Ночь, о которой ты не пожалеешь

8 декабря 2028 г.

16:50

Дворец Цезаря

Часовня Романо

— Теперь вы можете поцеловать невесту, — объявил священник, побуждая Гамшу поцеловать Мэгги. Они улыбнулись, когда закрепили поцелуем свой брак — технически, во второй раз. Феникс вместе со всеми сидящими встал и зааплодировал. Он перехватил взгляд Эджворта с того места, где тот стоял рядом с Гамшу, на традиционном месте шафера, и мог сказать, что он думает о том же самом, что и Феникс: «не могу поверить, что мы действительно справились.» Спешка к часовне была, мягко говоря, лихорадочной. На обратном пути в тюрьму было немного пробок, и до свадебной церемонии оставалось всего двадцать минут, когда они прибыли. Гамшу был еще не готов, так как копы не разрешили ему воспользоваться бритвой, которую Ларри принес ему из отеля. Он даже не был одет, так как, видимо, у них были проблемы с его переодеванием в изоляторе. Ларри, по крайней мере, выглядел готовым к свадьбе после того, как оделся. Он также был достаточно подготовлен и принёс один из костюмов Феникса из их общего гостиничного номера, что было облегчением. Феникс пришел бы на церемонию в футболке и джинсах, в которых он бегал весь день, если бы ему пришлось, но, вероятно, было бы лучше, если бы он этого не сделал. Как только Эджворт выплатил штрафы Гамшу, им пришлось бежать в кофейню через улицу и переодеваться в туалете, поскольку тюремные надзиратели не разрешали им пользоваться ванной. Феникс был почти уверен, что копы делают все это нарочно — мстительные ублюдки, — но он решил, что лучше оставить все как есть, так как они довольно эффективно справились с освобождением Гамшу. После того, как Феникс переоделся вместе с Гамшу в ванной (у них не было времени сделать это по очереди, и ни он, ни Гамшу не чувствовали необходимости стесняться друг друга) и быстрого бритья, все отправились на место проведения свадьбы. К сожалению, Шанель и Наташа уже ушли на работу до того, как приехали Феникс и Эджворт, но, к счастью, водитель такси задержался поблизости и был готов быстро подвезти их до отеля (конечно, за разумную плату). Часы пробили ровно 16:01, когда они ворвались в часовню. Четверо из них были встречены облегченными взглядами родителей жениха и невесты, а также всех, кто уже был там. К счастью, Мэгги еще не шла по проходу, и Гамшу побежал, чтобы занять свое место перед алтарем, извиняясь по дороге за опоздание. Эджворт последовал за ним более медленным шагом, встав напротив Роды — подружки невесты. Ларри и Феникс направились к остальным. Трюси махнула Фениксу на место рядом с ней, которое она приберегла для него, в то время как Ларри сел рядом с Майей и Перл. — Тетя Майя и мисс Тенейро появились со свадебной фатой всего за несколько минут до вас, ребята. — заговорщицки прошептала ему Трюси, как только он сел. — Значит, вы были не единственными, кто опоздал. — она тихо хихикнула, похлопав его по руке. У Феникса не было времени спросить Трюси, почему Майя и Рода опоздали или почему у них была свадебная фата, потому что Свадебный хор начался почти сразу после того, как Гамшу занял свое место у алтаря. К счастью, остальная часть церемонии прошла настолько гладко, насколько они могли просить. Феникс был благодарен, что смог ненадолго присесть, и использовал время во время речей служителя и клятв пар, чтобы успокоить свое бьющееся сердце. С огромным облегчением Феникс встал и зааплодировал, когда жених и невеста поцеловались. Он почувствовал, что наконец-то начал расслабляться, впервые с тех пор, как проснулся этим утром. Они нашли Гамшу целым и невредимым. Они успели на свадьбу вовремя. Гамшу и Мэгги смогли возобновить свои свадебные клятвы, и ничего страшного не произошло. Черт, ему даже удалось уладить дела с Эджвортом. В общем, дела шли довольно хорошо. К тому времени, как церемония официально закончилась, Феникс все еще чувствовал облегчение. Он был так озабочен тем, как хорошо все прошло, что почти не слышал, как Трюси задает ему вопрос. — Прости, что ты сказала, милая? — спросил он, дернувшись, чтобы прочистить голову. В настоящее время они стояли в очереди к буфету, устроенному в дальнем конце часовни. Технически свадьба еще не закончилась, так как им еще предстояло выслушать речи и увидеть первый танец пары. Но важная часть была позади, так что Феникс не чувствовал себя слишком виноватым из-за того, что витал в облаках, пока все останавливались, чтобы перекусить. Тем не менее, он, вероятно, должен обратить внимание на свою дочь. — Я спросила, — повторила Трюси, зачерпнув немного картофельного пюре, предложенного рестораном, — тебе все еще нужно, чтобы я сказала тебе, кто это был? Фениксу понадобилось несколько смущающих секунд, чтобы понять, о чем она говорит. Потом до него дошло: это утро, кольцо и обещание Трюси. Феникс усмехнулся. — Нет, дорогая, я разобрался. — Хм. И? — спросила Трюси. Ее тон был воздушным, как будто вопрос не имел значения. Но Феникс мог сказать — по тому, как она избегала зрительного контакта и как напряженно держала свою тарелку, — насколько Трюси была заинтересована в его ответе. — Мы собираемся попробовать. — сказал ей Феникс, улыбаясь. Язык тела Трюси все еще был напряженным, как всегда, когда она пыталась сдержать свои эмоции. — Ты не носишь кольцо. — прокомментировала она, хотя ее голос звучал не так обвинительно, а скорее недоверчиво. Она была права. Но он все еще прекрасно осознавал присутствие кольца в кармане своего костюма. Он думал о том, чтобы надеть его снова, но... ну, он хотел, чтобы это сделал Эджворт, какой бы сентиментальной ни была эта мысль. И казалось неподходящим моментом спрашивать его, когда они были так сосредоточены на том, чтобы доставить Гамшу на свадьбу вовремя. — Я не хотел отвлекать внимание от свадьбы. В конце концов, сегодня день Мэгги и Гамшу. — ответил Феникс, понимая, что это правда. Если он наденет кольцо сейчас, Майя будет рядом с ним через секунду. У этой женщины были глаза как у орла, когда дело доходило до такого рода вещей. — Я решил немного подождать, прежде чем снова надеть его. — О, — сказала Трюси, и напряжение в теле покинуло ее. — О, — повторила она, и на ее лице отразилось светлое счастье, — папа, это чудесно. — она улыбнулась ему, как будто он только что дал ей то, чего она хотела больше всего в этом мире. И, может быть, так и было, в некотором роде. — Ага. — Феникс не потрудился скрыть полнейшую сентиментальность в своем тоне. — Это действительно так. — он был счастлив , черт возьми. Феникс проследил за взглядом Трюси, которая посмотрела на обеденный стол, за которым уже сидело большинство других гостей свадьбы. Ее глаза, а впоследствии и глаза Феникса, остановились на Эджворте, все еще одетом во все свое обычное розовое и вычурное великолепие. Эджворт быстро заметил их взгляды и с застенчивым, но в конечном счете довольным выражением лица слегка помахал им. Тихий звук, подозрительно похожий на визг, исходил от Трюси, но то ли потому, что они все еще были в разгаре свадьбы, то ли из-за тарелки с едой, которую она держала в руках, она воздержалась от счастливого объятия кого-либо из них. «Наверное, мне следует пока воздержаться от того, чтобы сказать ей, что мы будем жить вместе в следующем году», — отметил Феникс про себя, иначе она действительно сойдет с ума. Они вдвоем закончили наполнять свои тарелки и присоединились к остальным за обеденным столом. Примерно через пятнадцать минут, когда все съели большую часть еды, раздался высокий звук, словно кто-то постучал вилкой по стакану. — Извините, — звук исходил от Эджворта, который положил вилку рядом с тарелкой. Затем он встал. - Это э-э... традиция, насколько я понимаю, когда шафер произносит речь. — объявил он, сложив руки перед собой. И Ларри, и Гамшу громко зааплодировали, а Эджворт кивнул, прежде чем начал говорить. — Это второй раз, когда я стою здесь — метафорически, конечно, поскольку первая свадьба Гамшу и Мэгги состоялась в Лос-Анджелесе, а не в Лас-Вегасе, насколько я помню. — Эджворт прочистил горло. — В первый раз, когда я произнес речь от имени этой пары, я постарался сделать ее максимально короткой и простой, чтобы она соответствовала общей теме самой свадьбы. — Эджворт слегка скривился, как будто он не хотел, чтобы комментарий прозвучал как оскорбление. — Пожалуйста, поймите меня правильно. Во всяком случае, я восхищался этими двумя за их простоту. Они были — и остаются — совершенно искренними во всем, что делают, особенно в любви друг к другу. — и Гамшу, и Мэгги широко улыбнулись этому комментарию, держась за руки над обеденным столом, и продолжали уделять внимание Эджворту. — Шесть лет назад не имело значения, могли ли они позволить себе более экстравагантную свадьбу или если бы их представление о еде на приеме было в пакетиках с раменом и кейк-попс. — Боже, Феникс надеялся, что Эджворт пошутил. Хотя, зная Гамшу? Возможно нет. — Возможно, было бы разумнее, если бы они подождали, пока их финансовое положение не улучшится, чтобы провести свадебную церемонию, — продолжил Эджворт. — Но ни один из них не из тех, кто ждет. Вместо этого, несмотря на то немногое, что у них было, они хотели продемонстрировать свою преданность друг другу в самом публичном смысле; законно действовать в соответствии со своими чувствами, как только они сочтут это эмоционально правильным для них. В то время это показалось мне странным. — Эджворт рассеянно поигрывал руками. — Те из вас, кто меня знают, в курсе, что я стараюсь подходить к ситуациям с осторожностью. Я не тороплюсь и оцениваю, когда самое подходящее время действовать. Я часто думал об этом как о своей сильной стороне, и такая форма мышления хорошо послужила мне в моей профессиональной карьере. — Однако, — сказал Эджворт, быстро вздохнув, — недавно я понял, что не всегда есть «правильное» время. Особенно когда речь идет о личных чувствах. Прошлой ночью сержант Гамшу сказал мне кое-что, что затронуло меня на очень глубоком уровне. Он сказал, что жениться на миссис Бёрд-Гамшу было лучшим решением в его жизни, а то, что она и их дети ждут его дома, сделало его жизнь достойной. Феникс наблюдал, как Эджворт заметно сглотнул, прежде чем возобновить свою речь. — Услышав эти слова, что-то изменилось во мне. Это заставило меня задуматься о вещах, которые я намеренно избегал раньше. У меня не так много личной жизни. — сказал Эджворт, сухо посмеиваясь. Зрители немного посмеялись, в первую очередь Майя и Ларри. Феникс не мог присоединиться к их смеху, слишком восхищенный тем, что говорил Эджворт. — Долгое время я просто думал, что это естественный результат моей жизни и того, какой я человек. Я не думал, что такие вещи, как семья, были выше меня ... но, скорее, я считал, что они не в пределах возможного, и поэтому я не должен на них останавливаться. Но я был неправ. Эджворт еще раз прочистил горло. — У меня есть две приемные сестры, с одной из которых я особенно близок. Большинство из вас знакомы с ее кнутом. — на этот раз Феникс рассмеялся, как и многие другие, хотя родители Мэгги, казалось, были немного сбиты с толку этим комментарием. — Она попросила меня поздравить пару и выразить соболезнования по поводу того, что не смогла присутствовать. Она, на самом деле, причина, по которой я здесь сегодня. Мне немного стыдно признаться в этом сейчас, — продолжил Эджворт, его щеки слегка покраснели, — но если бы Франциска не присутствовала, когда я получил приглашение Гамшу, я бы использовал свою работу как предлог, чтобы не быть здесь. Она подтолкнула меня к участию, обеспокоенная моей привычкой целенаправленно дистанцироваться от тех, кто мне небезразличен. Это было то же самое беспокойство, которое Гамшу выразил прошлой ночью в попытке побудить меня создать собственную семью. — Но последние несколько дней заставили меня осознать, что единственное, что мешало мне завести семью, это… осознание того, что она у меня уже была. — Эджворт улыбнулся, слегка, но искренне. — Семья, состоящая из моей сестры и моих дорогих друзей: друзей, которые готовы предпринять благонамеренную, но в конечном итоге тщетную схему сватовства, включающую меня и прекрасную женщину, с которой я имел удовольствие познакомиться, — Феникс наблюдал, как Мэгги и Гамшу приняла смущенное выражение лица, в то время как Рода слегка хихикнула. — Друзья, которые — по моей просьбе — готовы раскрыть мою сексуальность на званом обеде, потому что я слишком социально неуклюжий трус, чтобы сделать это сам, — Майя широко ухмыльнулась Эджворту, подняв большой палец вверх. — Друзья, которые, по-видимому, готовы буквально прыгнуть под пулю ради меня, — в толпе раздалось несколько смущенных звуков, но внимание Феникса в основном было приковано к Ларри, который открыто плакал и сморкался в салфетку (там, где он взял салфетку, Феникс понятия не имел). — Две молодые девушки, — продолжил Эджворт, — которые, как я видел, выросли в умных и красивых молодых женщин, которым я бесконечно благодарен за то, что они позволили мне занять место в их жизни, — Трюси схватила Феникса за руку, крепко сжав ее, на что Феникс ответил тем же, и он увидел, как Перл деликатно вытерла глаза салфеткой, которую достала из кармана своего платья (и ах, вот откуда Ларри взял свою). — И, конечно же, человек, которому я обязан больше, чем я могу сказать, — я могу только надеяться, что однажды дам тебе все, что дал мне ты. Я потрачу остаток нашей жизни, пытаясь сделать это. — сердце Феникса сжалось, когда Эджворт посмотрел ему в глаза. — Всё это к тому, — продолжал Эджворт, переводя взгляд с Феникса на жениха и невесту, — я надеюсь, что со временем смогу подходить к жизни с той же искренностью, с которой вы двое впервые вступили в брак много лет назад. Я прошу прощения за то, что так долго не могу выразить вам, как много для меня значит ваша дружба, и я очень благодарен за возможность быть здесь сегодня, чтобы стать свидетелем того, как вы двое делаете еще один шаг к тому, что, я уверен, останется долгим и счастливым браком. — сказав это, Эджворт сел. — О, мистер Эджворт! — Гамшу практически рыдал. — Это было прекрасно! — Мэгги была в похожем состоянии, обнимая мужа и вытирая слезы ему об плечо. Эти двое были далеко не единственными, кто плакал, хотя они, безусловно, были самыми выразительными (кроме, пожалуй, Ларри). Феникс все еще крепко держал руку Трюси, и ему пришлось использовать другую руку, чтобы вытереть слезы, которые грозили пролиться. Он слегка подпрыгнул, когда перед его лицом появилась салфетка, соединенная с тощей бледной рукой, принадлежащей Перл. Она мягко улыбнулась ему, и он взял салфетку, тихо пробормотав благодарность. — Ах, я полагаю, я должна говорить следующей, – нервно объявила Рода, вставая из-за стола. — Хотя то, что мы только что услышали, трудно повторить. — она слегка улыбнулась, слегка согнув одну из карточек, которые держала в руках. — Давай, Рода! — Майя громко взвизгнула, что, казалось, несколько уменьшило нервозность в позе Роды. Она сделала успокаивающий вдох и затем начала свою речь. Несмотря на все ее беспокойство, ее речь было довольно интересно слушать. Она рассказала о том, как впервые встретила Мэгги и как Мэгги начала работать с ней в iFly — было немного неудивительно, что Мэгги попала в неприятности в первые несколько полетов; женщине действительно не везёт. Но по крайней мере никого не убили. Также было несколько весёлых историй о том, как Рода присматривала за Риком и Марией, и о явном непонимании, через которое Рода прошла, когда впервые встретила Гамшу. Тем не менее, Фениксу было трудно полностью сосредоточиться, все еще увлеченный речью Эджворта, которую он произнес ранее. Его концентрация еще больше снизилась, когда он обнаружил, что Эджворт смотрит в его сторону, что привело к тому, что они двое тихо смотрели друг на друга и улыбались. После выступления подружки невесты Роды пришло время торта. Феникс уже собирался последовать за Трюси, чтобы встать в очередь, когда увидел, что к нему приближается Эджворт, и остановился. — Привет, — сказал Феникс. — Хорошая речь. — Спасибо, — ответил Эджворт с легким румянцем на щеках. — Я хотел сообщить тебе, что ухожу. С церемонии, я имею в виду. — Что? Но осталось еще несколько часов. Они еще даже не включили музыку. — возмутился Феникс. Втайне он надеялся потанцевать с Эджвортом. —Я знаю. — Эджворт тихо вздохнул. — Я просто… этот день был очень утомительным. Поскольку главное событие и мои обязанности окончены, я хотел бы вернуться в свой гостиничный номер и попытаться восстановить силы. — Ага, понятно. — Феникс потер затылок. Он понимал: он и сам чувствовал себя изрядно измотанным, но был почти уверен, что выспался больше, чем Эджворт. И даже когда они были детьми, Эджворт всегда быстро утомлялся, когда его окружало слишком много людей. — Я хотел отдать тебе это перед тем, как уйти. — Эджворт протянул Фениксу пластиковую карточку. Быстрый осмотр показал, что это ключ от номера в отеле — ключ от комнаты Эджворта. — Я думал… — покраснев, сказал Эджворт, — учитывая, э-э, обстоятельства… я подумал, что ты оценишь шанс избавиться от ужасного храпа Ларри. — Ты хочешь, чтобы я остался с тобой? — спросил Феникс, улыбка медленно озарила его лицо. — Только если ты этого хочешь. — Эджворт ответил с застенчивым выражением лица. О, Феникс более чем хотел. Чего бы он ни отдал, чтобы оказаться в комнате наедине с Эджвортом… они могли бы продолжить то, что он начал в такси, пока Эджворт не отругал его. Что он там сказал? — «По крайней мере, постарайся держать себя в руках до вечера!» Тогда Феникс дразнил его, но теперь он задавался вопросом, действительно ли у Эджворта были планы такого рода на их счет. Он чувствовал, что краснеет от этой мысли, а в животе медленно сгущается предвкушение. — Нам не придется делать ничего, что тебе неудобно, — добавил Эджворт, что заставило Феникса задуматься, был ли виден его румянец. — И я обещаю не уходить утром в этот раз. — Я бы хотел. — ответил Феникс, засовывая ключ от комнаты в карман жилета. — Я принесу свой багаж, как только закончится вечеринка. Я постараюсь не разбудить тебя, когда войду. — Я не буду спать. Или, по крайней мере, не должен. Слишком поздно для сна. — пояснил Эджворт, сардонически ухмыляясь. — Вообще-то, я надеялся расслабиться и почитать. Пожалуйста, разбуди меня, если я задремлю — я бы не хотел без необходимости нарушать свой график сна, больше, чем уже это сделал. — Хорошо. — Феникс усмехнулся. Он не стал бы винить Эджворта, если бы тот все-таки заснул — Феникс с нетерпением ждал возможности упасть в постель в конце дня. Уже привлекательная перспектива, которая стала еще более привлекательной с возможностью того , что Эджворт тоже окажется с ним в постели. — Значит, тогда я, э-э, увидимся позже сегодня вечером? — сказал Феникс, абсолютно уверенный, что улыбка на его лице была более чем глупой. Но Феникса действительно не заботило то, как глупо он выглядит. Майлз Эджворт хотел делить с ним комнату. Майлз Эджворт был влюблен в него. — Я с нетерпением жду этого. — ответил Эджворт. И как раз тогда, когда Феникс был убежден, что день не может стать лучше, он оказался неправ, когда Эджворт наклонился вперед, чтобы нежно прижать их губы друг к другу. Едва ли это был первый раз, когда Эджворт поцеловал его, но впервые он сделал это на глазах у всех их друзей и семьи. Феникс наклонился к поцелую, который длился всего несколько мгновений, прежде чем Эджворт отстранился, уходя, чтобы попрощаться с женихом и невестой. Феникс блаженно вздохнул, наблюдая, как тот идет по комнате. — Так, так, так... — Майя внезапно оказалась рядом с ним, и Феникс слегка вздрогнул, не осознавая, что она была так близко. — Я только что увидела кое-что или мне показалось? — спросила она с самодовольной ухмылкой в ​​стиле Чеширского кота. Это была ухмылка женщины, которая последние десять лет или около того постоянно настаивала на том, что его невысказанные чувства к Эджворту очень вознаградятся, и фактически регулярно умоляла его «поднять свою задницу и уже признаться», только для того, чтобы Феникс назвал её мысли неразумными и/или бредовыми, которые теперь оказалась полностью оправданными и правильными во всех отношениях. — Ладно, — Феникс попытался сдержать улыбку, изображая фальшивое раздражение. — Ты можешь сказать «я же говорила». Но только один раз. — Я же говорила! — взвизгнула Майя, дергая Феникса за руку и подпрыгивая от волнения. — Уф, я так и знала! Я точно знала это! — Феникс начал смеяться, слишком легко поддавшись энтузиазму Майи. — Вперед, Ник! — Майя перестала прыгать, отпустила руку Феникса только для того, чтобы ударить его по плечу. — Эй, успокойся! — Феникс бережно баюкал свою больную руку, хотя, к счастью, она не ударила его слишком сильно. Удары Майи не шли ни в какое сравнение с ударами ее маленькой кузины. — Кроме того, давай не так громко! Они как раз собираются начать первый танец. — Феникс жестом указал головой туда, где Мэгги и Гамшу шли к площадке, расчищенной для танцев, романтическая музыка (которую Феникс на самом деле не узнал) медленно наполняла простанство. — Извини, извини, — сказала Майя, слегка похлопав его по плечу в извинении. — Я так рада за тебя! После всех этих лет я не могу поверить, что вы, два дурака, наконец-то вместе! — она задумчиво вздохнула, драматично поднеся руку к груди. — Это то, на что похоже завершение? Это потрясающе. Хорошо, теперь ты должен мне все рассказать. Кто первый признался? — Эджворт. — ответил Феникс. Боже, как приятно было поговорить с Майей. Ему казалось, что он не видел ее целую вечность, хотя на самом деле прошел всего день. — Он молодец, — Майя кивнула, выглядя довольной. — Я должна буду обнять этого придурка в знак благодарности, когда увижу его в следующий раз. Теперь мне больше никогда не придется слушать твоё жалкое нытье «О-почему-не-Эджворт-меня-любит». — Ха-ха, — Феникс закатил глаза. — Кроме того, для протокола, я был тем, кто сказал «я люблю тебя» первым. — указал Феникс, прежде чем остановиться, мысленно перебирая события прошлой ночи, которые он помнил. — Хорошо, на самом деле я был тем, кто сказал это первым, пока мы были трезвыми. Я думаю, Эджворт формально сказал это первым, если считать, когда мы были пьяны. — Ну, похоже, у кого-то была весёлая ночь. — Майя подняла брови, многозначительно ухмыльнувшись. — О, ты понятия не имеешь. — Феникс мрачно рассмеялся. — Ларри застрелили. — Что?! — сказала Майя, оборачиваясь вокруг часовни, пока ее глаза не нашли Ларри — в целости и сохранности, который в настоящее время танцует с мамой Гамшу. — Ему уже лучше, — Феникс объяснил, стараясь не слишком сильно смеяться над обеспокоенным выражением лица Майи. Шок от всей ситуации давно прошел для Феникса. — Подробности расскажу позже. — Он не хотел говорить про импровизированную свадьбу с Эджвортом прямо сейчас, что было бы необходимо, если он собирался объяснить, как именно и почему Ларри был застрелен. Он знал, что рано или поздно все расскажет Майе, но сейчас было неплохо держать их брак в секрете между ним и Эджвортом (и Трюси... и Ларри, и Гамшу, хотя они оба поклялись хранить тайну). — Ну, думаю, это объясняет часть речи Эджворта… — пробормотала Майя себе под нос, задумчиво напевая. — Чувак, а я думала, что у меня была дикая ночь. — О, да, как прошел девичник? — спросил Феникс. — Это было здорово! — ответила Майя. — Я не знала, что у Мэгги есть такая дикая сторона… в конце концов, она поднялась на сцену во время шоу Чиппендейлов! — О мой Бог. — Феникс понятия не имел, что на это сказать. Трудно было представить, что Мэгги делает такое… но, опять же, он никогда не видел ее пьяной, не так ли? — На самом деле, она неплохо танцует, – прокомментировала Майя, задумчиво схватившись за подбородок. — По крайней мере, так было, пока она не упала. Потом нас выгнали. — Звучит как глупый способ закончить ночь. — Феникс усмехнулся. — О, на этом мы не закончили. — Майя одарила его злобной ухмылкой. — После этого мы посетили еще два клуба. Мы не останавливались, пока нам не пришлось практически тащить Мэгги обратно в ее гостиничный номер... после чего я направилась в номер Роды. Если ты понимаешь, о чем я. — Майя слегка подтолкнула его локтём, шевеля бровями. Феникс почувствовал, как расширились его глаза. — Майя, ты этого не сделала! — он вздохнул и прошептал шокировано. — О, мы сделали. Мы определенно сделали. Несколько раз. — Майя хлопнула в ладоши, изображая самодовольную ухмылку. — Бедняжка Перл. Я думаю, что мы могли навредить ей этим утром, когда она пришла проведать меня. По крайней мере, Рода надела халат, прежде чем открыла дверь... — лицо Майи скривилось в легкой гримасе. — Я подумала, что это обслуживание номеров, и не удосужилась укрыться простынями, пока не стало слишком поздно. Она все видела. Феникс ничего не мог с собой поделать. Он смеялся. — Ну, это, безусловно, объясняет ее встревоженный вид, когда мы встретились за завтраком. Я просто подумал, что она застала тебя, когда тебя рвало или что-то в этом роде. — О, она вошла на что-то. — хихиканье Майи было слегка безумным. — Ах, я действительно не должна смеяться. Я чувствую себя немного плохо. — Майя слегка потянула одну из прядей своих волос. — И Перл была такой хорошей помощницей во всем этом. Она даже была готова помочь нам с нашей маленькой чрезвычайной ситуацией сегодня утром. Феникс вспомнил, как Трюси упомянула о какой-то «чрезвычайной ситуации», когда она и Перл ушли от них этим утром. — Что за ситуация? — Знаешь, как Мэгги упала на сцене? — Майя начала, — Ну, когда она проснулась этим утром, она увидела, что умудрилась поставить себе огромный синяк под глазом. Понятно, что она сходила с ума по этому поводу, так как это был день ее свадьбы. И если этого было недостаточно, она также поняла, что порвала свою свадебную фату, которая, кстати, является семейной реликвией. И она также потеряла сапфировое ожерелье своей мамы, которое было «одолжено» и «необходимой» частью свадебной традиции на удачу. Знаете: что-то старое, что-то новое, что-то позаимствованное и что-то важное? — Майя нахмурилась. — Бедная Мэгги была в слезах, когда звонила нам. Феникс совсем забыл об этих старых традициях. Но он не удивился, услышав, что Мэгги заинтересовались подобными талисманами на удачу, учитывая, насколько ей не везло. (И теперь, когда он подумал об этом, он и Эджворт сами вроде как последовали им, не так ли? Они одолжили костюм Ларри в часовне, на Эджворте был новый галстук, а его синий жилет, вероятно, был достаточно старым, чтобы считалось, да?) — В любом случае, — продолжила Майя, — я позвонила Перл и Трюси, чтобы они могли присматривать за Мэгги, пока мы с Родой отправились искать ожерелье и исправлять фату. Перл пришла в голову мысль направить сестрёнку, чтобы помочь скрыть синяк под глазом Мэгги — Мия всегда хорошо разбиралась во всем, что касается макияжа. А мы с Родой нашли ожерелье в третьем клубе, который посетили прошлой ночью. К счастью, магазин, в который мы принесли фату, смог вовремя ее починить. Мы все же были близки к провалу. Но не так близко, как вы, ребята. — добавила она, бросив на него проницательный взгляд. — Ха-ха, да. — Феникс потер затылок. — У нас были некоторые проблемы с подготовкой Гамшу — это длинная история. Это относится ко всей этой истории с «Ларри, которого подстрелили». Я расскажу тебе обо всем позже. — Я запомню. — сказала Майя, слегка фыркнув. — Да, обещаю. — «Обет молчания» Феникса технически заключался в том, чтобы не рассказывать Мэгги, верно? Майя, наверное, не в счет. Да и вообще, скрывать от нее что-то подобное было бессмысленно. У Майи всегда был способ выяснить это в конце концов. — Но ничего себе. Я до сих пор не могу поверить, что у тебя была ночь с подружкой невесты. Что случилось с невинным подростком, которого я когда-то знал? — Феникс мечтательно вздохнул. Майя фыркнула. — Ей исполнилось двадцать восемь, и она занялась сексом. — она ласково толкнула Феникса в плечо. — И я делаю все, что в моих силах, чтобы убедиться, что это не роман на одну ночь. С учетом сказанного, есть одна дама, с которой я хотела потанцевать. Увидимся позже. — Майя помахала на прощание и направилась туда, где Рода стояла в стороне и потягивала бесплатное шампанское. «Молодец, Майя,» — нежно подумал Феникс, наблюдая, как его лучшая подруга ведет покрасневшую Роду на танцпол. «И я думаю, что в какой-то момент мне следует извиниться перед Родой.» — он все еще чувствовал себя плохо из-за того, как он обращался с ней в начале поездки. Ревность не была хорошим оправданием, и она казалась особенно глупой сейчас, учитывая, как все закончилось. Он надеялся, что у него будет возможность поговорить с ней и снова представиться должным образом, особенно если она и Майя собирались проводить больше времени вместе. Однако сейчас он решил оставить двух женщин в покое. Феникс подошел к тому месту, где Перл и Трюси танцевали под музыку, надеясь поймать танец с его дочерью, пока новая песня еще не началась. Однако он оказался полностью отвергнутым. — Может быть, во время следующей песни, папа! — сказала Трюси легким голосом. — На самом деле я надеялась захватить еще один кусок пирога. Хочешь, Перл? — О да, пожалуйста, если не трудно! — Перл кивнула. Затем она повернулась к Фениксу. — И я потанцую с вами, если хотите, мистер Ник. — С удовольствием, Перл. — Феникс согласился, наблюдая, как его дочь мчится за свадебным тортом. Феникс взял обе руки Перл в свои, и вскоре у них развился забавный ритм, который в основном состоял из поворотов друг друга из стороны в сторону, а Феникс добавил несколько вращений, пока Перл хихикала от восторга. Трудно было поверить, насколько она выросла из той застенчивой восьмилетней девочки, которую он встретил много лет назад в деревне Кураин. Предыдущая речь Эджворта напомнила ему, как ему повезло наблюдать, как она превращается в такого милого и жизнерадостного подростка. Они вдвоем сделали перерыв после того, как песня подошла к концу, Фениксу нужно было время, чтобы подышать воздухом. Он вложил в танец много энтузиазма, надеясь заставить Перл улыбнуться, и, очевидно, у него уже не было столько энергии, сколько раньше. — Спасибо, мистер Ник. — Перл улыбнулась ему. Затем, заложив руки за спину и понизив голос до шепота, добавила: — И поздравляю вас с женитьбой на мистере Эджворте! — А? — Феникс был застигнут врасплох, удивленный, что Перл узнала о них. То есть до тех пор, пока он не вспомнил, что сказала Трюси тем утром — она сказала, что и она, и Перл прослушивали голосовые сообщения, не так ли? Это вылетело из головы Феникса, особенно после того, как Перл не упомянула об этом, когда они встретились за завтраком. Обычно она была из тех, кто расхваливает любые грандиозные романтические жесты… внезапная свадьба в Лас-Вегасе звучала как раз то, чем она могла бы восхищаться. Но, может быть, она была слишком потрясена, обнаружив Роду и ее кузину вместе в постели? Или, возможно, Трюси просила ее молчать, тем более что она так стремилась отомстить ему в мягкой форме. Трюси, конечно же, не сможет манипулировать личностью его «таинственного супруга», если Перл выпустит кота из мешка. — Э-э, спасибо, Перл, — сказал Феникс. — Но я был бы признателен, если бы ты пока молчала о свадьбе, ладно? Мы же не хотим отвлекать внимание от свадьбы Мэгги и Гамшу, верно? — Конечно, нет! — Перл горячо согласилась. — Не волнуйтесь, мистер Ник, Трюси мне все рассказала! — она положила руки на щеки и приняла мечтательное выражение. — Я думаю, это так романтично, что вы двое решили быть вместе… может быть, это произошло внезапно, но ваши чувства были искренними, не так ли? — Да, я полагаю, ты права. — Феникс усмехнулся. Было почти приятно снова увидеть прежнюю одержимую романтикой сторону Перл, особенно когда она не была направлена ​​на него и Майю. Хотя прошли годы с тех пор, как она в последний раз пыталась соединить их двоих, все равно приятно было знать наверняка, что Перл больше не ожидала, что они будут вместе. Феникс надеялся, что это признак того, что Перл больше не боится, что он внезапно покинет их двоих, что Фениксу не обязательно иметь романтические отношения с Майей, чтобы хотеть быть частью ее и Перл жизней. Они были семьей. — Эй, Перл… — это натолкнуло его на мысль, о которой Феникс думал уже какое-то время. — Ты же знаешь, что тебе не обязательно называть меня «мистер» Ник, верно? Можешь называть меня просто «дядя Ник» или, эм… даже «папа», если хочешь. Перл ахнула, ее рука поднялась, чтобы прикрыть рот. — О, мистер Ник, я не могу называть вас «папа»! Не раньше, чем мы с Трюси поженимся! — Что?! — Феникс определенно не ожидал такого. Как и Перл, судя по тому, как вспыхнуло ее лицо и расширились глаза. — Пожалуйста, забудьте, что я что-то сказала! — она практически пискнула. — Перл, вы с Трюси… — Нет! Пожалуйста! Не знаю, почему я это сказала! — она отчаянно махала руками перед Фениксом, ее лицо быстро приобретало цвет спелого помидора. Затем она полностью закрыла лицо, слегка свернувшись калачиком. — Я даже не знаю, нравлюсь ли я ей таким образом… — пробормотала Перл, ее голос дрожал от смущения. — Пожалуйста , пожалуйста, не говорите ей, что я это сказала… — Эй, Перл, все в порядке. — Феникс опустился на колени, положив руку на плечо Перл. — Обещаю ничего не говорить. — Правда? — Перл убрала одну руку, другая все еще лежала на лице, и слегка прикусила ноготь на большом пальце. — Вы не злитесь? — Я не злюсь. — Феникс успокоил ее. — Трюси знает, что ты в нее влюблена? — Нет… — пробормотала Перл, ее лицо все еще сильно краснело. — Я… мне очень жаль… я знаю, что должна с-сказать что-то, особенно… особенно с учетом того, что мы спали в одной постели и… и Трюси не знает, что я, гм, люблю девочек, но — я не хочу, чтобы она смотрела на меня по-другому… — Все нормально, — Феникс заключил Перл в объятия, в которых она с благодарностью растаяла. — Трюси не стала бы думать о тебе иначе, я в этом уверен. Она любит тебя, Перл. Даже если она не любит тебя так же, а может и любит, честно говоря, понятия не имею, ты всегда будешь частью нашей семьи, хорошо? Перл прижалась лицом к его груди, громко всхлипывая. — О-ладно. Спасибо, дядя Ник. — Феникс почувствовал, как его грудь наполняется теплом, когда она употребила этот термин. — И ты знаешь, что это нормально, если ты лесбиянка, верно? — тихо спросил Феникс. Перл отстранилась, ее лицо выражало недоверие. — Конечно знаю, дядя Ник! Мистик Майя сказала мне, что она лесбиянка уже много лет. И если Мистик Майя — лесбиянка, — на этот раз она прозвучала более уверенно, — то быть лесбиянкой не может быть плохо, что бы ни говорила моя мама! — она шмыгнула носом — по-видимому, чтобы прочистить носовые пазухи от слез, — хотя это действие выглядело почти надменным, если учесть свирепость в ее тоне. — Кроме того, — она слегка сдулась, на ее лице появилась легкая улыбка. — Вы с мистером Эджвортом тоже такие, верно? Так что, конечно, я знаю, что все в порядке! — Ну, Эджворт гей, а я бисексуал. — Феникс мягко поправил. — Но да, ты уловила суть. Просто хотел убедиться, что ты это знаешь. — он осторожно вытер слезу со щеки Перл и получил еще одну улыбку за свои старания. — Эй, папа! Ты ведь не довел Перли до слез? — спросила Трюси, подходя к ним двоим, держа одну руку на бедре, а другой неся два куска торта на одной тарелке. — Заставлять Перл плакать — незаконно! — О, Трюси! — Перл быстро расправила платье. — Дядя Ник ничего плохого не сказал… Я просто снова стала немного сентиментальна. Ты же знаешь, как я отношусь к свадьбам. — она застенчиво добавила. — О, тогда все в порядке. — сказала Трюси. Она подняла тарелку к Перл. — Я принесла тебе кусок торта! Хочешь съесть его со мной? — Эй, Трюси, как насчет моего танца? — спросил Феникс. Трюси показала ему язык. — После того, как мы съедим торт, папа! Кроме того, похоже, тебе нужно сесть. — Эй! — сказал Феникс, притворно обиженный. «Я действительно выгляжу таким запыхавшимся? Чувак, может быть, мне нужно потренироваться…» — Ну что, Перл? — спросила Трюси, с надеждой глядя на Перл. — Да, давай. – сказала Перл, позволив Трюси схватить ее за руку и повести к одному из столов, чтобы вместе съесть их торт. В конце концов Фениксу удалось потанцевать со своей дочерью, а также еще несколько танцев с Перл и даже один с Майей. К тому времени, когда вечеринка подошла к концу, он чувствовал себя измотанным. У него также были планы на завтра, и Трюси как ни в чем не бывало сообщила ему, что днем ​​они пойдут в магический магазин. Очевидно, Трюси купила утром билеты на фокусное представление только для нее и Перл — «поскольку вам, старым пердунам (он предположил, что Труси имела в виду его, Эджворта и Майю), вероятно, нужно поспать после прошлой ночи! — и они должны были встретиться за ланчем и провести остаток дня за покупками и осмотром достопримечательностей («Перли очень хочет попасть в мир M&M!» — услужливо добавила Трюси). В общем, завтрашний день казался веселым. Хотя, по правде говоря, Феникс гораздо больше ждал сегодняшней ночи. Вот почему ему пришлось сопротивляться желанию застонать, когда он направился в свой гостиничный номер, чтобы забрать свой багаж и Ларри атаковал его. — Эй, Ник! Что ты скажешь о вечере в городе с девушками? — спросил он с возбужденной улыбкой на лице. — Шанель и Таша смогли уйти пораньше — по-видимому, некоторые девушки предложили занять их часы — и они хотели отпраздновать, что бывший парень Таши попал в тюрьму! — Нет, Ларри, спасибо. Я не могу. — ответил Феникс. Он понятия не имел, откуда у Ларри остались силы для еще одной ночи в городе. Можно было подумать, что выстрел успокоит его! — Вообще-то у меня уже есть планы, — объяснил Феникс, начиная собирать свою зубную щетку и остальные вещи, разбросанные по комнате. — И, э-э, я не останусь здесь сегодня на ночь. И завтра. Эджворт предложил делить со мной свою комнату. — Охохохо… — рассмеялся Ларри, многозначительно приподняв брови. — Начинаешь свой медовый месяц, а? Лицо Феникса вспыхнуло от этого намека, хотя Ларри не обязательно ошибался. По крайней мере, Феникс надеялся, что он не ошибался. — Да, вроде, — ответил Феникс, решив, что скрывать это бесполезно. — Хорошо тебе, мужик. — Ларри хлопнул его по спине. — Я надеюсь, что вы, ребята, справитесь. Но ты уверен, что не хочешь зайти в круглосуточный магазин за презервативами или чем-то еще? Шанель прямо снаружи — я уверен, она согласится подвезти тебя. — Нет, всё в порядке… — Феникс остановился, внезапная и непреодолимая мысль сформировалась в его голове. Судя по тому, что он помнил прошлой ночью, был шанс, что ещё ничего не будет, но если будет… Что ж, попробовать стоило, верно? — На самом деле, — Феникс сказал, — Как ты думаешь, она согласится помочь мне что-нибудь подобрать?