Мурлыка. Холод самых теплых дней

********* Архонт поправил позаимствованный у своего наследника ярко-зелëный худи, довольно покосился в зеркало и отправил воздушный поцелуй провожающим их до машины учителям академии. От таких проявлений внимания мужчин почти одновременно перекосило так, словно в них выстрелили, не меньше. И куда только отстранённые лица пропали? — Ого, как пафосно. Ну да я в этих «автомобилях» ничего не смыслю, хотя выглядит внушительно, — прокомментировал Архонт, забираясь в машину. Венти последовал за ним. Водитель пару раз бросил взгляд на похожих юношей, сидящих на заднем сидении. — Что-то не так? — спросил у водителя Венти. — Просто, полагаю я ничего не понимаю, но в любом случае я должен уведомить о госте, которого вы привезëте отсюда. Барбатос хмыкнул. Немного странно, словно за каждым шагом следят. — А вот портить сюрпризы не надо, так же жизнь совсем скучной покажется! — как ни в чем не бывало заявило божество, сложив руки на груди. — Думаешь, сюрпризом лучше? — осторожно спросил у него Венти. — Если сейчас водитель скажет Рагнивиндрам что к ним едет Архонт, то они такой дым коромыслом устроят… Ты готов выдержать пару часов церемоний официальной встречи? Я хорошо знаю традиции этой семьи, — опять хмыкнул Архонт. Венти вздохнул: тут, конечно, всё было верно. — Ты мне вот что скажи. Как ты к ним попал? Уверен, история захватывающая, так что как минимум вдохновит меня на балладу. Венти вздохнул. Порой Архонт вел себя как немного бесцеремонный друг, но всё же было очевидно что зла он не желает. Да и как отказывать-то ему, он так помог. К тому же история всем известная — ничего не случится если он её расскажет. ************ Рассказ не занял много времени. Барбатос оказался очень внимательным слушателем, более того, крайне погружённым в беседу. Венти всё время казалось что божество не просто ему сочувствует, но и очень хочет поддержать, — это было видно по его погрустневшему взгляду, по печальной улыбке. — Говорят, я умею утешать, но на самом деле нет. Мне очень жаль что всё это произошло с тобой, но можно сказать что тебе в чём-то повезло. Как говорится, горечь прошлого позволяет ярче ощутить сладость настоящего. Венти пожал плечами. Всё же Архонт был забавным: порой выражался так по-книжному, но звучало очень красиво. — Господин, мы подъезжаем. Я не докладывал о госте, но нас очевидно заметили ещё на въезде на территорию резиденции. В окно Венти увидел что его уже вышли встречать. Жаль нельзя остановить машину — казалось, что бегом он преодолеет расстояние до семьи в сто раз быстрее. Сердце забилось словно сумасшедшее: вот ещё немного и он увидит Дилюка. Наверное, и Альбедо придёт, скорее бы и его увидеть! Архонт с интересом осматривался. Было заметно — ему многое нравилось в убранстве парка перед величественным зданием. — Ты только не подумай, Дилюк может показаться строгим, — опасаясь реакции Дилюка на неожиданного гостя, предупредил Венти, — Но он очень хороший человек. — Да я как никто другой знаю что строгие и, казалось бы, отчужденные люди могут быть самыми хорошими и светлыми, — слегка улыбаясь чему-то своему ответил Архонт. Наконец машина остановилась. Венти едва ли не споткнулся об порог, выбежал из машины и повис на Дилюке. Куда девались обиды, куда всё пропало… Главное что он так скучал, и вот, наконец-то он дома. — Я сдал экзамен, — объявил Венти остальным, выглядывая из-за плеча Дилюка. — О, я можно сказать не верю, — Кейя как обычно язвил, но было видно что он беспокоился. — Ну мне-то поверите? Кстати, рад познакомиться, я Барбатос. Сказать, что люди были в шоке — ничего не сказать. Бурная реакция родственников остановилась как по команде: все уставились на второго, бесконечно похожего на Венти юношу, который выбрался из машины. — Там что, Двалин за моей спиной? — словно не понимая с чего такая реакция и удивленно осматриваясь, спросил Барбатос, — Нет вроде. Натаниэль? Тоже нет… Ну что вы, я рад вас всех наконец увидеть. Венти про вас рассказывал. Он сказал что я могу здесь погостить, мне нужно купить некоторые вещи для Паймон. Она конечно летающая заноза, но Фатуи боится больше всего на свете. Зато Венти молодец, лиру мою нашёл! Король потрясённо молчал. В принципе, все смотрели на внезапного гостя с разной толикой недоумения, но вот именно Вольф выглядел наиболее шокированным из всех — кажется, у него было своё отношение к ситуации. Дилюк загородил собой Венти, мгновенно выступая вперёд: в руках старшего принца появился огромный огненный двуручник. Барбатос даже не шелохнулся, и просто положил руку на лезвие, улыбаясь и глядя в глаза Дилюку. За спиной Архонта появились огромные белые крылья. — Действительно, Архонт, — вполголоса вынес вердикт Дилюк. — Правильно сделал что проверил, — серьёзным тоном произнес Барбатос. Не было даже щелчка пальцев или заклинания, — Архонт моргнул и за его спиной пропали крылья. — Поэтому и экзамен сдал лучше остальных, — добавил бог, — Ну, убирай свою железку, я с огненными двуручниками часто дело имел, а магия Рагнивиндров меня не тронет. — П-прости, — непонятно перед кем извиняясь выдавил из себя Мурлыка, удивленный таким столкновением. Барбатос улыбнулся, но своим взглядом сверлил Дилюка, взвешивая его способности. Старший принц также упрямо не отводил взгляда от божества — они оба словно играли в гляделки. Архонт не шелохнулся, но Дилюк неожиданно почувствовал на себе такой гнёт, словно его ветром в любой момент может прижать к полу, — да так, что никакой огонь ему не поможет. Архонт явно давал понять, что будь он настроен враждебно, одним мечом ему отбиться бы не удалось. Барбатос улыбнулся чуть приветливее и гнёт над Дилюком пропал. Старший принц понял: никто больше не почувствовал этой магии, — разве что Лиза и отчасти Альбедо, заметивший, что встреча идёт не так приятно, как хотелось бы. — Ваше Величество, да я не кусаюсь, ну что так на меня смотреть! — отворачиваясь от Дилюка, подмигнул королю Барбатос, видя, что тот не то что не моргает, но даже словно бы и не дышит, глядя на эту безмолвную стычку. — Дилюк, тебе одного было мало и ты их клонировал? Этот без ушей, — буркнул Альберих, пытаясь разрядить обстановку. Но тут эмоционально отреагировал Альбедо, который буквально позеленел, однако Архонт засмеялся. — Отличный юмор! Если ты и выпить любишь, то мы с тобой найдем общий язык. О, я их понимаю. Сам такой же. Нет, подумать только, насколько же могут быть похожи наследники Архонтов. Всегда этому удивлялся. Надеюсь, Царица детей не завела — представить боюсь, какой у них будет характер, всем Тейватом же будем их перевоспитывать. — Рад познакомиться, Вольф. Это моя супруга, Виктория, — представился король, но по лицу Архонта было понятно — его забавляет эта игра в незнакомцев. — Приютите на пару дней? Прежде бардом я часто останавливался у добрых людей. Я так давно не был в этом мире, смотрю и удивляюсь тому, как всё вокруг поменялось. — Будем рады вас приютить, — ответил Вольф, и Архонт, улыбаясь, пожал ему руку. — А вино у вас есть? Дорога была длинной, — улыбаясь, протянул Архонт. — Конечно. Я скажу чтобы накрыли в саду. Таких гостей у нас ещё не было. — А я вам расскажу, как в Сумеру все повели себя как идиоты. С Венти всё хорошо, я уверен. И ещё, Вольф, — Архонт вздохнул, словно шёл на серьёзные уступки, — не надо волноваться. Я вас простил за ту случайность. И вы меня простите, за вспыльчивость. Король выдохнул с облегчением. Пусть для всех остальных эти слова были совершенно непонятны, но с его плеч свалился тяжёлый груз. Да и на душе стало спокойнее. Кажется, предстоящий визит будет исключительно дружеским. *************** Вольф раскатисто хохотал узнав, что в Сумеру Двалин сделал капитальный ремонт, случайно задев крылом здание. Вытирая слëзы смеха мужчина напрочь позабыл о том, что перед ним сидел Архонт. Создавалось ощущение, что Барбатос не просто дружелюбный человек, а та самая душа любой компании, без которой — никуда. — Полагаю Моракс их накажет за несоблюдение контракта. Признаться честно, он такой зануда, но порой это очень полезно. Так значит в Улару проблемы? — Барбатос, улыбаясь, повернулся в сторону Венти, который с явным облегчением после встречи с Дилюком сидел за столом, поглощая в несметных количествах холодный чай. — Да, кажется, там все плохо. Барбатос пожал плечами и посмотрел на вино в своём бокале. — Очевидно, нужна помощь целому региону, — заключил Дилюк, как бы намекая, что всю работу должен взять на себя Барбатос. — А когда это я в няньки нанимался? Люди натворили проблем, а я, значит, в который раз бросай все дела и давай, помогай, — несерьёзно протянул Архонт наблюдая за тем, как в его бокал доливают ещё вина. Рагнвиндры посмотрели на божество с разной степенью осуждения. — Ты конечно прав, но всё равно… говорят, там всё совсем плохо, — осторожно заметил Венти, глядя на Барбатоса. — Я помогу тебе по дружбе, если вдруг совсем тошно станет, — отмахнулся Архонт, делая глоток вина, — о-о, сколько осуждения. Все такие правильные, мне почти не по себе за свою безрассудность. — С чего такое желание помогать? Обычно Архонты редко вмешиваются в дела людей, — протянул Дилюк, хотя и ситуация была из ряда вон — любой другой бог поступил бы иначе. Барбатос закивал, улыбаясь. Ему все эти обвинения казались детским лепетом — не больше и не меньше. Более того, излишняя напористость Дилюка его в чем-то забавляла и он этого не скрывал, одним своим видом давая понять — излишняя серьезность здесь неуместна. — Я давно присматриваю за Венти, — наконец решил признаться Архонт, — История вышла презабавная — один из моих близких друзей рассказал, что ему помогли бежать два человеческих ребенка. Да, он буквально-таки просил их благословить: дескать, редкий человек будет так добр к дракону. Ну вот я и решил глянуть, кто моего Лариона освободил из клетки? Каким же было моё удивление когда оказалось, что это был мой наследник и его друг. От лица большого драконьего семейства и лично от меня скажу — большое спасибо тебе, Венти, и вам, Альбедо. Как минимум один дракон у вас в должниках, — Архонт посмотрел на алхимика так же доброжелательно, как и на Венти. А вот Альбедо от этого стало не по себе: конечно приятно, что старая история так аукнулась, но всё равно — вечно им про неё напоминают! — Выходит, ты знал меня так давно? — Венти даже промахнулся мимо стакана с холодным чаем — настолько он был удивлён. — Ну как сказать, — Барбатос пожал плечами, — не то чтобы знал, так, пару раз наблюдал за особо опасными ситуациями. Пару раз сбил с толку Тарталью, присматривал за тем, чтобы лук тебя не прикончил, подбросил свою поломанную лиру в качестве задания… Ты уж извини, не мог помогать напрямую — зануды из Сумеру могли бы устроить целое шоу. — Получается я сдал… — понимая, что сам он ничего не сделал, озвучил умозаключение Венти. Архонт закатил глаза и опять его перебил: — Сам. Меня это удивило. Ты мог не обратить внимания на лиру, не отказаться от сильного артефакта в виде лука, — конечно, уходить куда-то с предвестником Фатуи с территории академии глупость та ещё, но — браво, ты сумел поставить Тарталью на место! Хотя и повезло, что к тебе подобрался первым именно он. Синьора работает куда жёстче. Ужас на лице Дилюка, слушавшего обо всех перипетиях Мурлыки в Сумеру, походил почти на киношный шок. Округлив глаза тот уставился на Венти, который, в свою очередь, подавился виноградным соком, пнув Архонта под столом. Принц явно намекал что даже близким обо всём рассказывать не стоит. Барбатос, казалось, был только рад такой фамильярности от своего наследника, и заулыбался ещё шире. — Скажи спасибо, что про твой сговор с Джинн не рассказал, — быстро прошептал на ухо принцу Архонт, и тот совершенно растерялся. — Кстати, это я тогда привлёк ваше внимание к окну, чтобы Альбедо увидел Дилюка у входа в свой дом. С одной стороны шокированный Дилюк, жаждущий объяснений, с другой радостный Архонт… Так себе ситуация — и не знаешь, что делать. — Так это тот дракон нас спас?.. — пытаясь увести разговор от неприятной темы, спросил Венти. — Нет, помог нам мой Двалин. Люди ещё называют его Владыкой небес. Двалин самый сильный и талантливый дракон во всем Тейвате, прародитель и покровитель многих драконьих семей. Мой самый добрый друг, — Барбатос явно гордился этой дружбой. Более того, у него даже глаза заблестели от одного упоминания о драконе. — Я читал о нём очень много и даже не верил в его существование, ведь его давно не видели, — удивился Альбедо, всё ещё пытаясь сосчитать, в какое количество передряг влип Венти. Обычно математика, да ещё и такая простая его не подводила, но тут как-то не получалось. — Может и увидишь ещё. Я хочу вас попросить… — Барбатос стал серьёзнее, — Хватит. Ну не надо из меня делать серьёзного гостя и сидеть за этим столом, соблюдая этикет. Венти нужно хотя бы отоспаться. Да и вы все волновались за него, а мы ещё наобщаемся — я к вам не на один день. Мне неловко, что я нарушил ваши семейные планы, но так получилось, вы уж извините. Отпустите Венти отдохнуть. Да и ему, вижу, есть кого успокаивать, — Архонт слегка улыбнулся, глядя на встревоженного Дилюка, — а мне хватит самой простой комнаты, да пару бутылок вина. Я не слишком наглый гость, для меня куда важнее компания. — Может, со мной выпьете? За примирение? — спросил Вольф. — О, а вот это верный разговор. Мы пошли, — вставая первым, чтобы уйти с королём весело сказал Архонт, — Завтра будем искать диковинки для Паймон, — успокоил Венти бог и последовал за хозяином резиденции и его дворецким. — Альбедо, — Венти повернулся к другу, явно собираясь расспросить о чём-то, — но тот только обнял его, с облегчением глядя на пусть и потрëпанного, но живого друга. — Успеется. Иди, отдохни. После Сумеру нужно хотя бы отоспаться. — Идите-идите, вид множества лиц после дурдома в этой Академии до головной боли доведут. Мурлыка, мы все рады тебя видеть, — Виктория погладила юношу по голове. *********** Дилюк даже не знал, как начать этот разговор. Нет, он в принципе не знал как разговаривать с Венти после того, что случилось за день. Архонт выложил столько спорной информации, что оторопь брала: одно появление Тартальи чего стоит. — Ты не ранен? Не молчи, не заставляй меня проводить полный досмотр на предмет травм. — Мда, хоть когда-нибудь ты захочешь меня раздеть по другой инициативе? — немного удивляясь собственному нахальству, спросил Венти. Дилюк закатил глаза и прижал Мурлыку прямо к стене, у которой тот стоял с планшетом в руке. Юноша слегка стушевался, покраснел, но упрямо смотрел на парня напротив, не собираясь сдаваться. — Я всё ещё на тебя злюсь. Немного, но всë-таки. — Ты встрял в ситуацию с предвестником, куда-то с ним ходил, ища приключений на пятую точку, а ещё слегка подпортил архитектуру старинного замка адептов и мудрецов. Мурлыка, да ты талантливей меня с Кейей, хотя и мы ангелами не были. Юноша улыбнулся. Ну вот, наконец Мурлыкой назвал, — а то всё Венти и Венти, даже как-то не по себе было. — Я старался, — улыбнулся юноша. Дилюк опять посмотрел на Мурлыку с иронией. Парень, обняв его за талию, наклонился и поцеловал. Он скучал по Мурлыке, порой до такой степени, что ругал себя последними словами. Что такое две недели? Да ничто, по сути. Так почему эти последние дни буквально вечность длились? Казалось, в сутки может уместиться целая неделя. Парень гладил Мурлыку по спине, чувствуя, как тот отзывается на ласку. Тихо мурлычет, прикрыв глаза, прижался изо всех сил. А по счëсанным ладоням, царапинам на локтях видно — падал не раз, да и, судя по всему, простудился. Вроде бы мелочи, но всё же. — Я очень тревожился. Оставим разговоры на потом, у тебя глаза слипаются. Пошли спать, — Рагнивиндр подхватил Венти, забросив его себе на плечо. Тот даже не пытался бороться: отмахнулся и начал дремать ещё на полпути к постели. ******* Королева с опаской заглянула в кабинет супруга. Лизу же буквально передёрнуло: всё насквозь пропахло вином, да так, словно не двое пили, а человек сорок. Вольф, покачиваясь и толком ничего не понимая, расфокусированно смотрел в стену. Кейя, который оказался здесь чудом, тоже был очень пьяным, но держался на порядок лучше короля. Архонт же и вовсе всего лишь испачкал рукав в вине, да слегка растрепал волосы, — он казался почти трезвым, разве что его жесты были слегка замедлены. — Так а из-за чего отец извинялся? — заплетающимся языком спросил Альберих, рассматривая Архонта. — А, дурак он. Нет, я по-доброму, — Барбатос пил уже прямо из бутылки, явно игнорируя бокал. — Ну так? — подначил Альберих. — Он пришёл на экзамен в перчатках из драконьей кожи. Представляешь? Альберих явно не сразу понял из-за чего весь сыр-бор, но потом до него дошло: Барбатос буквально родными драконов считает и такой поступок равносилен тому, чтобы прийти к сыну в перчатках из его матери. Мерзость. — Вот-вот. Мы даже повздорили. Я почти его убил, но меня Натаниэль придержал, — Архонт вздохнул, — а потом и мне стыдно стало. Ну ваш-то отец при чëм? Он-то не знал что можно, что нельзя… Барбатос осёкся, перевёл взгляд на королеву и Лизу у двери. Икнул и сделал ещё глоток вина из бутылки. Виктория смотрела на божество с невероятным осуждением, а на супруга и сына как на двух идиотов. — Ну вы на них не злитесь, это моя идея, — попытался уладить всё Барбатос, улыбаясь женщинам. — Просто дамский угодник, улыбка такая — ну всё простишь. Ваше Величество, вы со своим семейством сами, а я уж гостя проведу чтобы он у нас не заблудился, — видя, что Барбатос собирается уходить совершенно довольно протянула женщина, которую ничего не смущало. — Благодарю, леди Минчи, — стальным тоном произнесла королева. Альберих с тоской посмотрел на Архонта, но тот развел руками, дескать, чем я тебе помогу — получишь от маменьки по самое не балуй, сам же пришёл и напился. Барбатос выскользнул из кабинета короля, следуя за Лизой. Минчи, улыбаясь, вела его по коридорам. — Ох им и достанется. Вы-то не виноваты, но всё же, завтра им явно будет плохо. Хотя бы Мурлыку учить пить не стоит, ему рановато. — О, у него врождённый талант к выпивке — он с Альберихом пил, рассказывал… Барбатос закашлялся, понимая, что выдал друга. Тогда он ещё умилительнее посмотрел на Минчи, пока та, открыв рот от удивления, во все глаза смотрела на божество, явно не слишком доверяя его словам, — но в то же время она понимала, что Архонту незачем лгать. — Оставим это втайне, ладно? Буду очень благодарен. Лиза кивнула и указала на дверь гостевой комнаты, которую выделили Архонту. Тот благодарно кивнул и, явно решив не искушать судьбу, чтобы не выболтать ещё что-нибудь, пошёл спать. Минчи, посмеиваясь, пошла к себе. Сегодня был действительно уникальный день. *********** Том открыл глаза на третий день и не мог понять, что случилось. Сбоку — какой-то шум, в теле словно ни одной кости, и даже дышать казалось сложно. Все три дня он провёл в горячке и даже не приходил в себя, порядочно напугав этим не только Эллеона, но и тех слуг, которые беспокоились о нём. Доктора наперебой говорили о том, что даже идеальный уход не может совершить чудо. — Ого. Я позову врача, — мерное перестукивание прекратилось. — Эллеон… — Том попытался озвучить хоть какой-то вопрос на тему того, что происходит, но сил ему не хватило. — Это Нолан. Лео на перевязке. Кратко введу тебя в курс дела, — обыкновенно флегматично продолжил парень, закрывая ноутбук и параллельно что-то печатая в смартфоне. — Ты умудрился его укусить, пока был в горячке. Никто не в обиде, но он куда более оскорблен тем, что ты решил умереть у него под боком. Говорю сразу, чтобы ты себе потом чуши в голову вбить не успел. Он меня прислал сюда вместо себя, так что он точно перепуган до смерти. Врач открыл дверь, зашёл и быстро принялся осматривать больного. Рядом суетилась медсестра. В голове бедного омеги всё окончательно смешалось. По сути, он и сопротивляться не мог — настолько слабым он себя чувствовал. — В себя пришёл? Наконец-то. Нолан, я тебе благодарен, — вслед за врачом быстро зашёл Эллеон, на руке которого действительно была повязка. — Я ему рассказал, что ты — пострадавшая сторона, и что тут прямо под дверью уже панихида, устроенная в его честь. — Как же я тебя уважаю, дорогой брат, — оскалился Эллеон. Нолан пожал плечами, и, прихватив ноутбук со стола удалился, приказав медсестре доложить о состоянии гостя, когда они закончат. Том всё ещё медленно осознавал что случилось. Всё было словно в тумане: лица людей рядом, их прохладные руки в перчатках, какие-то уколы, которые почти не ощущались в, словно бы, чужом теле. Но именно после уколов мельтешащий вокруг него мир медленно останавливался, и даже видеть вокруг себя он начинал гораздо чётче. А потом, разумеется, ему окончательно стали понятны слова Нолана. Превосходно, он-таки умудрился поступить как животное! Странно, что Лео после этого не сдал его в какую-нибудь дорогую больницу от греха подальше, как поступил бы любой здравомыслящий человек. Или он так слушается приказов сверху? — Лисья морда, сказали же, жить будешь. И даже если снова попытаешься меня загрызть, учти, в следующий раз я буду готов. Худшее позади, теперь тебя быстро на ноги поставим, — объявил Эллеон, тревожно рассматривая осунувшегося, бледного парня в постели. Помимо воли, очень медленно, но Том улыбнулся. Оригинальное приветствие, хотя и по лицу парня было видно, — он до смерти испугался. — Зачем со мной сидел? Можно было Лору прислать, — пересохшими губами спросил Том. Эллеон вспомнил, что он личность сугубо благородная, хоть и в чём-то грубоватая. Поэтому к тому, что случилось, стоило отнестись крайне философски, и привить подобные мысли почти отправившемуся на тот свет чудику. — Ну, во-первых, после того, как ты меня зачем-то укусил, оставлять Лору с тобой мне показалось опасным. Да и ты в меня вцепился, как в родного, так что я решил не уходить. Мне несложно. Ты смотри, ещё раз так заболеешь и я тебя свяжу — чтобы не брыкался, когда лечить будут. И ещё, лучше сразу скажу, чем буду ходить вокруг да около — ты много бредил. Я и Лора узнали некий факт твоей автобиографии. Если бы в этот момент можно было потерять сознание, Том с радостью сделал бы что угодно ради этого благословения. — Никто ничего никому и никогда не скажет. И тех двоих я уже нашёл, это не составило никакого труда. Мир стал чище ровно на двоих подонков. Я приказал разобраться и с врачами, и с тем отделением полиции, которое всё прикрыло. Пощады не будет. В комнате было жарко, но Том почувствовал, как по коже у него побежали мурашки. Ему не верилось что то старое воспоминание, которое всегда приносило боль и страх, та вера, что в этом мире нет справедливости, слегка пошатнулись. Может, Эллеон поступил так просто от нечего делать. Может, пожалел. Что в его голове — непонятно; но за то что всех, кто надломил судьбу лиса, он наказал и дал понять, что есть в этом мире хоть какое-то подобие правды, Том уже был очень благодарен. — Не делай такое лицо. Ты мой должник, пока на ноги не встанешь. Я даже слушать не стану если откажешься от еды или лекарств, уяснил? — чувствуя неловкость от того, что Том смотрел на него как на бога во плоти, Эллеон попытался приструнить лиса, — но вызвал у того лишь очередную усталую улыбку. Вот и как с таким какие-то дела иметь… Как такого можно обидеть, сделать что-то ужасное? Всё же, порой этот мир кажется местом похуже ада. — Сейчас я попробую тебя покормить. Лора уже готовит то, что приказал врач — ещё и с такой тщательностью, что даже соль на весах отмеряет. Так что готовься: тебе ещё и прочитают лекцию на тему того, что болеть так серьёзно попросту нельзя.