Пять
23 апреля 2022 г., 18:42
Примечания:
пб включена, приятного чтения ♡
— Я не хочу этого делать, — повторил Чимин в пятый раз, заставив Джина вздохнуть.
— Я знаю, Чимини, но я думаю, что ты должен это сделать.
— Я не хочу видеть этого парня.
— Этот парень — твой жених и… в целом хороший человек.
— Как ты думаешь, что мне делать, Джуни? — Чимин посмотрел своими прекрасными карими глазами на Намджуна, который сидел в кабинке ресторана рядом с ним и до этого момента молчал.
— Я… — Намджун случайно взглянул на Джина, который одарил его широко раскрытыми глазами, обещая скорую и верную боль, если он не поступит правильно. — Я думаю, тебе следует встретиться с ним за ужином.
— Думаешь? — Чимин поднял бровь.
— А, да… Если тебе станет слишком некомфортно, мы будем рядом и сможем уйти, как только ты скажешь.
— Ты хочешь, чтобы я встретился со своим женихом, чтобы у него была возможность оживить мои воспоминания и напомнить мне, что я влюблён в него и готов выйти за него замуж через три недели?
Намджун не смог скрыть дрожь, и Джин со злым умыслом поднял вилку в руке, что заставило его прийти в себя.
— Эгоистичная часть меня, очевидно, этого не хочет, но я же сказал тебе, что всё зависит от тебя. Я не могу решать за тебя. Ты потерял годы своей жизни, Чимин, и заслуживаешь эти годы обратно. Даже если меня не было в твоей жизни, это твоя жизнь, и она была ценна. Если… Хосок сможет помочь тебе вернуть память, тогда… я согласен с Джином.
Чимин глубоко вздохнул.
— Юнги тоже придёт, да?
— Он должен быть здесь в пять, — кивнул Джин, снова проверяя свой телефон.
— Хорошо. А Тэ?
— Прости, Чимини. Он застрял на работе. Хотя, может, это и к лучшему, они с Джуном ещё не в тех отношениях, чтобы вместе петь «Кумбая».
— Когда мы были в таких отношениях? — зыркнул Намджун, но Джин только пожал плечами.
Чимин коротко посмеялся.
— Это я хорошо помню.
— Что? — спросил Джин.
— Вот это, — Чимин указал на них троих. — Мы тусуемся и пытаемся досадить друг другу. Смеёмся. Просто проводим время вместе. У меня много воспоминаний о нас пятерых.
— Включая то, как собралась наша группа неудачников? — Джин ухмыльнулся.
— Ты спрашиваешь об этом только для того, чтобы мы могли сказать тебе, что это произошло благодаря тебе? — Намджун закатил глаза.
— Всё так и было, и не смей пытаться отнимать у меня эту честь!
— Я был тем, кто свёл тебя с Юнги.
— Прошу прощения?
— Юнгз не мог набраться смелости, чтобы подойти к тебе, даже если ты посылал все сигналы… и многое другое. Он был сильным и молчаливым типом и шипел при мысли о выражении эмоций.
— Звучит как он на первом курсе, — кивнул Чимин.
— Мне пришлось заставить его заговорить с тобой и принять твоё предложение стать приятелями по учёбе, что, как я знал, было кодом чего-то сексуального.
— Я не собираюсь этого отрицать, — беззаботно пожал плечами Джин. — Я никогда не стеснялся ясно выражать свои желания, а Юнги был прекрасным парнем, который мне был нужен в жизни. И, эй, это сработало.
— Благодаря мне.
— Ага, а кто в ответе за то, что ты познакомился с Чимином?
— О, это была такая весёлая ночь! — Чимин хлопнул в ладоши. — Это была весенняя студенческая вечеринка, которую устроил Греческий совет жизни для продвижения всех колледжей. Мы с Тэ услышали, что там будет куча выпивки, так что, конечно же, мы пошли туда.
— У меня были общие занятия с Тэхёном, и мы стали друзьями. Он всегда был в восторге от своего лучшего друга, с которым дружил с пелёнок, и то, как он описывал тебя, плюс фотографии, которые он всегда показывал, меня убедили. Ты был на сто процентов во вкусе моего Намджуни.
— Пожалуйста, не называй меня так, — проворчал Намджун, покраснев, когда тоже вспомнил весеннюю вечеринку.
— Мы с Юнги уже встречались, и мы потащили тебя на вечеринку, потому что это был субботний вечер, и ты просто бездельничал в мультяшной пижаме и боролся с телевизором, который показывал какие-то жестокие, громкие мультики.
— Это было аниме, Джин, — фыркнул он.
— Ты был одержим в колледже, — хихикнул Чимин.
— Это не изменилось, — признал он. — Даже если у меня сейчас меньше времени, чтобы побаловать себя.
— Ты был тем, кто втянул меня в это. Я виню тебя за мою прокрастинацию. Меня так зацепило последнее шоу, которое ты рекомендовал, — Чимин улыбнулся ему, и Намджун почувствовал, как ответная улыбка овладевает им.
— Мне жаль?
— Хм, правда? Это кажется неискренним, — Чимин ткнул его в предплечье, и Намджун изобразил вскрик боли.
— Вы двое действительно флиртуете прямо перед моим лицом, когда я пытаюсь рассказать историю происхождения нашей группы? Я чувствую крайнее неуважение и пренебрежение, два состояния, которые я не могу вынести.
— Тебе следовало обучаться актёрскому мастерству. Твои спектакли продолжаются, как я вижу, — присвистнул Намджун, наблюдая, как глаза Джина сузились.
— Мы бы хотели услышать остальную часть истории, рассказанную твоим успокаивающим, но мощным голосом, — Чимин сложил руки и мило наклонил голову, как будто ждал, когда его полакомят рассказом.
— Спасибо, Чимин. Вот почему ты заслуживаешь звания моего любимчика, — умиротворённо просиял Джин. — Так о чём я! Это была ночь весенней вечеринки, и Грустный Мешок Намджуни наконец-то оделся в подходящую нарядную одежду, а не в безобразную детскую пижаму, — он проигнорировал бормочущее проклятие Намджуна. — Я написал Тэ, что мы уже едем, и он сообщил мне, что вы двое уже там и давно пьёте.
— Думаю, к тому времени, когда вы приехали, я выпил уже пять рюмок, — усмехнулся Чимин. — И я даже не был навеселе. Чего не скажешь о Тэ.
— Юнги чуть не сломал себе спину, поймав его, когда мы нашли вас, ребята. Тэ просто перестал стоять на ногах.
— Я сказал ему, чтобы он прекратил бросать мне вызов на выпивку. Но разве он послушал? — Чимин покачал головой.
— Пока мы с Юнги занимались пьяным Тэхёном, вы с Намджуном завели разговор и та-да! Искра вспыхнула, — Джин потёр руки, как будто он был злодеем из одного из фильмов о Бонде.
— Как долго ты пытался нас свести? — спросил Намджун.
— Много недель. Сразу, как только Тэхён показал мне фотографию Чимина и упомянул, что в старших классах он получил награду за написанное им эссе о том, как нереалистичные любовь и романтика изображались в классических любовных историях, от Ромео и Джульетты до Грозового перевала.
— Я получил почётный значок за него, — прощебетал Чимин.
— И сердце Намджуна в придачу.
— Джин! — осадил его Джун.
— Что? Позже той же ночью, после первого разговора с Чимином, ты сказал мне, что планируешь свои свадебные клятвы.
— Боже мой, — Намджун закрыл руками своё томатно-красное лицо.
— Ой, Джуни, — проворковал Чимин, потянув его за руки. — Это так мило! Ты никогда не говорил мне этого.
— А я и не собирался, — пробормотал он, стрельнув в Джина смертельными взглядом.
— О, Юнги здесь! Золотце! — закричал Джин, махнув рукой, а затем, став слишком нетерпеливым, чтобы ждать, пока Юнги присоединится к ним, выпрыгнул из кабинки и встретил его у двери.
— Ты правда планировал свадебные клятвы, или Джин, как обычно, просто преувеличил? — Чимин повернулся к нему с внезапно серьёзным выражением лица.
— Чимин, — вздохнул Намджун. — Не сейчас.
— Нет, сейчас. Прежде чем я встречусь с женихом, который им быть не должен, потому что это должен быть ты.
— Я же сказал, что я облажался.
— И я согласился с тобой. На сто процентов, — подчеркнул он. — Но сейчас мы здесь, и это важно. Намджун, — произнёс он его имя в ожидании.
Намджун сглотнул, но кивнул, молча соглашаясь ответить на любой вопрос Чимина.
— Ты серьёзно относился к нашим отношениям? Если бы ты не уехал, ты бы сделал мне предложение?
— …С того момента, как я встретил тебя, я хотел связать себя с тобой. Всех этих глубоких, чересчур драматичных фраз о том, что другой человек имеет половину твоего сердца и любит тебя так сильно, что хочет жить ради тебя — этого мне казалось недостаточно. У тебя не было половины моего сердца, у тебя было оно всё, и я был убеждён, что всегда жил для тебя. Я был твоим ещё до того, как мы нашли друг друга, Чимин.
Глаза Чимина заслезились, и он всхлипнул, взяв одну из салфеток под столовым серебром, чтобы промокнуть слёзы.
— Тогда почему ты бросил меня, Джуни?
Слёзы Намджуна полились вниз, и Чимин поделился своей салфеткой.
— Потому что я почивал на лаврах и думал, что заслуживаю того, чтобы ты был со мной до конца жизни просто потому, что я заслуживал твою любовь. Каким бы молодым и глупым я ни был, я позволил неуверенности затопить мой разум и отвлечь меня от единственного, что имело значение. В своей голове я всегда предполагал, что наши пути снова пересекутся, даже когда Тэхён прислал мне электронные письма с угрозами и сказал, что если я снова ступлю на американскую землю, он задушит меня голыми руками… Даже когда Юнги сказал мне, что ты помолвлен, — Намджун тыльной стороной ладони провёл по глазам. — Я думал, судьба мне поможет.
— Думаешь, как раз это и произошло? Этот несчастный случай?
— Я не знаю. Если это так, то я ещё больший мудак, чем я думал изначально. Ни одна часть меня никогда не хотела, чтобы ты пострадал, даже если бы это дало мне ещё один шанс… И это не значит, что у меня есть ещё один шанс. У тебя теперь другая жизнь.
— Дерьмовая. Я больше не танцую. Я не могу покинуть этот город.
— Я знаю, что ты подслушал мой разговор с Джином. Это оттуда?
— Да, но я и собственными глазами всё видел. Я прогулялся по этому дому — моему предполагаемому дому — и не смог соединиться с той версией себя, которую я видел на всех тех фотографиях. Большинство из них с Хосоком, но фон всегда одинаков. История всегда одна и та же... Она кажется такой однообразной, и я её ненавижу. У нас с тобой сейчас другие жизни, отдельные друг от друга, и что это нам дало? Ты счастлив в Лондоне? Со своей напряжённой карьерой и своим, э-э, другом с привилегиями?
Намджун медленно покачал головой.
— Доволен ли я своей жалкой работой в моём красивом доме с унылым цветником и женихом, который, кажется, рад тому, что держит меня, как птицу, в большой, но всё-таки клетке?
— Я не могу тебе ответить, Чимини, — честно сказал он.
— Чимин! — его имя выкрикнули с другой стороны ресторана, Намджун с Чимином обернулись и увидели, что Хосок прибыл, а Джин и Юнги удерживали его у двери.
— Полагаю, есть только один человек, который ответит, верно? — прошептал Чимин.
— Удачи, — пробормотал Намджун, сжимая руку Чимина под столом, а затем отпустил его.
Он просто надеялся, что на этот раз всё не будет длиться три бесконечных года.
***
Чонгуку было скучно. Он слонялся по гостиничному номеру и заказал обширное меню, но еды было ровно столько, сколько он мог съесть. И он уже съел больше, чем должен был. Он не считал разумным звонить Намджуну, даже если ему не терпелось узнать, добился ли его друг какого-то прогресса в отношениях с Чимином. Чонгук хотел, чтобы у них всё получилось. Он провёл три года рядом с Намджуном и устал видеть ту полуулыбку, которая всегда скрывала глубокую печаль потери его настоящей любви. Чонгуку потребовалось некоторое время, чтобы понять это. И гораздо больше времени, чтобы перешагнуть мужчину, в которого он был влюблён. Но это было тогда. Сейчас Намджун был его лучшим другом, и Чонгук хотел только поддерживать его. Однако, если бы в его услугах не нуждались, ему не нужно было бы запираться в гостиничном номере, как будто он не был молод и наполнен жизнью, верно? Со вновь обретённой решимостью немного повеселиться и расслабиться от постоянного стресса, который он переживал в своей профессиональной жизни, Чонгук переоделся в свои самые красивые джинсы и рубашку на пуговицах, накинул куртку и повесил сумку с камерой через плечо, чтобы она была в полной безопасности. Его камера была его самым ценным имуществом как по финансовым, так и по сентиментальным причинам. Фотосъёмка всегда была для него чем-то вроде хобби, но она также стала его любимым способом самовыражения. Намджун дразнил его из-за скучного стиля в одежде или его отсутствия, но Чонгук не ассоциировал одежду с тем, кем он являлся. Но его фотографии? Они были воплощением его души. Солнце село к тому времени, когда Чонгук вернулся из парка, по которому бродил. Он провёл там больше часа, погрузившись в природу и поднимая камеру, когда того требовал случай. Было уже восемь часов вечера, и Чонгук собирался вернуться в отель, когда вдруг заметил небольшой бар с яркой неоновой вывеской с надписью PERSONA. Интересное название для бара… но у них был вечер караоке и специальный напиток по акции, так что Чонгук без колебаний вошёл. Он выпил два стакана рома с колой и два московских мула, когда почувствовал себя достаточно пьяным, чтобы спеть перед удивительно переполненным баром. — Какую песню хочешь спеть, пацан? — спросил владелец заведения, расположившийся около караоке-системы. — Э-э, Lauv – I Like Me Better? У вас есть такая? — Конечно есть. Все моложе тридцати лет просят эту песню хотя бы раз за ночь, — он закатил глаза, но жестом пригласил Чонгука подняться на маленькую сцену. — В-всем привет, — он неловко помахал толпе. — Я Чонгук. Он был встречен морем пустых взглядов (большинство из-за слишком большого количества выпитого алкоголя), прежде чем над сценой сосредоточился весь свет, а остальная часть бара потемнела. И потом Чонгук запел. Он сошёл со сцены под бурные аплодисменты и крики «Бис!», но он не чувствовал себя достаточно комфортно, чтобы ответить. Тем не менее, он наслаждался собой. — Хорошая работа, парень. У тебя хороший голос. Как насчёт выпить за счёт заведения? — владелец хлопнул его по спине, сигнализируя бармену, чтобы он намешал ему напиток по его выбору. — Спасибо, — застенчиво пробормотал Чонгук, снова садясь за барную стойку и принимая третьего московского мула. — Это было впечатляюще, — ворвался в его дымку водки и затяжного адреналина низкий мужской голос. — Спасибо, — ответил Чонгук, выпив половину стакана. — Ты пытаешься отключиться сегодня? Потому что ты определённо добьёшься этого с той скоростью, с которой ты пьёшь, — усмехнулся другой мужчина. — Вообще, я бы хотел, чтобы моё похмелье раздражало, а не изнуряло… Может, я не буду допивать, — решительно кивнул Чонгук, отодвигая стакан. — Ты милый, — снова засмеялся незнакомец. Чонгук повернулся к до сих пор безликому мужчине и чуть не ахнул. Он точно больше не был безликим. Вау, какое лицо. Брюнет рядом с ним мог бы сойти с каталога одного из тех роскошных брендов, о которых болтал Намджун, а Чонгук обычно игнорировал. Тёмные глаза, которые смотрели на него с небрежной проницательностью, заставили руки Чонгука дрожать. Гладкая, загорелая кожа. Идеально расположенный нос и элегантные скулы с острой линией подбородка. Десять из десяти по шкале сексуальности, что означало, что Чонгук был в нескольких секундах от того, чтобы опозориться. — Я из Лондона… ну, не то чтобы я там родился, но сейчас я там живу. Так что я не отсюда, и я вышел из отеля только для того, чтобы поснимать — я иногда снимаю — но я даже не собирался приходить сюда и… — Подожди, милашка, — красивый мужчина поднял руку, его губы изогнулись в улыбке. — Ты предоставил много информации, хотя я не просил. И это не плохо, но обо всём по порядку. Тебя зовут Чонгук? — Д-да, Чонгук Ч-Чон, — пробормотал он, глядя на своей коктейль и виновато пододвигая его назад. Кажется, ему нужно было больше выпивки, чтобы успокоиться. — Тебе интересно узнать моё имя? — дерзко спросил мужчина. — Да, пожалуйста, — ответил Чонгук, поворачиваясь к своему собеседнику, который улыбался. — Тэхён Ким. Приятно познакомиться… Что бы ты ответил, если бы я сказал, что живу один менее чем в трёх кварталах отсюда? Глаза Чонгука расширились. — О-о. — Слишком быстро? — Тэхён опустил голову, выглядя немного застенчивым. — …На самом деле ровно так быстро, как нужно, — Чонгук на мгновение позволил своей руке прижаться к бедру Тэхёна, покраснев, когда его тёмные глаза снова метнулись вверх, каким-то образом выглядя гораздо острее и пугающее, от чего по телу Чонгука пробежали мурашки. — Чего же мы тогда ждём, красотуля?
