за ним. Он подошел к окну, где стоял письменный стол с книгами, красками и разными карандашами и ручками. Были также разбросаны мольберты с готовыми и наполовину законченными картинами. — Это не все из них, — сказал Клаус, отступая назад и наблюдая, как Кэсс смотрит между разными холстами, — Но есть мои самые последние и те, над которыми я работаю сейчас. — Клаус, — повернувшись к нему, с восхищением произнесла она, — Это невероятно. — Спасибо, любовь моя, — Клаус ответил с улыбкой, когда Кэсс подошла к столу и осторожно взяла тетрадь. Кэсс быстро пролистала страницы открытой тетради и в скором времени отложила её, когда что-то привлекло её внимание. На другом конце стола, отдельно от других тетрадей, лежала темно-синяя тетрадь. По складкам на краях бумаги и внешнему виду обложки она могла сказать, что эта книга значительно старше остальных. Недолго думая, Кэсс потянулась через стол и схватила эту вещицу. — А что это за тетрадь? — она посмотрела через плечо на Клауса, прежде чем вернуться к книге. — Подожди, это... — Клаус шагнул вперед, собираясь остановить ее. Он знал эту тетрадь как свои пять пальцев и не хотел, чтобы Кэсс ее увидела. Но было поздно. К тому времени, когда он подошел к Кассандре, она уже смотрела на портрет, изображенный на бумаге. Он посмотрел на ее лицо, думая, что найдет в нем ярость и гнев. Но вместо этого на лице девушки отразилось замешательство и шок. Осторожно она подняла руку и коснулась черных линий, которые образовали молодую девушку в красивом платье. Длинные волосы ниспадали ей на спину локонами, а её улыбка освещала всю комнату. Двигая рукой, Кэсс перевернула страницу на другую сторону, где изящным почерком было написано: «С Днем Рождения, Кассандра». Внезапно, так внезапно, что Кэсс подскочила, Клаус вырвал тетрадку из ее рук и захлопнул её. — Я думаю, тебе пора уходить, — Клаус сказал сквозь стиснутые зубы, прежде чем развернуться и двинуться к двери, но Кэсс не последовала за ним. — Это ты нарисовал? — её голос был чуть выше шепота, когда она смотрела на теперь уже пустой стол, — Меня? Клаус сжал кулаки. Он не злился на нее, он просто хотел, чтобы она никогда не видела этот проклятый рисунок. Из-за того, что она теперь знала об этом, он почувствовал себя слабым. А Клаус ненавидел чувствовать себя слабым. Развернувшись и подойдя к Кассандре, Клаус крепко взял ее за плечо и развернул. Кэсс смотрела на него широко раскрытыми голубыми глазами, а он смотрел на нее сверху вниз с непроницаемым выражением лица. — Думаю, тебе пора уходить, — он повторил, но на этот раз не так резко. Кэсс наблюдала за Клаусом своими большими голубыми глазами, пока ее разум со временем начал работать. Как будто две её личности боролись за выбор, который стоит сейчас сделать. Он нарисовал этот портрет. Её портрет. И это было красиво. Часть ее была так тронута и поражена, что он нарисовал именно её. Но другая часть говорила ей, даже кричала, что это Клаус, кровожадный гибрид, и что ей действительно стоит сейчас уходить. Затем, когда она посмотрела ему в глаза, все остановилось. Перед ней стоял не Клаус, всемогущий гибрид, который убивал и причинял вред людям. Перед ней стоял Клаус, гибрид, который не причинил ей ничего личного и даже нарисовал её. Перед ней стоял, глядя на нее своими нежно-голубыми глазами, кто-то, кто действительно заботился о ней. Кто-то, кто выслушал её и дал ей совет. Кто-то, кто был и есть, стремящийся помочь ей и быть рядом с ней. Перед ней стоял Ник. Встав на цыпочки, Кэсс наклонилась вперед и поцеловала Клауса в губы. Это было трепетно и длилось всего несколько секунд, и она действительно не знала, почему она это сделала. Всё, что она знала, это то, что, хотя это и длилось всего несколько секунд, это чувство безумно ей понравилось. Когда девушка отстранилась, она и Клаус уставились друг на друга, оба толком не понимая, что только что произошло. Но, продолжая смотреть на Клауса, Кэсс знала, что сейчас произойдет. И она не хотела это останавливать. Утром Кэсс винила в этом алкоголь. Когда ее братья спросили её о том, куда она пошла, она не рассказала им о Клаусе. Когда Кэтрин спрашивала ее, что случилось, она отвечала, что слишком много выпила. Губы Клауса быстро нашли ее губы, и она не оттолкнула его. Вместо этого её руки обвили его шею, притягивая ближе, а его руки обвились вокруг ее талии. Ее разум мгновенно прояснился, и она никогда не чувствовала себя более живой. Она никогда в жизни не чувствовала, как сильно бьется ее сердце, и она чувствовала обжигающий жар в животе, который никогда раньше не чувствовала. Она никогда не чувствовала себя более умиротворенной, чем в этот момент. Клаус положил руки на тыльную сторону ее ног, когда она подняла их, ноги девушки обвились вокруг его талии, когда она запустила пальцы в его волосы. Он подошел к кровати и осторожно уложил туда Кассандру, не прерывая поцелуя. Когда он навис над ней, Клаус провел языком по ее нижней губе, а Кассандра высвободила пальцы из кудрей Клауса и провела ладонями по его груди, прежде чем быстро нашла подол его рубашки. Она начала тянуть его, но Клаус остановил ее. — Кассандра, — он отстранился, прижавшись лбом к ее, и выдохнул ее имя, заставив ее желудок сжаться, — Ты... Если бы он спросил Кэсс, когда она не была пьяна и мыслила ясно, ей бы хотелось думать, что она откажется и оттолкнет Клауса. Но теперь, когда Клаус обнял ее, их лбы соприкоснулись, а дыхание наполнило комнату, плюс тот факт, что он остановился, чтобы спросить, уверена ли она в этом, Кэсс не знала, что она ответит. Все, что она знала, было сейчас, в тот момент, когда её голова кружилась от мыслей о Клаусе, с её губ сорвалось только одно слово: — Да.