Серые глаза

Мадара скучающе разглядывал очередной совет кланов, но сам, размышлял над непонятными шевелениями альбиноса. Если раньше, его подозрительность была в пределах нормальной здоровой паранойи, то сейчас, Учиха чувствовал, что что-то изменилось. Изменились взгляды, жесты, даже то, что Тобирама окончательно перестал поворачиваться спиной и даже мельком не смотрел в глаза. Это… напрягало. Младший Сенджу действовал как враг, а врагов нужно уничтожать, чтобы не натворили проблем в будущем. Одна проблема, Тобирама по факту не является неприятелем, а значит убивать его нельзя. От всех этих мыслей голова шла кругом. И ведь не ясно почему именно сейчас, когда у соседей начались крайне подозрительные шевеления. Поморщившись, от излишне громкого Шимура, Мадара кинул взгляд на Хашираму. Тот слушает внимательно и серьезно, даже не скажешь, что за этим всем скрывается эмоциональный придурок с шилом в заднице. И как бедный отото выдерживает его кипучую энергию, Мадаре с детства хотелось стукнуть Сенджу по голове, что он иногда и проделывал с большим удовольствием. К чести Хокаге, стоило сказать, что на него с Изуной, Учиха наткнулся только раз, да и то, кроме поцелуя ничего не увидел. Тайну своих отношений они оберегали как самые секретные техники клана, не позволяя никому даже помыслить о том, что между ними что-то есть. Собрание завершилось, и Мадара, дождавшись, когда все покинул кабинет, неторопливо подошел к Хашираме, который поднял на него, несколько, усталый взгляд. - Что с твоим братом? – Учиха решил не ходить вокруг да около. - А что не так с Торью? – изумился Сенджу, - устает больше, это да, а в целом все нормально. - Кроме того, что мои люди опасаются обращаться к нему, любые просьбы по госпиталю и другие деловые вопросы, передаются либо через меня, либо через Изуну. В клане ропщут. - На тему? – лицо Хаширамы закаменело. - Новый глава клана Сенджу хочет продолжить войну, которая закончилась между нами. Учиха не знают, то ли снова ложиться спать с кунаем в руке, и держать оборону, либо пытаться решить дело мирным путем. От тебя мы не ждем удара в спину, слишком благороден, да и в твоих руках мой брат, но твой, - Мадара покачал головой. - Это скорее я в руках Изуны, - на губах Хаширамы расцвела теплая мечтательная улыбка, - но с Тобирамой я поговорю. У него скоро свадьба с сестрой Мито, а он вечно пропадает в лаборатории и совершенно к ней не готовится. Изуну уже чаще видят в квартале Сенджу, чем в вашем собственном. - Это я заметил, - фыркнул Мадара, - вместе с вашими составляют списки гостей, планируют действие, украшения, договариваются с людьми. Не удивлюсь, если даже праздничное кимоно, которое будет на Тобираме, отото закажет лично. - Он очень ответственно подходит к своей работе, ещё успевает свои какие-то труды писать, собирает исторические данные по архивам, куда его допускают. Вот ты знал, что оказывается, Учиха и Сенджу шесть раз пытались подписать мирный договор? Мадара оторопело моргнул. - Вот именно, - Хаширама вдохновленно улыбнулся, - причем, последний раз совсем недавно, ещё нашими отцами. Не общее поселение, конечно, а именно мир. Представь, если бы у них получилось? Мы бы были все вместе намного раньше. - И что же помешало? – озадаченно произнес Учиха. - Изуна считает, что какая-то провокация третьей стороны, - посерьезнел Сенджу, - я дал ему допуск в наш архив, но в вашем было то, что мой клан обвинил Учиха в убийстве одного из старейшин Сенджу, который был дядей моего отца. Причем ваш клан, пишет, что никто так и не взял ответственность за то убийство. Мадара зарылся пальцами в жесткие волосы, пытаясь осознать сказанное. Их родители… хотели заключить мир. И несколько лидеров до этого, но получилось только у них. Можно расспросить Изуну, но лучше будет подождать, когда он закончит свои исследования. - А с Тобирамой, я и правда поговорю, стыдно признать, но я слишком мало уделяю времени собственному брату. Учиха машинально кивнул и коротко попрощавшись, направился в клановый квартал. Он и раньше замечал что Изуна слишком уж интересуется историей, но в свет выплывших фактов, это превратилось в целенаправленный поиск ответов. А началось все с вопроса об Индре и Асуре. Двух братьев, чья ссора так и не обрела ясности. Хаширама тихо вошел в свой дом. Разговор с Тобирамой не заладился, причем настолько, что заканчивали его на полигоне, чтобы не разрушить дом главы Сенджу. Торью будто обезумел, твердил, что брат не видит опасности, трахает учишью тварь, и не понимает, что Учиха уже давно примеряются к тому, чтобы забрать власть. Слова о том, что Мадара лично и перед главами других кланов отказался от места правителя не дали никакого эффекта. Младший брат, как заговоренный говорил о красноглазых демонах у власти, уничтожении клана Сенджу, потере всего, чего они добились. - Что произошло? – Изуна появился тихо, и принялся помогать избавляться от верхней одежды. - Тобирама случился, - Хаширама вздохнул и поднял виноватый взгляд на любимого. Первым же правилом в их отношениях стала честность. Только правда, какой бы она не была. В совместной жизни, работе, отношениях с семьей и другими людьми, в постели. Тайной могут быть клановые секреты или то по работе Хокаге, что должен знать только правитель деревни. Изуна коротко коснулся губами его щеки, для чего ему пришлось привстать на цыпочки и потянул в купальню. Нежась под тонкими и сильными пальцами, Сенджу размышлял, как именно рассказать о своих переживаниях. - Тобирама знает о нас, - наконец решился Хаширама. Руки в его волосах на миг замерли и вновь пришли в движение, промывая каштановые пряди, избавляясь от налипшей грязи. - Он далеко не дурак, удивительно, что выдал он это, только сейчас, - Учиха из ковша облил голову, смывая часть грязи и серой пены, - как он узнал? - Как я понял, он пришел к нам в дом, - это простое «нам» согрело лучше саке, - он видел нас, но не знаю, когда именно, все-таки, он очень хороший сенсор, и умеет прятаться так, что даже я его не нахожу. - Я нанесу еще один контур защиты, - Изуна чуть жестче потянул за пряди, - меня совершенно не радует, то , что кто-то может прийти в наш дом и застать нас в самом беззащитном виде. - Только ничего смертельного, он все-таки, мой брат, - встрепенулся Хаширама. - Не переживай, - теплые губы коснулись мокрого виска, - я не насмерть его убью. Сенджу негромко рассмеялся, и взялся за вторую губку, помогая себя отмывать. Позже, они сидели на кухне, ужиная тем, что Изуна успел приготовить, болтая обо всем и ни о чем. Хвастаясь успехами своих подопечных, да и просто дурачась. Тобирама стиснул голову руками. Если бы не клоны, он бы ничего не успевал, но нагрузка была слишком большая, и даже организм Сенджу с ней не справлялся. Вот и сегодня, в очередной раз проследив за братом и его проклятым любовником, альбинос пытался увязать все в своем разуме. Изуна никогда не был медовым, но верить в то, что Учиха в самом деле любит Хашираму было нельзя. Вот только, все факты, как говорится, на лицо. Никакой игры, сероглазый непроизвольно тянется к Хокаге, отвечает на его поцелуи и ласки совершенно не задумываясь, до полуночи корпит над бумагами, заставляет лечь спать пораньше, готовит любимые блюда если получается, а если нет – заказывает из кафе. Биджу его побери, Учиха спит по три-четыре часа в сутки и умудряется быть бодрым и веселым, насколько веселым может быть демон. Убегает на миссии не чаще обычного, в относительно свободное время видится с собственным братом, решает вопросы клана, и даже, сожри его екай, готовит свадьбу Тобирамы. Сенджу закрыл лицо руками. В шкафу его ждет праздничное кимоно, которое выбрал Учиха и одобрили в клане, многочисленные приготовления, договоренности, регулярное присутствие в древесном клане, да он собирается взять учеников, и не только из своего клана. И что с ним будет? Перестанет спать? У Изуны нет времени на хитрые планы и революцию, но у других они есть. Тот же Мадара, смотрит так, что кажется, вот сейчас полыхнет алый отсвет шарингана и Тобирама окажется в одном из своих кошмаров. - Ты очень плохо выглядишь, - голос первого помощника Хокаге заставил подскочить, а сердце забилось где-то в горле. Его лаборатория, место защищенное настолько, что даже брат не может войти. - Что ты здесь делаешь? – Сенджу повернулся к Учиха, который стоял на пороге, прислонившись плечом к косяку, - я тебя не звал. - Мы тоже тебя не звали, но ты же пришел, - Изуна легко перешагнул порог и подойдя к столу, оперся ладонями о темное дерево, - как долго ты страдаешь столь неблагородным занятием? Как долго, ты, тьма тебя раздери, подглядываешь за собственным братом в его постели? Тобирама едва не отшатнулся, смотря как серо-голубой цвет переплавляется в алый, а вокруг начали медленно закручиваться томое. - Откуда? – Сенджу сглотнул, - тебе же просто пересадили чужие глаза. - Кровь из жил не сольешь, - Учиха покачал головой, - но меня больше интересует, что с тобой происходит. Ты оскорбляешь меня, оскорбляешь мой клан недоверием, забросил своего ученика. Юки-кун уже в нашем квартале проводит больше времени чем я. Твоя свадьба мне ни разу не нужна, но ей должен заняться Хаширама как твой старший брат, и опять же «но», он Хокаге, у него нет на это времени. Я тоже хочу спать и высыпаться, не бегать по селению как кот которому прищемили хвост и все что находится под ним, взять себе учеников, потому что так положено по традициям, да все твари бездны, - неожиданно подался вперед Изуна, - я хочу банальный выходной. Тобирама отшатнулся падая в кресло. Глаза вновь изменились, теперь, узор был как у семиконечной пушистой звезды. Мангекё, самые опасные глаза Учиха. Миг и алые глаза скрылись за веками, чтобы открыться уже серо-голубыми. - Так что с тобой происходит? – голос стал вкрадчивым и отдался тягучей волной под диафрагмой. Сенджу сглотнул, не отрывая взгляда от лица Учиха. Приоткрыл рот, чтобы что-то сказать и тут же закрыл, облизнув пересохшие губы. - Ты… ты… - Знаю, что я, - Изуна кивнул, не дождавшись продолжения, - может, ты ревнуешь? Считаешь, что раз Хаширама влюблен в меня, то забыл про тебя? Это не так, если ты не приходишь только чтобы посмотреть на то как мы занимаемся любовью, но и послушать разговоры, то должен знать в каком ключе мы тебя обсуждаем. Что он переживает за тебя, и что ты сам его отталкиваешь. Хаширама очень эмоционален, в отличии от тебя, а ещё – тактилен. Прикосновения, объятия, все это позволяет ему ощутить себя ближе к человеку, а ты, его родной брат, отталкиваешь далеко не чужие руки. Брезгливо называешь идиотом. Что тебе мешает обнять в ответ? Гордость? Какая гордость может быть с близким человеком. Слова били больно, каждая фраза вспарывала наживую, а выбранный тембр голоса отдавался странным волнением в теле, смутно напоминающее возбуждение. - Не можешь ответить? – как улыбка может быть грустной, Тобирама не знал, но она была именно такой, - мне жаль тебя. Ты пустой, как я и говорил много раньше, в тебе есть ум, сила, честь шиноби, но нет эмоций, или же ты подавил их. Ты называешь Учиха демонами, но чем ты отличаешься от тварей бездны? Тебе ведомы только страх, злость, ненависть и боль. Где остальное, Тобирама? Сенджу моргнул. Лаборатория подозрительно плыла по бокам, и он протер глаза, а затем и вовсе остановил ток чакры, пытаясь выбраться из иллюзии. - Не выйдет. Здесь только ты, и я. Множество моих вопросов и возможность не лгать. Если тебя так беспокоит местоположение твоего физического тела, то ты в кабинете первого помощника, а я зашел после миссии, как и всегда, сообщить, что со следующего дня снова принимаю свои обязанности. Весь твой вечер - это ложь, твоя лаборатория, построена твоим сознанием, ведь я ни разу её не видел. - Ты всегда был хорош в иллюзиях, - Тобирама стиснул зубы, - хочешь меня пытать, так сделай это. - Ты меня не слышишь. Твой разум спутан, твои эмоции смешаны, ты сам себя загнал в ловушку. Я предупредил Хашираму, что буду с тобой разговаривать серьезно, и он прекрасно понимает, что это значит. Не хочешь отвечать мне? Пожалуйста, я выйду за дверь, и ты будешь отвечать самому себе. Я не буду подслушивать или подглядывать в твои мысли, но вот что. Раньше, когда мы встретились с тобой после моего возвращения из мира мертвых, ты был уравновешенный, вдумчивый и рациональный шиноби, сейчас, ты издерганный параноик с тотальной ненавистью к моему клану не смотря на мир. Что произошло? Кто шепчет тебе черные мысли в которые ты начинаешь верить? Время будто застыло, а затем, губы Тобирамы шевельнулись: - Зецу. Учиха сделал шаг назад и сложил руки на груди, окидывая долгим взглядом. - Ты нашел ответ на свой вопрос, дальше, думай сам и без моей помощи. Лаборатория подернулась дымкой, а в следующий миг, его поймали за плечо, и нос защекотал знакомый запах бумаги, туши и чая. - Лучше? – настоящий Учиха стоял перед Сенджу придерживая ладонью, чтобы Тобирама не упал лицом в стол. - Что ты сделал? – сил почти не было, только дикая усталость и головная боль, которая всегда сопровождала выход из гендзюцу. - Ты запутался, слушать в реальности, ты бы не стал, пришлось применить другой подход, - Изуна пожал плечами, - и да, я не просто так копаюсь в клановых архивах. Зайди к нам домой, и почитай мои выписки. Демоны ближе чем ты думаешь. Темный пропыленный хвост мелькнул за закрывающейся дверью, а Тобирама запустил пальцы в волосы, пытаясь принять новую реальность. Почитать. Что ж, ему всегда нравилось узнавать что-то новое.