Серые глаза

Тобирама скосил глаза на Зецу. Разговор с Учиха в очередной иллюзии дали ему понять, что единственным, но самоубийственным вариантом будет только поддержать игру демона. Изуна не скрывал, что альбинос, в ста процентах погибнет, пытаясь обыграть Зецу. Вот только, Сенджу был более чем уверен, что черная клякса не настолько могущественна. Да, он умеет забалтывать, да, он может проникать куда угодно, но он не всесильный Ками, его можно одолеть. — Ты снова здесь, — Тобирама поставил свиток на место. — Я же помощник, — негромкий смешок, — ты решил разыграть доверие к Учиха? Похвально, твои актерские таланты на высоте. От этих слов по спине прошел холодок. И вот что сейчас имел в виду Зецу, раскусил? Так быстро? Или все же повелся? Биджу бы его побрал. — Я узнал, что Мадара много времени проводит с артефактом самого Рикудо-сеннина, — тварь перетекла ближе к пятну света, — с помощью глаз своего брата, он может прочесть древние письмена, и обрести небывалое могущество. — Ты знаешь, что там написано? — Тобирама взял свиток с верхней полки, стараясь не смотреть на Зецу, благо, он и раньше не слишком любил его разглядывать, кто знает, на что способны эти странные желтые глаза. — Частично, он ведь приживил себе глаза Изуны, обрел Вечный Мангеке Шаренган, перестал слепнуть, и обрел возможность удержать любого биджу. Представь, что будет, если он подчинит себе хотя бы одного? — Деревня может не выстоять, — руки против воли сжались на бумаге. — Именно, пока, он всем доволен, но это дело времени, младший Учиха, без сомнений пожертвует собой ради выгоды. Клан важнее единой жизни, твой брат, он настолько ослеплен любовью, что не сможет сражаться, а кто выдает миссии первому помощнику? Конечно же Хокаге, Мадара придет требовать ответа от разбитого Хаширамы, даже зная план брата, он все равно будет убит горем. Я видел его в ту ночь, когда тело Изуны испустило последний вздох. — Но сейчас, он жив, — заметил Тобирама возвращаясь к столу и раскатывая свиток. — Да, — негромкий смех, — вернулся из чистого мира, но вот вопрос, Изуна ли оттуда вернулся? Слишком он переменился, тебе не кажется? Сенджу машинально кивнул. Рассказ Учиха о магике, конечно, был логичен, но никто не знает, что происходит в Чистом мире, может, это тоже демон, но другого ранга. И все они, просто втянуты в игру высших сущностей. — И его глаза, что за Учиха с такими глазами, а они — зеркало души. Значит ли это, что вместо Изуны вернулся другой человек, возможно похожий, но не он. Ему хватило умений обмануть Мадару, обольстить твоего брата, покорить Дайме и многое другое. Тобирама облизнул губы. Может… и правда, вместо Учиха пришел тот магик о котором он говорил. Тогда, становятся ясно почему он ничего не помнит, спокойно относиться к Сенджу, размышляет иными критериями и предлагает нестандартные решения. Эти легенды, копание в прошлом, стиль боя, все это выдавало совершенно другую личность. — Никогда не упоминалось, чтобы кто-то мог завладеть чужим телом. Мертвым телом и достоверно играть живого, — Тобирама качнул головой, берясь за кисть. — А ведь он ни капли не изменился, — Зецу захихикал, — ты вырос, Хаширама и Мадара заматерели, а младший Учиха так и остался юношей девятнадцати лет от роду. Сенджу застыл. А ведь и правда, Изуна ни капли не изменился, вот только, у него растут волосы, ногти, он испытывает потребность в пище и воде, раниться в конце-концов. Добиться от Учиха правды мирными путями может быть невозможно. Черная клякса исчезла из лаборатории и Тобирама затряс головой пытаясь выкинуть из разума дурные мысли. Нет, нельзя, доверять можно людям, а не подозрительным помощникам. Брат прав, а вместе с ним, прав и Учиха. Неожиданное осознание, что я важен сам по себе было как удар под дых. Может в далеком детстве, оно и было естественным, но затем, как-то потерялось. Даже полтора года безумной светлой любви в башне не позволили мне до конца ощутить себя нужным, а затем… тихо хмыкаю. Если долго говорить человеку, что он свинья, он захрюкает. Видимо, что-то такое понял и Мадара, так как разговор с братом был ещё более строгим, и закончился долгими объятиями на энгаве. Старший решил использовать максимально простой способ справиться с дурью — выбить её, правда после него, мы и обнимались не в силах разговаривать. Встряхиваюсь и оглядываю учеников Академии которым сегодня зачитывал краткую лекцию о гендзюцу. Сидят тихо, как мыши под вениками, только глазенки восторженно блестят. Даже не удивляюсь, наш бой с братом прошел примерно в километре от деревни, но со скалы было все прекрасно видно и два сшибившихся гиганта из чакры вызывали восторг и трепет перед такой силой. Я проиграл, чакра тратилась ещё и на лечение, а отрегулировать это не выходило, тело само себя латало не спрашивая разрешения хозяина, да и резерв у меня меньше чем у Мадары. Хаширама первым примчавшийся на место битвы, после нашего семейного разговора заращивал огромные проплешины травой и молодыми ростками деревьев. Дальше само затянется, но оставлять такие следы рядом с деревней — чревато. Плавно завершив лекцию, благодарю внимательных слушателей и спрашиваю есть ли у кого вопросы. Таковые оказались, правда не все по теме занятия. — Учиха-доно, — светленькая девочка из побочной ветки Яманако скромно стрельнула в меня глазами, — ваша тренировка, пару дней назад с главой клана, оно всегда так? — Нет, — чуть улыбаюсь, — семья это главное для человека, а для шиноби в особенности, но бывает так, что и у родной крови случаются разногласия. Кто-то играет в сеги, кто-то устраивает чайные церемонии, а мой клан, предпочитает измотать себя битвой. Так нам проще принимать правильные решения. — И глава клана Учиха став победителем принял свое решение, а не ваше? — заинтересовался Сарутоби. — Нет, — усмехаюсь видя удивленные лица, — у каждого из нас было свое мнение, каждый считал его верным, но разгорячившись, мы не увидели истины, а потому пришлось выяснять отношения за пределами деревни в полную силу. Если в детстве, мы могли поспорить кому достанется последнее данго, — пережидаю смешки, — то сейчас проблемы существеннее. Сражение, один из способов показать свои чувства, когда ты и твой партнер не желает нанести смертельный удар, приходит даже не желание победить, а азарт боя. Именно поэтому Тока-сан, так часто прерывает ваши спарринги на занятиях тайдзюцу. Вы начинаете забывать о том, что перед вами не враг которого нужно уничтожить, а товарищ. Его нужно победить, а не убить. Выдыхаю и оглядываю класс. Кажется, я загрузил деток по самые уши, вон какие задумчивые. Прощаюсь с ребятами и выслушав нестройный ответ, покидаю стены класса, а затем и Академии. — У вас интересные рассуждения, — Тока Сенджу подошла неслышно, но не скрываясь, так что слегка поворачиваюсь к женщине. — Какие есть, — слегка пожимаю плечами. Она усмехается одними губами, но глаза далеки от тепла. Напряжение между нашими кланами никуда не ушло, а я, вернее настоящий Изуна, прикончил её жениха. — Думаете, они вас послушают? — Может и нет, но определенно задумаются. Им ещё жить в Конохе, растить здесь детей в будущем. Чужой глаз чуть дергается. До сих пор не может поверить в то, что между нашими кланами мир. Боюсь, если бы Зецу пошел к ней, то мы бы даже не узнали об этом. Прощаюсь, из-за излишне затянувшегося молчания и удаляюсь шуншином в башню Каге. Не так давно, Мадара совместно с Нара выяснили крайне интересные новости о стране Камня. Впору начать готовиться к войне. Юки беззвучно охнул и рванул к Изуне-сама. На ладони само по себе возникло сияние мистической руки, но Учиха отмахнулся и плюнул огненным шаром прямо в изумленную рожу нукенина. Сенджу замер, не смея погасить шосен. Торчащий прямо в сердце кунай вызывал здравое опасение в жизнеспособности шиноби. Учиха коротко ругнулся и очень осторожно потянул кунай за рукоять. Кровь хлынула на остатки доспеха, и Юки не выдержав, все же сунулся со своей техникой. — Так, — Изуна перехватил руку, — только хуже сделаешь, лучше передай нейтральную чакру. — А? — Сенджу заморгал, но подчинился. Минуты тянулись мучительно, Учиха сидел на земле, позволяя подпитывать себя, а затем с хрипом распрямился и Юки ойкнул, увидев в прорехе розоватую кожу. — А теперь поговорим, о внимательности, Юки-кун, — Изуна тряхнул головой, — и правильном выполнении приказов старшего по званию. Серо-голубые глаза блеснули алым светом и Сенджу машинально отвел взгляд, чувствуя внутреннюю дрожь. — Когда я сказал тебе не лезть до моего прихода, что было непонятного? — Был шанс, что они не заметят, — подросток склонил голову чувствуя обжигающий стыд. — И в итоге, ты вполне мог потерять члена своей команды, — Учиха распространял вокруг темное давление Ки, пока ещё не сильное, но ощутимо придавливая к земле одной волей, — ты уже не ребенок, и должен понимать, когда стоит остановиться и выждать, а когда нападать. У нас не было достоверной информации о том, сколько их, даже способности канчи и шаринган можно обмануть. И сегодня, ты в этом убедился. — Простите, Изуна-сама, — Юки стиснул кулаки, тяжелое давление никуда не исчезло. — Кроме того, что ты мог погибнуть сам, погубить команду, ещё ты фактически провалил миссию. Ладно, это зачистка, а если была бы защита какой-либо персоны? Вообразишь? Или может показать? Сенджу отшатнулся, падая на задницу. Боли от приземления не было, был ужас от мысли, как именно ему покажут. Лишь пару раз он оказывался в гендзюцу Учиха, и все они были довольно просты, вот только Тобираму-сенсея не раз и не два притаскивали в селение, ещё когда мира не было. Иллюзии Изуны-сама были одни из мощнейших. — По возвращению, сам будешь докладывать и Хокаге, и главе своего клана о миссии в устной форме. Но, — сильная рука подняла за ворот и тряхнула, — если что-то скажешь о моем ранении Хокаге, ты полгода будешь поле пахать. Ясно? Юки мелко закивал, жмурясь, чтобы не попасть под сияние шарингана. — Вот и молодец, — давление исчезло, позволяя глубоко вздохнуть. Пошатнувшись, из-за того, что Учиха поднял его на ноги, Сенджу машинально отметил, что он не намного ниже первого помощника Хокаге. Возвращались в деревню через день, Изуна-сама бесшумной тенью скользил по деревьям, а Юки старался не отставать, и собрать все что он знает об этом шиноби в единую связку. Они встретились, когда ему было девять лет, а сейчас ему уже пятнадцать, скоро будет шестнадцать, навскидку, он был чуть-чуть ниже Учиха на данный момент, и ещё растет. Впрочем, все Сенджу всегда были массивнее и выше, так что, это может ничего и не значить, но тихий шепоток шел по клану о вернувшем из чистого мира. Вернувшегося не человеком — демоном. Мадара отложил последние записи и откинулся на спинку кресла. Война. Ещё пока не объявленная, но уже совсем скоро, страна Камня и Облака попытаются ударить по Огню. Уже начались первые пробы сил, и пока Коноха была в плюсе. — Мадара-сенсей, — в кабинет тихонько постучался Савада, — у меня нехорошие новости. Учиха встрепенулся и активировал печати как только Тетсуя оказался внутри. — Что узнал? — Клан Сенджу, Мадара-сенсей, — мальчик сверкнул золотом глаз, — если раньше, только Тобирама-сан, был отрицательно настроен, то теперь, когда он успокоился у остальных появились вопросы. И, Тока-сан, она приносила срочное послание для Хокаге домой, и встретила там Изуну-семпая. Мадара поморщился. Если бы, хоть один из пары был женщиной, проблем бы не возникло, свадьба поставила бы точку во всех спорах и проблемах, но поженить мужчин между собой не согласиться никто из храмовых служителей. Жена для дома и детей, любовник — для души и тела. — Я передам Хашираме, если он ещё не в курсе, пускай сам со своим кланом разбирается, если попробуем мы, — Учиха недоговорил, но Тетсуя прекрасно его понял. — Большинство кланов сильно возмущены тем, чтобы брать детей из гражданских и учить их, вы и сами это знаете, но как мне удалось узнать, многие часто отбирали талантливых детей и забирали к себе, чтобы обучить наравне со своими и влить свежую кровь, так что, ещё несколько советов и можно будет продавить решение Изуны-семпая. Учиха чуть кивнул. Такую практику он встречал у тех кланов, где не было ярко выраженной крови. Его собственный клан, делал исключения крайне редко. — И все очень встревожены стычками на границе. Клан Хьюга, что только недавно присоединился к Конохе, разделился. Часть из них хочет покинуть деревню, но большая часть, ратует за то, чтобы остаться и сражаться за новый дом. С ними могут быть проблемы. Мадара тихо хмыкнул и потер лоб. Последняя новость уже общая, а значит для их клана, только две. Уже лучше, на первых порах, дурных вестей было куда больше. — Про волнения уже донес Тобираме? — Да, Мадара-сенсей, — Савада чуть кивнул, а затем замялся, — сенсей, я недавно был в Рьючидо, и, мне было сказано, что моих сил хватает на начальное обучение у змей. Только это может занять некоторое время, и… один день здесь, это неделя там. Мне придется отсутствовать полгода по нашему времени. — То есть, для тебя пройдет даже больше трех лет, — тут же подсчитал Мадара, — вырастешь? — Да. Я буду развиваться как и положено по времени того мира. Учиха глубоко вздохнул и слегка кивнул. — Отправляйся. В ближайшее время будет неспокойно, а ты, хоть и хорош в разведке, как боец не слишком подходишь. Обратись к Шими-куну, он поможет тебе собраться. — Спасибо, сенсей, — Савада улыбнулся и коротко обняв, поспешил наружу, а Мадара побарабанив пальцами по столу, решительно направился к Хашираме.