Цветок ночи

      Я шла. Куда шла, не знаю. Под ногами был тёплый песок. Так приятно было зарываться в него ногами. Послышался шум моря и крик чаек. Преодолев холм, я увидела море. Море, прекрасное море.       Как давно я не была на море…        Курорты были дорогим удовольствием, поэтому отпуск мы проводили или на даче у родителей, или в городе, гуляя по паркам и музеям. Последний раз я была на море в далеком детстве. Мне нравилось строить замки из песка, украшая их ракушками и цветными камешками. Нравилось играть в догонялки с волнами. Папа закапывал меня в песок, так что торчала одна голова. Было весело бегать по пляжу с новыми друзьями, но больше всего мне нравилось сидеть на закате, глядя на горизонт. Ещё тогда мне хотелось взмахнуть руками и улететь к горизонту, к новым далям. Чувствовать порыв ветра на своём лице. Но у людей есть один большой минус — они не птицы и не умеют летать.       Я спустилась к берегу. Запах моря был прекрасен. У самой воды стоял небольшой домик. Он был больше похож на бунгало, как те, что были в буклетах с дорогими курортами. Я подошла к крыльцу и увидела стойку, на которой сидел большой попугай. Перья были черного цвета, а щеки красный, словно две помидорки. Попугай болтал на своём языке, издавая разные звуки, свисты и мелодии. Увидев меня, он замолчал и пристально оглядел с ног до головы, проговорил:       — Посмотрите-ка, ктО к нам все-такИ пожАловал! Мы и не ожидАли тебя уже увидеть.       Я растерялась.       — Извини, ты это мне сказал?       — СмешнА-Ая! — засмеялся попугай, — а ты тут ещё кого-то вИдИшь?       Я тихонько обернулась в надежде увидеть хоть кого-то за спиной, но увы, были только я и попугай.       — Ты говорящий! И ты говоришь со мной! Ты умеешь говорить?!       — Фуууу! Какая ты невЕжливая! А она была о тебе лучшЕго мнения! Конечно, я умею разговаривать!       — Прости, — растерянно извинилась я, — просто ни разу не говорила… с попугаем.       — Ох уж эти смертные, — попугай засвистел мелодию.       — Я умерла?       — Еще нет. Хо-хо-хо, но уже близка к этому.       — Где я? — я огляделась.       — А ты сама не видИшь?       — На берегу моря.       — А зачем тогда спрАшивать где ты?       — Но…       — Ухих, какая ты неУгомоннАя. Одни вопросы от тебя и никакого покоя и тишины! — стал перекрикивать попугай.       — Аристарх, будь вежлив! — раздался женский голос. Из бунгало вышла девушка. Высокая и стройная. Одета в платье в пол зелёного цвета. Светлые волосы спускались волной. Нежное лицо, аккуратный носик. На вид совсем юная, но глаза выдавали мудрость многих лет.       — Здравствуй, Маша, я рада тебя видеть. Моё имя Азалия, — представилась она.       — Здравствуйте. Откуда вы знаете моё имя? — настороженно спросила, рассматривая ее. Та нежно улыбнулась.       — Прошу, проходи, я угощу тебя чаем и все расскажу.       Я осторожно зашла в бунгало. Внутри было просторно и оформлено со вкусом. В комнате стояла плетёная мебель: небольшой столик с креслом и диван, стоящий под большим окном. Яркие подушки создавали уют. Другую стенку занимала небольшая кухня с печкой, украшенной изразцами. Большой проем вёл в другую комнату, отведенную под спальню, с большой кроватью.       — Прошу, проходи, не смущайся. Ягодный чай? — спросила она, снимая закипевший чайник с водой.       — Да, спасибо, — нерешительно ответила ей, пока осматривалась по сторонам.       — Не обращай внимание на Аристарха. Он добрый, но иногда вредничает, — девушка продолжила хозяйничать у печки, убирая казанок с каким-то содержимым.       Мы устроились, сидя на диване. На стол девушка поставила красивый стеклянный чайник с заварившимися ягодами и тарелку с печеньем. Я сделала глоток ароматного чая. Такой вкусный и насыщенный ягодный аромат. Он проникал в мой желудок божественной жидкостью, согревая изнутри.               Чай, как мама заваривала в детстве.       — Очень вкусный чай, спасибо.       Внутри бунгало стояла тёплая и домашняя обстановка. Потихоньку я начала расслабляться и полностью успокоилась.       — А это печенье испекла сегодня утром, к твоему приходу, — большие кругляши с шоколадной крошкой аппетитно смотрели на меня из тарелки. Не раздумывая ни о чем, я схватила их и стала запихивать в рот, запивая чаем. Опомнилась я на третьем печенье. Азалия смотрела на меня с улыбкой, неспеша попивая из своей чашки.       — Ой, прафтите! — извинилась я с полным ртом, словно ребенок. — Печенье очень фкусное и я слегка проголодалась.       — Всё в порядке, — улыбнулась Азалия, — кушай на здоровье. Шоколад поднимает настроение и даёт силы, а тебе они нужны.       Я отложила печенье.       — Азалия, а где я?       — В моем доме. Здесь идёт граница между жизнью и смертью.       — А как я сюда попала?       — Я позвала светлые частички твоей души. Они откликнулись на мой зов, и я смогла тебя призвать сюда. Теперь ты должна решить, по какому пути дальше пойдешь.       В этот момент в комнату влетел Аристарх и сел на спинку кресла рядом со мной.       — Дай печенку! — попросил он у меня.       — Это не для тебя, — ответила за меня Азалия.       — ПтичкА хочет печЕнье! Бедную птичкУ не кОрмЯт! КАтАстрОфА! Помирай с голоду! — заверещал он.       — Аристарх, пожалуйста, не начинай, — Азалия закатила глаза и откинулась на спинку дивана.       — Они тут пир устроИли, а бедной птичке зажАли печЕнье! Бедные мои перышки, несчастные мои крылышки!       — Ты знаешь, что это печенье тебе нельзя! Я первая успела её призвать, а не ты! Поэтому, будь добр, успокоиться. Когда к тебе приходят гости, я не мешаю, и, если ты не дашь нам договорить, я с тобой больше не буду разговаривать. Будешь играть в шахматы один и в полной тишине.       — Это шантАж! ШантАж! — не унимался он.       — Решать тебе, — Азалия скрестила руки на груди в ожидании его ответа.       Тот посмотрел на меня, потом на Азалию и, бормоча про коварство женщин и не справедливость, улетел обратно на улицу.       — Я могу поделиться своим печеньем с ним. Мне не жалко, — улыбнулась я, смотря на Азалию.       — Нельзя! Он пройдоха ещё тот, вечно хочет переманить на свою сторону.       — Переманить? — удивленно спросила у нее.       — Аристарх — бог смерти. Он каждый раз разыгрывает подобный концерт, пытаясь сыграть на чувствах и переманить к себе.       — Бог?! Но он же попугай! — пролепетала я.       — Не важно, что снаружи, главное — содержание. Смотри, — Азалия взяла печенье, — с виду это просто печенье. Им можно угостить голодного и дать шанс на спасение, а можно… — Азалия накрыла печенье ладонями, и оно превратилось в пепел. — Аристарх, могущественный бог и встречает гостей, путь которых окончен. А твоя битва только начинается, если ты готова сражаться.       — Если он бог смерти, то кто вы?       — Я — жизнь. И я готова подарить тебе шанс спасти всех, но цена будет большая. Вопрос только в том, готова ли ты заплатить эту цену? — она посмотрела на меня долгим и глубоким взглядом.