Венок из звёзд

Детектив решила сегодня продолжить расследование в своём кабинете, так как по ощущениям не появлялась там годами. Все маленькие шаги, даже свой план действий прописала как следует, ведь отныне девушка станет постоянной прихожанкой в церкви святой Марии. Даже если Фатуи не распознать в толпе обычных людей, это не значит, что Люмин собирается сдаваться. Ни в её смену. Несмотря на всю тяжёлую ситуацию, груз на плечах, приступы истерики по ночам и кошмары, в которых Тарталья в виде огромного крылатого демона затаскивает её в котёл и варит из неё суп. Больше никакого виски перед сном. Её другой открывшийся шанс: предстоящий бал в честь юбилея Фатуи. Если ей удастся достать пригласительное… Такая возможность выпадает раз на миллион, и она будет полной дурой, если не воспользуется. Попытается связаться с тем странным парнем в маске, Эндзё, хотя маловероятно в принципе ожидать от подпольного сыщика помощи. К тому же, хуй знает, на кого он работает. Люмин уже прекрасно знает одержимость Фатуи масками, это по-любому бал маскарад, и даже если Тартальи там не будет, или он не объявится перед ней, хоть какую-нибудь важную информацию сможет подслушать. Идея пробраться на роскошный бал около мафиозной компании, куда мечтает попасть пол страны, будоражила. И есть только один человек, один из немногих близких друзей, к которым блондинка может обратиться. Но сначала сделала глубокий вздох, она должна найти слова, чтобы убедить его в безопасности данной идеи, но чем больше думала над этим, тем сильнее не могла поверить в то, что действительно собирается пойти на такое безумие. Но с тех пор, как девушка услышала об этом по радио в машине пару дней назад, не могла выкинуть это из головы. Встаёт с кресла, поправляет рубашку цвета хаки, обходит полутёмное помещение два раза и подходит к двери, но на удивление, перед ней появилась начальница, верховный действующий инспектор, Джинн, в белой рубашке, с доброй, но уставшей улыбкой на лице. На щеке инспектора есть слабые следы клавиатуры, что сразу намекает на то, что мисс Гуннхильдр опять заработалась и заснула в своём офисе. Она пришла узнать новости и продвижения, и убедиться, что Люмин справляется, в противном случае дело перейдёт в руки другому детективу, как и было до сих пор. Подчинённая тут же отодвинулась в сторону, позволяя своей начальнице войти в кабинет. — Доброе утро, Люмин, как самочувствие? Девушка совсем не удивилась подобному вопросу. Даже если Джинн пришла не за тем, чтобы напоминать ей вовремя обедать, всё равно начнёт издалека, выражая хоть какую-то заботу и внимание. Хотя какая забота и внимание, если у инспектора в личной жизни полный бардак, недосып, завал. И пусть Люмин никогда особо не нравилась её начальница, стоит отдать должное: женщина работящая, при этом умудряется сохранить здоровый рассудок. — Со мной всё хорошо, мисс Джинн. А вы? — Тоже самое. Какой сухой обмен приветствиями, но без этого никак. Детектив слегка насторожилась, она не хотела открываться в деталях про Тарталью и его принадлежность Фатуи, пока не достанет доказательство. Ведь добыла эту информацию не самым честным и почётным образом. Девушке совсем не хотелось расписывать рапорты о том, как позволила старому извращенцу накормить себя «вкусными таблетками», чтобы потом выблевать их в туалете, но и врать тоже было скользким решением. Гуннхильдр устало потёрла ясно-голубые глаза, затем устремила взгляд в сторону доски для составления точек и связей. У всех крутых детективов в фильмах такие есть, и девушка по большей части вдохновилась эстетикой. — За последние три недели ты не доставила ни один раппорт о своих действиях. Люмин, всё в порядке? Ну, конечно же, она следит за подобным, ни одна муха не пролетит по участку без ведома Джинн, но детектив всё же надеялась не сильно маячиться перед глазами дотошной начальницы, и что сможет растянуть формулы и рапорты на потом. Но это не значит, что Виатрикс не поговорит с инспектором по-человечески. Этого разговора было в любом случае не избежать. — Мисс Джинн… Голубоглазая мягко подняла глаза на подчинённую, всматриваясь в эмоции и уже предугадывая ответы. — Да? Голос нестрогий, и всё же требовательный. — У меня есть некоторые зацепки, в которых я уверена на все сто, но не могу ещё афишировать. Мне нужно время. Гуннхильдр немного другого ожидала. Что-то вроде «я в полном тупике, не знаю, за что браться», или «я никуда не продвинулась, но я не сдамся», но зацепки и информация, в которых Виатрикс уверена без весомых доказательств? — И что же это за зацепки? И откуда они? — Я допросила одного из похитителей сокровищ, и- — Допросила? Голубоглазая скрестила руки, поджала губы и тут же добавила: — Когда это было? Я не помню, чтобы ты приносила кого-то в участок. — Я не привела его сюда. — И где же ты его допрашивала? — В одном баре, ах, там долгая история. — А почему не тут? Намного безопаснее, чем одной, посреди таких же, как и он… — Если бы полиция допрашивала его, этот козлина даже не подумал бы сотрудничать. Несколько секунд напряжённой тишины. До Джинн быстро дошла мысль, от которой так пыталась уворачиваться её подчинённая. — То есть ты допрашивала кого-то не в участке, без сопровождения коллег, без предъявления документов, в баре? — Я знаю, как это звучит, но по-другому нельзя, это единственный выход- — Что? Люмин? Что ты говоришь? Ты же работник полиции, и должна в первую очередь соблюдать все правила и законы, до самого ненужного и абсурдного, на ваш взгляд! То, что ты называешь «допрашивала» можно легко отнести к пыткам. Люмин сжала челюсть. Джинн права, но на одних правилах, этикетах и, самое главное, законах далеко не уедешь, вот прямой результат. Девушка взяла инспектора за локти, уверенно посмотрела в глаза и протараторила: — Мисс Джинн, вы и сами должны понять меня, но я почти месяц пыталась вести эту игру правильно, никак не пересекая черту, и я просто топталась на месте, пока Тарталья, откуда-то там, звонил мне и смеялся мне в лицо. Если бы я привела того человека в участок, он бы испугался и ничего не поведал, но в баре он не знал, кто я, думал, что я очередная наёмница, или типа того, был пьяным и под воздействием адреналина, поэтому когда я надавила столько, сколько нужно, чтобы он поделился информацией, совсем неважной, из-за которой голову не снесут, а потом я ушла. Я знаю, что я поступила неправильно, но иногда цель оправдывает средства. Голубоглазая молчала, обдумывала слова детектива, затем опустила веки вниз и вздохнула, со словами: — В этом есть смысл. И я бы похвалила тебя за хорошую работу, но не я создаю эти правила и нормы, я всего лишь посредник. Люмин понимающе посмотрела на инспектора. Та затихла на секунду, подбирала свои последующие слова: — Заходить далеко в подобных вещах опасно в первую очередь для тебя, и ты должна знать это. — Я знаю, что я делаю, мисс Джинн. — Ты так и не сказала, что узнала о Тарталье. Детектив отпрянула, затем тихим и спокойным голосом выдала: — Он работает на Фатуи, скорее всего, он их доверенный наёмник. Я предполагала, что есть несколько киллеров с одним именем, которые выдают себя за одного человека, но похоже, что нет. Гуннхильдр вздохнула, детектив поспешила добавить: — Я вышла на след, но мне нужно ещё немного времени. Мы не можем заявиться к ним и потребовать без доказательств отдать нам в руки преступника, поэтому- Крепко сжала кулаки. — Поэтому я попытаюсь туда проникнуть. — Что? — Нет, не сейчас, после тщательной подготовки, но это и есть мой план. — Люмин- — Я помню: не пробуй глубину реки двумя ногами. И как только детектив угадала то, что Джинн собирается сказать? Слишком хорошо её знает. Но всё, что Гуннхильдр остаётся, так это довериться сотруднице. Встретившись с тупиком, можно смириться или ждать, пока стена сама не развалится, или попытаться пролазить по ней. Люмин довольно смышлённая, с подобной задачей справится, но дело ведь не в ней, а в том, против кого идёт. — Хорошо. Делай, как знаешь, только, пожалуйста, будь осторожна. И пиши рапорты о своих действиях, потом сразу отдавай мне, а не архиву, поняла? В ответ получила короткий кивок. — Спасибо, мисс Джинн. Женщина медленно подошла к окну и посмотрела вдаль, на далёкие просторы мегаполиса и яркую надпись над высоким зданием «Фатуи». Чем же закончится данная игра? Ничем хорошим, но выбора нет. — Я верю в то, что ты не перейдёшь черту, будешь бдительной и осторожной. Но… Как ты собираешься осуществлять свой план? Люмин не хотела делиться подробностями, особенно когда не было даже ничтожных гарантий на успех, поэтому лишь поведала: — Я вам сообщу, если это сработает, если, конечно, это устроит. Гуннхильдр скрестила руки. Что ж, так тоже неплохо, но ей бы очень не хотелось самой расследовать очередное убийство Тартальи, где трупом будет Люмин. И всё же сама ведь понимает это рвение детектива как можно скорее поймать убийцу, ведь это именно инспектор поставила такой жестокий ультиматум: Люмин не сможет официально влезть в дело о пропавшем брате, пока не решит своё или не передаст другому. А сдаваться, даже не попробовав, девушка не привыкла. Да, это жестоко, но каждый должен заниматься своим делом, выполнять свою работу, не впутывая сюда эмоции. Такого требует от неё работа, а Джинн всегда хочет хорошо выполнить свою работу. Подумав об этом, тут же озвучила мысли: — Я уверена, что с ним всё хорошо. Люмин опять не удивлена. Тихо кивнула, налепив грустную улыбку на лице. — Да, я тоже. если бы мой брат не был в живых, я бы это почувствовала. Связь близнецов - бред и мистика, но это то, во что девушка искренне верит. — Не переусердствуй, Люмин, не забывай заботиться о себе тоже. Говорит та, которая недавно проснулась на своём же рабочем столе. Все так любят раздавать советы, которым сами же не следуют. С этими словами Гуннхильдр и покинула кабинет детектива, она говорила почти бессвязно, словно отложила в голове фразочку за фразочкой, которые надо произносить в правильном порядке. Но и её понять можно, это всё переутомление и нехватка сна. Сама же Люмин подождала ещё минуту, затем быстро пошла на другой этаж, в рабочий кабинет своего коллеги и друга. Постучала. К счастью, он был внутри, и как только блондинка услышала приглушённое «войдите», она вошла. Кэйа рассматривал некоторые бумажки на столе, перевёл взгляд на Люмин, затем вернулся к первому действию. — Доброе утро. Не помешаю? — Ах, прости, дедлайн. Конечно, нет. Приветливый и дружелюбный, словно ему не угрожали откусить голову, если к обеду не предоставит нужный отчёт. Блондинка сделала глубокий вдох, наверное, стоит перейти сразу к делу, у её коллеги не так много времени. — У меня серьёзный разговор. К этой фразе синеволосый уже отложил в сторону документы и стал внимательно слушать Виатрикс. Она слегка нахмурила брови, смотрит куда-то в сторону и держит руки за спину. Ясно как день — она хочет попросить о чём-то. Но Альберих перебил её радостной улыбкой и фразой: — У меня тоже. Хорошие новости, Люми, есть некоторые сведения насчёт твоего брата. Девушка опешила. Он вальяжно встал с кресла и подошёл к коллеге, добавив: — Я ещё должен это проверить, не стоит забегать вперёд слишком рано, но… Есть новые зацепки. Блондинка кивнула, посмотрела сначала на Альбериха, затем себе под ноги. Что ж, это очень хорошие новости. — И. Что за зацепки? — Ох, несколько мест, которые нужно проверить, сегодня же этим займусь, как только будут ещё новости, я тебе сообщу. Сердце забилось быстрее. Неужели это не от горького отчаяния, а надежды? Так задумавшись, детектив забыла, зачем вообще к Кэйе пришла, поэтому он тактично спросил: — Или ты пришла не за этим? Спрашивать его сейчас о «местах» бесполезно, этот чёрт будет молчать до последнего, пока не убедится, поэтому с большим трудом Люмин отодвинула мысли о брате на потом, сжала руки в кулак и сказала: — Да, немного не за этим, но новость об Итэре... У меня нет слов. Прошу тебя, поторопись, у меня же сердце не выдержит- Она резко замолкла, потому что Кэйа прижал её к себе в тёплых успокаивающих объятиях. Наверное, это больше для того, чтобы скрыть от собеседницы эмоцию сожаления на своём лице. Он же не может сказать Люмин, что на самом деле с Итэром, и почему капитан получил приказ тянуть с поисками белобрысого как можно дольше. И от этого должен носить на своих уставших плечах груз предателя, лжеца, и очень дерьмового друга. Люмин обвила руки вокруг торса мужчины, теперь она успокоилась. Синеволосый провёл рукой по спине девушки, отвёл задумчивые, даже опечаленые глаза в углу комнаты и прошептал: — Мы найдём его. Обещаю. Только наберись терпения, и всё будет хорошо. Лжец. Кэйа сглатывает. Предатель. Убирает руки и отходит немного назад. Дерьмовый друг. Люмин снова кивнула, да. Она доверяет ему, он сделает всё возможное, они же хорошо знакомы, и Кэйа знает о срочности данной миссии. — Итак, чем же я могу помочь тебе? Люмин ещё раз проанализировала в голове всю картину, решив не тянуть, ведь Альберих не любит, когда перед ним кто-то мямлит. — Это очень щекотливый вопрос, и я не знаю, сможешь ли ты. Синеволосый скрестил руки, подчеркнув тем самым бицепсы, что стали чуть заметнее через тонкую ткань чёрной рубашки. Он ждёт, чтобы она продолжила. — У тебя много знакомых, разных знакомых, насколько я знаю. Поэтому я пришла, чтобы узнать о том, сможешь ли ты достать для меня одну вещь? Мужчина с интересом прищурился. — И какую же? Самая интересная часть. — Пригласительное на вечеринку Фатуи. Тот, что состоится на следующей неделе. Брови поднялись к переносице. Кэйа моргнул один раз, два, хмыкнул, затем медленно опустил руки, оперевшись ладонями о стол. Какое-то время он изучал Люмин, её лицо в особенности. Он удивлён, но не шокирован, конечно же, детектив Виатрикс увидит в этом возможность. И это правда, что он может достать для неё золотой билет, при этом даже не прибегая к тёмным подпольным штучкам. — Фатуи? Но он также может увидеть и перспективу его подруги: она никак не может знать наверняка, что Фатуи и Тарталья связаны, могут быть догадки и подозрения, будут всегда, но вот достоверная информация это другое. Неужели рыжий где-то оступился? Капитан немного насторожился, но умело скрыл это за невинной шуткой: — Тебе захотелось развлечься за счёт корпорации? Развеяться — это неплохая идея. — Хочу кое-что разнюхать. Я обязана там быть. — Люми, если бы ты была обязана там быть, не стала бы просить меня достать тебе билет. Блондинка поняла, к чему клонит друг. Он хочет знать причину, хитрый жучара, но детектив не планировала рассказывать кому-либо о свежей информации. Кроме Джинн, которая вынудила её сказать. Говорить об этом опасно, она же знает, что среди них и крысы водятся, но Кэйа? Она же столько знает его и доверяет, поэтому девушка наклоняется чуть ближе, нервно оглядывается вокруг неубранного кабинета и говорит: — Я точно знаю, на кого работает Тарталья. Но мне нужны доказательства. Альберих сжал челюсть. Ожидаемо, но всё же стоит признать настойчивость Люмин и её работоспособность. — Не спрашивай, откуда я это знаю, знаю и всё. И мне нужно попасть на это мероприятие, даже если его там не будет, я хоть что-то да разузнаю. Пожалуйста, пожалуйста, Кэйа, если это в твоих силах, прошу. Он замолчал. Всё ещё думает. Это ведь не навредит его организации, но он не имеет право разглашать подобную информацию, по крайней мере, без повода. Значит, действовать нужно осторожно, без лишних следов. Он же не продаёт полиции личность киллера, а открывает маленький путь к этому. Он может сейчас высказать ей тысячу и одну причину, почему это не в его полномочиях, но глубоко внутри понимает: насколько же ему интересно, чем это всё закончится. Как далеко Люмин зайдёт в своём расследовании, да и узнает ли она личность Тартальи? И сам себе не признает один факт, от которого в сердце колит: Кэйа хочет, чтобы Люмин узнала. И это ужасно эгоистично по отношению к обоим, но синеволосый давно привык маскировать свои настоящие чувства, прятать и закапывать их под землю. Это к лучшему. И убедил себя в том, что согласился помочь блондинке из добрых побуждений. Чёртов лицемер. Медленно почесав подбородок, Альберих лишь выдал: — Я посмотрю, что можно сделать. Ничего не обещаю, но. Люмин радостно кинулась к нему на шею за повторными объятиями, её счастью не было предела. Кэйа обещал, что сделает всё возможное, хотя и нет гарантий, но блондинка ценит одни только старания друга. — Этого уже достаточно, спасибо. Кэйа посмотрел в сторону и еле уловимо прошептал: — Аякс. — Аякс? Детектив удивлённо подняла бровь, голубоглазый застыл на пару хороших секунд, только осознал, что он произнес. — Что это? — даже с неким интересом спросила она. — Ха-ха, да так, мой любимый йогурт, забудь. Синеволосый хмыкнул себе под нос что-то, девушка не разобрала, и вскоре она покинула кабинет. Как и каким образом Альберих достанет для неё билет её не волнует, Люмин догадывается о наличии некоторых секретов у капитана, пелену мистики вокруг его персоны, но ничего особо криминального. Самое главное, что он может помочь. • • Уже подходило к вечеру, а солнце всё продолжает сиять на небе. И так жарко, что пот льётся водопадом. Летняя эстетика. Детектив написала несколько сообщений Чайлду, он ответил и сообщил, что сейчас в книжном магазине. Не так уж и далеко от её местонахождения. Девушка быстро купила мороженое, холодный сок. Пошла вниз по дороге. Жарко было, как в аду. По дороге в книжный можно было легко запечься в собственном соку, лишь холодный десерт спасал от такой жестокой участи. В блондинку врезались занятые люди, те куда-то яростно спешили. Девушка написала ещё одно сообщение любимому: «Жди меня там, никуда не уходи», отвлеклась на его комплименты и ласки, не заметив, что белый пломбир растаял, соответственно и начал стекать липкими каплями вниз по руке. Когда она заметила, пробубнила несколько матов себе под нос. Нужно было срочно купить салфетки. Надо же, на секунду отвлеклась, а теперь по локоть погрязла в мороженном. Неудачница. А пока смотрела на руку, не заметила, что светофор сменился на красный, все пешеходы уже перешли дорогу и ей сигналят несколько машин. Люмин быстро пошла назад, к той части дороги, откуда и пришла. Нахмурилась, тяжело вздохнула. Что за бардак, ощущение, что если войдёт в комнату с одной-единственной колонной по середине, то споткнётся именно об неё. Такая задумчивая и потерянная в последнее время, хотя и не удивительно. Это девушка ещё хорошо держится. Она так нервничает в предвкушении чего-то большего, волнующего. Руки дрожат, одна ладонь испачкана мороженым, другая просто вспотела, а голова витает где-то в облаках. Пока ждала, когда светофор снова покажет зеленый, на телефон пришло новое сообщение. Наверное, это опять Чайлд. Но открыв и посмотрев, увидела, от кого именно пришла смска. Чтец. Никогда Люмин ещё не сжимала так сильно свой бедный телефон. Сообщение: от Чтец: " — Привет, мой дорогой клиент, я сделал всё, что было в моих силах, и нашёл кое-что. Это место, в котором побывал твой брат, и я пришлю тебе координаты. Но сначала пришли эту сумму на счёт ХХХХХ. Прости мне такую грубость, это ведь бизнес, как-никак» Она развернулась и побежала к первому же терминалу. Сердце колотится, бьёт как бешеный барабан по рёбрам, выбивая весь воздух из лёгких. Ей казалось, что она сейчас готова на любую сумму. Взяла карточку из кармана, как можно быстрее отправила деньги и через минуту пришло ещё одно сообщение. Сообщение: от Чтец: " — Городок к северной проезжей части, Лайлак Фоллс. Одна камера зафиксировала, как твой брат ошивался в этой области.» К тексту прилагалось и фото-доказательство, как Итэр стоит спиной, его длинная коса развевалась на ветру. Фото было чёрно-белым и размытым, но это был он, точно он. Не думая ни единой секунды больше, она позвонила Чайлду и сказала, куда ей нужно поехать. Он попросил девушку не двигаться с места и пообещал, что скоро будет. Люмин смотрела в экран телефона, но земля уходила из-под ног от эмоций. Адреналин заполнил кровоток, сердце билось всё чаще при виде этой фотографии. Чтец так быстро выполнил свою работу, отправил ей материал и исчез. Он мог легко обмануть её, но когда дело касается её брата - мозг выключается автоматически. Ей плевать, как она получила эту информацию, ей уже всё равно на полицию, закон и грань. Грань такая тонкая, когда дело касается того, что нужно именно тебе. Скорее всего, там след Итэра уже простыл, но проверить стоит в любом случае. Если там будет подсказка, след, что-нибудь, что продвинет его поиски. Тем более, что это не так далеко отсюда. Пока у детектива задёргалась нога от волнения и предвкушения, рыжий уже подъехал на машине, готовый к небольшому путешествию. Ну, конечно же, он поедет с ней, об обратном и речи быть не может, поэтому Люмин криво, но искренне улыбнулась, запрыгнула на переднее сиденье и пристегнулась. Аякс не стал зря терять времени, сжал руль между пальцев, отпустил сцепление и нажал на газ. Окна в машине открыты нараспашку, ибо очень жарко, на фоне тихо играла музыка на радио, солнце продолжало гордо сиять на небе, несмотря на то, что уже вечер. Голубоглазый на секунду посмотрел на девушку, снова на дорогу, и спросил: — Ты как? — В норме. Она достала из бардачка салфетки, вытерла липкую руку, тяжело дыша. Она волнуется, она так волнуется. Чуть дольше чем через два часа они прибудут в этот Лайлак Фоллс, она не может дождаться. Смотрит то на время, то на Чайлда, или же на дорогу. Настроение сейчас свернуть горы, затем переспорить с двумя бабушками в очереди на медицинскую страховку, а потом как одну гору свернуть. Это и энтузиазм, и страх, и любопытство. — Тише, тише. мы скоро будем там. Потерпи. — Спасибо, Чайлд, ты самый, самый, самый лучший, если бы ты не предложил, если бы не ты- Он уверяюще улыбнулся. Господи, да с этой улыбкой может и сам смело бросить вызов солнцу. — Мы ведь ещё ничего не выяснили. Не делай поспешных выводов. — Фотография, она- Она показывает дату. Три дня назад, Чайлд, это три дня назад, я не могу поверить. Теперь складывается ощущение, что Итэр намеренно скрывается от нас. Блондинка загрустила. Конечно, подобная мысль уже возникала, и не раз, но боязнь, что её близнец опять во что-то вляпался, во что-то посерьёзнее компании плохих подростков из старшей школы, разъедает изнутри, так что подобные мысли девушка успешно игнорировала. Если Итэр скрывается от неё и их родителей, то все слёзы, страдания и срывы, через которые проходила детектив были напрасными. Нервно сглатывает. Рыжий молчит, тоже думает о чём-то. Через некоторое время небо стало хмурым, словно скоро пойдёт дождь. Люмин заворожила такая резкая смена погоды, словно это знамение чего-то плохого. Каждый из присутствующих настолько погружён в свои мысли и переживания, настолько напряжены, что и остальной путь они проехали в тишине. Но тишина комфортная, даже нужная. Очень скоро прогремел гром, и Люмин и Чайлд посмотрели вверх. — Неужели правда дождь? — Похоже на то. — Если будет ливень, нам будет сложно выехать. Блондинка стала беспокоиться. Ну, конечно, все чувства, эмоции обострились до предела. Каждая мысль сейчас может стать параноидальной. Но рядом с ней её близкий человек, с которым девушка чувствует себя в безопасности. И если что-то и произойдёт, то он обязательно что-нибудь придумает. Пара стала слышать громы всё чаще, но голубоглазый не придавал этому особое значение, а смотрел только на дорогу. Дорога вела их в какую-то глушь, ведь дальше шёл лес. Люмин бы уже подумала, что они потерялись, ни знака кругом, ничего, что бы указывало на местность, если бы не навигатор. Делать нечего, в любом случае нужно ехать вперёд. Но атмосфера становилась всё мрачнее, наверное, с наступлением ночи. Связь стала совсем плохой, и телефон разрядился. Ещё одна проблема в копилку. Но Аякс не показывал никаких переживаний или эмоций, лишь периодически оглядывался вокруг и ехал дальше. Пусть даже у них больше нет навигатора, но другой дороги нет. — Где мы? Решила всё-таки спросить. — Думаю, мы скоро будем там. Действительно, вскоре машина подъехала к небольшому населённому пункту, похожий скорее на деревню, нежели на городок. У самого края стоял деревянный и поломанный знак «Лайлак Фоллс». Домики старые и потёртые, и будто бы пустые, место казалось очень сюрреалистичным. Чайлд и Люмин вышли из машины, заперли её и пошли в сторону домиков. Ей было очень не по себе от этого всего, и как Итэр может быть связанным с этим местом? Если этот Чтец обманул её, детектив начнёт на него охоту по городу и ему не жить, но рано делать выводы. Рыжий спрятал руки в карманы, посмотрел на Люмин, одаривая её лёгкой улыбкой, она ответила ему тем же, и теперь шаги в сторону деревушки стали увереннее. Как только её любимому удаётся заставить улыбнуться даже в самых напряжённых ситуациях? Может, ей просто повезло. Гром снова прогремел на небе. Люмин посмотрела вверх. Сглотнула, поджала губы и снова осмотрелась вокруг. У крыльца одного из домов сидела старая женщина со свечей и решала кроссворды. — Извините, можете, пожалуйста, нам помочь? Решила заговорить блондинка. Бабушка лениво подняла на неё глаза, прищурилась, отложила кроссворд и стала с недовольством оглядывать незваных гостей. — Мы ищем одного человека, я из полиции, и нам сказали, что он может быть тут. — Человека? Уже с интересом спросила бабуля, отчего Люмин воодушевилась, вытащила удостоверение из кармана и показала. Пока женщина смотрела на документы, детектив продолжила: — Да, одного со мной возраста, блондин, как и я, с длинной косой, совсем невысокого роста. Видели такого? Бабушка откинулась в своё кресло, взгляд её потемнел. Аякс осмотрел окрестности с ещё большим подозрением, это всё как-то странно, чутьё подсказывает валить отсюда как можно скорее. Бабушка прикрыла глаза, Люмин растерянно положила документы обратно в карман, не зная, что делать дальше: продолжать расспрашивать или идти обследовать деревушку? Затем старушка указала на заброшенный дом, дальше по тропинке, выходящей за пределы деревни со словами: — Попробуйте там поискать. Люмин посмотрела на дом, потом снова на старушку, тихо промолвила: — Так вы видели или нет? — Мне сложно сказать, я не запоминаю лица, особенно в таком возрасте. Но кто-то бывал в том доме, хотя он заброшенный. Блондинка спросила ещё кое-что, прежде чем пойти в сторону загадочного домика. — А где тут поблизости есть камеры? Старушка снова вернулась к своему кроссворду, бормоча себе под нос: — У главной дороги поставили, недалеко отсюда, на случай, если снова произойдёт убийство. Когда девушка ринулась к дому, Аякс приостановился, потому что бабуля продолжила бормотать: — По ночам иногда бродят безумцы. Заприте дверь на замок, если хотите тут остаться. Мужчина лишь удивлённо спросил: — Что? Но бабушка уже не слышала его, а только погрузилась в свой глупый кроссворд. На ночном небе снова прогремел гром, точно будет дождь. Чайлд быстро догнал Люмин, но увидел у одного из домиков топор. Подумал, что подобная вещь может пригодиться, взял его и подошёл к блондинке вплотную. Дверь была не заперта, ну просто приглашение войти внутрь. Девушка тут же вошла, вокруг пыльно, темно и очень тихо. Она даже не заметила, что у рыжего в руках. Он отложил топор у подоконника, взял телефон из кармана и включил фонарик. Ничего необычного, просто дом, неухоженный и брошенный. Люмин даже не знала, что чувствовать на тот момент, она просто обыскивала каждый уголок в поисках хоть чего-либо. Решилась озвучить: — Почему именно этот дом? Интересно, тут кто-нибудь жил? Может, та бабушка ошиблась? Чайлд хотел что-то ответить, пока их взору не попалась странная коробка. Полностью чёрная да с красной лентой и бантиком. Коробка находилась прямо на столе в гостиной. Пара посмотрела друг на друга, конечно же, они собираются открыть её. К коробке поспешил рыжий, но детектив остановила его. Ей самой хотелось открыть её, проявить такую смелость или отчаяние. Коробка была совсем небольшой, без понятия, что там может находиться, но одно ясно точно. Она не стоит тут просто так, её нахождение в этом странном месте нельзя назвать случайностью. Люмин потянула за ленту, отодвинула крышку и... Записка. Внутри записка. Не подумав и секунды больше, белобрысая посветила фонариком на бумажку, прочитала: " — Продолжай искать меня как ни в чём не бывало, не давай им знать ничего. Не переживай, я в порядке, но не могу говорить с вами. Все должны думать, что я…» Дальше слово зачеркнули ручкой, очень обильно, так, что вообще непонятно, что там должно быть. Весь спектр эмоций на лице Люмин сменялись интересом, страхом, осознанием. Теперь всё ещё более запутано, чем было раньше. И всё бы ничего, если бы в конце послания не было ещё написано: «Чёрные бабочки». Это кодовое слово, которое она придумала с Итэром ещё во времена их игр в полицейских, шпионов и агентов. Чёрные бабочки. То есть это написал Итэр? Её пропавший брат? Тот, из-за которого она место себе не находит, из-за которого их родители пьют валерьянку каждый день и названивают полиции? Если это правда он, то какого, блять, хуя тут происходит? Люмин снова и снова перечитывала эту записку, пытаясь вникнуть, понять, разгадать её. Без толку, слёзы наворачиваются, руки дрожат в осознании, что её близнец что-то натворил, а потому скрывается от кого-то. Но даже если и так, даже если у него проблемы с законом, она бы сквозь боль, ссоры и слёзы помогла ему. Это же её брат. Ничего не может встать выше её семьи и близких. Но её настырный брат всегда был таким. Когда сбегал куда-то, наверняка думал, что таким образом никому не доставит проблем, а потом всё решится. Блондинка глубоко вдохнула, опёрлась о стол, чтобы не упасть, и изо всех сил пыталась сейчас не потерять свой рассудок. К этому она уже так близко… Чайлд тоже прочитал слова на бумажке, положил обратно в коробку и стал смотреть куда-то вдаль. Это точно почерк Принца, а не чей-то обман. И у блондинки сейчас разбито сердце. Он сжимает челюсть, берёт её за локти и ведёт к кровати. Люмин не очень понимала, что происходит, сквозь пелену горьких слёз тёмная комната стала ещё более расплывчатой, поэтому и поддалась несильному напору. Всё, что она знала в этот момент - это то, что ей больно. Она ещё сильнее запуталась, если её брат влип во что-то кошмарное и его нужно спасать, как же ей быть. Чёрные бабочки. Всё вело именно к этому? И что теперь, ждать и надеяться, что Итэр когда-нибудь вспомнит о своих родных и, может быть, пришлёт им поздравительную карточку на Рождество? Блондинка и не заметила, как оказалась на кровати, как Аякс обнимал её, и как она обнимала в ответ. Щёки мокрые, глаза — красные и опухшие, губы дрожат, как и руки, а в голове… Каша. Они не знали, сколько времени простояли так, что им делать дальше, куда идти, сообщать ли подобную информацию полиции, родителям, кому-нибудь? И даже не заметили, как за окном начался дождь, громкий, с молнией. А Люмин так устала, скорее, вымотана из-за всего этого, что ей необходимо поспать. Но тут, в пыльном, заброшенном доме? В этой глуши, где даже связи нет? Девушка хотела встать, но ей не позволили: — Нет, сиди тут. Она раскрыла глаза, не успела всё переварить, как её уже уложили в кровать, довольно удобную кровать, стоит подметить, и накрыли одеялом. Ткань, как и всё в этом доме, пахнет тем ещё старьём. — Что? — Я сказал сиди тут. Точнее лежи. — Чайлд… — Ты слишком устала, как и я. К тому же под такой ливень небезопасно ехать. Лучше поспим тут. Она хотела снова что-то сказать, но рыжий уже улёгся рядом с ней, обнял и прикрыл глаза. Девушка сдалась, не то чтобы у неё изначально был выбор, а потому и уткнулась ему в грудь, не переставая дрожать. Дрожала от чего? Страха? Холода? Безысходности? Так и не поняла. Детектив чувствовала себя преданной. Было в прямом смысле трудно дышать. И это место, от него мурашки по коже. Теперь столько новых вопросов, что это за дом? Тут Итэр скрывался? Это он всё подстроил? Что вообще происходит? Но голова слишком сильно болит. Голубоглазый медленно, почти незаметно для неё встаёт и идёт к входной двери. Он не зря вспомнил о словах той старухи, мало ли кто тут бродит, но на дверей не было замка. Аякс нахмурился, прислонил дверь тумбочкой, что нашёл в коридоре, и быстро вернулся к Люмин. Она почти заснула, но очень громкий удар молнии пробудил её до самого последнего нерва. Девушка не отдыхает в кровати, а попросту лежит на иголках. Аякс снова улёгся рядом, снова обнял и прижал к себе. Они были одеты под летнюю жару, поэтому одеяло от которого пахнет старым кружевом очень кстати. Ей не хотелось сейчас говорить об этом, чтобы рассуждать - нужна трезвая и холодная голова. Но это не мешало девушке думать об этом, снова и снова прокручивать в голове слова из записки. Рыжий провёл рукой вдоль её шеи, затем оставил лёгкий поцелуй на губах. Блондинка посмотрела на него, плохо могла различить черты из-за темноты, но это и не нужно. Она может видеть его даже в полной темноте, как бы странно это не прозвучало. Он снова поцеловал её, но на этот раз чуть дольше, и снова отпрянул. Люмин немного успокоилась. Аякс стал водить пальцами по женской спине, нашёптывая: — Всё будет хорошо, мы найдём его. На что Люмин прижала свои всё ещё мокрые губы к основанию шеи Чайлда. И почувствовала, как он дрогнул в этот момент. Если бы не обстоятельства, то она бы улыбнулась. А сейчас просто нет сил. Девушка заснула почти мгновенно, бормоча себе под нос имя брата, обнимая рыжего так крепко, насколько могла. Лишь его тепло могло согреть её сейчас, когда вокруг холодный ночной дождь и старый заброшенный дом, и родной брат-близнец, который возомнил себя великим манипулятором и устраивает подобное. Лишь его… Аякс так и не смог заснуть, то ли звуки грома отвлекали его, то ли собственные мысли. С периодическими ударами молнии можно было увидеть Люмин, её мирное спящее лицо. Как она посапывала и хмурилась. Но если ему самому задуматься над этим, действия Итэра довольно странные и запутанные, он с самого начала знал, что это не просто так, или просто догадывался. Так он хотел, чтобы все думали, что он пропал вез вести? Что он задумал? Зачем ему это? О том, как выглядит тот, что называет себя «Принцем» всегда ходили разные легенды и слухи, лидеры Бездны сменяли друг друга чаще, чем среднестатистический человек передёргивает в ванной, и они тоже стали придерживаться философии Фатуи и скрывать лица. А насчёт Итэра, он был уверен, что это слухи, и брат Люмин замешан в чём-то более мелкого калибра. Но чем больше думает об этом, тем тревожнее становится. Принц, принц, принц… Мысли оборвал грохот, что послышался из коридора. Люмин поморщилась, но продолжила спать, а Аякс сильно насторожился. Чьи-то шаги, кто бы это ни был, он явно не обладал кошачьей грацией. Рыжий хотел встать с кровати и пойти посмотреть, как снова молния осветила комнату, и у двери показался бородатый, грязный, неухоженный мужик, в длинной зимней куртке и с ножом в руке. Этот человек явно не отдавал себе отчёта в действиях. Он посмотрел на спящую пару, тихо прорычал что-то и направился к ним. Чайлд даже не обдумал это дважды, его опасения подтвердились. Прыгнул с кровати и взял топор, который любовно одолжил у кого-то в деревне, сжал его в руке и посмотрел в глаза мужику с ножом. Всё случилось слишком быстро, безумец едва заметил силуэт в темноте, но не заметил топор и кинулся на рыжего с ножом. Аякс сжал рукоять топора, в синих глазах не было ни капли сомнения от того, что он сейчас сделает, ведь перед ним прямая угроза его жизни. И Люмин. Махнул топором, чтобы выбить у мужика из рук нож, но немного промахнулся и попал прямо по руке. Очень громкий, душераздирающий крик, запах крови, его то уж точно ни с каким другим не спутаешь, нож вместе с хорошим куском человеческой плоти с грохотом рухнули на пол. Безумец так громко кричал, больше походило на вопли раненого зверя, что Люмин тотчас проснулась. Она совершенно не понимала, что происходит, в темноте не так легко разберёшь. Ей стало страшно. Что с Чайлдом? Стоит ли ей высовываться из кровати и помочь ему? Что за битва насмерть тут началась? Страх и ужас полностью парализовали девушку, крик отчаяния застыл в горле противным комком. Аякс не заметил её пробуждения, всё что он видел перед собой — цель. Воспользовавшись возможностью, он тут же повалил мужика на землю, надавил ему ногой на грудь, чтобы тот не рыпался, затем тут же ударил. Топор разрубил напополам череп, ещё несколько ударов, и тот мужик совсем перестал двигаться и орать, кровь была повсюду. Но Аякс не остановился. Давно он не убивал кого-то тупым и тяжёлым оружием, адреналин разлился по кровотоку, сердце бешено колотилось в груди. Почему это так приятно - ощущение этой тёмной власти над кем-то? Рыжий только что бездушно забрал жизнь другого человека и не чувствовал ничего, кроме удовлетворения. Кровь попала и на него: на лицо, руки, плечи. Он весь в крови, как самый настоящий хищник, и в какой-то момент это начало по-настоящему нравится. Медленно опустил топор, стал делать глубокие вдохи и застыл на месте, когда уши уловили всхлип. Рыжий медленно повернул голову, именно в этот момент засияла очень яркая молния, и он понял, что Люмин смотрит на него с ужасом, прикрыв рот рукой. Самые холодные глаза, что когда-либо видела, бесчувственное выражение лица, эти любимые щёки, черты, такие тёплые и знакомые теперь покрыты кровью. А эти руки, что она так любит.... Эти руки, что совсем недавно прижимали к себе в тёплые объятия, сжимают топор, которым только что разделали человека. Кровь стекала повсюду, неприятный запах заполнил всё существо. А эти синие глаза, глаза, что Люмин так любит, отчего-то кажутся пустыми и мёртвыми… Они лишь смотрят в ответ. В ответ её ужасу. Потом Чайлд бросил в сторону топор, стёр каплю крови со своего лица. И… улыбнулся.