Гарри не любит...

— Атриум! — Гарри делает глубокий вдох, будто яркое пламя через мгновение доставит его не в Министерство, а прямо в центр Чёрного озера. Гарри не любит Атриум. Его вполне устраивает то, что он может оказаться в собственном кабинете, просто шагнув в камин из гостиной Гриммо 12. Но после того как в начале месяца Робардс объявил о его повышении до главы боевого подразделения, Гарри пришлось переехать в новый кабинет. Он более просторный, с большим зачарованным окном, но в остальном почти такой же, как предыдущий. Разве что располагается по центру этажа, а не «почти до конца и налево». А вот камин в новом кабинете оказался неисправен. Но начальство заверило Поттера, что неполадки устранят в кратчайшие сроки. Гарри несколько раз отправлял в административный отдел запрос, но ответ всегда был один и тот же. Стандартная форма гласила, что мастер зайдёт к нему в ближайшее время. Хотя с каждым днём верилось в это все меньше. Через несколько дней после последнего запроса к нему всё же вломился лысоватый угрюмый работник в коричневом потёртом комбинезоне. Он провёл какие-то нехитрые манипуляции, пока Гарри дописывал отчёт, с надеждой поглядывая в его сторону. Но чуда не случилось. Мужчина взмахнул пару раз палочкой и окончательно запечатал и без того неработающий камин. Нахмурился, буркнув что-то отдалённо напоминающее «ждите» и удалился, даже не попрощавшись. На этом всё. И теперь Гарри каждое утро заставляет себя шагнуть в этот тёмный длинный зал, вливаясь в поток спешащих на службу сотрудников Министерства Магии. Возможно, кому-то и доставляет удовольствие пробираться сквозь шумную толпу служащих. Каждое утро толкаться у лифтов, а потом стоять зажатым со всех сторон в этой движущейся консервной банке. Гарри уверен, что любители найдутся, но только не он. Не-а. Только на прошлой неделе ему «посчастливилось» застрять в этой коробке дважды. Чёртов лифт завис между уровнями всего на несколько минут, но в тесной, набитой посторонними жестянке они показались Гарри вечностью. Министерству явно пора позаботиться об обновлении чар, обслуживающих эти дьявольские механизмы. Гарри не любит Атриум. Особенно утром. Когда основной зал кишит угрюмыми клерками, пронырливыми журналистами, прознавшими о частых появлениях «неуловимого Поттера», и вездесущими наглыми девицами, с их цепкими пальчиками и визгливыми голосами. По утрам он с тёплой тоской вспоминает, что ещё неделю назад ему даже не нужно было встречаться с людьми перед работой. Нырнул в свой родной, отреставрированный с огромным усердием камин, мгновение — и он в любимом кабинете. Красота. Иногда, конечно, Гарри делал небольшое исключение, выскочив перед работой в кофейню напротив дома, но уже через несколько минут возвращался и шагал прямиком в ревущее пламя. И вот он уже наслаждается бодрящим напитком с пышной молочной пенкой, сидя в своем кресле. А дальше планёрка и — вперёд, на защиту МагБритании. Сейчас даже кофе, ставший вдруг не исключением, а правилом, не приносит удовольствия. Как только зелёное пламя гаснет и ноги касаются тёмного паркетного пола, Гарри ощущает себя болванчиком, что совершенно по-идиотски дёргает головой в ответ на десятки приветствий в свой адрес. Не было ни единого дня, когда бы он смог спокойно добраться до кабинета без риска быть облапанным, сцапанным за руку или оглушённым девичьим визгом. — Доброе утро! — здоровается с ним крупный усатый мужчина. Кивок. Улыбка. — Здравствуйте, мистер Поттер, — это, кажется, Томас Понс из отдела магических игр и спорта. Гарри снова кивает в ответ. — О! Мистер Поттер! Приятно Вас видеть! — машет управляющий кафетерием «Закуски Министерства» Рой. Гарри салютует стаканчиком. Кивок. И ещё. Ещё. Каждый день. Десятки, десятки раз. — Гарри! Гарри Поттер! — преграждает ему дорогу молоденькая ведьмочка в голубой мантии. Она смущённо теребит спадающий на лицо тёмный локон. Но огонь в глазах говорит, что вся эта скромность явно напускная. — Подпишите, пожалуйста, — протягивает его же колдо и перо. — Я… я Вас просто обожаю! — шепчет юная обольстительница в надежде быть услышанной угрюмым аврором. Гарри слышит, но отвечать на эти неуместные подкаты не видит смысла. Гарри улыбается натянуто-вежливо и чиркает на фото, намеренно проезжая чернилами по собственной физиономии. Он уже не раз думал, что добираться до работы под мантией-невидимкой не такая уж плохая идея, но с чего-то решил, что если он справился с драконом и Тёмным Лордом, то и с парочкой фанаток точно способен совладать. Гарри расписывается еще на паре колдо и громко извинившись, под разочарованные стоны, чуть ли не бегом направляется к лифтам. Глоток почти остывшего кофе заставляет чертыхнуться. Гарри отточенным движением достает палочку, чтобы подогреть напиток. То, что идея крайне дурацкая, Поттер понимает спустя мгновение. Снова отвлёкшись на чьё-то громкое приветствие, он влетает всем телом в высокого мужчину. Хлипкий стаканчик с едва тёплым, хвала Мерлину, кофе не выдерживает натиска. Сплюснутый между его грудью и чужой спиной, он выскальзывает из рук. Удивлённо крякнув, Гарри отскакивает назад, наблюдая, как кофейное пятно расползается на светло-серой ткани. — Твою ж… — выдыхает Гарри и поднимает голову на жертву, в чью спину он припечатал стаканчик любимого напитка. — Поттер. — Голос не просто знакомый, а записанный на подкорке злыми насмешками, колкими и сочащимися ядом шуточками ещё со школы. — Да быть не может, — обессиленно стонет Гарри и стряхивает липкие капли со своего запястья. На что Малфой лишь знакомо приподнимает бровь и поджимает губы. Гарри замечает вспышки и мысленно отвешивает себе пинка за такое чудесное зрелище на радость жаждущим репортёрам, что уже вовсю щёлкают камерами. — Да уж… Доброе утро, Малфой. — Внутренне холодея в ожидании громкого потока оскорблений в свой адрес, Гарри оглядывает лужу под ногами и чуть пятится. — Уже не такое доброе, Поттер, — совершенно спокойно, к удивлению Гарри, произносит Малфой. — Надеюсь, ты осознаёшь, что должен сейчас не только извиниться за принесённые неудобства, но и возместить ущерб? — продолжает с непроницаемым выражением Малфой, будто не он сейчас стоит под прицелом десятков глаз с мокрой спиной и задницей. — Конечно. Что? — Гарри во все глаза смотрит на Малфоя, слишком буднично воспринимающего сложившуюся ситуацию. Но потом подмечает, что пальцы потерпевшего сильнее сжали бок пухлой кожаной папки для документов. — Какую часть сказанного ты не расслышал? — чуть сдвинув брови, произносит бывший слизеринец, будто и правда не понимает, в чём причина удивления Гарри. — Нет-нет, я всё понял. Но… Что, даже орать на меня не будешь? — неверяще сузив глаза за стёклами очков, тихо произносит Поттер и оглядывает собравшуюся толпу. — Не вижу в этом смысла, если ты готов выполнить вышеупомянутые условия. Малфой, отступив на полшага от подползающей к его ботинкам кофейной лужи, выглядит совершенно спокойным и выжидающе смотрит на Поттера. — Да-да. Конечно! Извини, отвлекся, — тараторит Гарри, не сводя с Малфоя удивлëнных глаз. — Сколько я тебе должен, эээ… — указывает он за спину Малфоя мокрой рукой, — за мантию? — Я пришлю всё совой, — поразмыслив пару секунд, сухо выдает Малфой. — А теперь мне пора. Придется привести себя в порядок. Всего доброго, Поттер. И в следующий раз, — Малфой делает шаг ближе, — постарайся быть внимательнее, — так же невозмутимо проговаривает он и, огибая всё ещё ошарашенно пялящегося на него Поттера, скрывается в толпе, попутно накладывая на себя очищающие. — Ага. Постараюсь… — бормочет себе под нос Гарри, провожая недоумевающим взглядом идеально прямую спину с медленно исчезающей кофейной кляксой. Гарри морщится и шагает в лифт, попутно успевая пожалеть, что ещё не избавился от привычки пить очень сладкий кофе. Намокший рукав липнет к запястью и предплечью. Мерзко и холодно. — Привет! А что за шоу? — Рон не церемонится, протискивается в полный лифт ближе к Гарри, распихивая других. — Чего Хорёк так рванул к каминам? Ты на нём жалящие отрабатывал, что ли? — Кофе пролил, — поясняет Гарри вполголоса. Оглядывается и чуть пятится. Упирается лопатками в стенку, освобождая пространство для друга. — Куда? — На Малфоя, — шёпотом сообщает Гарри и снова оглядывается, ловя на себе заинтересованные взгляды. — Ого, — веселится Уизли. — Ага, — копирует интонацию Поттер, но гораздо тише. — Жаль пропустил… — разочарованно цыкает Рон себе под нос. — То ещё зрелище, наверное. — Нет же. Он вообще нормально отреагировал. Как… — Гарри слегка хмурит брови. — Как нормальный человек, не как Малфой. — В смысле? Не орал и не изображал королеву драмы? — уточняет Рон, чуть ближе наклоняясь к другу. — Ну да. Просто попросил возместить ему ущерб, — глядя перед собой, отвечает Гарри. — Попросил? Да ты шутишь! — неверяще хмыкает Рон, на что Гарри лишь отрицательно мотает головой. — Не, я конечно слышал, что он изменился. Но ты сам знаешь, всякое болтают. Сплетников в Аврорате всегда хватало. Даже Доусон, бравый аврор, глава боевой группы, а тоже нет-нет да и вламывался раньше в их с Роном кабинет, чтобы поделиться последними «новостями», которые раздобыл во время очередного перекура. Этот здоровый, как чёртова хвосторога, бугай аж светился в такие моменты. Плюхнувшись на чёрный диванчик для посетителей с фразой «папочка принёс свежие новости», он каждый раз начинал важно излагать, кто, где и с кем. — Интересно, где он сейчас, — интересуется Рон, закидывая в рот мятную конфету. — А разве он не в аналитическом? — снова кому-то кивая и пожимая руку уже на своём этаже, спрашивает Гарри. — Да черт его знает... — Рон неопределенно пожимает плечами и перекатывает конфету во рту. — Я где-то слышал, что он ведёт регистрацию и учёт волшебных палочек. А Доусон вроде видел его в отделе по работе с магглами, — усевшись на край стола начальника, почёсывает затылок Уизли. — Стью из защитного подразделения говорил, что Малфой забирал у него отчёт для архива о задержании контрабандистов. — Это то, что в прошлом месяце было? — смотря поверх документов, спрашивает Поттер. — Незаконный ввоз артефактов с материка? — Да-да. Ну вот, вроде как и в архиве его видели частенько. Может, он этот… ну, на побегушках? — весело хмыкает Рон и с громким хрустом раскусывает карамель. — Скачущий между отделами хорёк вместо совы! — Малфой? — саркастически фыркает Гарри. — Это вряд ли. То, что Малфой попрётся в академию Авроров, никто вообще не ожидал. Впервые увидев его в коридоре, Гарри аж дар речи потерял: неужели Малфой, который всегда так остервенело берёг свою шкурку, рискнет попортить её?! Позже, увидев списки, Гарри лишь одобрительно кивнул. Малфой выбрал аналитику. Гарри ещё со школы думал, что Малфою бы подошло преподавание и колдомедицина, например, или с бумажками возиться. Ну уж точно не грязь по болотам месить на учениях и не сидеть в засаде по несколько суток, выжидая удачный момент для захвата очередных последователей Тёмного Лорда. Естественно, Малфой знал, что с ним церемониться никто не станет, поэтому выбрал единственно верный путь — стать лучшим на курсе! Несмотря на его прошлое, преподаватели ставили его в пример. Так что не было сомнений, что он пробьёт себе дорогу на хорошую должность. Тем не менее на учёбе они практически не пересекались. Редко. Пару раз в месяц мельком в коридорах или кафетерии. А потом разбрелись по отделам. Отчёты, учения, боевые выезды, снова отчёты, и про Малфоя он вспоминал, лишь когда тот же Доусон или болтливая секретарша, которую, впрочем, пришлось потом уволить, приносили очередную сплетню. Гарри только сейчас понял, что за всё это время они не только не поцапались, но и словом не обмолвились. Их взаимодействие свелось к сухим приветственным кивкам, если вдруг чёрт занёс в один лифт или столкнулись у кофейного автомата в общем холле. Гарри даже взгрустнулось. Малфоя вдруг захотелось узнать. Неужели и правда изменился?