Пленённый рыцарь.

*** Ах ты, сучара скользкая!.. — да я тебе хребет через зад вытащу и им же изобью до кровавых соплей… Это то, как Тейт думает, но говорит он, конечно же, другое: — Не вполне понимаю, о чём ты. Марк выглядит столь довольным, что то́шно: — Как о чём? О твоём новом назначении. Тейт только что вошёл в офис, даже до отдела своего не дошёл, но подобную информацию он точно не пропустил бы. Это было его главным приоритетом — узнавать все новости как можно быстрее, а ещё лучше первым. — Ты явно что-то путаешь, — бросает он снисходительно. — Или стал жертвой сплетен — не стоит верить каждому слуху, что здесь ходят. — Вовсе нет, вопрос решённый, — Марк просто светится, когда сообщает: — Ты у нас теперь занимаешься покупкой новой фирмы-посредника. Разве поглощение — не твой конёк? — поднимает он в притворном удивлении брови. — Теперь вот сможешь заняться любимым делом. Правда, займёт оно пару месяцев, а может и больше, кто знает? Так что пакуй вещички. Тейт внутренне подбирается — неужели правда? — но внешне и мускулом не ведёт: — Марк, приятель, следует отличать фантазии от реальности. Понимаю, тебе очень хотелось бы, чтоб я скрылся с глаз долой, но… — он дарит коллеге свой любимый акулий оскал: — Покину ли я твоё сердце? Марк настолько воодушевлён, что его настрой не может испортить ничто: — Оно не будет тосковать в разлуке, так что я это как-нибудь переживу. Тейт дарит ему ещё одну ухмылку: — Так говорили все, кого я имел. Прежде чем вернуться и попросить добавки. Марк меняется в лице, уголки его губ ползут вниз, а глаза сужаются, тем не менее говорит он вполне спокойно: — Жаль, я не увижу твоё лицо в тот момент, когда Атертон скажет тебе обо всём. — Улыбка возвращается на его губы: — Надеюсь, ты получишь удовольствие от этого захолустья… то есть живописного места и той команды, с которой тебе придётся работать. Они, конечно, иного уровня, не так хороши, как ты — но уверен, ты сможешь их замотивировать. Он добавляет ядно: — Так что поздравляю. После чего разворачивается и направляется в сторону своего отдела. Тейт какое-то время провожает взглядом его худощавую фигуру, а потом нарочито медленно идёт к себе в кабинет. Так же медленно закрывает дверь и садится в кресло. Ладно, надо успокоиться, привести себя в некое подобие порядка и только потом поговорить с Атертоном, но… неужели Марк прав — Тейта переводят?.. Куда?.. Зачем?.. Где он облажался и не просчитал? — ну не может же быть, чтобы после его удачной выходки на совещании босс влепил ему наказание вместо поощрения. Вот это точно вряд ли, ведь всё уже было решено в его пользу, а Тейт знает в таких делах толк… Гадать бессмысленно, так что спустя пятнадцать минут он стучит в стекло двери Атертона. — А, Донован, заходи. Как раз хотел с тобой поговорить. Тейту разговор этот, что горькая пилюля, тем не менее он глотает её: — До меня тут дошли слухи… — Это не слухи, это чистая правда. У тебя новое назначение. Твою ж мать… Атертон показывает на кресло, приглашая, и Тейт садится в него, как в пыточное. Зараза, это ещё унизительней, чем он думал. — Я плохо справляюсь со своей работой? — холодом в его голосе можно прижигать. — Как раз наоборот. — Не понимаю, как с этим связано прерывание моего рабочего процесса. — Напрямую. Я обрисую суть вопроса. Атертон складывает перед собой руки и смотрит через стол на Тейта: — Короче — босс покупает другую фирму. Она тоже посредник, но не смогла привести достаточно клиентов и у неё нет собственного капитала, так что она потихоньку загибалась, пока не попалась ему на глаза. Он увидел в ней потенциал, она ему приглянулась — короче, он её хочет — так что её приобретение уже вопрос решённый. Сам лично он этим заниматься, конечно же, не будет, так что… Тейт знает, как дела делаются, потому интересуется: — А люди из его команды? — Да, обычно это их работа, но, — Атертон многозначительно смотрит на Тейта, — в этот раз он попросил тебя. — Меня. Атертон кивает: — Так что тебе нужно будет поехать на место и оформить сделку. А ещё лучше организовать процесс: выстроить его в соответствии с тем, как оно устроено в головном офисе и сделать из фирмы наш полноценный филиал. — Ясно. — Вопрос плёвый, это же твоя специализация до работы в отделе развития — ты отлично справишься. — Конечно. Тейт сухо кивает, но даже Атертон понимает, насколько он недоволен: — Знаю, тебе не хочется ехать неизвестно куда, но подумай о перспективах. Если эта фирма так боссу нужна, то занимаясь её делами, ты привлечёшь его внимание. Ты же этого хотел, не так ли? Вот и будет отличный шанс. Атертону явно неловко и он пытается окончательно успокоить Тейта: — Тем более это всё временно — к концу лета ты в любом случае вернёшься обратно. — Я понял. — Отлично! Атертон выдыхает, словно сбрасывая груз с плеч, и лезет куда-то в ящик стола, знаменуя этим конец разговора. — Так куда меня направляют? — спрашивает Тейт. — Информация будет у тебя на почте, — бросает Атертон. И всё ж поясняет: — Гленфорт. Это Тейту вообще ничего не говорит. — Я слышал, это очень живописный городок в так называемом Озёрном крае. Прекрасные виды, леса, природа… Понятно, захолустье. — О, и главное — быть там нужно послезавтра. Да какого ж ляда… — У меня всего день на сборы? Атертон делает вид, что увлечённо ищет что-то в ящике, когда произносит, не глядя на Тейта: — Времени и правда немного. Так что с этого момента ты свободен от своих текущих рабочих обязанностей — с сохранением зарплаты, разумеется. В офисе тебе сидеть необязательно. Займись делами, связанными с отъездом. Просто восхитительно! — Я вас понял. Тейт сжимает челюсти так, что желваки ходят, и больше не говорит ни слова — разговор и впрямь закончен. Идя по офису, он рыщет по нему глазами и стопорит взгляд, когда находит то, что искал. — Вы мне нужны, — делает он знак той самой прилежной сотруднице своего отдела. — Да, мистер Донован? Вот ей он может поручить заняться всем необходимым. — Я отправлю вам сейчас информацию, — пока она идёт за ним, Тейт объясняет, одновременно проверяя на телефоне почту. — Все файлы мне нужно распечатать, чтобы я с ними ознакомился — оформите их в разные папки, структурируйте. Ещё найдите мне сведения о месте под названием Гленфорт — это где-то на севере. Узнайте, как мне туда добраться к послезавтрашнему дню и главное, посмотрите там аренду жилья, приемлемые варианты. Девушка кивает на каждое задание, подтверждая, и сразу ухватывает суть: — Отель подойдёт? — Нет. Разве что временно — мне нужно арендовать апартаменты или дом. — Поняла. — Отлично. Перед дверью они расходятся — она идёт на своё рабочее место, а Тейт в свой кабинет, где оседает в кресле и откидывается назад. Прямо сейчас он дико зол — это первая реакция, которая в нём сработала, но теперь Тейт старается выровнять эмоции, выморозить их. У него нет иного выбора: если он этого не сделает, то они овладеют им, а это прямой путь к ошибкам. Он не может позволить себе их совершать, потому что он — номер один. Всегда первый. Неудачи — это для слабаков. Он сидит так какое-то время, смотря куда-то в пространство перед собой и переплетя пальцы, а потом тянется за ноутбуком. Берёт его, вбивает в поиск «Гленфорт» и перед ним тут же предстают какие-то идиллические картины большой воды, покрытого светлым песком с островками травы берега, графитовых скал и изумрудных лесов на холмистых склонах — приманка для туристов, в которых это место наверняка нуждается. Тейт бы туда вряд ли поехал. В его давно утверждённом маршруте лишь мегаполисы, овеянные ореолом престижа столицы и изредка, на Рождество или иной праздник — родительский дом с его досконально продуманным интерьером и коллекцией картин, которой отец так гордится. Да, ею он очень гордится… Дверь открывается, слышен стук каблуков и на стол Тейта кладётся стопка бумаг. — Здесь то, что вы просили. — Спасибо. Сотрудница говорит торопливо: — По поводу дороги — в Гленфорт можно добраться двумя путями. Есть самолёт, летит всего час, но аэропорт расположен в другом городе, так что придётся пересаживаться либо на машину, либо на общественный транспорт и объезжать самое большое из местных озёр. А второй вариант — скоростной поезд, вполне комфортабельный, едет около шести часов и приходит прямо на место назначения. — Второй вариант меня больше устроит. — Тогда сейчас же закажу вам билеты. Она замолкает, нервничает, а потом как-то робко произносит: — А вот насчёт аренды… — Что не так? Она смущается ещё больше: — Пока с этим сложности. Тейт смотрит на неё с удивлением: — Вы не можете снять мне жильё в целом городе? — Нет… то есть… — девушка мнётся, а потом объясняет: — Сейчас в Гленфорте начинается регата и собираются на неё яхтсмены со всей страны. Там и так почти нет отелей — город небольшой, рассредоточен по берегу озера, на котором выстроен — а сейчас все места заняты. — И долго проходит эта регата? — Две недели. — Да чтоб… — Тейту вся ситуация, как кость в горле. А тут ещё и это… — А апартаменты? — То же самое. Там в основном семейные отели, совсем небольшие, многоквартирных домов как таковых нет. Место при этом для любителей парусного спорта престижное — чистый воздух и нетронутая природа, много открытой воды — так что пользуется популярностью как вложение в недвижимость. Дома там в цене и, само собой, их никто не сдаёт. Тейт интересуется с почти безысходностью: — И что остаётся? — Я попробую ещё поискать, что-то придумать, но пока, — девушка делает виноватую мину, — ничего по вашему запросу не нашла. Прекрасно, просто прекрасно, мать вашу! — Ладно. Дальше я сам. Благодарю, можете идти. Девушка выходит, аккуратно щёлкнув за собой замком, и Тейт тут же прикрывает глаза, трёт пальцами виски. Ему очень хочется верить, что это всего лишь глупая шутка, но его желания имеют мало связи с реальностью, он это давно усвоил, так что придётся смириться с неизбежным и попытаться извлечь из этого хоть какую-то пользу. Сделать лимонад, все дела… Собственно, свою выгоду Тейт уже видит, он понял задумку босса, но менее приятным от этого происходящее не становится. Два месяца хрен пойми где с хрен пойми какими людьми — а профессионализма от своих будущих (хоть и временных) коллег ждать не стоит, Тейт это точно знает. Придётся нянчиться, используя попеременно кнут и пряник, но больше кнут, и скорее всего, кого-то уволить. Та ещё канитель… Тейт отвлекается от неприятных мыслей, берёт телефон и нажимает нужный контакт. — Ты где? — спрашивает он резко, требовательно. — Дома, — отвечает Флип. — Доделываю работу, а потом в спортзал. — Я с тобой. — Посреди дня? В его голосе удивление. — При встрече расскажу. — Ладно, — говорит Флип после паузы. — Я буду где-то через час. — Ага. Тейт не берёт со стола бумаги, он за ними ещё вернётся, но забирает из шкафа сумку со спортивной формой — у него всегда есть на работе запасная, чтоб при случае не тащиться домой. Сегодня как раз такой случай. Тейт спускается на парковку, садится в свой спортивный «Мерседес» и только в тот момент, когда двигатель утробно урчит, чувствует некое подобие успокоения. Впрочем, оно быстропроходящее — почти сразу сменяется волной родной, хорошо знакомой агрессии. Тейт улыбается, слыша рокот, ощущая вибрацию металла и напряжение в собственных мышцах и давит на газ, беря под контроль и то и другое. Выруливает быстро, но выверено — и так же быстро ведёт всю дорогу, впитывая скорость, силу движения, их запал. Очень скоро настанет время выпустить его, дать ему физическое воплощение… И Тейт с удовольствием это делает. Он коротко разминается в кардиозоне и идёт в зал для бокса — ему там самое место. Пару минут, чтоб приноровиться и разогреть тело, а потом Тейт включается на полную: лупит по груше так, что гулкие удары слышны аж через наушники, в которых играет ритмичный и стремительный рок. С каждым ударом Тейта опустошает и тут же снова наполняет — агрессия будто закольцована, циркулирует выстрелом, попаданием, болью, отдачей — но это лучшая боль на свете, которую он ни на что не променяет. Идти вперёд, сражаться, бить, завоёвывать — вот его жизненное кредо, которому он верно следует, собирая по пути свою жатву. И он не знает… он не хочет как-то иначе. С висков уже вовсю течёт за шиворот майки, так что время перейти к силовым. Краем глаза Тейт видит Флипа, что затягивает на запястьях перчатки и коротко кивает ему, прежде чем уйти в зал для кросс-фита — у них правило во время тренировок не болтать, а полностью посвящать себя процессу. В основном это ближе Тейту — для него спорт является вещью особенной, чем-то вроде культа. Приходя в зал, Тейт меняется — преображается, становится кем-то другим. Здесь он спокойно может быть тем, кем хочет, может высвободить в себе ту свою голодную часть, что так часто не даёт ему покоя и начинает есть изнутри, если её не накормить. И лучший способ удовлетворить её — вступить в бой, причём с самим собой. В этом и есть настоящая победа, подлинный вызов, и Тейт принимает его каждый раз одинаково страстно. В этот момент в нём и впрямь много страсти — гораздо больше, чем даже тогда, когда он занимается сексом. Тейт как-то с удивлением понял, что между добротной тренировкой и очередным трахом он выберет первое: по крайней мере здесь всё честнее. Спорт — это не просто времяпровождение — это его религия. И тут никаких преувеличений, ведь Тейт находит в нём то, зачем в ту или иную веру идёт большинство людей: возможность отключиться от реальности, отпустить разъедающие душу сомнения, обрести подобие покоя. Не раз, выходя из зала после изматывающей работы над собой, Тейт думал — то, что он сейчас чувствует сродни ощущению после исповеди: ты опустошен, обновлён, расстался со всеми грехами. Все лишние мысли ушли, а демоны спят… Впрочем, он может это только предполагать — он ведь никогда не исповедовался. Тейт вытирает полотенцем лицо, поправляет наушники, делая музыку громче, и потом приступает к железу. Собирает штангу, прикидывает вес и берёт его рывком, с усилием — потому что в этом весь смысл. Не в том, чтобы было легко и просто — а в том, чтобы справиться, преодолеть. Железо правдиво, намного честнее людей — потому Тейт его любит. Оно не прощает промашек, не верит обещаниям: оно спокойно и невозмутимо ломает тебя, если ты не выдюжишь, солжёшь, не рассчитаешь силы. И за эту прямоту, за эту верность себе Тейт так любит тренажёрный зал — место, которое его никогда не подводило и куда он мог прийти, что бы ни случилось. Это теперь у него есть Флип. А раньше был только спорт. Тейт завершает тренировку, кладёт на место штангу с гантелями и идёт в раздевалку. Снимает напрочь мокрую форму и долго стоит под прохладным душем, наслаждаясь ощущением опустошения. В нём словно выключили эмоции, поставили звук на минимум — и Тейту охренительно хорошо в этой долгожданной тишине. Да, вот так — ничего не чувствовать, ни о чём не заботиться, на всё плевать… — Здоро́во поближе. Ты в порядке? Тейт оборачивается на Флипа, отпахавшего своё любимое кардио: — Теперь да. Я тут с утра получил охренительные новости о моём новом назначении. — Фига се!.. Жду подробностей. — Само собой. Тейт выключает воду и выходит из душа. Не вытирается полотенцем, а просто оборачивает его вокруг бёдер, пока собирает вещи. Вымотанность постепенно накрывает его, разливается по телу, делает его тяжёлым и неповоротливым, но это приятное состояние. Тейт подчиняется ему, садится рядом с распотрошённой спортивной сумкой, опирается спиной о шкафчик и сидит так до тех пор, пока из душа не выходит Флип. — Ну чего там, колись, — говорит тот, усаживаясь на скамью напротив. Тейт пересказывает ему своё утро, включая стычку с Марком и разговор с Атертоном, а потом устало выдаёт: — В принципе, я должен радоваться перспективам. Мне кажется, я понял задумку босса: эта поездка — проверка. Я должен доказать, что умею держать свои эмоции в узде, контролировать то, что показал ему. Если я всё сделаю правильно, то… — Тейт замолкает, прикидывая, — как минимум буду на хорошем счету. Как максимум всеотец отсыплет перспективному мальчику, то есть мне, плюшек и приблизит его к своей божественной персоне. Меня устроит и то и другое. — Если так смотреть, оно того стоит. — И я так считаю. Флип поправляет свои мокрые кудри, а потом спохватывается: — Погоди, ты так и не сказал куда едешь. — К чёрту на рога, — Тейт морщится. — Гленфорт какой-то. Флип замирает с рукой в волосах и осуждающим взглядом на лице. — В чём дело? — Ну, наверно в том, что это мой родной город, — говорит он. — В смысле? — Ты когда-нибудь будешь меня слушать, дубина? — Я слушаю. — Но не запоминаешь, — бурчит Флип сварливо. — Я ж тебе говорил, что я из Гленфорта, а сюда приехал учиться и остался, найдя работу. — Он смотрит на застывшего в непонимании Тейта и вздыхает: — Ладно, сделаю тебе поблажку — это было давно, ещё когда мы знакомились. — Ну извини, — кается Тейт вполне чистосердечно. — Больше не буду называть это место захолустьем. — Ха! Ты ещё переменишь своё мнение, когда поживёшь там. — Ага, в палатке в лесу что ли? Тейт кривится, вспоминая ту головную боль, которую ему нужно решить. И тут же его осеняет: — Э, кстати — ты ж местный! Подскажи, где мне снять приличную квартиру или дом на пару месяцев? Моя помощница ничего так и не нашла. — А, блин — точно же, время регаты… — тянет Флип и смотрит на Тейта сострадательно, но и немного ехидно: — Ну что ж, сочувствую. В это время ты ничего не найдёшь, отели за несколько месяцев бронируют. Так что готовься жить в палатке. — Ну зашибись. Тейт шумно выдыхает и откидывается головой назад, стукнувшись затылком по дверце. — Стоп. Ты ж можешь пожить у меня, — вдруг говорит Флип. — Чего?.. Флип оживлённо продолжает: — Ну конечно, как я сразу об этом не подумал! Ты остановишься у нас — дом большой, места хватит. Тейт поначалу не знает, как реагировать, огорошенный подобной перспективой, потому молчит. Только потом высказывается опасливо: — Слушай, ну не знаю… — Серьёзно, это же просто отличный вариант! — Флип аж подпрыгивает на месте: — Мама живёт одна, а во время регаты я за неё вечно беспокоюсь — в город приезжает уйма народу и кто его знает у кого что на уме. Ты как раз побудешь там всё это время. Присмотришь за мамой и домом — мне так будет гораздо спокойней. Видя скептицизм, но больше растерянность на лице Тейта, Флип пытается его убедить: — Ты мне, считай, одолжение сделаешь. Вообще, это очень даже решит проблему. Точнее — это полностью её решит. — Вариант неплохой, — осторожно произносит Тейт. — Отличный, я тебе говорю! — Флип пышет энтузиазмом. — Конечно, мне надо будет созвониться с мамой, но она не будет против, это точно. Она у меня классная, вот увидишь! Вы прекрасно уживётесь вместе. Делить одно пространство со зрелых лет дамой радости конечно мало, но Тейт готов смириться с этим неудобством ради решения своей проблемы и того, чтобы помочь Флипу. Убить одним выстрелом двух зайцев — такое Тейту по душе. — Если я её не стесню и она не будет против — я «за», — кивает он. — Супер! Флип довольно улыбается и хлопает Тейта по здоровенному плечу, прежде чем полезть в свой шкафчик. — Ты не пожалеешь о своём решении, — болтает он воодушевлённо. — Обещаю — тебе понравится жить с моей мамой. Очень в этом сомневаюсь думает Тейт, стаскивая с бёдер мокрое полотенце. ***