«Тайный сыск» господина Эрбая

На следующий день, ближе к вечеру, когда У Се и Панцзы гоняли чаи на кухне, а близнецы мыли за всеми посуду после ужина (ну, мыл Лю Сан, а его брат с недовольным видом стоял рядом и ворчал) позвонил Чжан Хайянь. – Докладываю, – важным тоном изрёк он, и У Се поставил вызов на громкую связь. – Вся семья Чжан стоит на ушах, в местный офис съехались представители со всех Архивов, гонконгское отделение, и даже те, кто сто лет как путешествовал в одиночестве. – Неужели небольшая проблемка предположительного переворота их так напугала? – хмыкнул Панцзы. – Подумаешь, остатки Ван вернулись на сцену! Один раз уже победили, и в этот раз победят… – Небольшая проблемка?! – ужаснулся Чжан Хайянь, и, судя по всему, подавился собственной слюной, потому как долго откашливался, прежде чем сказать: – В прошлый раз всё так же начиналось – никто ни о чём не подозревает, а потом бац! И семья расколота, нас вырезают, и даже правительство ничего не может сделать, потому как там все подменены или куплены! – Да ты не заводись так, он просто пошутил, – успокаивающим тоном сказал У Се. – Расскажи про обстановку, настроения, волнения, а ещё лучше – скажи, что нашёл нашего клиента. – Хер тут чё разнюхаешь, потому что все тычут друг в друга пальцами, и обвиняют в измене. Как среди воинственно настроенных, готовых драть своим родственникам глотки за любой неправильных чих, искать предателя? – Ищи самого адекватного, – Сяогэ, как обычно, подкрался незаметно. К нему тут же устремились все взгляды. – Того, кто будет больше всех призывать к порядку и говорить про правила семьи. – А это умно, – восхитился У Се. Тут же добавил: – Только ищи нормального не по своим меркам нормальности, а то мы никогда его не найдём. – Пусть ищет женщину, – нехотя буркнул Ван Цань. – С нами по телефону связывался женский голос. – Тон всегда можно изменить, в семье Чжан, я уверен, даже дети такое умеют, – покачал головой Панцзы. – Или просто поставь программку на телефон – и вот вместо тебя с собеседником уже говорит писклявая аниме-девочка. – Это точно должна быть женщина, – поддержал брата Лю Сан, и показательно потрогал мочку своего уха. – Я могу отличить пол говорящего, даже если он очень сильно постарается над своими связками. И тем более пойму, если пользуются программой. Там… легко. Надо просто уметь слушать. – Искать самую адекватную женщину из своей семьи, я понял, – кисло отозвался Чжан Хайянь. – Если хотите знать, уже лет восемьдесят ищу. Как вы думаете, почему? – Потому что ты латентный гей, а партнёрша тебе нужна для прикрытия, – не сдержался Ван Цань, и тут же получил шлепок мокрой рукой по заднице от Лю Сана. – Ай! Да за что?! – Потому что говорить горькую правду всегда неприятно, – хихикнул Панцзы, и уже сам получил пинок под столом от У Се. – Ха-ха, очень смешно, – совсем далёким от веселья тоном ответил Чжан Хайянь. – Тогда, по-вашему, Чжан-дагэ по той же причине холостым ходит? – Да, – серьёзным тоном отозвался Сяогэ. У Се облился чаем, Панцзы и Ван Цань после длительной обдумывающей паузы заржали в голос, а Лю Сан, совершенно не ожидавший подобного, покраснел, и, отвлёкшись, уронил тарелку в полную посуды раковину со звонким грохотом. – Вы, трое! Хватит! Мы тут о серьёзных вещах разговариваем, а вы как обычно придуриваетесь! – вскрикнул У Се, вытирая свою одежду кухонным полотенцем. – Нашлись собеседники по душе, блин. Я вас всех отсюда выселю! Кроме тебя, Лю Сан, ты хороший ребёнок… Лю Сан, тебе плохо? Мальчишка, всё ещё покрасневший, остервенело намыливал тарелку снова и снова – он так ушёл в свои мысли, что даже не слышал оклик. У Се решил пока до него не докапываться, и снова повернулся к друзьям. Сяогэ уже наливал себе чай в его кружку – возмущаться и пытаться её отобрать назад было бесполезно. – Я вот что думаю, – со вздохом сказал У Се, тоскливо провожая взглядом исчезающий в горле Сяогэ чай. – Нужно ехать туда, и самим вычислять предательницу. А-Цань останется дома с тобой, Панцзы – не хватало ещё чтоб он всю семью Чжан на поединок вызвал, А-Сан поедет с нами, и по голосу определит ту, кто с ними разговаривала. – Ты сначала у Цзучжана нашего разрешения спроси, возьмёт он тебя с собой, или нет, – резонно хмыкнул Панцзы. У Се посмотрел на Сяогэ, и понял – упрашивать придётся очень долго и очень упорно. – Сяо Сан о себе сможет позаботиться, если дело дойдёт до вооружённого столкновения, ты – нет. Совладав с всколыхнувшемся раздражением, У Се включил свой самый убедительный тон: – Дело в том, что предательница наверняка знает Лю Сана в лицо, и если он появится в офисе Чжан, то она может оттуда по-быстренькому свалить. Я же предлагаю оставить его в машине – мы ему позвоним, спрячем телефон, и будем ходить слушать голоса. Сяогэ не может ходить с наушником в ухе, это будет слишком подозрительно, да и, к тому же, если вдруг понадобится решить проблему, и ему придётся драться, то наушник просто-напросто слетит, а если я буду ходить с ним, то это не будет так заметно. – План говно, конечно, – фыркнул Ван Цань. – Спасибо, что я в нём не участвую, хотя за идею вызвать всю семью Чжан на битву могу поблагодарить, теперь это моя следующая цель. Как только стану сильнее – всех разъебу. – Ты сначала хотя бы меня разъбать попробуй, сопляк, – из трубки отозвался Чжан Хайянь. – Если вам больше ничего от меня не надо, тогда я отключусь, тут снова какой-то движ намечается. У Се, как приедете – найди меня, потому что Чжан-дагэ сразу же потащат на совет, а тебе одному нельзя шататься по офису. Только придумай убедительную историю того, зачем Чжан Цилин приволок с собой обычного человека в семью. – Налаживать отношения с Цзюмень, – сказал Сяогэ после некоторой паузы, когда Чжан Хайянь уже не мог его слышать. Ван Цань тут же хмыкнул: – Куда там ещё налаживать, ты и без этого уже живёшь в доме наследника семьи У. – Это ещё не значит, что у них налаженные отношения, – возразил Лю Сан, наконец-то возвращаясь в мир из своих мыслей. – Сяогэ-гэ просто сбегает от своих чересчур требовательных родственников, а У Се, даже если бы хотел, не стал бы прогонять нуждающегося. – Ну видишь, значит, оба неплохо так налажали, больше некуда. Неубедительно будет приезжать в гости с наследником семьи У в тот момент, когда все стоят на ушах из-за предателя. Это будет просто тупо – все сразу поймут, зачем они вдвоём пожаловали! – А кстати, – изрёк Панцзы, задумчиво потирая подбородок. – Хочешь поймать преступника – действуй нелогично и тупо, чтобы сбить его с толку. Незачем пытаться перехитрить того, кто столь искусен во лжи, что скорее всего много лет действовал под прикрытием. До её уровня интеллекта нам ещё расти и расти. – «Расти и расти» – это ты загнул, конечно, – фыркнул У Се, поднимаясь на ноги. – А вот насчёт того, чтобы действовать напролом, я впервые не имею ничего против – если она действительно так умна, то до последнего будет уверена, что за моим появлением таится какой-то сверхсекретный смысл, когда на деле всё, чего нам нужно – чтобы Лю Сан узнал её по голосу. А там скрутим, притащим в наше импровизированное отделение, и допросим. – Ну, Сяогэ – как тебе план? – Говно, – ни минуты не думая, провозгласил великий Патриарх семьи Чжан, скопировав голос Ван Цаня, но затем уже своим, родным голосом, сказал: – Две минуты на сборы. – А есть какие-нибудь правила нахождения в особняке твоей семьи? – неловко спросил У Се, когда они уже стояли на парковке перед большим зданием, выполненном в традиционном стиле – даже Ушаньцзюй мог позавидовать. Лю Сан, верный плану, остался в машине с полностью заряженным телефоном наизготовку. Сяогэ смерил У Се очень внимательным, пристальным взглядом, и, взвешивая слова, произнёс: – Я мог бы попросить, чтобы ты никуда от меня, или Чжан Хайяня, не отходил, но это будет бесполезной тратой слов. Просто… будь внимателен, и никому не верь. Даже мне, пока не убедишься, что это точно я. «Нихуя себе!» – хотел воскликнуть У Се: «Почти тридцать слов за раз!» – но вместо этого серьёзно ответил: – Я понял. Спасибо тебе. Сяогэ имел наглость выглядеть удивлённым, насколько это вообще для него было возможно. Стукнув его в плечо, У Се указал ему идти первым, так как охрана у массивных деревянных ворот уже косила на них странным взглядом. Стоило подойти ближе, как мужчины склонились в уважительном поклоне, распахивая обе створки. Те скользнули в пазах так тихо, словно им была всего пара дней, однако тёмные выщербины и следы от пуль намекали на долгую историю. Изначально Цзюмень обитала в городе Чанша, и там же обосновался Чжан Да Фо Е, из уничтоженной северной ветви, положив начало объединению старых и могущественных девяти семей города. И именно туда явился Чжан Цилин за помощью в борьбе с кланом Ван. Не все и не сразу приняли его сторону – дедушка У Се ради мира и безопасности своей семьи даже сбежал в Ханчжоу; однако, спустя некоторое время всё равно не смог остаться в стороне. Чанша была полностью подвластна клану Ван, поэтому Чжан Цилин втайне перевёл силы семьи в Ханчжоу, где У Лаогоу подготовил почву для его восстания. Разорванные связи между Архивами были восстановлены, Чжан-одиночки стеклись со всех сторон Китая, и в один момент состоялась страшнейшая битва. Эту тайную информацию У Се удалось буквально выудить из Эршу под благородным порывом «укрепления его личных связей с Чжан Цилином». Дядя не поверил, но голосовое с кратким пересказом прислал, и вот теперь У Се наконец-то удастся вживую узреть внутренности особняка семьи Чжан, которые, по словам того же Эршу, были «залиты кровью по голень». От кровавых пятен на полу ничего не осталось, хотя полированный мрамор вряд ли было так сложно отмыть. «Меня слышно?» – через наушник спросил Лю Сан: «Только умоляю, сделай волосы нормально, ты слишком сильно палишься!» – Да нормально я сделал волосы! – шикнул У Се, по пятам следуя за непривычно собранным, холодным и отстранённым Сяогэ – его спина, обычно расслабленная, сейчас была похожа одновременно и на натянутую струну, и на гранитный камень, и даже мышцы под мягкой тканью толстовки каким-то неведомым образом были отчётливо очерчены. Меч на пояснице лениво покачивался в такт ходьбе, но вряд ли хоть у кого-нибудь могла появиться мысль о том, что Цзучжан не сможет вытащить его молниеносным движением. Встречающиеся на пути Чжаны с тихим и уважительным «Чжан Цилин» отвешивали поклоны, и стояли согнутыми до тех пор, пока Сяогэ не проходил мимо них, даже не удостаивая взглядом. Душу У Се тут же кольнуло неприятное, тянущее чувство. Чуть замешкавшись из-за того, что разглядывал искусную резьбу колон, он поспешил догнать Сяогэ, но, зацепившись взглядом за удаляющийся силуэт, с безумной тоской вдруг подумал о том, что между ними никак не метры – а целые десятилетия опыта и боли. Безумно долгий путь для одного человека. И как бы быстро У Се не пытался бежать – ему никогда не настигнуть Сяогэ, и не встать с ним рядом, чтобы вместе идти по этой сложной жизни. Но в тот самый миг, когда У Се почти был готов поддаться своим мыслям, и отступить – Сяогэ обернулся и протянул руку. Он знал – конечно он всё знал. Он был готов ждать столько, сколько потребуется, чтобы его смогли догнать. – Я бля, уже не вывожу, – раздался голос Чжан Хайяня откуда-то из-за колонны. Судя по тону, он и правда был заёбан вкрай. – У Се, ты какого ху-!... Чжан Цилин, – и он, как и остальные, сложился пополам в поклоне, словно даже его личные установки и полное отсутствие границ не могли состязаться с древним ритуалом приветствия высокопоставленной особы. – Вольно, – абсолютно незнакомым тоном велел Сяогэ, и немолодой человек покорно выполнил приказ. «Вау, это у кого там спина так громко хрустнула?» – с любопытством поинтересовался Лю Сан в наушнике. – Ты и это услышал?! – изумился У Се, поражённый до глубины души. Лю Сан абсолютно по-мальчишески хихикнул: «Не, для этого он слишком далеко, а я просто предположил». – Не шути так больше, у нас ответственная операция!.. – Молчать, – приказал Сяогэ – нет, Чжан Цилин – и У Се, готовый ещё парочку минут потратить на ругань, тут же заткнулся, глядя на него большими, испуганными от неожиданности глазами. – Цзучжан, тебя ждут наверху Главы Архивов, кроме Южного, конечно же, потому как я здесь с особым заданием от тебя, – и Чжан Хайянь выразительно покосился на У Се. Несмотря на всю бывшую игривость, дальше он докладывал очень сухо и серьёзно: – Все, кто не имеет доступа к залу Советов, собрались в главном зале. Они ждут от тебя достаточно жёсткого решения. Ты знаешь, какого. – И какого же?.. – неловко подал голос У Се, чувствуя, как изнутри его пробирает жуткая дрожь. Казалось бы, можно догадаться, чего именно потребуют Старейшины, но когда Чжан Хайянь сказал: – Головы, – У Се вздрогнул, и передёрнул плечами от мерзкого, липкого как подсыхающая кровь, чувства. – Всех, кто так или иначе будет под подозрением. А если Чжан-дагэ не сладит со Старейшинами, то они имеют право потребовать переизбрание нового Чжан Цилина. – Сяогэ… – голос У Се сорвался, – они что… могут убить тебя? Вот так просто решить, что твоя смерть – это лучший выбор? Сяогэ посмотрел на него необычайно мягко, так, как никогда не смотрел прежде, и У Се знал, что означает этот взгляд. – Они уже это решили.