Маги и боги

      Локи пробрался в Муспельхейм. Он ни разу не был в этом месте, но знал о существовании второго входа и даже примерно представлял, где тот находится.       Обследовав скалы, он наконец нашёл то, что искал, — пещеру, из которой шёл жар. Об этой лазейке, по слухам, не знали даже жители Муспельхейма.       Скинув куртку, в которой уже становилось жарко, он вошёл в пещеру и оказался в мире огня.       За всю свою долгую и насыщенную жизнь он впервые был здесь. Муспельхейм его не разочаровал. Всё было так, как он представлял: лава вместо реки и пляшущие языки пламени повсюду. — Что тебе нужно, чужак? — хрипло спросил его тот, кого Локи вначале принял за сгусток огня. — Где я могу найти Сурта? — спросил Локи у огненного духа. — Нигде. Убили его сегодня.       Локи, который никогда не жаловался на скорость реакции, впервые за много лет понадобилось некоторое время, чтобы осознать смысл услышанных слов. — Кто? — только и смог спросить он. — Понятия не имею, но если бы узнал, то тут бы не сидел сложа руки. А не ты ли в этом виноват? — Если бы я его убил, то не спрашивал бы, где Сурт сейчас. — А может, ты маскируешься? — не поверил дух. — Мне кажется, я знаю, кто в этом виноват. Асы давно точили зуб на Сурта, — протянул Локи. — Ты уверен? — спросил дух, но Локи уже уходил из пещеры.

***

      У себя дома Локи не мог успокоиться, поэтому наматывал круги по гостиной, не зная, куда деть ярость. Кто-то убил Сурта именно в тот момент, когда Локи собирался прибегнуть к его помощи. Но кто на такое способен?       Локи вспомнил инеистых великанов. По всему выходило, что их победил Мерлин. Если бы не точное описание внешности волшебника от выживших великанов, то Локи никогда бы не поверил, что этот выскочка смог сделать то, что не получилось у Тора. Мог ли Мерлин убить Сурта?       После инеистых великанов Локи поверит во всё. Как же раздражает, когда кто-то всё время опережает его на шаг, ломая все планы! Откуда только его недоброжелателям всё известно?       Локи нервно рассмеялся. Пора лечиться. И начать лучше всего с нормального, долгого сна. Как он мог забыть, что собирается воплотить в жизнь Рагнарëк, который расписан от начала до конца? Хоть он и старался скрыть свои планы от всех, получалось не очень.       Голос в голове больше не появлялся. С каждым днём Локи всё больше опасался, что он сошёл с ума от горя и просто выдумал всё. Единственное, что его успокаивало, -он не мог знать, что Морана охотиться за Ключами, а значит, он не сошёл с ума. Пока.       Локи не помнил, когда в последний раз нормально спал. Каждый раз, когда его голова касалась подушки, он оказывался на Авалоне, в коридоре замка. Каждый раз на его глазах Сигун сгорала синим пламенем, крича о помощи. Но в отличие от того, что случилось в реальности, во сне Сигун не кричала, а просила возродить её.       В гостиную без стука ворвалась Хельга. Локи впервые за всю жизнь в Хельхейме подумал о дверных замках. Не дом, а проходной двор. — Что ты делал в Муспельхейме? — сразу спросила Хельга. Вот откуда она об этом узнала? — Навещал Сурта. Точнее хотел это сделать, но не смог. Его убили вчера, — без эмоций ответил Локи. — Зачем тебе Сурт? У меня ощущение, будто ты что-то от меня скрываешь. Ты точно не планируешь устраивать Рагнарëк? Ты делаешь для этого всё необходимое.       Локи внимательно посмотрел на дочь. Он знал её не первый год. Хельга, хоть и пыталась казаться собранной и спокойной, была чем-то не на шутку встревожена. — Даже если так, то что? — осторожно спросил Локи. — Я была бы не против помочь тебе. — Ты уверена? — Этот день преподносил богу хитрости сюрприз за сюрпризом. — Это же конец света! Смерть всего! — Но не для всех. После решающей битвы мир переродится. Что касается меня, то я ни капли не пострадаю. — С чего ты так быстро поменяла решение? — напрягся Локи. — Вчера ты даже не пустила меня в Муспельхейм. А всё могло бы случиться по-другому, если бы Сурт перешёл на нашу сторону вчера. — Мне нужно было время, чтобы подумать и решиться, — пожала плечами Хельга. — Значит, ты согласна мне помочь? — Да. — Её глаза налились ненавистью. — Ты не представляешь, как бы мне хотелось стереть с лиц Асов их ухмылки. Они даже не спросили меня, когда отправили сюда в то время, когда я была ещё маленькой девочкой, хочу ли я в мир мёртвых. — Но ты неплохо справилась. Стала править миром мëртвых, что теперь его называют твоим именем. — Но отомстить я всё равно хочу, — мечтательно прикрыла она глаза. — Только ответить мне на один вопрос. Зачем тебе Рагнарëк?       Локи решил, что нечего больше скрывать от Хельги свои планы и произнёс: — Я хочу вернуть Сигун. Я узнал, что после Рагнарёка все, кто умер, переродятся, включая её. — Ты уверен? Впервые слышу.       Неудивительно, такого никто, кроме голоса в голове Локи, не утверждал. — Нет, но это единственное, что я знаю. — Значит, действуем. У нас гости — огненные духи и родственники Сурта из Муспельхейма. Они хотят отомстить асам, но не могут их найти. — А всё складывается вполне неплохо.

***

      Морана внимательно следила за Локи и Хельгой. Благодаря тому, что она отправила колдунов в мир живых приносить ей жертвы, её возможности увеличились. Теперь она была в несколько раз сильнее Хельги. Поэтому она не опасалась, что та её почувствует.       Чем сильнее бог, тем меньше он похож на человека. Сейчас Морана больше походила на чёрный туман, который мог почти мгновенно перемещаться и по миру мёртвых, и по миру живых. — Безумцы, — прошептала она. — Их надо уничтожить. И почему меня окружают одни сумасшедшие?       Разведчики доложили Моране о собрании богов. И если раньше она просто хотела узнать, до чего те додумаются, то сейчас у неё созрел в голове план, который бы позволил ей избавиться от неблагонадёжных союзников.       Хельга и Локи, несомненно, коварны, но на их стороне только огненные духи могут считаться сильными противниками: Фенрир да Ëрмунтанг. Других же и перечислять стыдно: дракон, не способный никого убить, тени, которые не могут выйти из царства мёртвых, и Гарм, большой пёс, чуть меньше Цербера.       А у неё титаны во главе с самим Кроносом. Перебежавшие на её сторону сильнейшие демоны и ещё много тех, кого боятся называть по ночам.       Морана покинула царство мёртвых, оказавшись в мире живых. Сейчас был день, но солнце не светило. Ему мешал толстый слой туч.

***

— Я не считаю, что наступает конец света, — сказала четырëхрукая Сарасвати — индийская богиня мудрости, знания, искусства, красоты и красноречия. — Но, Сарасвати, все знамения сбываются. Ранняя зима, нет солнца. Даже в вашем пророчестве говорится об этом, — произнёс Гермес. — «Исчезнут деления на учеников и учителей, знаниями сможет обладать каждый, кому дана речь, а не только брахман. Даже при малом богатстве мужчина станет считаться богатым, а женщину украсят только волосы, ибо не будет денег, драгоценностей и богатства. Женщины будут бросать неимущих. Не благородство, а богатство сделает человека властелином. Женщины будут свободными, жить по влечению, а мужчины — посягать на чужое имущество. Даже если кто и попросит, человек не пожертвует даже четверти пана. Брахманов обуяет дух гордыни, а коров будут ценить только из-за молока», — процитировала Нисаба — шумерская богиня, покровительница письма и науки, выполняющая обычно обязанности писца богов. — Нечто похожее происходит уже давно, а мир до сих пор стоит, не покачнувшись. — Разве? А ты вспомни нынешних людей. Они сейчас точь-в-точь как в этом пророчестве, — с тревогой сказал Кагуцути — китайский бог огня. — А в мою молодость и трава была зеленее, и небо синее, — протянул Тир, армянский бог письменности, мудрости, знаний, покровитель наук и искусств. — Сейчас просто людей больше, а если посчитать в процентах, то отношение злых людей к добрым не изменилось. — Ты считал? — заинтересовался Зевс. — Нет, зачем мне это? Да и не думаю, что эта зима долго продлится. Она даже ещё не началась. — Не говори так, у нас уже снег выпал, — сказал Один. — Оно и понятно, у вас всегда было холоднее, — отмахнулся Тир. — И вообще, вспомните своё: «Маленькие поселения замёрзнут вместе со своими жителями, а спрятавшиеся в больших и теплых деревнях люди сойдут с ума от голода и нищеты. Настанет время великих войн. Брат пойдёт на брата. Матери начнут поедать своих новорождённых, а дети станут убивать своих родителей. Люди лишатся разума и предадутся разврату и нескончаемым убийствам. Настанет время великого блуда и позора». Я что-то не замечал, чтобы все люди резко стали каннибалами. — Это скоро случится, я уверен, — сказал Один. — Но заметь, часть «…погибнут традиции предков и вера в богов…» исполнилась. — В богов до сих пор верят. Пусть и в других. Да и нас до сих пор помнят. Так что это ничего не значит, — вновь парировал Тир.       Гермес старался придумать способ объединить богов. С самого начала он понимал, насколько это безнадёжная затея. Боги никогда не объединялись, живя каждый в своём мирке, не вмешиваясь в проблемы соседей и тихо злорадствуя, когда с соседом случалась неприятность. Многие даже не удосужились прийти на собрание, организованное греческими богами. Ещё часть, наплевав на приличия, ушла посередине собрания. Осталось не больше пяти десятков, хотя изначально пришло двести. Из всех только асгардцы были готовы хоть сейчас отправиться в бой.       Кто-то хлопнул дверью, шепотки вокруг резко стихли. Гермес обернулся, чтобы узнать, что стало причиной тишины. В зал вошла богиня, от которой исходила сила. В отличие от полузабытых собравшихся в зале богов, её было легко отличить от обычного человека. В помещении похолодало. — Морана? — узнал богиню Гермес. — А кто же ещё? Как бы вы ни размышляли о пророчествах, Локи и Хельга уже готовятся устроить Рагнарёк. — Что ты тут делаешь? — спросил Один. — Предупреждаю вас, — ответила Морана. — Я не желаю, чтобы мир исчезал. С недавнего времени он мне начался нравиться. — Это ты наслала ночь на весь мир? — Да, я, — и не подумала изворачиваться Морана. — Людей надо было напугать. Да и не только их. Но сейчас речь не об этом. Нам всем нужно объединиться, чтобы победить Хельгу и Локи. — Неужели ты сама не сможешь справиться? — насмешливо спросил кто-то. — Не смогу. Моих сил не хватит. К тому же кто-то убил Сурта из Муспельхейма. Его дети решили, что это сделали асгардцы, и перешли на сторону Локи. За ними пошли и огненные духи. — Мы не убивали Сурта! — удивился Один и покосился на Тора. — Я его не убивал. Это кто-то другой. А жаль, — совершенно искренне расстроился Тор. — Давайте оставим этот вопрос на более спокойное время. Сейчас есть дела поважнее, — сказал Зевс. — Подождите-ка, — протянула Нисаба. — Если Сурт погиб, то он не уничтожит мир своим огненным мечом, а значит, пророчество Рагнарёка не исполнится. Так зачем же напрягаться? Это не наша война и не наше дело. К тому же нам только что стало известно, что в рядах завоевателей возникли споры, а значит, нам не о чем переживать. Пока они разберутся, то сами друг друга перебьют. А ещё Морана может специально подталкивать нас на битву, чтобы им было легче нас всех убить. — А ведь он прав. Зачем нам рисковать собственной шкурой? — Нет, он не прав! — с яростью сказала Морана. — Локи и Хельга действительно сошли с ума. Они всерьёз планируют Рагнарёк. И если вы желаете это предотвратить, то вы нам поможете. Происходящее коснётся каждого из вас, хотите вы этого или нет. Если вы мне не поможете, то вы умрёте. — Про магов точно также говорили, а что в итоге? Они сами друг друга перебили, и наша помощь им не понадобилась. Не думаю, что сейчас ситуация сильно отличается, — пожал плечами Тир. — Как бы не так. Мы помогали белым магам, — произнёс Тор. — Без нашей помощи они бы ничего не смогли сделать. — Вот пусть они вам и помогают, раз у вас взаимовыгодное сотрудничество. А мы в битву лезть не хотим. — Тогда готовьтесь к тому, что скоро вы умрёте. Или вы думаете, что Локи не найдёт нового Сурта? Не переживайте, он отыщет лазейку.       В помещении возникла тишина, все обдумывали слова Мораны. Гермес молча порадовался. Богине удалось сделать то, что не получалось у него уже на протяжении часа.

***

      Коля спокойно шёл по улице, насвистывая незатейливую мелодию. В Китеже до сих пор никто не узнал, что он обладает весьма незаурядными талантами, поэтому можно не опасаться, что его кто-то подстрелит из-за угла.       В последнее время у него не вылезала из головы идея поискать Врата Солнца и перейти жить в другой мир. Возможно, там ему будет лучше. Может, там его не будут бояться до дрожи? Может, там, в Москве, он сможет спокойно заниматься тем, что у него получается лучше всего? Может, хоть кто-то начнёт его ценить, а не убегать от него с криками?       Из-за угла выскочил незнакомец. Схватив щуплого паренька, он толкнул ногой ближайшую дверь и шагнул во тьму.       Коля оказался в комнате со странной мебелью, больше похожей на мягкие стулья. Незнакомец отпустил его. — Кто вы? Что вы со мной собираетесь делать? — резко развернулся Коля, стараясь выглядеть грозно. — Ты уверен, что это тот, кто нам требуется? — раздался женский голос за ним. Он обернулся и увидел высокое существо — наполовину женщину, наполовину труп. От страха он потерял дар речи и не смог закричать. — Уверен. Других людей на той улочке не было. — Можно было и не ловить его самому, а послать за ним кого-нибудь, — закатила глаза женщина. — Лучше сделать всё самому. Знаю я, что бывает, когда доверяешь важное дело…       Коля уже отошёл от шока и, проскользнув под рукой незнакомца, кинулся бежать. Он мчался, понимая, что оказался за городом, хотя и не представлял, как такое возможно.       Вдалеке он увидел людей. Обрадовавшись, он побежал в их сторону. Погони, к счастью, не было.       Но, добежав до людей, он понял, как ошибся. Перед ним парили призраки. — Ты нагулялся? — Коля вздрогнул, услышав рядом голос женщины-трупа. — Пойдём тогда обратно в дом. Тебе отсюда не сбежать.