Распорядок сна

      «Три метлы»       Окружённая смехом, Гермиона не могла не заметить мрачное выражение лица Джорджа. Единственная причина раннего празднования его дня рождения была простой. С наступлением 1 апреля вывести Джорджа из дома было невозможно, ведь он просиживал день, листая волшебные фотоальбомы, которые напоминали ему о более лёгких временах.       Бремя общей утраты Фреда было тяжелее всего в дни его рождения, 2 мая и на Рождество. Спустя почти два года вся семья всё ещё была потрясена потерей, но Джордж переживал её хуже всех.       Гермиона уловила его взгляд, и Джордж попросил её снять с лица грустное выражение.       — Ты первый! — рассмеялась Гермиона, заправив непослушные локоны за уши. — Я рада, что ты пришёл.       — Можно подумать, кто-то из вас позволил бы мне отморозиться. — Джордж улыбнулся на все тридцать два. — Только не говори никому, но я тоже рад.       Гермиона ухмыльнулась.       — Давай посоревнуемся?       — В чём? — спросил Джордж, откинувшись на спинку стула. Он осмотрел их друзей вокруг: его вечеринка была в самом разгаре. — С выпивкой?       Гермиона кивнула:       — И с ней тоже. Помнится, в прошлом году на свой день рождения ты попросил устроить соревнование «Кто больше выпьет».       — Правда? — Джордж распахнул глаза, провёл пальцами по волосам. — Ты говорила мне, что никогда не сделаешь этого.       Гермиона пожала плечами, уже вставая со своего места.              — А ты до сих пор не стёр с лица мрачную гримасу. Отчаянные времена требуют отчаянных мер, — подмигнула она, обходя Гарри и Джинни.       «Три метлы» напомнил ей Хогсмид по вполне понятным причинам: Хогсмид напоминал ей о Хогвартсе. А Хогвартс… Ну, он напоминал ей много чего — прекрасного или того, что существовало лишь в её кошмарах. Поставив две тяжёлые кружки перед парой стариков, мадам Розмерта улыбнулась из-за стойки и подошла к Гермионе.       — Как жизнь? — Розмерта налила девушке сливочного пива, плавным движением руки протолкнув его по барной стойке. — Никакого сливочного пива? — Она склонила голову набок после того, как Гермиона толкнула пиво назад.       — Не сегодня. — Она зарылась в карманах. — Мне нужна бутылка огневиски.       Даже если Розмерта и хотела бы высказаться, а, судя по её бегающим глазкам, ей определённо хотелось это сделать, она предпочла промолчать. Она просто потянулась под прилавок и с глухим стуком поставила огневиски перед Гермионой.       — Не беспокойся об этом.       — За счёт заведения? — изогнула бровь Гермиона. Розмерта рассмеялась.       — О, Мерлин, нет. Я запишу это на счёт Сириуса.       Гермиона хмыкнула от прозвучавшего.       — Довольно смело с твоей стороны предполагать, что он заплатит.       — Не волнуйся, дорогуша, — подмигнула женщина. — Сириус Блэк может расплатиться разными способами.       Намёк был недвусмысленным. Без особой на то причины — совершенно никакой — у Гермионы кувыркнулось в животе. Но она кратко кивнула и отвернулась. Да, идейка накидаться казалась ей всё лучше и лучше.

┈ ⋞ 〈 ⏣ 〉 ⋟ ┈

      Была у Джорджа Уизли одна особенность: он всегда был милым и кокетливым. Он рассказывал шутки, которые заставляли любого смеяться до боли в животе, и в нетрезвом виде он больше становился самим собой, а не пытался выдавать себя за кого-то другого.       — Мерлин! А говорила, что умеешь пить! — воскликнул он, спотыкаясь вместе с Гермионой по пути в женский туалет. — Тебя сейчас вырвет?       — Скорее всего, — пробормотала Гермиона. Она поморщилась, поймав плечом дверь по ошибке Джорджа. — Твою мать! — крикнула она, выхватывая руку. Мир вертелся перед глазами, пока она пыталась устоять. Ставить ноги на плоский деревянный пол не должно составлять такого труда, как это было для неё сейчас.       Упасть спиной на стену, по мнению Гермины, было бы худшим из возможных исходов, но теперь она пялилась на свет над головой. Джордж склонился над ней с отразившейся на лице тревогой и лихорадочно поднял два пальца:       — Ты в порядке?       — В глазах двоится, — хихикнула Гермиона, раскинув руки по бокам. Джордж издал смешок, просовывая раскрытую ладонь ей под голову.       — Дай гляну, не разбила ли ты голову.       — Шалтай-Болтай свалился во сне… — начала Гермиона.       — Тише, Гермиона, — мягко сказал Джордж. — Крови нет. Это радует. Я должен немедленно отвести тебя домой, — добавил он, помогая ей сесть. Он сел напротив, скрестив ноги, хотя пол в туалете наверняка был грязным.       — Я в порядке, — покачала головой Гермиона. — Я даже могла бы выпить больше, потому что теперь чувствую себя не так уж плохо, — она попыталась успокоить Джорджа, но он не купился на это. — Я хочу, чтобы ты хорошо провёл вечер. Таскания меня за собой не сильно помогут в этом.       Джордж отмахнулся:       — Картина того, насколько ты разошлась, привнесла красок в мой вечер. К тому же наутро ты уже и так почувствуешь, что выпила полпаба. — Мысль о том, чтобы проснуться от пробивающихся сквозь занавески лучей солнца, ужаснула Гермиону. — Я соберу твои вещи. Встретимся у камина?       Гермиона взяла Джорджа за руку, чтобы он помог ей встать с пола. Выйдя из туалета — и заработав несколько возмущённых взглядов, — она вздёрнула нос и поспешила к камину. Джордж протягивал ей пальто, которое она стянула с себя ранее этим вечером, и шёл рядом с ней к камину.       — Гриммо? — спросил он.       — Да, — ответила она. Как только Джордж произнёс адрес, она заметила потрясённое лицо Сириуса в другом конце трактира.

┈ ⋞ 〈 ⏣ 〉 ⋟ ┈

      Гермиона кашлянула, приземляясь в своём доме вместе с Джорджем, и отступила от него.       — Спасибо, что провёл меня. Ты сможешь добраться домой?       Джордж криво улыбнулся, наклонившись, чтобы поцеловать её в макушку.       — Ронни-Иклкинс многое потерял, когда ты ушла. Я буду в порядке, Миона. Утром пришлю сову, чтобы позлорадствовать, что у тебя похмелье, а у меня — нет.       — Как по-джентльменски, — фыркнула Гермиона, покосившись на него. — Спокойной ночи, Джордж.       Он шагнул обратно в камин с горстью летучего пороха. Отсалютовав девушке двумя пальцами, он бросил порошок и произнёс адрес своей квартиры.       Оставшись в тишине, Гермиона оглядела гостиную. Не уверенная, будет ли Сириус сегодня дома, она направилась к лестнице. Стоило её руке коснуться перил, как позади неё взревел камин. Джордж зачем-то вернулся?       — Сириус? — Гермиона замерла, увидев его.       Да, Сириус Блэк был привлекательным мужчиной в любой день. С тех пор как Завеса выплюнула его, он прошёл долгий путь в плане физического здоровья. Если раньше одежда висела на нём, теперь она плотно прилегала к его мускулистой груди и бицепсам. Не сложно было догадаться, что Сириус был грозным волшебником — когда-то он сбежал из Азкабана.       У Гермионы пересохло во рту. Он никогда не выглядел так устрашающе, как сейчас: высокий, темноволосый, просверливающий её глаза своими. Она застыла на месте.       — Сириус. Я не думала, что ты будешь дома.       Он моргнул.       — С какого хрена мне не быть дома?       Не будь она пьяна, она не выдала бы первое, что пришло ей в голову, а именно — правду. Не будь она пьяна, то не забыла бы, что он только что сказал.       — Прости, что ты сказал?       Сириус сделал три широких шага ей навстречу, врезавшись своей грудью в её.       — С чего ты взяла, что я не вернусь домой?       — Ох… — выдохнула Гермиона, моргая. Она чувствовала, как качалась, а комната вращалась вокруг. Она положила ладони на твёрдую грудь Сириуса, округлила глаза:       — Да так, ничего. Мадам Розмерта сказала, что ты используешь другие средства для оплаты своего счёта. По крайней мере на то она намекала. Вот я и подумала, что твой счёт достаточно велик, чтобы занять тебя на всю ночь и без огневиски, который я туда добавила.       Губы Сириуса приоткрылись от удивления, когда Гермиона потянулась, запустив пальцы в его волосы.       — Котёнок, ты же понимаешь, что теперь я контролирую свои сбережения, правда? Я могу не просто оплатить счёт, а и купить Хогсмид.       — Скромняга. — Гермиона засмеялась, ведя пальцем вниз по его шее и вдоль ключицы, затем пожала плечами: — Наверное, я предполагала, что ты захочешь расплатиться таким образом? Она определённо выглядела так, будто это случалось многократно.       Сириус ухмыльнулся, подталкивая девушку назад и прижимая к перилам.       — А в таком случае ты бы ревновала?       Гермиона была в ярости, но держала рот на замке. Она не хотела, чтобы её влюблённость разрушила жизнь и дружбу, которые у неё были. Не говоря уже о том, что Сириус был крёстным отцом Гарри.       — Сириус, почему ты вернулся домой?       Его игривость испарилась.       — Я думал, ты вернулась с Джорджем.       Гермиона склонила голову набок:       — А в таком случае ты бы ревновал?       Было кристально ясно, что она попала в точку. Сириус прижал её к перилам, скользнув коленом между её ног. Его губы были на её устах, а пальцы попали в сплетения её спутанных кудрей. Он подёргивал её губы. Прерывисто дыша, она прошлась ладонями по его рукам, ногтями впиваясь в кожу.       — Сириус… — всхлипнула Гермиона, навалившись всем весом, когда его рука сползла вниз по её животу, а пальцы прижались к её клитору сквозь джинсы. — Чёрт!       Он издал смешок, отстраняясь, но внезапно снова затих.       — Надо было сделать это впервые, когда ты была трезвая.       — Я не жалуюсь, — выдохнула она.       — Совсем?       — Стану, если ты не закончишь начатое, — прошелестела Гермиона. Сириус покачал головой.       — Я хочу тебя, — наклонившись, прошептал он ей на ухо. — Хотел тебя с тех пор, как ты переехала ко мне, котёнок. Но когда бы я ни взял тебя, — его большой палец скользнул по её нижней губе, — когда бы я ни трахнул тебя, это будет намного лучше, чем пьяный перепих, и ты вряд ли пожалеешь.       То, как она уже хотела его, чуть не соскочило у неё с языка. Спать с ним в одной постели было пыткой, ведь всё, чего она хотела, это чтобы он был Сириусом, а не своей формой анимага. Но совсем не это вырвалось из её рта.       — Ну, понятно. Тогда этой ночью я сама позабочусь о себе.       Его брови взлетели вверх.       — Что это значит, котёнок?       Гермиона начала подниматься по лестнице, пожав плечами и махая пальчиками. Она сомневалась в том, что Сириус уснул бы рядом с ней в спальне. А вообще, на это она и рассчитывала.